Готов?
1 января 2020 г., 20:01
Вот и вторник. БлуБэрри проснулся от того, что его кто-то настойчиво толкал в бок.
— Блу, просыпайся, иначе проспишь завтрак! — воскликивал Ласт раз за разом, пока не добился того, чего хотел — проснувшегося Бэрри.
— Ммм, Ласт, дай ещё пять минут подремать… — промычал Голубика, отворачиваясь к стене и накрываясь одеялом с головой. В следующую секунду одеяло было с него бесцеремонно скинуто на пол, а его самого хорошенько тряхнули.
— Дорогуша, спать можешь после завтрака. А сейчас — подъем!
Черника разлепил сонные глазницы и встал с кровати, подтягиваясь и хрустя костями в голубой пижамке. Настроение было, откровенно говоря, на редкость отвратительное. Почему? Просто вчера, в понедельник, ему всё время не везло: то чашка выскользнет из руки, и чай, слава богу не горячий, потому что БлуБэрри любит разбавленный, расплещется по новой майке, то он подскользнётся на ровном месте и ударится черепушкой о пол, то ещё что-нибудь на его голову свалится. Короче говоря, плохое настроение перенеслось и на сегодняшний день тоже.
Размявшись, Блу быстренько переоделся, пока его в дверном проёме ожидал Ластик. Затем они вместе потопали на кухню. За столом уже сидели Инк, Дрим, Гено, Фреш, Эпик, Саенс и Оутер. Они ели рыбные консервы и что-то бурно обсуждали.
Завидев друзей, чернильный пододвинул ещё два стула ко столу, предлагая присесть. Так двое «Звёздных» и сделали.
— А где Джи и Классик? — поинтересовался голубоглазый, придвигая банку шпрот к себе.
— Они ушли в патрулирование. По идее, скоро должны вернуться. Правда, я без понятия, кто пойдёт в дневное патрулирование… Может, есть желающие? — спросил художник у остальных.
Все замолчали в миг. Идти никто никуда не хотел. Блу вспомнил о Дасте и том, что сегодня обещал прийти.
— Я могу пойти! — сказал он, резко вскочив из-за стола. Разноглазый с удивлением взглянул на него.
— Да? Ты хочешь пойти… Один?
— Ага, а почему бы и нет.
— Может, я пойду с тобой? — предложил Ласточка.
— Нет, нет, нет, я и один справлюсь! — помотал головой Бэрри.
— Хорошо, хорошо, тогда пойдёшь на улицу после того, как вернуться Джи и Классик. Кстати, сегодня на улице тепло. Даже жарко немного. Возвращайся не позже пяти вечера — сегодня прогнозируется спуск ОБЛАКОВ. — кивнул глава группы, доедая свою порцию.
Наскоро поев, Свап умотал в свою комнату. Затем порылся в шкафу. На глаза попалась серая майка с коротким рукавом и короткие голубые шорты, достающие скелетику до середины бедренной кости, не более. Одев эти вещи, БлуБэрри посмотрел на себя в небольшое зеркало, что стояло напротив шкафа. А что? Смотрится вполне неплохо.
Обув на ноги кеды, Блу вышел в холл. Саенс был уже тут как тут. Сидел за пультом и читал книгу. Быстро же он позавтракал! Сев на зелёный диванчик, Голубика стал ждать утренний патруль. И ждать. И ждать. И ждать… И ждаааааать.........
От нечего делать, Черника даже книгу начал читать, что вручил ему Учёный, сказав что-то вроде «Они придут нескоро, можешь скоротать время за чтением. Поверь, это помогает и очень полезно!». Книга была скучная — «Увлекательная физика». Ага, щас. «Увлекательной» физика быть не может. Добрая половина всех законов природы в мире, в котором они сейчас живут выживают, вряд ли может им чем-то помочь. Разве что книгой можно нехило шарахнуть кого-нибудь по голове. Например,
Эррора. Об этом Инк наверняка задумывался и не раз. Но вернёмся к нашему голубоглазому скелетику.
