Ты мой свет и моя тьма

— Джек?! — удивлённо вскрикнула девушка. — Заткнись! — волшебник закрыл рот сестре, прижав к нему ладонь. Эмма начала бить парня, не разбирая куда именно. Сильные удары достались его груди, затем девушка дала несколько сильных пощёчин. Джек, не намеренный терпеть к себе такое отношение, схватил Эмму за руки, мгновенно сжав пальцы. — Угомонись, чучело! — возмутился брюнет. — «Угомонись»?! Я тебе сейчас угомонюсь, мерзавец! — девушка резко согнула колено, ударив парня в пах. Тот моментально скрючился. Макалистер оттолкнула брата от себя. Спустя несколько минут Джек разогнулся, но недовольное выражение так и не покинуло его лица. — Молодец, где твой чёрный пояс по карате? — саркастично спросил он. — Как найду, сразу продемонстрирую на твоей шее. Что ты здесь делаешь? Молодой человек расправил плечи, и, слегка задрав голову ответил: — У меня мало времени, без вопросов. Я заходил к маме на днях, её не было дома, где она, Эмма? — строго спросил брат. — Тебя не волновало это несколько лет, к чему теперь такие вопросы? — девушка начала увлечённо рассматривать свои ногти. — Эмма! Не доводи, я с тобой разговариваю по-хорошему, будь добра также отвечать,— парень вскинул бровь. — Мама в Австралии, так сложились обстоятельства,— девушка уткнулась взглядом в соседнюю беседку. —Что значит «так сложились обстоятельства»? Ты в своём уме? — парень положил руки на плечи сестре,— Ты вообще меня слышишь?! Макалистер младшая не слышала его. Всё её внимание было обращено на пару, находящуюся в нескольких метрах от них с братом.       Геллерт Гриндевальд стоял как истукан, а девушка напротив смотрела на мужчину так, будто это её единственная причина чтобы жить. Эмма не могла рассмотреть лицо мага, лишь прожигала взглядом его выбритый затылок. Какой-то ком застрял в девичьей груди.       Собеседница Гриндевальда прикоснулась к его щеке и нежно её погладила. Затем её пальцы легли на мужскую шею, большим пальцем поглаживая её. Губы Макалистер пробила дрожь. Девушка вскинула руки брата со своих плеч. — Перестань вести себя со мной так, будто мне 15, я взрослая и прекрасно знаю что для нашей мамы лучше, отдохнуть от нас обоих, или же продолжать надеяться что её балбес — сын когда-нибудь снова вернётся на Родину или отправит ей хоть небольшую весточку о своей жизни,— Эмма сглотнула,— Ты,— она указала пальцем на грудь парня,— взял и уехал, никого не предупредил! Ты—-гоист, самовлюбленный индюк! Мне жаль что ты мой брат.       Джек стоял. Парень сжал челюсть, а затем и кулаки. — Мы ещё поговорим, не думай что ты так легко можешь заткнуть мне рот набором оскорблений и недовольств.       Глубоко вздохнув, он вышел из беседки. Походка Джека изменилась, он буквально трясся от злости.       Эмма тоже не стала задерживаться. Девушка отвернулась от пары, и сделала несколько дыхательных упражнений. Она начала заламывать пальцы, глупая привычка оставшаяся с детства, за которую её часто ругали не только родители, но и некоторые преподаватели Хогвартса. Эмма никак не могла избавиться от этой привычки, и вот в тот момент когда заломала палец, мужчина сзади отстранился от блондинки, и развернулся в сторону странного звука. Но никого там не увидел.

