Естественно вдребезги

      С тех пор, как юный и неумелый Танджиро попал в Мафию, прошло чуть больше года.       Хах, как бы банально не звучало, но Томиоке действительно казалось, что ещё вчера этот мальчик не мог даже правильно сложить кулак. Однако, прошло много времени, и сейчас Камадо уже совсем не тот напуганный и неуверенный малец. В меру переходного возраста он быстро рос и мужал. Вдобавок, благодаря изнурительным тренировкам обладал хорошо сложенным телом.       Но, руководствуясь своим планом обучения, Гию уделял больше внимания характеру парня, который, кстати, тоже очень сильно изменился. Теперь Танджиро был более решительным в своих действиях, не терялся в прострации и не ревел (конечно, это не главный показатель, но он просто подтверждает тот факт, что парень либо научился держать себя в руках, либо сделал свой характер твёрже). Раньше Гию часто мог слышать по ночам тихие всхлипы из комнаты Камадо.       Честно говоря, Танджиро был не такой, как все остальные подростки. Он был спокойным. Нет, Камадо не подавлял своих эмоций, не прибывал в депрессии и не являлся отстранённым от общения. Наоборот, юноша быстро находил общий язык с людьми, легко заводил друзей и был позитивным человеком. Просто Танджиро не пытался как-то притворяться, нарочно меняя себя. Томиока видел в нём расчётливость и некую вовлечённость во взрослую жизнь. У парня совсем не было свободного времени на всеразличные развлечения.       Хха, Камадо взрослел слишком быстро. Как Гию понял, Танджиро и раньше являлся довольно ответственным старшим братом. Вот только сейчас эта ноша увеличилась в несколько раз, и парень едва справляется со всем этим: заботой о ничего не знающем маленьком брате; волнением за постепенно идущую на поправку сестру; сложной программой восьмого класса; небольшой подработкой и, наконец, чёртовой работой в Мафии. Как и многие другие, Томиока видит в Камадо огромный потенциал. Пусть парень всё ещё и далёк от идеала, но он молниеносно учится, сразу понимает суть и уж очень похож на своего отца. Поэтому-то все абсолютно уверены в том, что Танджиро точно станет убийцей.       И помимо того, что самому парню отвратительно от таких сплетен за его спиной, ученики многих мафиози видят в нём соперника. Некоторые, замечая, как яростно парень не желает этого, пытаются надломить его, прожигая такими взглядами, будто мальчик сам по себе ужасен просто из-за чужих предположений о его будущей направленности. Поэтому Томиока по возможности старался не оставлять юношу наедине с другими членами Мафии.       Судя по всему, такое мнение окружающих часто сбивает Камадо с нужных мыслей, ведь эти предположения буквально переросли в травлю. Возможно, из-за этого школьные оценки Танджиро чрезмерно плохие. Он скачет с тройки на двойку, не взирая на усердный труд. Единственный предмет, который ему легко даётся — это английский язык. Юноша даже почти знает программу девятого класса.       Желая хоть немного помочь парню, Гию предлагал перестать подрабатывать, ведь Томиока как опекун и руководитель Мафии спокойно может их всем обеспечить, да и в той кафешке платят не так уж много. Однако, Камадо был непоколебим в своём решении, ссылаясь на то, что они наверняка уже надоели Томиоке своей постоянной вознёй, и что он хотел бы иметь свой дом.       Гию удивлялся тому, что, имея столько проблем, Танджиро не поддавался негативным эмоциям и оставался рассудительным. На миссиях он никогда не отвлекался и ещё ни одну из них не провалил. Хотя Томиока старался не перегружать парня, давая ему не слишком сложные задания. И эти поручения ни в коем случае не включали в себя потребность в убийстве. В первую очередь, как сказал Ояката-сама, Камадо является обладателем сильной способности. Вот только Танджиро не контролирует её: сколько бы раз он не пытался воспользоваться ею, ничего не выходило. Поэтому, чтобы из-за эмоциональных вспышек парень вдруг не проявил необузданную способность, нужно предостерегать его от навязываний о том, что он должен убивать. В конце концов, Камадо очень серьёзно относится к этому.       Но это были лишь слова Босса. Сам Гию по собственной воле не хотел давить на юношу. За этот год они даже как-то сдружились: постепенно их отношения перетекали во что-то менее строгое, чем «ученик и наставник».       Бросив короткий взгляд на наручные часы, Томиока повернул руль, сворачивая с главной дороги. Обычно в это время у Танджиро уже заканчиваются уроки, и парень спешит в детский сад, чтобы забрать Рокуту. Что ж, раз уж Гию направлялся домой, то он мог бы подобрать этих двоих где-нибудь по пути.       Кружащиеся золотые листья и бликующие лужи то и дело слепили глаза, заставляя мужчину надеть тёмные очки. Из-за постоянных дождей дорога на окраине города — та самая, которая не покрыта асфальтом — размокала, превращаясь в грязевое болото. Осень, конечно, красивое время года, но для Томиоки оно было не самым приятным.       Раздавшийся вдруг гудок телефона заставил Гию вздрогнуть. Одной рукой управляя автомобилем, а другой доставая из кармана вибрирующий экран, мужчина прочёл, от кого звонок: «Танджиро».       — Да? — привычным холодным тоном ответил Томиока.       — Г-гию-сан, — в трубке слышался дрожащий голос Камадо, — Я… Я убил.