Балерина

Маринетт удалось догнать подругу, когда та уже открыла дверь в комнату парней, поздоровалась с хозяевами и уже собиралась проскочить внутрь. Но, как не сложно догадаться, сделать это у неё не получилось — на вид хрупкая, но очень крепкая ладошка Маринетт зажала рот Сезер, а вторая её рука оттащила девушку от двери. Аля сопротивлялась, мычала, пыталась то убрать руку с лица, то вырваться из захвата. Но Маринетт слишком дорожила теми хрупкими отношениями между ней и Адрианом, что у них еле как наладились, чтобы так просто сдаться. Уже через несколько секунд на подмогу из комнаты выскочил Нино, встревоженно оглядывая разворачивающуюся картину. Не зная характера Али, Нино без вопросов ринулся бы спасать девушку из цепких лап монстра Маринетт. Но Сезер всегда была шумной, и часто её импульсивные поступки приводили к большим проблемам, поэтому прежде Ляйф спросил: — Что на этот раз она хочет сделать? Аля замычала ещё сильнее, и теперь Маринетт стоило больших усилий удерживать подругу на месте. — Кое-что очень нежелательное, — абстрактно выразилась Дюпен-Чен. — Отведи её, пожалуйста в нашу спальню. — Без вопросов, сестрёнка, — ответил Нино и, подхватив уже слабо дёргающуюся Алю на руки, двинулся прямо по коридору. — Ну я ж для тебя стараюсь! — донеслись возмущенные слова до Маринетт. Но её это не сильно заботило. Она умильнулась, как гармонично смотрятся вместе её друзья. Честно, она им даже немного завидовала. Всё-таки их роман гладкий, без ссор и споров. Маринетт считает, что Аля и Нино были созданы друг для друга. Вот только созданы ли Маринетт и Адриан друг для друга? Или же их чувства — просто временное наваждение, иллюзия? Ведь нельзя же всей душой и сердцем полюбить кого-то всего за пару месяцев? Маринетт в судьбу не верила, а клишированные романы для девочек-подростков вообще отшвыривала куда подальше. Наверное, всё же стоило прочитать хотя бы один — так бы Маринетт знала, как ей сейчас поступить. Или же она может просто взять себя в руки и наконец поговорить с Адрианом по душам. Глубоко вздохнув, Маринетт постаралась собраться и постучала в злосчастную дверь. Вместо гостеприимного и радушного приёма, из недр комнаты донеслось ленивое «Заходи!». Дюпен-Чен бесстрашно потянула за ручку, даже речь подготовила: «Привет. Адриан, я украду тебя на минутку? Нам нужно поговорить». Но заранее приготовленная речь так и не пригодилась — в комнате Адриан был один. — Привет, — поздоровалась Маринетт и присела на край кровати, стоящей напротив Агрестовской. — Привет, — отозвался парень. — Нам нужно поговорить. — Может быть. О чём? — О наших с тобой отношениях. Адриан напрягся. В откровенных разговорах он был не силён. — У нас с тобой вообще есть отношения? — продолжила Маринетт. — А ты хочешь? — спросил Адриан. В горле у него пересохло. — Да, чёрт возьми! — от нахлынувших эмоций Дюпен-Чен вскочила на ноги. — Если б не хотела, я не целовала бы тебя вчера! Такое откровенное признание, которое совершенно случайно сорвалось с уст Маринетт, поразило не только её, но и Адриана. Агрест встал с кровати, подошёл к девушке и, прочистив горло, сказал: — Маринетт Дюпен-Чен, Вы станете моей девушкой? Хоть ухмылка на его лице была самоуверенной и несколько нагловатой, в глазах плескались неподдельные волнение и надежда. Маринетт опешила. Она, конечно, всей душой желала этой официальности в отношениях, но столкнувшись с реальным предложением, все мигом нахлынувшие эмоции слились и превратились в оцепенение. Из транса Маринетт вышла, когда Адриан едва заметно мотнул белокурой головой, стараясь рассмотреть застывшее выражение лица девушки. Зелёные глаза смотрели обеспокоено и немного грустно. И Маринетт поспешила это исправить. — О нет, нет, нет! То есть, да. Да, я согласна! Лицо парня просветлело, губы растянулись в широкой, теплой улыбке. Лицо Маринетт практически ничем не отличалось, если б не залитые румянцем щёки. Руки Адриана сжали Маринетт в объятиях, та с удовольствием ответила на них. А потом зачем-то посмотрела на лицо парня. Взгляд сам по себе метнулся к губам, и Маринетт, казалось, перестала себя контролировать… На завтрак Маринетт и Адриан пришли в удивительно приподнятом настроении.