***

      Игристое шампанское красиво переливалось в свете ярких белёсых магических сфер. С потолка посередине приёмного зала сенатора светила огромная люстра, но там, куда её лучи светили слабо или не светили вовсе, их заменяли маленькие шары. Эмма прислонилась спиной к одной из дальних колонн, окружавших выход из зала в сад, из которого она недавно сбежала.       Большинство гостей предпочитало занимать себя беседами, скорее всего чтобы завести полезные знакомства. А те, кому это видимо было не нужно, выходили в центр зала и кружились в танце.       Колонна приятно отдавала прохладой, в контраст с бушующим океаном эмоций это было необходимо. Эмма не понимала свою реакцию, но почему-то вкупе с не самой приятной встречей с братом, увидеть Гриндевальда с другой девушкой было окончательным ударом по её хорошему настроению. Макалистер пыталась выветрить негативные эмоции стоя на лёгком вечернем ветерке и выливая в себя второй бокал с шампанским. Не помогало. Девушка начала немного подрагивать, кончики пальцев похолодели, нос покраснел, а прическа немного испортилась. «Отлично, решила пустить себя по наклонной?»,— думала Эмма.       Внезапно на плечи опустилась что-то тёплое и тяжёлое. Эмма мгновенно обернулась, уперевшись взглядом в разные глаза. Тёмный маг собственной персоной. Девушка сморщилась, пытаясь откинуть с плеч мужское пальто. — В таком обществе это неприлично, перестань. — Плевать что они подумают, разве нет? — усмехнулся волшебник. — Нет, не плевать,— Эмма развернулась к мужчине лицом. Геллерт сложил пальто, повесив его на своем правом предплечье. Опёрся плечом о колонну, а потом наклонил голову вправо, касаясь виском холодного камня. — Я понял, извини, не хотел тебя обидеть,— проговорил маг. — Я очень на это надеюсь,— Эмма решила уже уйти от назойливого собеседника, как тот схватил девушку за запястье, удерживая рядом. — Что случилось? Пару часов назад у тебя было хорошее настроение, сейчас же тебе легче меня прибить, чем просто принять жест заботы. — Я не нуждаюсь в твоей заботе, неужели не понятно. Просто оставь меня в покое,— Эмма грозно блеснула глазами по Геллерту. — Объясни мне, и я отстану, не буду тебя докучать,— упрямо продолжал он. — Я устала, ясно? Тем более, раз ты такой весёлый, видимо, переговоры Джонс пошли куда лучше ожидаемого. — Ну да, все прошло хорошо,— пожал плечами маг. — Замечательно, я хочу домой. Спокойной ночи, Гриндевальд,— ядовито бросила девушка, направляясь к гардеробной. Эмма обошла уже половину зала, и почти дошла до гардеробной, когда заметила за собой тень. Спустя каких-то несколько секунд на её плечи уже ложилось её собственное пальто. Макалистер закатила глаза. — Позволь мне хотя бы поухаживать за тобой как должно,— блондин усмехнулся, забавно дёрнув усом,— Спокойной ночи, Эмма.       Ответом ему послужил лёгкий кивок. Девушка растворилась в ночи, исчезнув за дверью. Мужчина измученно провел по лицу ладонью.

      

