Sunset of the world: Beginning

      — Зачем, зачем ты это сделал??? …

***

      БлуБэрри проснулся со слезами на глазах, резко переходя в положение «сидя». Даст, до этого момента спавший возле него, проснулся, сонно протирая глаза и зевая.       — Ягодка, уже утро? — спросонья спросил он. Услышав в ответ всхлипы, он перестал тереть глаза, поворачиваясь к половинке. — Блу? Блу, что случилось?! Ох, черт…       Пыльный тут же поспешил обнять плачущего, поглаживая по спине.       — Чшшш, все, успокойся. Все в порядке. Я здесь, я с тобой. Я живой и здоровый…       — М-мне присн-нилось, чт-то ты ум-мер от рук-ки мут-тантаааа! — проныл Блу, обнимая свою вторую половинку в ответ.       — Ну-ну, как видишь, это был просто кошмар, прошу, не плачь, я не хочу видеть твои слезки, Ягодка, они ничуть не красят тебя, — в грустном тоне ответил ему Пыльный. Уже невпервой с момента объединения групп Бэрри просыпался по ночам от кошмаров.       Посмотрев на время, красноглазый понял, что еще пока рано. Пять утра. Всхлипы начали прекращаться, а Голубика потихоньку успокаивался, обняв парня в ответ и утыкаясь ему в плечо.       — Прости, — прошептал Свап.       — Тебе не за что извиняться, любимый.       — Всё равно прости.       — Хорошо, я тебя давно за всё на свете простил. Может, пойдем уже спать?       Голубоглазый кивнул. Мёрдер, не отпуская скелетика, лег на кровать, продолжая его обнимать. Теперь точно ему не дожно быть страшно или грустно. Спустя минуту Свапик уже тихо и мило сопел у него под боком. А вот Дасту спать перехотелось. Но, что поделать, нельзя сейчас вставать и будить тем самым его любовь. Успеет еще. Попялившись в потолок в практически темноте с минут десять, Пыль понял, что все же хочет спать и, немедля, прикрыл глазницы, проваливаясь в крепкий сон.       В девять утра БлуБэрри проснулся в приподнятом настроении. Аккуратно выбравшись из объятий Даста, не будя его самого, он вышел в коридор части Икс. Потянулся, зевнул и поплелся в Звездную часть, дабы угомонить заурчавший от голода желудок. Прийдя на место назначения, он помахал рукой Инку, что сидел на стуле, явно ворочаясь. Рядом с ним попивал кофе Эррор, довольно ухмыляясь и глядя на то, как Инк пытается усесться поудобнее. Выходило плохо. Заметив друга, он улыбнулся и приветливо помахал ему рукой.       — Доброго утречка, Блу! Как у тебя дела? — поинтересовался он, наступив под столом на ногу Ошибки — нечего злорадствовать. Тот тихо цыкнул, незаметно рукой начиная оглаживать его ногу, отчего первый залился легким радужным румянцем.       — Ох, все хорошо! И тебе доброго утра, Инк! — воскликнул Бэрри, хотя от кошмара ночного еще не до конца отошел. Позавтракав и поболтав с чернильным, он только было собрался уходить, как на кухню зашел Даст, зевая. Заметив свою Ягодку, он улыбнулся нежно.       — Вот ты где, Ягодка. Выспался? ~       — Ну, мы, пожалуй, вас оставим, — сказал художник, хватая за руку чернокостного и тяня его за собой. — Пошли, Оши.       Смекнув, что к чему, глючный ухмыльнулся, схватил коротышку на руки и под его трехэтажные маты убежал. Вдали послышалось «Эррор, блять, не смей, у меня всё ещё зад болит!!!». А потом всё стихло. Пыльный прыснул вместе с Голубикой со смеху, садясь рядом с ним. Вдоволь просмеявшись, красноглазый, оперевшись локтем о стол, положил голову на ладонь, наклонив ее, и сказал:       — Хей, Ягодка, может погуляем? ~       — Я был бы не против, но как же тот-чье-имя-не-произносится? (Отсылки, они повсюду)       — Я же буду рядом! Брось, тебе понравится, уверяю. Ты когда-нибудь был в центре города?       — Конечно, мьех!       — Но ты вряд ли видел там бункер.       — Бункер?       — Ага, их три. Эррор рассказал, что он был рожден в другой группировке, что логично, раз он был приемным сыном мисс Джаэль (не, все, чуваки, я плачу, я уже представила себе всю вот эту вот флаффовость детскую, где Джаэль с Эррором и Кроссом возится, ыыыы (( {нет, не та Джаэль. Не Джакей. Не смейте}).       — Вауви, ты предлагаешь мне сходить туда?! Звёзды, я только за! Пошли сейчас?!       — А завтрак…?       — Ох, п-прости, я сейчас!       