***

Заметив на лице Маринетт нелепую счастливую улыбку, шаловливый румянец и припухшие губы, Аля всё поняла. Потому и назначила на вечер (а точнее ночь) поход в бункер. Маринетт, окрыленная неожиданно навалившимся счастьем, без раздумий поддержала эту идею, даже не подозревая, что именно в этот вечер Аля приложит все усилия, дабы выбить из Маринетт доказательства их отношений с Адриан. У Сезер уже зарождался план.

***

Маринетт смотрела какой-то нудный фильм про историю моды, самозабвенно жуя огурец. В комнате, на удивление, царил полный кавардак — одежда была разбросана по полу, часть валялась на диване, сбившись с огромную кучу. По столу были раскиданы неубранные исчерканные листы бумаги, небольшое мусорное ведерко было заполнено доверху небрежно скомканными листами и опилками карандашей. Сверху лежала сломанная точилка. Сабина называет это «Маринетт опять обленилась и устроила черти что в комнате», ну, а сама Маринетт «творческим беспорядком, вызванным не менее творческим кризисом». Дело в том, что она решила до конца лета сделать свою собственную коллекцию одежды. Желательно, чтобы она как-то перекликалась с балетом. Только вот оригинальные идеи иссякли, а вдохновение улетучилось ещё в тот день, когда Адриан улетел в Италию. Не то чтобы Маринетт не видела жизни без своего возлюбленного, просто без него творчески думается ну очень трудно. Хотя Маринетт уверена, что она просто не в настроении. Ага, уже вторую неделю. От меланхоличного просмотра истории моды девушку отвлек мелодичный звон телефона. На дисплее высветилось сообщение. Маринетт изначально хотела проигнорировать непрошенного собеседника, но взгляд зацепился за имя отправителя. «Писька❤😘» — гордо вещал телефон. У Маринетт от радости затрепетало сердечко — наконец её благоверный соизволил написать. Сердце пропустила ещё один волнительный удар, когда Маринетт прочитала сообщение, содержащее ошеломляющую весть. Адриан ждал у её дома. Прямо под дверью. А Маринетт практически неглиже и жуёт огурец! Нужно что-то быстро менять. Нацепив шорты и жёлтый топик, Маринетт галопом спустилась на первый этаж, чмокнула мать в щёку, схватила панаму и выскочила за дверь. На улице стояла жаркая погода, а солнце светило так ярко, что первые несколько секунд Маринетт не могла открыть глаза. Но даже будучи практически слепой в столь погожий денек, от неё не скрылся чей-то слишком знакомый смешок и лёгкий шлейф парфюма. Когда глаза почти привыкли к пекущим лучам солнца, Маринетт увидела ЕГО. Загоревшего, растрепанного, стоящего во всей своей красе. Золотистые волосы выцвели и побледнели, а яркие зелёные глаза выделялись ещё сильнее на фоне загоревшей кожи. Маринетт не раздумывая бросилась на шею Адриана, крепко сжав того в объятиях. Адриан обнял девушку в ответ, поцеловал в висок. Возможно, так бы они и стояли до скончания времен, если б в объятиях не было так жарко и душно. — Как долетел? — поинтересовалась Маринетт, не желая отпускать парня. — Без приключений, — усмехнулся тот. — Не хотите ли Вы, миледи, сходить со мной на свидание? — Ох, разумеется, милорд, — хохотнула Маринетт. — И куда же Вы меня поведете? Учтите, всё за Ваш счет. — Ну раз за мой счёт, мне придётся отвести Вас в самый дешевый ресторан. — Ну и ты бука, — буркнула Маринетт и толкнула Адриана в плечо. А потом не удержалась и поцеловала. — Так уж и быть, поёдем в парк. — С аттракционами? — Обязательно. Маринетт схватила Адриана за запястье и потащила вперед по улице. Как бы Маринетт не противилась романтическим отношениям, всё-таки приятно, когда тебя целуют, обнимают, холят и лелеют. И да, она была абсолютно не права, когда думала, что отношения — это романтика и розовые сопли, а в конце обязательно измена и неизбежное расставание. Ведь с Адрианом они могли и подурачиться, и подраться чисто по-дружески. Маринетт решила сама для себя, что больше никогда не будет отказывать себе в удовольствии быть любимой только из-за въевшихся в голову стереотипов. И обязательно будет жить настоящим моментом. Желательно, бок о бок с Адрианом.