Из огня да в полымя. Версия

      — Вам всё ещё нездоровится, мистер Малфой? — подозрительно спросила Макгонагалл и бросила взгляд на немного растрёпанную Гермиону. Её причёска сегодня как-то особенно пушисто выглядела.       — Нет, профессор, всё в порядке, — спокойно ответил Малфой.       — Хорошо. Мне удалось убедить мистера Бруствера связать вас с родителями. Вот, — и Минерва протянула Драко конверт.       Он с трепетом взял его в руки. Хотелось прочесть немедленно!       — Я даю вам час на написание ответа. Это очень серьёзно! Чтобы передать им ваше послание, кто-то, возможно, будет жизнью рисковать. Поэтому отнеситесь к делу ответственно.       — Благодарю, профессор! Я очень признателен!       — Идите. Жду вас через час. Мисс Грейнджер, задержитесь на минуту.       Драко бросил на Гермиону многозначительный взгляд и вышел. Девушка вся напряглась.       Директор смотрела на гриффиндорку некоторое время.       — Мисс Грейнджер. Это очень хорошо, что вы и мистер Малфой наконец примирились. Знаю, профессор Дамблдор приложил к этому руку, и теперь между Гриффиндором и Слизерином не та непроницаемая стена неприязни, что была прежде. Это не может не радовать. И всё же, будьте осторожнее. Мистер Малфой сейчас в несколько шатком положении. И если вы за ним присмотрите, это будет во благо. Понимаете?       — Да, профессор. Я надеюсь.       — Постарайтесь поменьше уединяться. Мне не хотелось бы, чтобы ваша репутация пострадала.       Гермиона ощутила жаркую волну по всему телу.       — Спасибо, профессор! Я понимаю.       — Идите. Уверена, мистер Малфой вас ждёт, а у него не так много времени.       Гермиона сорвалась с места, даже не осознавая этого. Макгонагалл сдержанно улыбнулась, но девушка этого уже не увидела.       Драко и правда ждал её.       — Ты прочёл письмо? — сразу выпалила Грейнджер.       — Нет. Что она тебе сказала?       — Драко! Читай же! Ничего особенного она не сказала.       — Она о нас догадалась? — встревоженно шипел он.       — Ты обалдел? У тебя в руках письмо от родителей!       — Грейнджер! Раз письмо есть, значит всё в порядке! Для меня сейчас важнее, что никто не попытается разлучить нас!       Гермиона смотрела на него своими огромными карими глазами, и он невольно начал успокаиваться.       — Драко! Никто не собирается нас разлучать! Макгонагалл наоборот порадовалась, что ты… под присмотром, — усмехнулась она. — Но мы должны быть осмотрительнее. Профессор заботится о моей репутации!       — Ладно, — выдохнул Драко.       — Давай так! Я иду к себе, а ты занимаешься письмом. Увидимся на ужине, хорошо?       — Хорошо.       Драко смотрел на письмо и уже чувствовал трепетное волнение.       — До встречи!       Гермиона уже хотела уйти.       — Подожди! — вдруг шепнул Драко.       — Что? — удивилась она.       — Ты забыла кое-что, — он подошёл к ней вплотную и обнял её за талию.       — Драко! — испуганно озираясь, зашипела Грейнджер.       Он нежно прильнул к её губам. Их сердца забились в унисон. Девушка обвила руками его шею. Какой же это восторг! Она уже совсем не хочет уходить. Казалось, что поцелуй был просто бесконечным!       — Тебе не обязательно уходить, — тихо сказал Драко.       — Нет, нет! Мне нужно идти, правда! Уроки, переодеться. Я похожа на фурию!       — Зелье нужно выпить, — недовольно продолжил он.       — Да, и это тоже! Драко! Сейчас не время рисковать. Мы же не доучились даже. И мы не женаты. Опять всё неправильно!       — Когда у тебя твои эти… — он вдруг пошёл розовыми пятнами и, опустив глаза, откашлялся.       — Что? — она была в полном недоумении.       — Твои женские дни когда?       