Быстро приготовив ленивую мини-пиццу, БлуБэрри протянул её на тарелке вместе со свежим кофе любовнику. Тот с благодарностью посмотрел на него, как на всевышнего, а затем начал с большим аппетитом уплетать ее, причмокивая. Съев все без остатка, Даст, внимание, сам помыл посуду под удивленный взгляд Свапика. Поцеловав его в лоб после этого, Даст умилился виду: весь смущенный, покрыт прекрасным голубым румянцем и стыдливо отводит взгляд в сторону. Как мило.       — Такой милашка~       — Хей! — надул щечку Блу, — Я не милый!!!       — Как скажешь… Очаровашка.       Не дожидаясь новой порции умилительных возмущений, Пыль схватил за руку Бэрри и пошел на поверхность, минуя входную дверь. На улице было тихо, даже слишком, поэтому Мёрдер решил разбавить это всё каламбурами, перешедшими во взаимные шутки, а затем и вовсе разболтались на совершенно разные темы. Периодически голубоглазый хихикал. Как же ему было хорошо с Дастом, когда он был рядом. С ним всегда тепло, безопасно, можно почувствовать себя совершенно беспомощным, зная, что тебя защитят.       Чувство беззаботности вмиг исчезло, когда позади послышался шорох. Пыльный первым услышал его, а по сему тут же вынул из кармана острозаточенную кость. Когда-то это была кость одного из скелета человека, что пылился на земле, но Даст взял эту кость, промыл и остро заточил. Теперь это настоящее оружие для убийства. Мёрдер прикрыл собой Бэрри, выставляя кость перед собой.       — Выходи, трус! — выкрикнул он в пустоту. Блу мелко задрожал. Ему стало очень страшно.       Тот, кто заявился к ним, явно показываться не спешил. Нет. Он следил и наблюдал. Но кто бы мог подумать, что на них нападет не он, а внезапно выскочивший с совершенно другой стороны Гастер.       Даст не заметил опасности сзади, будучи сосредоточенный вперед. И только крик «ОСТОРОЖНО!» заставил его очнуться, когда он, поваленный Голубикой на асфальт, нехило впечатался туда черепом. Ай.       — Ягодка, какого…       Мёрдер тут же заметил Гастера, что стоял в пяти метрах от них и готовясь к новой атаке. Тут же вскочив на ноги, Даст успел отпрыгнуть в сторону с Блу, что так же встал, избегая проломенных ребер. Сглотнул. А справятся ли они? Если нет, то… Всё, прощай жизнь, гори всё в аду. Нет, нельзя сдаваться. Нужно бороться жо последнего вздоха! Главное — защитить любимого.       — Держись позади меня. — Свапик кивнул. Долговязый мутант вхватил железную палку, что валялась неподалеку, и принялся ей угрожающе размахивать, вновь несясь на парочку. Громкий звон! Кость и лом скрестились вместе, а два существа с ненавистью глядели друг другу в глаза и каждый жаждал победить в этой битве. Только вот победителем выйдет один. Не будет проигравшего. Будет павший. Битва не на жизнь, а насмерть.       Даст и Бэрри отступали всё дальше и дальше, по направлению к бывшей границе двух территорий. Теперь она общая. Как и усилия. А у Гастера был явный план. Он гнал их к зданию, а затем и по этажам. Всё выше и выше. Пятый, десятый, пятнадцатый… Крыша.       Мёрдер почуял неладное уже тогда, когда ему приходилось подниматься по лестнице все выше и выше, уворачиваясь от атак мутанта. И вот они втроем на крыше. Блу позади Даста, стоят почти у края. Гастер медленно приближается, удовлетворенно хмыкнув не вслух. Ему удалось загнать их в угол, наконец-то!       -       Жалкие скелетики. Передавайте привет родителям.       Еще шаг вперед и…       — Не смей трогать моего брата, жалкий мутант! Гори в аду!       Из ниоткуда появился Папайрус, летящий на уродца. Далее всё было как в тумане и замедленной съемке: Стретч с ненавистью и гневом в глазах хватает Гастера за шкирку и бросается с крыши, снося его с ног. Далее, через секунд пять, послышался глухой стук и хлопок. Последовала оглушительная тишина. В глазах у Голубики почернело, и он бы также полетел за своим братом и Гастером, если бы не Мёрдер, вовремя поймавший его, а затем заключивший в крепкие объятия, поглаживая по голове, дав тому разрыдаться в его толстовку. Вот уже второй раз он теряет брата. Опять. Снова. Только вот на этот раз он ушел навсегда. Красноглазый его прекрасно понимал. Но ничего не мог сделать…