Блу читал уже примерно полтора часа, как вдруг входная дверь отворилась, пропуская высокого скелета с желтыми зрачками и низкого скелета с белыми зрачками. Это были Джи и Классик.
— Сап, Блу. Ты сегодня днём патрулируешь или просто решил тут посидеть? — поинтересовался Классик, оттряхиваясь от пыли — наверное, попал под сильный порыв ветра в особо запыленной части города.
— Утречка, Санс! Да, я в патруль. Ещё увидимся! — Бэрри отложил книгу в сторону и, взмахнув рукой на прощание, удалился из бункера.
Он неспеша шёл по направлению к тому самому кафе, в котором он и Даст обещали
встретиться одиннадцать дней назад. Ноги сами несли его по знакомой дороге, ветер слегка шевелил подол его майки, а сам скелет был в приподнятом настроении. И ведь не
скажешь, что у него был херовое настроение с утра, а?
Подходя к знакомому зданию, Блу заметил какое-то движение внутри. Может, это Даст уже пришёл? Открыв входную дверь и зайдя внутрь, Бэрри огляделся. Кажется, никого.
— Даст? Ты тут?
В ответ тишина. Голубика прошёл к барной стойке и заглянул за неё. Там никого не было и ничего не лежало. Тогда кто это б…
Внезапно, Свапика прижали лицом к столешнице, а руки завели за спину, соединяя в замок.
— Первое правило выживания — всегда будь бдителен… — прорычал Мёрдер, опалив горячим дыханием затылок скелетика, который толком даже испугаться не успел, только пикнуть — настолько всё было быстро и неожиданно.
Отпустив Чернику, он позволил ему развернуться лицом к себе и слегка успокоиться.
— Поздравляю! Ты успешно завалил тест по выживанию! — в ироничном тоне голоса пропел Пыльный.
— Т-тест? Дурак! — Ягодка слегка оттолкнул от себя шизофреника. — Ты совсем, что ли, рехнулся? — возмутился он. — Я ведь испугался!
Слушать возмущение? Кажется, это не входило в планы Даста. Он, не собираясь слушать что-либо ещё, просто впился в губы голубоглазого глубоким и страстным поцелуем, на что тот лишь тихо мыкнул. Но ответил, сплетая свой язык с шаловливым
язычком доминанта. Мёрдер подхватил его на руки и, не разрывая поцелуя, понёс куда-
то вглубь «кафе». Дальше по коридору, вход в который вела дверь слева от барной стойки, тянулся ряд дверей в комнаты.
Пыльный быстро нашёл нужную и, толкнув дверь в неё, зашёл туда, заваливаясь на большую кровать, что стояла там. По сути, кроме кровати выделить особенности в
комнате почти нельзя. Разве что, привлекали внимание розовые свечки, рядком расставленные по полкам, привинченным к стенкам.
Оторвавшись от столь сладкого скелета, шизофреник перевёл дыхание.
— Что это за место? — поинтересовался БлуБэрри, пытаясь понять, куда его затащили.
— О, поверь, тебе понравится. Я нашёл эту комнату вчера. И всё уже подготовил~
— А что здесь делают свечки?
— Это не просто свечки. Я прочитал в инструкции, что валялась неподалёку, что это особые, ароматические свечи. Говоря конкретно об этих, их запах возбуждает любого, кто вдохнёт его.
Чиркнув спичкой по коробку, которые были заранее приготовлены, Даст сжёг нахер
всё. Конец: 'D зажёг свечки. Приятный успокаивающий аромат тут же распространился по всей комнате. Вдохнув этот запах, Блу уже собирался раствориться в этой тихой ауре блаженства, как вдруг он почувствовал, что у него стоит. Кажется, Пыльный, сидящий в
этот момент рядом, почувствовал то же самое, потому что в следующую секунду он негромко спросил:
— Ты действительно готов? Если ты против или не уверен и переживаешь — только скажи, и я прекращу, честно.
