3 глава
26 декабря 2019 г., 17:51
Певица
Она была жемчужиной этого места, настоящим сокровищем, приносящим хозяину в разы больше дохода, чем десятка два проституток. Блистая, подобно божеству, Она могла брать самые высокие ноты, заставляя публику замереть, затаить дыхание практически до конца выступления. В такой жизни были свои плюсы, но минусов, по мнению самой певицы, было намного больше. Хозяин сильно давил, щедро сыпал угрозами в её адрес, а для остальных Она была всего-навсего красивым товаром, выставленным на всеобщее обозрение. Каждый день люди восхищались голосом обворожительной певицы, а цена на её тело продолжало неумолимо расти, пока в конечном итоге не стала до того огромной, что торги сами собой прекратились. Жизнь более не приносила радости, а горе приходилось топить в алкоголе поздними вечерами, когда уже до безобразия пьяные клиенты заведения расползались по домам, где многих из них ждали семьи. Каково это чувствовать, что где-то тебя кто-то ждёт? — А ты не изменяешь своим привычкам, — с улыбкой говорит Он, уже в пятый раз наполняя бокал певицы красным вином. Взгляд плывёт, но Она отчётливо может видеть лицо собеседника, его широкую и снисходительную улыбку. Он не был похож на других, умел расположить к себе и утешить в конце тяжёлого дня, Ему можно было высказать всё, что так долго непосильным грузом висело на душе. У неё была глубокая симпатия к этому человеку, которого Она считала действительно идеальным, одним-единственным на этом свете, кто действительно был необходим ей, чтобы продолжать влачить своё бессмысленное существование красивого товара, успевшего запылиться на витрине. — Знаешь, — её язык заплетается, мысли путаются в голове, а по телу растекается тепло от выпитого алкоголя. — Я больше не хочу так жить. Она говорит довольно тихо, подпирает рукой красную щёку и делает глубокий вдох, всеми силами пытаясь собрать мысли в кучку. Мутный взгляд устремляется прямо в глаза парня, улыбка которого растягивается чуть ли не до ушей, а в ясных глазах вспыхивает озорной огонёк. В попытках подражать ему, Она тоже улыбается, но в этот же момент роняет голову на стол. Он замирает, но лишь до тех пор, пока его собеседница не проваливается в тёплые объятия пьяного сна. Смех распирает изнутри, однако с уст слетает лишь тихий истерический смешок, который прекрасно раскрывает все его сумасшедшие наклонности. Он наслаждается болью и страданиями певицы, при этом испытывая жалость, когда наблюдает за её бессмысленными попытками стать хоть чуть похожей на него, совершенно не понимая, что для этого необходим настоящий талант, который, увы, достался ему одному.***
Запах сырости щекочет нос, похмелье после вечерних посиделок просто убийственное, хотя, казалось бы, всего каких-то пять бокалов вина. Она открывает глаза, но не видит совершенно ничего в непроглядной тьме, не может вспомнить вчерашний вечер, так как мозг отключился уже после второго бокала. Взгляд медленно бегал туда-сюда, пытаясь привыкнуть к окружающему мраку, и вскоре она увидела скромные предметы интерьера, смогла разглядеть до ужаса знакомую улыбку. Белоснежные зубы так и сверкали в темноте, казалось, даже ярче лезвия ножа в Его руках, но это была уже не та снисходительная улыбка, которую Она привыкла видеть на его лице, а самый настоящий звериный оскал, пугающий до глубины души. Он так долго ждал её пробуждения, так долго хотел увидеть страх в глазах беспомощной жертвы, а что в итоге получил? Облегчённый выдох, блеск надежды в широко распахнутых щенячьих глазах, тихий, дрожащий голос, нежно зовущий Его по имени. Её просьба снять оковы не приносит желанного удовлетворения, но изрядно веселит убийцу, заставляет подняться с насиженного места и подойти чуть ближе, внимательно вглядываясь в лицо жертвы в надежде увидеть, как оно медленно исказится от ужаса. Но не было ни страха, ни мольбы о пощаде, ни попыток откупиться, хотя бы на час отсрочить неминуемое. Она просто с улыбкой смотрела на то, как Он медленно приближается к ней, заносит над головой нож, второй рукой до боли сжимая хрупкое девичье плечо тонкими пальцами. Следует сильнейший удар, лезвие пробивает грудную клетку, не задевая сердца. Убийца специально мучает жертву, пытаясь вывести её на крик, выдавить из неё хотя бы каплю страданий. На лице певицы появляется боль, Она морщится, но всё ещё заставляет себя улыбаться, даже сейчас пытаясь походить на своего кумира, на бессердечного монстра, укравшего её сердце. Это ужасное зрелище вызывает отвращение, Он сглатывает тугой ком в горле, улыбка на мгновение сходит с лица, но чудовище не намеревается останавливаться на этом. Это была лишь секундная слабость, момент, когда убийца стал таким же уязвимым, какими были все его жертвы. С трудом верилось, что Она действительно желает смерти, желает покинуть этот мир, освободиться от боли, которую ей каждый день приносили люди. Эта боль была намного сильнее той, которую девушка испытывала сейчас, ощущая внутри своего тела острое лезвие ножа. В первый и последний раз убийца был не только психопатом или садистом, но и освободителем, способным избавить жертву от страданий в этом жестоком мире и, возможно, отправить её в лучшее место. Он на мгновение прикрыл глаза, расплылся в безмятежной улыбке, до побеления костяшек сжимая рукоять ножа. Лезвие вошло глубже и безжалостно провернулось, разрывая внутренние органы и в то же время освобождая несчастную девушку от мук. Живой блеск мгновенно покинул глаза, они стали пустыми и безжизненными. Всю жизнь Она мечтала быть ангелом и найти себе место в этом мире, а в итоге нашла его лишь после смерти… В аду.