***

      Вокруг всё казалось еще более серым, чем обычно. Здания заметно потускнели, а небо так вообще было для БлуБэрри чуть ли не чёрным. В руках он нёс старое разорванное худи Папайруса — единственное, что было обнаруженно в кучке праха. Видимо, Гастер тоже превратился в пыль. И они смешались. Отвратительно. И очень прискорбно. Даст придерживал еле держущегося на ногах Блу, которые сильно тряслись от резкой потери сил.       ............       ............       — Эй, бро, чего это ты утопал с моим худи, я ж его искал и искал, хех, — разрезал тяжелую тишину столь родной голос. Обернувшись назад, Бэрри, увидев живого брата (правда, без верха), заверещал от радости и тут же кинулся ему в объятия. Как оказалось, в полете мутант и скелет дрались, по итогу худи было просто испорченно и снято. Стретч успел зацепиться рукой за выступ, хоть это и стоило ему почти вывернутой лодыжки, а вот Гастер полетел вместе с его одеждой дальше, соприкасаясь с землей.       — Гастера больше нет. Я позаботился об этом.       Теперь и имя можно было произнести. Все втроем, уставшие, вымотанные, они дошли до бункера.

***

      — Гастера больше нет! — в радостном тоне сказал Инк на общем собрании. Реакция была бурная — все были только рады этому. А в честь этого решили закатить еще один праздник. Пока все веселились и танцевали под грамофон в просторном холле, Даст успел поймал БлуБэрри в коридоре со стаканчиком и полунедопитым персиковым соком.       — Развлекаешься, Ягодка? ~       — А? А, да, вот, решил пойти на кухню за соком. Этот почти допил.       — Можно? — Мёрдер указал на стакан. Блу протянул его ему.       — Конечно, мьех-хех! Погоди, — вдруг сказал Бэрри, посмотрев на то, как красноглазый беспощадно допивает сок, — а ведь это может считаться за косвенный поцелуй.       — Знаешь, теперь, когда Гастера больше нет, мы могли бы пойти и… — Даст положил свои руки на плечи Голубики, от чего тот вздрогнул, а по телу пронеслась приятной волной мурашки.       — Л-ладно, я тебя понял, пошли…       Быстро оказавшись в общей комнате, Даст, наскоро заперев дверь, продолжил страстно целовать БлуБэрри, снимая с него и себя одежду во время передышек. Сев на кровать, он посадил Свапа спиной к себе и тут же принялся напористо, но невероятно нежно ласкать его везде: языком и зубами — шею и ключицы, одной рукой начал растягивать, в то время как другой размашисто проводил по вставшему колом члену голубоглазого. Сам же пассив, громко простонав, выгибался в позвоночнике, стараясь быть еще ближе к любимому, не зная, куда деть руки. По итогу он начал трогать самого же себя, чем нехило заводил Даста еще больше, заставляя того попасть двумя фалангами пальцев по комку нервов, послав удовольствие пронестись приятными разрядами по всему телу, заставляя стонать и выкрикивать имя любовника громче, просить не останавливаться, вперемешку с этим шепча нечто невразумительное.       — Агрх, Ягодка, вот смотрю на тебя и хочу любить еще больше. Только тебе доставить все ласки. Лишь тебе доверить свое сердце. Как же я тебя люблю~       — И я т-теб-, мхАх, Даст-ти, мхм~       После оргазма, что унес Блу из реальности, наступило самое интересное. Убедившись, что тот растянут достаточно хорошо, Мёрдер приподнял его бедра над своими, головкой своего жаждущего внимания члена чуть проникая внутрь разгоряченного лона. Бэрри, очнувшись от мира грез, понял, что делать и медленными движениями вверх-вниз постепенно вбирал в себя всё больше, продолжая стонать от непрерывных ласк. Сев полностью, Голубика отдышался, готовясь продолжить. Руки завел за голову, тем самым обнимая Даста.       Привыкнув к размеру внутри себя, БлуБэрри сделал первое движение. Со стоном опустился вниз. И вновь поднялся и опустился. Красноглазый, чуть отклонившись назад, устроившись поудобнее, принялся сам помогать пассии, делая толчки, что приносили крышесносное удовольствие, попадая по чувствительной точке. Так хорошо! Медленный темп быстро разгонялся до бешенного. Оба скелета издавали самые грязные звуки, на которые только были способны, но их самих это мало волновало, сейчас они сливались в единое целое, а их души ярко сияли. Они засияли лишь ярче, когда оргазм настиг их обоих, принужлая под приятной негой потянуться вниз и плюхнуться на кровать, тяжело дыша.       — Ты прекрасен как звезда, что ярко светит в небе. У тебя и зрачки, порой, как звезды, хех~       — А ты невероятно хитер и вынослив. Силен и расчетлив. И так невероятен.       Рассмеявшись на свои комплименты, парочка, обнявшись, улеглась спать. Как никак, а время было час ночи…

***

      Весело хохоча, Инк бежал к бункеру, до которого оставалось совсем ничего. Спускались ОБЛАКА, чрезвычайно быстро окутывая весь город. Будто что-то предвещали. Нечто. Так почему же чернильный смеется? Да потому что опыт ему недавно показал, что случайно проливать на Эррора в магазине зеленую краску было не самой лучшей идеей.       — Инк, ты совсем с дуба рухнул, беги быстрее, иначе не успеешь! — а художник стал быстрее бегать, Ошибке уже сложнее его догнать. В отличие от беззаботного любовника, он был напряжен. Ему не нравилось происходящее. ОБЛАКА никогда так быстро не спускались. Позади них бежал Киллер и Дрим, еле поспевая за сладкой парочкой.       Дверь в Звездную половину распахнулась, пропуская четверку. Саенс нажал на кнопки, потянул рычаг, но… Дверь заклинило. Килл, первый заметивший заминку, рванул к двери, намереваясь найти причину как можно скорее. Причиной оказалась палка. Несчастная палка. Убийца вынул ее и выкинул в быстро выдвигающийся туман из радиации.       — Закрывай! Быстрее! — крикнул он, отбегая от двери. Железка начала закрываться, как вдруг......       Длинное, блестящее, все в черной жидкости щупальце вырвалось из густых ОБЛАКОВ, тут же обвиваясь вокруг талии Киллера и резко потянув на себя. Тот и сказать ничего не успел. Вместе со скелетом, вектор скрылся в тумане. Дверь захлопнулась. Послышался вскрик Килла. А затем. Оглушительная и тяжелая тишина.