— Да, я готов… — прошептал Бэрри, готовясь к чему-то плохому и больному. Он читал где-то, что терять девственность иногда бывает больно и неприятно. А если Даст нечаянно сделает ему больно? Или же… Слегка беспокойные мысли тут же развеялись. За своим ходом мыслей Голубика и не заметил, что уже был без одежды и подмятый под актива. Тот нахально улыбался,
предвкушая веселье. Вот он наклонился и вновь впился в такие манящие и сладкие губы своей Ягодки. Тот ответил, вновь закружившись язычками в дивном танце, который мог бы продолжать очень долго. Рано или поздно, но поцелуй пришлось разорвать. Даст спустился ниже, к шее пассива. Провёл по позвонкам языком, оставляя влажный след. Вырвал из Бэрри вздох.
За ним последовал и первый стон, потому что Мёрдер слегка прикусил нежную кожицу
костей. После он начал активно работать своими клыками и язычком, то кусая, то зализывая укусы. Он идеально точно подгадывал момент, когда лучше прикусывать, а когда — зализывать.
Не оставив на шее неиследованных мест, Пыльный продолжил сладостную муку, спускаясь сначала с шеи на ключицу и предплечье, затем и на рёбра. А Блу так сладко стонал, так сладко, что аж было охото Дасту плюнуть смачно на всё и просто резко войти в этого милашку, втрахивать его в кровать до потери пульса, многократно кончая в
него. Но он держал себя в руках. Боялся своими действиями спугнуть и оттолкнуть от себя Свапика. {бета сейчас радугой блеванет, это так мило}
Закончив с ласками, Мёрдер приступил к более решительным действиям. Он разделся сам, оголяя свои белые, чуть сероватые кости. А заодно и своего давно
заждавшегося друга, который так и жаждал разрядки. Затем слегка наклонился и вобрал в себя стояк Бэрри, который шумно застонал при этом. Одновременно с этим
шизофреник засунул три пальца в ротик Блу — немалый рост позволил сделать это. Поняв, что нужно делать, звезданутый начал посасывать фаланги пальцев, смачивая их слюной.
Когда дело было сделано, один из пальцев Пыльного оказался внутри голубоглазого.
Тот вновь простонал. Так мило~. Медленно переходя с движений «вверх-вниз» и «по кругу» на «ножницы», вводя больше пальцев, Даст начал заметно ускоряться, двигая всё чаще черепушкой. И вот белая, отливающая голубым жидкость заполнила его рот.
Проглотив её и облизнувшись, Мёрдер посмотрел на Бэрри, который весь был в голубом румянце. Затем наклонился к нему и затянул в поцелуй, расслабляя скелетика и готовя к самому интересному. При разрыве между ними протянулась ниточка слюны,
оборвавшаяся в ту же секунду. Шизофреник приготовился входить внутрь. Голубика кивнул, дав понять, что он готов.
Даст очень медленно, раздвинув ноги пассива, начал проникновение. Несмотря на
растяжку, Чернике было всё же немного больно. Пыльный разбавил эту боль облизыванием и лёгкими укусами в шею. Но затем он наткнулся на преграду.
— Ягодка, сейчас будет больно. Обещать, что будет всё хорошо, не могу. Ты готов?
Примерно минуту БлуБэрри молчал. А затем кивнул головой. Мёрдер резко поддался вперёд, разрывая так называемую «девственность». Потекла струйка крови, отливающей голубизной, и послышался болезненный вскрик. Даст полностью вошёл в него и
остановился. Затем начал покрывать поцелуями и засосами всё тело Голубички. На него это подействовало успокаивающе, и вскоре боль ушла на второй план, а позже и вовсе стихла.
