Как понять мутанта или химия любви падших ангелов

Германская Империя сидел на крыльце своего дома. Он только что вышел из леса. С одежды капало, а в нагрудном кармане что-то неприятно покалывало. Это осколок корпуса рации упирался в кожу. Немец залез рукой в свой карман и с удивлением достал то, что осталось от прибора. — Интересно, и как это я не заметил, что рацию угробил? Наверное тогда, когда упал грудью на землю. Хотя неважно. Все равно сломалась уже. — ГИ отбросил обломки куда-то в сторону сада, он особо не наблюдал за этим полетом. В голове роились мысли. Немец никак не мог понять, почему он так поступил со своим единственным ребенком. Страх? Возможно. Но зная монархиста должны быть еще причины. Хотя и страх причина достаточная. Ладно, с этим разобрались. Тогда зачем устраивать весь этот спектакль? Зачем мучить ребенка опытами? Зачем давать ему надежду на то, что папа любит и так надо? Ведь если боишься зачем причинять боль? Можно же просто забыть. Собственно, первые годы жизни Рейха, ГИ это и пытался сделать. Но по видимому, отцовские чувства оказалось не так то просто загубить. Что до опытов, то это просто научный интерес. У Германской Империи всегда была нездоровая тяга к исследованиям. Можно даже предположить, что немец имел какое-то психологическое расстройство, что вполне возможно и объясняет отношение к Рейху. Но к сожалению документальных подтверждений этому нет, иначе маленький нацист лишился бы отца, какого есть, но все-таки отца. ГИ корил себя за это. Посидев еще немного на крыльце и послушав шум непогоды, монархист решил войти в свое жилище. Сейчас он был в своеобразном шоке и чувствовал себя тоже своеобразно. Медленными шагами дойдя до ванной ГИ скинул всю мокрую одежду и переодевшись в сухую и чистую, приказал прислуге принести бутылку вина. Конечно, Германская Империя не исключал того варианта, что отношения с сыном можно уладить. Но сейчас в нем говорили эмоции, которые перемешивались с поспешными, хотя и логичными, выводами. Дождавшись, пока слуга выполнит приказ и наконец-то опустошив первый за этот, обещающий быть долгим вечер бокал, ГИ с головой нырнул в алкогольное море.