***

      Дорогой дневник! Сегодня я хочу рассказать тебе о всем том, что произошло за последние два месяца. Мда уж, давненько же я не писал тут, хах. Итак, после того, как Киллера не стало с нами, прошла траурная ночь. Представляешь, Эррор даже слезу из себя выдавил. Правда, только при мне, в комнате, но все равно, он за него переживал. И очень сильно по этому поводу депрессовал. К счастью, мне удалось вернуть ему былой характер, впрочем, как и остальным Икс, которые тоже сильно грустили. ОБЛАКОВ начало становиться намного меньше и, не поверишь, сегодня я смогу увидеть закат!!! Самый! Настоящий! Вааааа~~~       — Инк, ты идешь? — в комнату заглянул чернокостный скелет, вопросительно глядя на коротышку, что старательно строчил в тетради свои мысли и впечатления. Кивнув, он закрыл тетрадь и, приняв протянутую ему руку, пошел со своим уже женихом в холл. Тут собрались абсолютно все, стоя полуовалом.Посерёдке, чуть поодаль, с книгой в руках стоял скелет в лабораторном халате и очках.       — Отлично, раз вы пришли, то я начинаю. Во благо мира, во благо нам всем, сегодня мы собрались здесь для того, что бы закрепить союз двух скелетов, а также до конца соединить две группы. Итак, Эррор, согласен ли ты взять в младшие мужья Инка?       — Согласен, — полный нежности взгляд пал на раскрасневшегося художника, что смущенно отвел взгляд.       — А ты, Инк, согласен взять в старшие мужья Эррора?       На глазах у того навернулись слезы. Не самый подходящий момент, но… Он так счастлив!!! Счастлив обрести счастье, любовь и, возможно, в будущем даже семью. И сейчам он стоит напротив любимого и смотрит ему в глаза, отвечая:       — Да, я согласен.       — Тогда я объявляю вас мужем и жен- мужем, просто мужем! Вы можете поцелова-       Не ждя всяких разрешений, Эррор и Инк сами легко поцеловались, не желая лишний раз выказывать свою страсть. Успеют еще.       После этой традиции скелеты обменялись золотыми кольцами, найдеными в ломбарде, а затем обнялись, еще раз поцеловавшись. Затем Инк повернулся ко всем.       — Ну, что, пошли, ребята?       Объединенные группы столпились на крыше высокого здания. Кто как встал: Гено стоял прижавшись к Риперу и положив свою голову на его плечо, в то время как тот его приобнимал за плечи, БлуБэрри сидел на коленках у Даста практически у самого края, свешивая ноги в пустоту, рядом сидел Папайрус, Оутер и Саенс держались за руки, стоя неподалеку, Кросс и Дрим сидели тоже на краю, обнимаясь и улыбаясь, а главные виновники — Эррор и Инк, сидели там же, кладя головы друг на друга и сплетаясь фалангами пальцев.       Перед ними раскинулся не огромный, но достаточно большой кусок чистого, алого неба. Белые облачка окрасились в розовые оттенки, ближе к солнцу становясь багровыми. Сам огромный светящийся диск переливался всеми оттенками красного, оставляя неизгладимо яркое впечатление для каждого находящегося тут. Каждый, каждый скелет, что находился тут, был счастлив. Каждый из них прошел нелегкий путь, каждому из них была уготована своя судьба. Но ни один не сдался и продолжил преодолевать все трудности. Несмотря ни на что. Это была новая эра. Этот закат вовсе не символизировал конец чего-то, нет. Он всего лишь означал НАЧАЛО

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…