— П-продолжай… — еле выдавил из себя Блу, держась на грани здравого смысла и похоти.
Пыльный медленно сделал первый толчок. Затем второй. Третий. Темп ускорять он не
спешил, растягивая удовольствие и время. Поцелуй. Шизофреник вложил в него всю свою страсть, переживания, любовь и нежность как только смог, стараясь без слов
передать Бэрри, что всё хорошо, а дальше будет только лучше {это блять меня после истерики успокаивают. Фото в цвете}.
Периодически слышался стук костей и пошлые шлепки плоти о плоть. Комната была наполненна стонами и вздохами, постепенно переходящими в крики и рычание.
Даст начал ускоряться, не в силах больше удержать себя в руках. Но, кажется, Блу и сам ждал этого.
— Да! Д-Дасти, мхах! Б-Быстрее, ааах! ~
Со стороны Мёрдера было слышно порыкивание, переходящее в рычание, будто
зверь нашёл свою добычу и теперь просто наслаждается процессом её пожирания. В один момент Пыльный резко поддался вперёд, куснув не болезненно, но неприятно шейку Черники. Тот вскрикнул, но в пылу страсти даже не почувствовал боли.
В комнате становилось душно, из-за чего аромат свечей лишь усиливался, дурманя и окутывая туманом разум, оставляя лишь одно чувство — похоть. Голубика обхватил ножками талию Даста, позволяя тому входить резче и быстрее, переходя на просто
бешенный темп. Оба находились в полнейшем экстазе. Ничего, кроме них самих и бури чувств в этом мире будто и не существовало. Они были словно единым целым.
Финальный толчок — и Пыльный с победным рыком, запрокинув голову наверх и
забившись как можно глубже, кончил. Чувство наполненности внутри себя Блу очень понравилось, поэтому, как только он почувствовал, что Даст начал выходить из него, жестом и голосом остановил его:
— Стой, не надо!
— Что такое, Ягодка?
— Прошу, не выходи.
— Ты хочешь ещё?
— Нет, просто не выходи. Ляг рядом. Пожаааалуйста.
Ну как откажешь таким глазкам? Мёрдер вздохнул и лёг на спину, положив пассива на себя сверху. Тот расположился поудобнее.
— Как ты? Всё… Нормально? — слегка обеспокоенно спросил шизофренник.
— Д-да… Я, наверное, сейчас скажу полнейшую дичь, но… Ты отлично трахаешься!
Сильно смутившись собственных слов, БлуБэрри уткнулся с голубым от румянца лицом в грудную клетку Пыльного. Но тот поднял его голову, подтягивая поближе к себе.
— О, правда? Хочешь сказать, что так ты намекаешь на то, что желаешь повтора?
Даст чмокнул его в губы и, перевернувшись, подмял под себя.
— Что ж, раз тут такое соблазнительное предложение, то я готов по второму кругу~
Шизофреник ухмыльнулся и специально медленно начал двигаться внутри любовника.
— Мгхм, Дасти, прошу, давай сразу на быстрый тееемп, — проныл Блу, чувствуя сие действие как сладкую пытку. Но Мёрдер даже и не думал ускоряться. Он просто продолжал растягивать время и своеобразно даже пытать Бэрри.
— Ну давай, попроси меня ещё раз. Хорошо попроси, и тогда я соглашусь~ — пропел он. В его черепушке уже созрел план.
— Мхах, пожалуйстааа!
— Я не слышууу~
— Дасти…
— Что? ~
— Выеби меняяяя. Пожалуйста. Ты, ах, это хотел услышать, да?
— Да ты просто гений, Ягодка! А за сим я исполню твою просьбу~
Шизофреник закинул одну ногу пассива на плечо и начал делать резкие толчки туда-сюда. Блу полувскрикивал-полустонал от наслаждения. А от Пыльного вновь
послышалось рычание.