***

Погода была столь же плохой как и раньше, только дождь стал лить немного слабее. По темной пригородной дороге ехала карета. Кучер, поплотнее закутавшись в свой плащ, подгонял лошадей. В карете тряслись две особи мужского пола. Обе особи уже известны нам, но так как мы ненадолго оставляли их наедине, не сочту лишним рассказать чем Российская Империя и Третий Рейх занимались эти полчаса. Эти двое спустя пять минут после того, как нацист чихнул, уже завели новую беседу, которая скоро переросла в дискуссию. Оппоненты с азартом осыпали друг друга разными фактами и выводами, опровергали, в чем, то соглашались и пускались в новый оборот. Дискуссия была посвящена литературе. Тема нейтральная и очень интересная. Российская Империя отбросил свои сомнения насчет Рейха. Чем дольше они говорили, тем сильнее дворянин убеждался, что ему лишь привидилось. Ну или убеждал себя в этом. Постепенно их оживленная беседа зашла в такие дебри, что сам черт ногу сломит. РИ уже минут как десять безуспешно пытался «догнать» своего собеседника, они стали обсуждать слишком филосовско-научные темы. Невкоем случае нельзя сказать, что царь всея Руси был глупым, нет. Просто всегда есть темы в которых кто то силен, а кто то нет, например беседа двух людей отличника с факультета естественных наук и физика-ядерщика. Один прекрасно разбирается в видах сине-зеленых водорослей и безошибочно определяет какого семейства и вида растение, другой знает такие термины, что не зная, что это термин можно подумать, что это заклинание какое то и знает все о ядерных процессах. Оба умны, про них нельзя сказать «дурак», но при этом на некоторые темы им не поговорить никогда. Так же и здесь. Рейх просто копнул слишком глубоко и увлекся при этом. Русский пытался вставлять в их беседу какие то комментарии. К счастью его попытки прервались возгласом Рейха «а вот и наше поместье». РИ посмотрел в окно и увидел небольшой двухэтажный дом в стиле викторианской готики. Все бы ничего, но в события вмешалась погода. Из-за нее кучер не заметил яму, которая превратилась в небольшое болотце из грязи. Карета подскачила на очередном ухабе и проехав еще несколько метров завяла в этом самом болотце. Кучер смачно выругался и поспешил сообщить своему государю о непредвиденном обстоятельстве. Постучав в окно кареты и подождав пока не откроется дверь, он быстро произнес. — Не гневайся, государь, прости окаянного, но карета завязла и завязло крепко. Пока погода не наладится или хотя бы утро не настанет, она с места не сдвинется. — Российская Империя был не сильно удивлен этому, выслушав кучера он повернулся к Рейху. — Ну что, вундеркинд, пригласишь к себе? — Конечно, мистер РИ. Прошу пройти за мной. Нам повезло, что мы почти приехали. Я сообщу прислуге, где точно завязла карета. Пусть ваш кучер останется здесь и подождет пока не придут люди помочь ему распрячь лошадей. Если вы не против конечно. — Нациста казалось, ничем не проймешь. Его взгляд оставался спокойным. Голубые, как ясное небо в морозное утро глаза смотрели непринужденно. Рейх легко вылез из кареты и повел РИ к поместью. Дорога заняла минут пять-семь. Подходя к дому немец про себя отметил что в столовой горит свет. Значит Германская Империя скорее всего там. Проводив неожиданного гостя в прихожую, Рейх скинул пальто и снял свои ботинки. Подождав пока РИ разденется, нацист повел его в ванную комнату. Сказав, что сейчас вернется, Рейх направился в столовую. То, что он там увидел слегка выбило его из колеи. ГИ сидел на стуле, положив лицо на стол. Левая рука служила ему подушкой, в правой была зажата бутылка. На полу валялись еще две пустых.Рейх так и замер на пороге. — О-отец, с тобой все хорошо? -видеть ГИ в таком состоянии было странно и ново. Немец старший никогда раньше не пил дома, а если и пил то в пределах одной рюмки, иногда двух. Рейх это знал и не понимал почему вдруг ГИ так поступил. Сразу откинув вариант, что это все из-за происшествия на собрании, ГИ никогда не переживал, что о нем думает «это тупое стадо», как он сам выражался. Рейх подошел к отцу и потряс его за плечо. Тот пошевелился и подняв голову, посмотрел на сына пьяными глазами. — О, Р-рейх, вер-рнулся уже, ик, с собрания? Знатно я Англию на место поставил, а? — тут голос в стельку пьяного монархиста дрогнул и приобрел жалобные нотки. Лицо его тоже приняло просительно-жалобный вид. - Т-ты меня конешно прости, что я тебя сегодня ударил… так получилось. С-сын мой, прости меня… я знаю, что я мудак и тряпло по отношению к тебе. Прости меня за все. Ик! - произнося это ГИ свалился со стула на пол и встал на колени перед своим сыном. Хоть его мозг и был одурманен алкоголем, намерения были весьма искренними. Рейх тоже был в шоке, но при словах отца сердце приятно заныло и на душе сделалось спокойно и тепло. Позволив чувствам вырваться из усталого сердца он бросился на пол, к отцу и обнял его. ГИ обнял его в ответ, по его щекам впервые за очень много лет текли слезы. Он прижал сына к своей груди, взъерошил рукой гладко уложенные волосы. — Прости, сыночек, прости меня пожалуйста, прости! Я так перед тобой виноват! Прости! - сильнее прижимая Рейха к себе говорил пьяный ГИ. Рейх тоже прижимался к отцу и тоже плакал. Наконец все наладилось. Папа, да, Рейх впервые назвал Германскую Империю папой, осознал свою ошибку, все будет хорошо. Слезы радости катились по щекам нациста.Он совсем забыл о госте, который тихо стоял за дверью столовой и улыбаясь наблюдал за счастливой семейной сценой. Российская Империя подождав несколько минут в ванной решил поискать Рейха и наткнувшись на эту милую сцену, решил не мешать отцу и сыну налаживать отношения. Тихо, стараясь не шуметь, осознавая что сегодня он тут явно лишний, РИ зашел на кухню и написал записку, чтобы обитатели дома не волновались о его пропаже. Положив карандаш, он тихо прошел в прихожую и тенью вышел на улицу. Когда Рейх отошел, дворянин приказал своему кучеру попытаться вытащить карету и надеялся что тот справился. Дождь кончился и русский медленно брел в сторону дороги. Но не тут то было: сзади послышался оклик.