Гермиона зарделась и даже дар речи потеряла. С трудом восстановив дыхание она зашептала:       — Драко, мы теряем время! Ты должен написать ответ!       — Ответь на мой вопрос! — требовал он.       — Я… Я не понимаю, — вздохнула девушка.       — Зачем пить зелье, если в этом нет необходимости? Я лично очень брезгливо к ним отношусь! Да, я отлично их знаю и делаю, но пить их без надобности! Увольте! Когда?       — Ладно! Должны начаться завтра, может, послезавтра! — раздражённо выдохнула она.       — Тогда зачем тебе зелье? Ты уже не забеременеешь!       — С чего ты взял? Мало ли!       — Давай проверим!       — Да, нельзя на авось!       — Тогда поженимся!       Она поражённо смотрела ему в глаза. Его выражение лица было настолько решительным, что она засмеялась, а Драко немного растерялся. Он видел, как её глаза наполняются слезами и даже не представлял, что делать. Гермиона зажала рот рукой, и слезинки покатились по щекам. Он обнял её крепко-крепко.       — Ну, что ты, Грейнджер? — нежно прошептал он.       — Я люблю тебя, Драко, — прошептала она, изо всех сил прижимаясь к его груди.       Ком сдавил горло. Он держит в руках своё счастье! Девочку, которая нужна ему больше всего на свете.       — И я люблю тебя, — шепчет он, целуя её макушку.       — Как же так, Драко, — тихо говорит она. — У тебя так мало времени, а ты… ты тратишь его на то, чтобы убедить меня зелье не пить! Что с тобой?       Он молчал, пытаясь расслабить сдавленное горло.       — Просто я… Я думаю, что так правильно. Не знаю, почему. Я так чувствую.       — Хорошо. Ладно. Обещаю, я не стану его пить. Не стану! Только поторопись пожалуйста! У тебя всё меньше времени.       Драко отстранил её и посмотрел в глаза.       — Смотри! Ты обещала!       Гермиона улыбнулась. Её глаза сияли, словно язычки пламени.       — Да! Прошу, поторопись!       Драко выпустил её из рук и рванул по коридору, на ходу раскрывая конверт.       Гермиона стояла на месте. Она не могла прийти в себя. Хотелось просто завизжать, заплакать, засмеяться, потом подпрыгнуть до потолка и завизжать снова! Но она просто стояла, понимая, что никогда в жизни не была так счастлива! Почему всё так быстро? Когда он успел опоить её амортенцией? Не в тот ли день, когда выкрикивал её имя в лесу? Когда выдернул листок из её волос и прошептал:"Что ты вытворяешь, Грейнджер…»       Ей кажется, что тогда, когда увидела замершую навсегда на его руке розу, она уже была с ним. Гермиона приросла к нему вместе с чёрными лепестками, листьями и шипами.       Вернувшись в башню Гриффиндора, она вдруг поняла, что потеряла ощущение дома. Словно её дом теперь не здесь, а там, в подземельях. Но было приятно, что тихо, никого нет. Младшие ещё в Большом зале, старшие в Хогсмиде.       Гермиона приняла душ, оделась, привела волосы в порядок. Достала из шкафчика пузырёк с прозрачной розовой жидкостью. Она лениво размышляла о том, что разумнее было бы опустошить его и быть в полной уверенности. Но она не смогла. Смотрела на склянку, как на оружие, впервые в своей жизни. Драко просил её этого не делать. Какой он странный! Почему она вдруг стала безоговорочно ему доверять? Потому что он её любовник? Стало тошно от этой мысли. Нет! Драко не любовник! Он любимый! Никогда в жизни она не испытывала такой всепоглощающей нежности! Ни к кому! Драко… Его имя, словно музыка. «Я люблю тебя, Драко!» Гермиона всего на секунду подумала, что у них могут быть дети, когда-нибудь. Стало волнительно, даже страшно, и она положила склянку обратно в шкафчик.       Как же сейчас делать уроки? Как? Если все мысли только о нём? Как он, что ему написали? Сколько в нём нежности, заботы. Он просто необыкновенный!       