Снежный шар

Звон колоколов мягко касается детских ушей. В руках — миниатюрная шкатулка, что по размерам чуть больше ладони. Чонгук сжимает ее, чувствуя, как потеют его руки. Повсюду множество незнакомых взрослых и лишь парочка знакомых лиц. Вон тетушка Нари, точно присосавшаяся ко своей внучке пиявкой и выпрашивающая внуков. Девушка молодая и милая, думает мальчик, и он знает, что видит она свою бабку редко, но метко. Каждая встреча это сплошные вопросы о женитьбе и детях. А вот ее молодой человек стоит рядом… краснеет и не знает, куда себя деть. Нервно поправляет черный галстук и косит глаза. С другой стороны зала не менее занимательная картина — дедушка Бинх осматривает все столовые приборы со стола, щуря один глаз, и будто оценивает товар на рынке. Выглядит он при этом как пират, готовый выхватить все со стола и утащить на свой корабль да спрятать в сундук. Самое забавное, что это все не исключено. Чонгук знает о странностях дедушки, мама его предупреждала, что мужчина немного не от мира сего, и не стоит воспринимать это как нечто ужасное. Но Чонгук не воспринимает это подобным образом, ему даже кажется, что это наоборот весело. С дедушкой не соскучишься, он всегда расскажет что-нибудь интересное и с ним можно поиграть — а он бывает интереснее сверстников. Дедушка Бинх ловит взгляд мальчика и улыбается ему, поднимая руку с вилкой в знак приветствия. Чонгук проделывает тот же жест, только без вилки. — Ох, Чонгуки, вот ты где, — это мама, она касается плеча сына и подзывает к себе. Сегодня она очень красивая, в черном элегантном платье, с укладкой и сияющими от волнения глазами. Все-таки свадьба не просто какого-то далекого родственника, а ее родной сестры. Чон знает, как близки его мама и тетя. Мальчик тянет руки вверх, безмолвно просясь ну руки. Мать тихо хихикает и берет его на руки. — А вы подросли, молодой человек, — говорит она, слегка подбрасывая сына. — Или набрали в весе, — из ниоткуда появляется отец со своими «смешными» шутками и чмокает жену в щеку, после треплет сына по волосам. — Лиен сильно волнуется? — Ох, ты даже не представляешь насколько. — Насколько помню, ты в нашу свадьбу так не волновалась. — Зато волновался ты. — Ну, какая-то икота не признак волнения! Чонгук, сидя ну руках матери, готов закатить глаза. Ну вот опять эти взрослые, как сказал однажды друг Чона с детского сада, флиртуют. Мальчик не совсем понимает смысл слова «флиртуют», но вот это все же оно, видимо. — Мама, мама! — Чонгук ерзает на руках и тянет руку матери, прося обратить на него внимание. — Когда начнется? — Ну малыш, совсем скоро, ты бы пока поиграл с другими детьми. Чонгук кивает так, для галочки, а играть с другими детьми он как-то не хочет. С детства малыш был замкнут, и это по сей день продолжается. Родители — да и вся родня, впрочем — пытались растормошить мальчика. Но Чонгук остается собой: не особо общительный, любит больше рисование и пение, нежели игру в футбол. Интровертом растет, сказал как-то отец. Ну и что, что интроверт? Чонгук вычитал значение этого слова и только фыркнул по-детски. Нет ничего плохого в этом образе жизни, так он считает. Так что, когда мать опускает его на землю, он направляется куда глаза глядят. Прогуливается меж столиков, покрытых безупречно белой скатертью. На столах сверкает посуда, вилки и ложки поблескивают, словно подмигивая мальчику. Порции закуски были совсем маленькие, и как тут наестся… В руках все еще миниатюрная шкатулка, что собирается подарить невесте Чонгук. Он ее то и дело сжимает, иногда оглаживает, слегка задерживаясь подушечками пальцев на выпирающих узорах.

— Знаешь, сегодня в универе была тема по парапсихологии. Ну так, вскользь. — Мм, это интересно, наверное?

Чонгук замечает чьи-то торчащие ноги, обутые в нелепые ботинки, под столом из-под скатерти. Одолеваемый любопытством, он подходит ближе и приподнимает скатерть. Его встречает чья-то задняя часть. Мальчик — примерно возраста Чонгука — стоит на четвереньках. Задом к Чонгуку, передом к другой части стола. Мальчишка приподнимает скатерть с другой стороны, осторожно выглядывая. Действия же Чона не остаются не замеченными, поэтому неизвестный мальчик выглядывает из-за плеча. И выглядит это довольно комично. Его большие — даже для ребенка они большие, ей-богу — глаза смотрят так, будто его спалили за чем-то противозаконным. — Привет, — говорит незнакомец, продолжая стоять в том же положении. — Привет…

— Да, интересно. И рассказывали о реинкарнации. — Мм, кажется, я знаю, что ты имеешь в виду, Тэ. — Вот именно. Представь, что в следующей жизни мы переродимся в одном мире?