А что если не любовь?

Глава 54.

Время неумолимо текло. С теплой весны в жаркое лето. Духота не давала нормально дышать, а одежда прилипала к мокрому телу. Блэк, со своей густой темной шерстью, дрыхнет под кондиционером или распространяет микробы по бассейну. А я ем тоннами мороженое и запиваю его ледяной водой. Все куда-то уезжают отдыхать, а я, как обычно, останусь в городе. Сначала надо сессию сдать, а потом буду… что-нибудь делать. Ээх. Как я узнала, папа с Асторией и Агнессой куда-то укатили. Маркус со своими тоже. Еще настроение падает ниже плинтуса, когда вижу эту стерву рядом с ним. Сучка, как на панель одевается. Еще глазки строит. Я сидела на кухне, когда это «чудо» появилось на кухне. — Можно водички? — она обмахивала свое лицо ладонью. — А-то у вас жарко как-то. Помона, женщина средних лет, которая работает у Гарри уже третий год, подала ей стакан с водой. Знаю, что плохо, но про себя молилась, чтобы она подавилась. Зашел Гарри, как всегда безупречный: в шортах и футболке. С него тек пот. Обоим жарко. Оба вспотели. В животе завязался узел. — Как поработали? — Хорошо, — он поцеловал меня в макушку, улыбаясь. — Осталось чуть-чуть совсем. — Вижу я как вы работаете, — я обсмотрела Ромильду. Короткая юбка еле прикрывала место, на котором она сидит, показывая кружево чулков, майка просвечивала голую грудь, волосы заколоты в прическе, длинные ноги подчеркивали каблуки. Я чувствую себя уродом, не достойная красивого парня, с которым живу. — Я останусь сегодня у Гермионы, — произнесла, выходя из кухни. Блэк, вытащив язык из пасти, семенил рядом. Натянув кепку на голову, я смотрела себе под ноги, когда услышала гудок. Рядом ехал черный джип, владелец которого меня бесит. — Вы меня преследуете, — сказала я, не поднимая головы. — Как будто тебе не нравится мое внимание? — игриво спросил он. — Нет. Вы меня напрягаете. Я вам сто раз говорила, что у меня есть парень. 《Который заменил меня на эту шлюху》, — пронеслось в голове. — Я пытаюсь завоевать тебя, — он вздохнул. — Я верная, — ответила я. Относительно. Вспомнился Эд с его добрыми глазами, и сердце защемило. — Давай я подвезу тебя хоть? — Я с собакой. — Не страшно. А почему бы и нет? Я остановилась, и он остановился, открыла дверь и Блэки запрыгнул. Я написала смс Гермионы, чтобы она встретила меня у дома ее старой соседки, дом которой расположен через два дома от ее с правой стороны. Уже подъезжая, его рука перекочевала с руля на подлокотник, а потом мне на ляжку. — Руку уберите, — зашипела я. — Оу, прости, — он вздохнул. — Не сумел сдержаться. Он остановился, и я вытащила Блэка из машины. — Вы мне в отцы годитесь, — и сухо попращавшись, пошла навстречу Гермионы, которая щурилась от солнца. — Это тот мужик? — спросила она. А мне дико захотелось плакать, что, в принципе, я и сделала, кинувшись ей на шею. Блэк, мой верный пес, лег мне на ноги и заскулил. — Что случилось? Я качала головой, не в состоянии выговорить слова. — Он уехал? — всхлипывая, спросила я. — Да минут пять уже. Пошли домой? И я кивнула. Сидя на кухне, маленького, но уютного дома, который прикупил Драко для своей любимой, я рассказывала ей то, что накопилось за всю весну. Она меня слушала, не перебивая. А когда я закончила, вытащила из тумбочки бутылку вина, которую мы осушили к вечеру. Пьяные, нам взбрело пойти погулять. И, закрыв Блэка в доме, предварительно насыпав ему еды в тарелку, ушли искать приключения на пятую точку. Погода в Лондоне, как настроение девушки во время беременности или во время знаменитых ПМС. Стоило нам пройти до парка, как хлынул дождь. Хотя нет, не дождь, а ливень. И вместо того, чтобы побежать искать укрытие, мы носились под дождем, захлебываясь водой и детским восторгом, а падая из-за пьяного головокружения. И, когда стемнело, а дождь прошел, мы поняли, что протрезвели и пошли за новой порцией. Уже дома, в пьяном полудреме, мне явился Гарри с Драко. Оба были злые. Драко, ворча что-то про пьяных девушек, поднял обмякшее тело Гермионы, уходя в комнату. — Привет, любимый, уже наигрался со своей… Ик!.. Шлюхой? — спросила я, икая и заплетаясь в языке. — Пойдем. Ты не в себе. — Я не уйду без Блэка! — Я вырвала руку. — Блэкки, иди сюда хороший. Единственный кто меня любит. И это была правда, от которой я заплакала, как первоклассница. Он подхватил поводок, и, пока он одевал его на моего пса, я опрокинула еще два стакана себя. Взяв мое обмякшее тело, двинулся в сторону двери. Уже засыпая, услышала: — Глупая, — произнесеное с нежностью. Легкое касание холодных губ и темнота…