      Работа в Министерстве шла своим чередом. Почтовые крыски бегали по этажам и кабинетам, все торопились либо на работу, либо занять этих самых работников. В последнее время участились нападения приспешников Гриндевальда, а тот даже не старался, видимо, хоть немного угомонить своих фанатиков. Хотя, наверное, как говорил сам тёмный маг когда-то, большинство из этих преступников лишь прикрывались его именем.       Не было никаких новостей о Кэрроу, что очень напрягало Эмму. Ей не нравилось это затишье. Единственное что радовало девушку-материнские звонки по вечерам и письма с милыми колдографиями. Иногда, девушка прижимала их к сердцу и, забившись в угол комнаты, пускала горькие слезы. Макалистер скучала по маме и… папе. До сих пор не затянувшаяся рана от потери отца на фоне отъезда матери и недавней встречи с братом, начала кровоточить и болеть ещё сильнее.       Эмма старалась не задумываться об этом, но воспоминания и вопросы пронырливо лезли ей в голову. Что делал Джек на мероприятии? Зачем он вернулся? Какую цель он преследует? Ни на один из этих вопросов Эмма не могла дать точного ответа, лишь бредовые, на её взгляд, домыслы. Девушка не жалела что наговорила брату всё, что на накопилось в ней за годы его отсутствия. Макалистер считала, что он должен был услышать эти слова, что брату нужно уже перерасти эти остатки юношеского максимализма и свой эгоизм. Джек старше Эммы на два года, пора бы уже начать думать головой, а не другим местом.       По правде говоря, избегала она не только этих назойливых мыслей, но и не менее назойливого лжеПерсиваля. Мужчина не докучал девушку расспросами и давлением со своей стороны, но от него было не скрыться. Иногда Эмма сталкивалась с ним в коридоре, Геллерт вежливо здоровался, а иногда даже улыбался, но девушке было все равно.Она старалась убежать от него подальше, не удостаивая того даже кивком головы. На обеде в кафешке, что недалеко, Макалистер садилась в самый дальний угол. Волшебница быстро выпивала свой горячий напиток, а затем убегала из заведения. Странное ощущение, или даже чувство, не покидало брюнетку. Будто если теперь девушка хоть взглядом пройдётся по этому мужчине, она утонет. А вместе с тем утопит свою гордость и чувство собственного достоинства. «Кто же мог подумать что ты такая свинья, Гриндевальд», — гневно рассуждала Эмма про себя. Возможно, для него это норма, ухаживать за двумя девушками сразу. Почему-то внутри что-то надломилось, когда проскользнула мысль что она просто запасной вариант. В один момент девушка даже засомневалась, а действительно ли она так красива и хороша собой, как всегда утверждали знакомые и окружающие? Испугавшись и слегка разозлившись на себя за такие глупые мысли, Эмма избавилась от них.       В один из таких суетливых и загруженных дней, Эмма шла по коридору, быстро перебирая ногами, как часто ходила Ирен. В голове уже был список с делами и планами на сегодняшний рабочий день. Отчёты, заявления, справки и снова отчёты, заявления и справки.       Внезапно Эмма почувствовала чью-то крепкую руку на своём левом предплечье. Кто-то схватил девушку и, повернув вокруг своей оси прижал к стене в полутёмном углу. Макалистер уже было вытащила палочку чтобы произнести защитное заклинание, как руку легко скрутили, выдернув из её оружие. —Какая техника, похвально, но с реакцией стоит ещё поработать,— над ухом забасил знакомый голос. Девушка подняла глаза на человека напротив, узнав в нем директора магического правопорядка. Показалось, его глаза блеснули во мраке. Лицо украсил хищный оскал. —Отпусти меня, Гриндевальд! Совсем спятил? — Эмма начала брыкаться, пытаясь освободиться, но маг только начал. Геллерт положил свои руки на талию девушки, ближе прижимая ту к стене. —Я спятил? О нет, мне кажется скорее уж ты выжила из ума. Избегаешь меня целую неделю, неужели внешность Грейвса так тебя отталкивает? — он усмехнулся. —Мне отталкивает тот, кто находиться под его личиной! Немедленно отпусти меня, или я закричу! — пригрозила девушка. —Кричи, так даже интереснее,— снова усмешка и сомнение в глазах. «Он думает мне слабо»,— сообразила Эмма. Недолго думая, она завопила во все горло. —Помогите! Спа...! — не успела она докричать, как мужская ладонь тут же закрыла ей рот.       Группа из нескольких мракоборцев обернулась на звуки, но ничего не увидев парни пошли дальше. «Ещё и невидимый купол поставил. Молодец, Гриндевальд, твёрдая пятёрка!» — Можешь не стараться,— мужчина приблизился лицом к лицу с Эммой, его горячее дыхание затронуло её кончик носа,— Даже если тебя услышат, то не увидят. Геллерт опустил руку, снова сжав талию девушки, приблизился к её уху и прошептал: — Что за перепады настроения, мисс Макалистер? — он опустил лицо пониже, к чувствительному месту под скулой, по телу девушки пробежали мурашки — То распиваете со мной вина, то видеть меня не хотите. Ведёте себя как подросток,— он снова опустил свое лицо, выдыхая слова в девичью шею.       Эмма всеми силами старалась контролировать свою реакцию на действия Гриндевальда, но получалось плохо. Особенно когда этот дьявол так дышит в шею и стискивает в своих руках её талию. Руки девушки висели безвольными плетями. Все тело онемело, ожидая дальнейших провокаций Геллерта. — Так не пойдёт,— мужчина приподнял голову, останавливая свой взгляд на прикрытых глазах милой особы.       Геллерт шумно выдохнул прижавшись своим лбом ко лбу Эммы. Девушка как могла выравнивала дыхание, пыталась унять дрожь в пальцах и коленях. Если бы не эти чёртовы руки, брюнетка давно бы упала в ноги их владельцу. Гриндевальд, продолжая шумно и тяжело дышать, наклонился и оставил лёгкий поцелуй на поалевшей девичьей щеке. — Вы так недоступны, миледи. Вы причиняете мне этим боль, хотя, должен признаться, это раззадоривает ещё больше,— волшебник поцеловал другую щеку девушки. Маг нежно дотронулся до мягких волос, пропуская сквозь них пальцы. Губы Эммы приоткрылись. Взгляд волшебника приковался к пухлым губам, он сглотнул. — На одной из наших будущих встреч, я все же не сдержусь и поцелую вас. Оставлю на ваших милых губках синяки, чтобы вы вспоминали меня. А когда пройдут эти, поставлю новые, потому что хочу чтобы вы хоть как-то уделяли мне ваше время, внимание и мысли,— волшебник чуть коснулся верхней губы девушки своей,— Когда-нибудь вы станете моей. Я верю в это, я живу этим, моя милая.       Вдруг девушку прошиб холод. Мгновенно распахнув глаза она поняла-Гриндевальд исчез. Как бы не хотелось это признавать, его тепло было успокаивающим. На секунду показалось будто она замёрзнет без его горячего дыхания и настойчивых рук. Будто этим рукам самое место на её талии. Будто без них она сейчас упадёт.       Эмма встряхнула головой, отгоняя наваждение. «Что сейчас произошло?», — мысль прокатилась в сознании вселяя панику. Девушка глубоко задышала. Спустя несколько секунд различила аромат мужских духов. Аромат кедра и эвкалипта.       В руке она обнаружила небольшую помятую записку: «Вы очень милы, когда пытаетесь избегать меня и сторониться, но совсем скоро вы поймёте, мисс Аврор — вам не победить в этой игре. Хотя, признаюсь, я раздумывал чтобы и дальше наблюдать за вашими детскими выходками. Это довольно забавно, я очарован. Как перестанете на меня злиться и проклинать меня, жду вас в своём кабинете. С уважением, Ваш явный поклонник. P. S. Пройдите к своему кабинету через один из запасных выходов. Сомневаюсь, что Министерство готово сейчас увидеть ваши околдовывающие каштановые волосы и яркие глаза.»       «Скотина!»,— было мыслью Эммы перед тем как судорожно сорваться с места.