Балерина

— Сначала скажи, в кого ты втюрилась. Маринетт думала лишь секунду, прежде чем ляпнуть: — В тебя.

***

— И, прежде чем ты что-то скажешь, я сбегу, — проговорила Маринетт и резво соскочила с места. Не медля ни секунды, брюнетка помчалась к люку, отчётливо расслышав «Маринетт!», выкрикнутое Адрианом. Услышала, но не остановилась. Она допустила ошибку. Колоссальную ошибку. Она не доживет до конца года. Лихорадочно проносящиеся в голове неприятные мысли мешали спускаться. Ладони потели и норовили соскользнуть с перил. Ноги тряслись, и коленки неприятно стукались о железные перекладины. Времени думать о боли не было, нужно было бежать в комнату и прятаться под одеялом. Срочно. А завтра Маринетт скажет, что плохо себя чувствует и пропустит денёк. Хотя бы денек. Этого хватит. Придумывая ненадёжный план к отступлению, Маринетт и не заметила, что Адриан бежал за ней следом. Но в итоге это нельзя было игнорировать, когда Адриан схватил девушку за запястье. Это конец. — Маринетт, подожди, — прошептал он. Не стоило поднимать шум в коридоре, даже если это самая отдалённая от комнат часть. — Отпусти! — шёпотом крикнула брюнетка, извиваясь и пытаясь вырваться из крепкого захвата длинных пальцев. — Отпусти, кому говорю! — Подожди. Давай поговорим. — Нам не о чем разговаривать, Агрест, — прошипела Маринетт. Обида на свою глупость и легкомысленность переросла в злость. На Адриана, разумеется, ну и немного на себя. — Поверь, есть, — безапелляционно заявил блондин. Маринетт недоверчиво нахмурилась, и Адриан устало выдохнул. — Хорошо, если ты не хочешь говорить, просто выслушай имя девушки, в которую влюблён. А это уже любопытно. Маринетт заинтересованно дёрнулась, но тут же вернулась в реальность, где Адриан Агрест не уступает в хитрости обманщице Лиле Росси. Дюпен-Чен недоверчиво сощурилась, а потом презрительно усмехнулась. — Может, ещё угадать её по описанию предложишь? — Можем и так, — неожиданно согласился Адриан. Не стоит упоминать лишний раз, что Маринетт не верила ни единому его слову. Тем более, когда он без вопросов соглашается с её предложением. Это странно. Тем не менее, Маринетт не горела желанием выслушивать длинный монолог о том, насколько прекрасна та девушка, да и ещё угадывать имя своей потенциальной соперницы. Хотя, если Адриан в неё влюбился, у Маринетт не было и шанса. — Давай обойдёмся без загадок, — подавленно прошептала она, огорчённая своими умозаключениями. — Маринетт, — выпалил Адриан. — Что? — девушка предположила, что это обращение. Ошибочно предположила. — Её имя — «Маринетт». Что? Брюнетка непонимающе моргнул, слегка нахмурившись. А потом осознание прошибло её насквозь. О господи. И без того большие васильковые глаза расширились в понимание. Что он сказал? — Погоди… что? — Её имя — «Маринетт», — вновь повторил Адриан, убеждая подругу в том, что ей это не послышалось. Убедить не удалось. — Ты шутишь? — почти неслышно прошептала она. — Нет, — одними губами сказал Агрест. Адриан долго смотрел на пухлые губы девушки, приоткрытые от удивления. Нагнувшись к её лицу, он вопросительно заглянул в васильковые глаза, как бы спрашивая, «можно?». Маринетт считала, что можно. Не сразу сообразив, что Адриан не умеет читать мысли, она спешно кивнула и прикрыла глаза. Парень не заставил себя долго ждать и аккуратно поддался вперед, нежно касаясь своими губами губ брюнетки. Девушка издала тихий вздох, с удовольствием отвечая на поцелуй. Уже второй поцелуй (или третий?). Он разительно отличался от предыдущего хотя бы тем, что уже через секунду Маринетт придвинулась ближе, обхватив шею Адриана. Блондин же положил свои руки на тонкую талию партнёрши, поглаживая спину. Их губы двигались нетерпеливо, но беспредельно нежно, никто не решался зайти дальше. Вскоре поцелуй пришлось прервать. Признаться, это не хотел никто — ни Адриан, ни Маринетт, ни Вы, дорогой читатель, уж точно, — но противный организм требовал больше кислорода, чем ему могли дать целующиеся подростки. Увы, они не могли не идти на поводу у своих естественных потребностей. И не то чтобы кислорода катастрофически не хватало, просто организму, видите ли, нужно больше. Что-то мы отошли от темы. Подростки смотрели друг другу в глаза, загнанно дыша. Маринетт почувствовала, что по щекам разливается тепло, как, в принципе, и в животе. Неожиданно засмущавшись, Маринетт отвела глаза, но руки с Агрестовских плеч так и не убрала. — Слушай, нам, наверно, спать пора, — неловко выдавил Адриан, убирая ладони с талии подруги (подруги ли?). — Д-да, наверное, пора, — пробормотала Маринетт, поправляя кофту, не зная, куда деть руки. — Тебя довести? — Не стоит, нам всё равно по пути. До комнат подростки добрались молча. Правда, на середине пути Маринетт протянула парню аккуратную ладошку, и тот с радостью сжал её в своей. Они не обнялись, даже не попрощались. Лишь кинув напоследок сухое «Спокойной ночи», они разошлись. Уже оказавшись по подбородок укутанной в одеяле, лежа в своей постели, Маринетт думала: «Что это было?».

