Цена жизни

Следующие две недели пролетели, как в сказке. Все время после работы я проводила с Риком. Мы ходили в ресторан, кино, прогуливались по парку, обновляя воспоминания об этом месте. Теперь оно уже не будет ассоциироваться с расставанием. И хорошо. Все чаще и свободнее мы с Риком прикасались друг к другу. Теперь это было чем-то привычным, необходимым, без чего создавалось ощущение незавершенности. Я рассказала Сьюз о нашем с Риком воссоединении. Она была рада за нас, заранее прощая меня за исчезновение. По моему счастливому голосу она поняла, что еще нескоро отвоюет толику моего внимания. И за это я была ей благодарна. Мое внимание было полностью сосредоточено на Рике. Сегодня я также после работы приехала домой к Рику. По ступенькам взлетела наверх, открыла дверь, встречаясь взглядом с любимыми глазами. — Привет, ты быстро сегодня, — он коротко поцеловал меня, возвращаясь к плите, на которой лениво что-то булькало. Как же мне повезло с мужчиной, который готовит! — Привет. Дороги свободные были. — Или кто-то педальку давил. — Или это, — согласилась я. Сняла куртку в прихожей, и прошла на кухню, становясь позади мужчины. Обняла его со спины и уткнулась носом в футболку. Могу так стоять вечно. — Я скучала. — Я тоже скучал. Но если я сейчас обниму тебя в ответ, мои спагетти разбегутся. — Тогда сторожи их, — Рик не видел моей хитрой улыбки, когда я вдруг ослабила объятия и просунула прохладные руки ему под футболку, сжимая их на мужском животе. — Ай! Хулиганка! — Он вздрогнул от неожиданности.- Чего такие холодные руки? — Замерзаю, — притворно тяжело вздохнула я. — Согреем. Я расцепила руки и подошла к кухонному островку. А затем стала спиной и, упершись руками, села на него. — Как прошел твой день? — Как обычно. Несколько тренировок, бумажная работа. А у тебя? — Позвонила в детский центр, узнала, как потрачены деньги фонда. Больших мероприятий пока не намечается, только мелочь всякая — встречи с журналистами, волонтеры и прочее. Рик, увидев меня сидящей на островке, усмехнулся. Подошел, нежно поцеловал, поглаживая ладонями спину. — Иди, накрывай, сейчас все готово будет, — я послушно спрыгнула и отправилась исполнять. После ужина мы уселись на диване смотреть комедию. Какая-то новая, интересная. Весь фильм спорили, кто из героев ведет себя неразумнее, и кому делать первые шаги к сближению. И даже, когда на экране побежали титры, мы не успокоились. — Вив, ну сама посуди, героиня вела себя глупо! — Он ухмылялся, видя, как я пыхчу. — И что? Не она первая начала! — Да он просто неточно выразился, а она вместо того, чтобы переспросить, насочиняла себе чего-то и обиделась! — А надо уметь правильно выражать свои мысли! А не такими двусмысленными фразами. Я бы на ее месте тоже так поступила! Еще бы и добавила! — Ох, женщины! — Или мужчины, — таким же тоном ответила ему. — Ведь скольких проблем они могли избежать, если бы она не объявила эту глупую войну. — Глупую? Ты…да что б ты там понимал?! — Я схватила диванную подушку и стала ей бить Рика. Он хохотал, закрываясь от моих ударов, чем еще больше вызывал мое возмущение. Я завалила его полностью на диван, усевшись сверху и лупя мужчину так, что будь в подушке перья — летели бы во все стороны. А он только смеялся. — Я тебя придушу сейчас! Хохочет он! — Я схватилась за подушку двумя руками, собираясь продолжить пытки, но Рик тоже ухватил ее. Окончательно забрать ее не смог, поэтому, приподняв голову, резко засунул подушку туда, и тут же опустил голову на нее. В глазах светился вызов, приправленный искорками смеха. А я все также висела сверху, держась за злополучную подушку. Наши лица были напротив друг друга, смех стих, лишь взгляды не разрывались. Я почувствовала, как мужские руки легли мне на талию, проходясь вверх по ребрам, и назад до бедер. А потом, держа меня за бедра, приподнял выше. Попутно я почувствовала под собой весь рельеф мужского тела. Рик тоже это почувствовал и не остался равнодушным. Об этом говорили расширенные зрачки, и еще кое-что. Теперь я не держала подушку — я держалась за нее! Мужчина одной рукой погладил мое лицо и наклонил меня ближе. Поцелуй был глубокий, требовательный, почти жадный, при этом тщательно контролируемый. Мужчина не терял голову — он делал в точности то, что хотел, контролируя каждое движение губ и языка. А вот я голову теряла. Так меня еще не целовали. Пока одна рука мужчины зарывалась в мои волосы, другая поглаживала открытую кожу поясницы, посылая мурашки по коже. Когда поцелуй закончился, я попыталась встать, но Рик понял это и, прижав ближе, совершил обманный маневр. В результате мы поменялись местами. — Куда-то собралась? — Хриплый голос буквально ласкал кожу. — Я… — Да? — Я немного растерялась от того, что видела в мужских глазах. Там было