Продолжалось это всё на протяжении получаса. Вновь оргазм. На этот раз Даст вышел из Голубички и рухнул на кровать рядом с ним.
Большинство свечей уже погасло, а те, что горели, уже не дарили свой чудо-аромат. Запах выветрился окончательно.
— Ты чудесен в постели… — прошептал Черника, поглаживая скулу Мёрдера и улыбаясь.
— А ты чудесен во всех смыслах этого слова… — так же тихо ответил красноглазый, прижимая и заключая в цепкие объятия свою Ягодку.
— Скоро ли мы увидимся вновь?
— Просто дождись того момента, когда будешь один. Я обязательно прийду~
— Хорошо… Я всегда буду ждать тебя, Дасти…
***
Эпик и Фреш сидели каждый на своей кровати. Судя по тому, какой бардак и хаос творился у них в комнате, можно было сказать одно — весело им было 24/7. (Чисто комната автора) — Д4! — негромко сказал свежий, уткнувшись в какой-то листочек. — Мимо, братан! А6! — ответил эпичный, занимаясь примерно тем же, что и первый. — Чёрт, попал, приятель! — А7? — Убил! Всё, я опять проиграл. Цветастый швырнул листок с нарисованными двумя квадратиками и крестиками с точками в них в сторону. Только что он проиграл уже в девятый раз своему соседу в «Морской бой». Но ничуть не расстроился. Да и зачем бы? Он уже взрослый и понимал, что это — всего лишь игра. Эпик встал с кровати и подошел к нему, садясь рядом. — Чо будем делать дальше, братан? — Эй, друже, а у меня идея! Го пранканём кого-нить? — А чо б нет. Выкладывай, братан. — Ну, крч, смотри. Идёт кто-нить по коридору и видит на полу… Допустим, конфетку. Так вот. Подходит он к ней, значит, наклоняется, чтобы подобрать, открывает, а там… Пластилин! С надписью «Произошёл троллинг…» — Апхапхахпах, братан, так эт ж будет ваще прекл года! {мы и наши рофлы в изоляторе. Фото в цвете} — Вот я и говорю, друже. Тащи сюды банку с конфетами, ща будем всех разыгрывать. Буквально через минуту из комнаты этой компании раздавались смешки и голоса «Нет, нет, давай возьмём зелёный цвет», «Пиши аккуратнее, братан, а то твой почерк хрен кто поймёт!» и «Вот ор будет, ахахах». Выйдя в коридор, Эпик бросил первую «конфету» на пол. Мимо прошёл Гено. Затем Дрим. Никто не обратил внимание на бумажку. Потом выперся Классик. Он мигом заметил конфету и поднял её с пола. Затем пробурчал что-то про «небрежное отношение к еде» и выбросил в ближайшую мусорку. Эпик досадно стукнул кулаком по дверному проёму, из которого выглядывал. Вот же чёрт! Подбросив другую конфету, он стал ждать любителя сладкого. Действительно, Блу ждать долго не пришлось — он явился во всей красе после своего «патрулирования». Заметив конфету, он поднял её и покрутил головой в стороны, пытаясь понять, кто оставил предмет сладости на полу. Никого не обнаружив, Бэрри раскрыл конфету и…***
Гено спокойно читал книгу в холле — в комнате ему как-то не хотелось этого делать. Послышался ОЧЕНЬ громкий вскрик Голубики. — ЭПИК И ФРЕШ, ВАМ ПИЗДА, БЛЯТЬ! ШУТНИКИ! УБЬЮ НАХУЙ! Мимо холла пронёсся ржущий Фреш, за ним — Эпик, а потом пробежал и Черника, знатно матерясь и кидая в них их же собственные конфеты. Вскоре крики и вопли стихли. Либо кто-то уже умер в эпичном побеге, либо конфликт был попросту исчерпан. Развалинка так и не понял, что толком произошло. Переглянувшись с Саенсом удивлёнными взглядами, он продолжил чтение…