***

Утро добрым не бывает — всем известная истина. Тем более оно не могло быть добрым для Маринетт, которая до сих пор гадала, не приснился ей поцелуй? Самое обидное, не было никаких доказательств, кроме воспоминаний. Думаете, для склонной к паранойе Маринетт простых воспоминаний было достаточно? Как бы ни так. Тем не менее, Маринетт первым делом привыкла всё рассказывать Але — универсальному помощнику и психологу во всех непредвиденных обстоятельствах. Этот случай не стал исключением. Дождавшись, пока все разберутся с банными процедурами, Маринетт насильно затащила подругу в ванную комнату и закрыла дверь на защёлку. — Ты чего творишь, подруга? — обескураженная Аля была просто не в состоянии выражаться агрессивней, что обычно ей не свойственно. — Нужно поговорить, — серьёзно заявила Маринетт, опираясь на кран раковины и скрещивая руки на груди. — О чём? — Я влюбилась в Агреста, — брюнетка почувствовала, как заливаются краской щёки, и устремила взгляд в пол. — Ух ты ж ёмаё, — заинтересовано пробормотала Сезер, расплываясь в широкой ухмылке. — Значит, нам нужно его соблазнить. — Уже, — в край смутившись пролепетала Маринетт. — Чего? — Вчера я призналась ему в чувствах, и он ответил взаимностью, а потом мы, вроде как, целовались, но я не уверена, что это взаправду… — Когда только успела? — пораженно прошептала Аля, но быстро спохватилась. — Так, слушай, раз ты говоришь, что вы целовались, значит, вы целовались, чего гадать? — Я не совсем об этом. Я не уверена, что мы теперь встречаемся и всё в таком духе. — Ох. тогда нам остаётся только узнать у Адриана. — Что?.. — Потом поблагодаришь! — крикнула Аля, выбегая из ванной, с шумом захлопнув дверь в коридор. Кошмар. Какой кошмар. Маринетт побледнела. Сейчас Аля подбежит к Адриану и спросит: «Хей, ты ж вчера целовался с моей подругой? У вас всё серьёзно, м?». И Адриан испугается, засмущается. Ему будет стыдно и он скажет: «Нет, ничего такого не было». И это всё на глазах у Нино, Луки и ещё толпы зевак! Да, именно так всё и случится. Маринетт не сможет больше учиться в этой школе, не избегая Адриана. И его друзей, желательно, тоже. Но у них же общие друзья? Маринетт пообещала себе подумать об этом позже. А сейчас нужно спасаться от мучительного позора. — Аля, подожди!.. — крикнула она и выбежала следом.