Надо собраться. Сделать хоть что-то! А вечером они увидятся снова.       Здравствуй, дорогой наш сын!       Не могу выразить ту радость, которую я испытала, узнав, что ты нас разыскиваешь! Родной наш! Мы не могли с тобой связаться без посторонней помощи, иначе подвергли бы тебя опасности. Прости нас, сынок, что не сообщили ни о суде, ни о приговоре. Так хотелось уберечь тебя от всего этого. Ждём не дождёмся, когда всё это закончится, и мы сможем встретиться.       Сейчас мы в безопасности. Пожиратели смерти никогда не станут нас искать там, где мы находимся. Министерство делает всё возможное, чтобы найти нападавших.       Твой отец был ранен, защищая меня и наш дом. Сейчас ему намного лучше, всё обошлось. Это поразительно, но рядом с нами оказались сведущие в медицине люди и помогли справиться с его ранами.       Поместье пострадало, но это не важно. Главное, что ты в безопасности. Знаю, что директор Макгонагалл сделала для этого всё необходимое.       Нам сообщили, что ты сблизился с маглорождённой девочкой Гермионой Грейнджер. Пожалуйста, напиши нам об этом поподробнее. И прошу, при возможности передай наши глубочайшие сожаления обо всём, что ей пришлось пережить в нашем доме.       Отец передаёт тебе наилучшие пожелания и надежду, что у тебя всё хорошо.       Любящие тебя, Нарцисса и Люциус Малфой.       Драко давно не чувствовал такой лёгкости! Давно?! Да никогда он такого не испытывал! Кажется, что жизнь наконец благосклонна к нему. Он не должен притворяться, не должен лгать, что-то изображать. Он просто может быть тем, кем хочет!       Малфой решает не тратить много времени. Но хочет поделиться главным — своим счастьем!       Здравствуй, мама! Здравствуй, отец!       Как же я благодарен Вам за всё! За главное! Вы дали мне шанс найти счастье здесь, в этом мире.       Всё изменилось и я больше не я. Не тот, что прежде. Потому что я люблю и больше не боюсь в этом признаться. Я люблю Вас и буду безмерно счастлив увидеть и обнять Вас!       Мама, ты просила написать подробнее. Я так и сделаю.       Я люблю её! Люблю маленькую гриффиндорку. Я люблю Гермиону Грейнджер и это взаимно. Она — смысл моей жизни. Всё, что мне нужно! Скажу откровенно, надеюсь, что вы примете мой выбор.       Берегите себя! Уверен, что очень скоро мы встретимся.       С любовью, Ваш сын Драко.       Малфой решительно запечатал конверт, ни разу не перечитав написанное. Он не хотел думать над тем, что сказал, потому что так решила его душа.       Он быстро домчался до кабинета директора. Макгонагалл очень внимательно изучила его лицо. Она видела всё: его эйфорию, волнение, его счастье. Никогда она не думала, что Драко Малфой может быть таким.       «Что с человеком делает любовь!» — с удовольствием подумала директор и не стала читать наставлений в полной уверенности, что этим займётся мисс Грейнджер.       Поблагодарив профессора, Драко отправился в подземелья. Младшие курсы оккупировали гостиную, засев за уроки. Малфой понимал, что и ему надо бы этим заняться.       Но войдя в спальню, он как будто переместился в другое пространство. Эта комната наполнилась новым смыслом. Здесь всё говорило о ней: поднос с двумя приборами, дракон, на которого она смотрела, шкаф, в котором она искала рубашку, и смятая постель. Это был первый раз в его жизни, когда он оставил её неубранной. Драко видел Грейнджер, складки на простыни, где она сжимала ткань в кулаках. Её каштановый волос на подушке. Драко закрыл глаза. Её вздохи, стоны, улыбка, взгляд, её руки. Он рухнул лицом в подушку, обхватив её руками. «Как же я люблю тебя, Грейнджер!»       Малфой моментально заснул.       