q.e.d.

У них наконец-то всё налаживается. По крайней мере, она так думает. Они снова гуляют по вечерам, и порой Элиотт тянется, чтобы взять её за руку. Его родители постоянно приглашают Люсиль на ужины, которые проходят довольно неплохо. За разговором — никакого алкоголя, Элиотту нельзя, он принимает таблетки — они вчетвером проводят время, как настоящая семья. Иногда приходится сидеть молча, напряжение нарастает, но потом отец Элиотта спрашивает её, в какой университет она планирует поступить, и тишина разбивается. Сам Элиотт включается в такие разговоры редко. На стенах его комнаты появляются рисунки с енотом и кошкой. Люсиль не отворачивается, вглядывается в них — потому что Элиотт смотрит. Наблюдает за реакцией. Она рассматривает даже те, где енот прячется под одеяло (видны только лапы, когти на них почти что прорывают ткань), а кошка стоит рядом, разглядывая его. На её лице написана почти что злость. Возможно, это презрение? Люсиль уверяет себя, что ей только кажется. Элиотт водит её в кино. Это больше не те фильмы, у которых даже название звучало претенциозно, а какая-то попса, ромкомы. Она шутя говорит, что не настолько глупа, чтобы не понять его вкусы. Элиотт, только начавший оживлённо оглядываться по сторонам, сереет, сутулит плечи, и Люсиль хочется хорошенько врезать себе по лбу. Или встряхнуть своего парня. Она просто замолкает, но через день ошибается почти так же. Люсиль больше не задаётся вопросом, когда всё успело так поменяться. Они вместе, они ещё могут справиться — как с апатичной отстранённостью Элиотта, так и с её мыслями о том, что бороться больше не за что и делать это в одиночку совершенно бессмысленно. Они лежат в постели. Его сердце медленно бьётся ей прямо в левое ухо, рука лежит на талии, а дыхание щекочет её щеку. Люсиль говорит: — Я люблю тебя. И не ждёт ничего в ответ.