желание. Причем, явное и не скрываемое. И, похоже, Рик не собирался останавливаться. Он позволил мне увидеть все. — Ты уверен? — Кажется, это я должен задавать этот вопрос тебе. Но понимаю, почему ты спрашиваешь, и мой ответ — да, уверен. А ты? А я? Хотела ли я его? Безусловно! Хотела ли я продолжить все сейчас? Да, похоже на то. Готова ли я к переходу на более глубокие отношения? Судя по всему. Поэтому, не думая больше ни о чем, я кивнула в ответ. После этого меня быстро поцеловали и подняли на руки, направляясь к лестнице. Но спокойно «ехать» я не собиралась — с хитрой улыбкой стала целовать мужскую шею, мягко укусила мочку уха, с удовольствием слушая, как учащается дыхание Рика. Он положил меня на кровать, после чего снял футболку и наклонился надо мной. Отстраненно заметила, что в этот раз мы находимся в комнате мужчины. Но эта мысль моментально выветрилась из головы, как только к коже моей шеи прикоснулись мужские губы. Его руки блуждали по моему телу, поглаживая, забираясь под одежду, посылая легкую дрожь. А я в ответ гладила мужскую спину, наслаждаясь тем, как перекатываются под моими руками мускулы. Рик аккуратно снял с меня шелковую блузку, встречая губами каждый открывающийся участок кожи. Кружевной бюстгальтер тоже быстро покинул мое тело. Его место тут же заняли мужские руки и губы. А я уже уплывала от ощущений. Не могла отвечать на ласки, просто плавилась. Наверное, поэтому, не заметила, как исчезла моя юбка, трусики и чулки, куда подевались оставшиеся на Рике штаны. Но почувствовала, как мужские пальцы проникли в меня, и дернулась бедрами навстречу. — Шшш…все хорошо. Я не спорю — хорошо, даже очень, но мне нужно больше! Поэтому требовательно обвила мужчину ногами и попыталась прижать ближе. Но это оказалось не так просто, он не сдвинулся с места, только продолжил поглаживать меня пальцами, еще больше дразня. — Рик! — Как скажешь, моя нетерпеливая, — в голосе слышалась ирония и понимание. Пальцы убрали, а вместо них в меня вошли членом. От ощущения наполненности я закрыла глаза и запрокинула голову. Рик двигался тягуче-медленно, давая полностью прочувствовать весь спектр ощущений. А я просто растворялась в этих движениях. Но в какой-то момент Рик поменял угол проникновения и меня со стоном выгнуло. В ответ я услышала лить тихий довольный смех. И не сразу поняла, что странный скрежет издают мои ногти, царапающие простынь. Внутри быстро нарастало напряжение, грозя разорвать мое сознание на кусочки. — Рик, я…сейчас… — Я знаю. Он ускорил движения, и через несколько секунд я достигла пика. По венам будто пронесся огненный поток, в глазах потемнело, а мой собственный крик доносился будто издалека. Краем сознания заметила, что Рик со стоном последовал за мной, крепче сжимая меня в руках. Когда я отдышалась и немного пришла в себя, увидела, что лежу на Рике. Его руки обнимали меня, поглаживая. С некоторой тревогой подняла лицо к нему и встретилась со спокойным довольным взглядом. Но, увидев мою тревогу, спокойным мужчина быть перестал. — Все в порядке? — Да, — я расслабилась, снова укладывая голову ему на грудь. — Ааа, я понял. И долго еще буду извиняться за первый раз. Не представляю, какую боль причинил тебе тогда. Мне очень жаль, что я был такой сволочью. — Не надо, Рик. Давай, не будем больше вспоминать. Сейчас нам было хорошо, и давай, это раз считать первым. — Да, сейчас было чудесно. Но поговорить о том разе нужно, чтобы все прояснить и оставить в прошлом. Ты понимаешь? — Да, — я вздохнула и потерлась щекой о мужчину.- Больнее всего тогда было увидеть в твоих глазах сожаление. Оно просто убивало. Поэтому я сказала тогда не извиняться. С извинениями только хуже. — А сейчас извиниться можно? — Можно, если хочешь. Сейчас уже не больно, — и это было правдой. Воспоминания больше не причиняли боли, только грусть. — Прости, малышка. Я тогда сорвался, был зол, растерян. Думал, что теряю тебя и не понимал, почему. Не знаю, почему это все трансформировалось…в страсть. Наверное, я уже тогда на подсознательном уровне чувствовал намного больше, чем понимал. А ты была такая красивая в том платье, с пухлыми приоткрытыми губами и невинным взглядом. А я, вероятно, ревновал к тем, кто тебя такой видел. И потерял контроль. А утром вернулись все мои страхи, рамки…и я испугался того, что сделал. Да, я сожалел, но это все равно было удивительно. И я помню каждое мгновение и движение. Они еще долго не выходили из моей головы, не давая покоя, — он закончил фразу с тихим смехом.- И знаешь, сейчас я даже рад тому, что тогда произошло. Это заставило меня подумать, взглянуть на тебя по-другому. Так что, теперь я не жалею ни о чем. Я подняла на него взгляд полный радости и надежды. — Правда? — Да. В ответ я подарила ему самый нежный поцелуй, на который была способна.