Незадолго до ужина в комнату вошла Паркинсон. Она забрала почти пустой поднос. Взглянула на спящего Драко. Что-то ёкнуло внутри. Пэнси всё поняла. Никогда она не видела его таким счастливым, пусть и спящим. Заметила письмо на столе.       «Я рада за тебя, Драко, — подумала она. — Только не жалей ни о чём!»       Гермиона успела к ужину подготовиться к трансфигурации, ЗОТИ и рунам. Ей казалось, что она просто переполнена жизнью и энергией как никогда! Стоило только закончить работу, и она снова окунулась в мир воспоминаний. Гермиона смотрела свою жизнь, как будто кино, в котором было всё от его слов и взглядов, до прикосновений. Она плавилась, томилась, как будто их незавершённая близость всё ещё продолжалась. Девушка ощущала кожей прикосновение его пальцев, его губ, его дыхания. Ладони хранили его тепло.       Прокручивала в памяти всё, что он говорил, как говорил. Гермиона, как будто попала в другое тело, в другую жизнь, которой прежде не знала. Это какой-то изумительный восторг!       В гостиной послышался шум. Старшие курсы вернулись из Хогсмида. Гермионе вдруг становится не по себе. Неужели опять придётся терпеть лекции друзей, смешки и косые взгляды сокурсников? Что ж! Придётся!       А вдруг Джинни права? Малфой получил, что хотел и теперь перестанет её замечать? Стало так больно! Внезапно охватила паника! Зачем она послушала его, как полная идиотка не стала пить зелье! Да, где же была её голова?!       В спальню вошла Джинни румяная и довольная.       — Гермиона! — обрадовалась она и обняла подругу. — Ну, что? Твоя миссия выполнена? Как Малфой?       — Всё в порядке, — стараясь вести себя естественно, проговорила Грейнджер. — Чувствует себя нормально, ему пришло письмо от родителей…       — Ну и ладно! Знаешь, так заметно, что тебя с нами не было! Теперь мы снова вместе!       Гермиона улыбнулась. Какие замечательные у неё друзья!       Перед тем как отправиться на ужин, Гермиона отвечала на многочисленные вопросы сокурсников о Малфое, доме Слизерина и о том, как её там принимали.       Со стороны всё выглядело так хорошо. Гермиона даже сама начала верить в то, что всё так и было, чинно, благородно… пристойно. Внутреннее напряжение постепенно начало нарастать.       Чем ближе она подходила к Большому залу, тем сильнее сжималось сердце. Они ведь даже не договорились, как будут себя вести! Обычно парочки ходят за руку, самые смелые даже в обнимку. А совсем безбашенные целуются по углам прямо в коридорах. А ей как быть? Что делать? Если он вдруг сделает вид, что не знает её, как раньше? А если… посмеётся над ней?       В двух шагах от зала она остановилась.       — Гермиона, ты чего? — заволновалась Джинни.       — Я не могу! — выпалила Гермиона.       — Что?       — Я не могу. Я не пойду, — дыхание сбилось. Джинни испугалась.       — Гермиона, ты что? Ты вся побелела!       Уизли закрутила головой, ища помощи неизвестно откуда.       — Грейнджер, ты чего?       Перед ней стояла Паркинсон и внимательно вглядывалась в её лицо.       — Драко! — вдруг заорала она на весь Хогвартс и помчалась куда-то.       Он неспеша шёл по коридору. Рядом вышагивал Монтегю, который буквально двадцать минут назад извинился. На что Малфой припомнил сломанный нос, и парни пожали друг другу руку.       Драко не знал, как себя вести. Возможно, Грейнджер не захочет афишировать их отношения. И он должен быть к этому готов. Нет, он не хочет делать вид, что между ними ничего нет. Нужно будет как-то её убедить.       — Драко! — услышал он вдалеке, и сердце чуть не вылетело. Чтобы Пэнси так орала на весь коридор?       Он прибавил шаг.       — Драко!       «Да, что там случилось?»       Малфой побежал.       — Что стряслось?       — Грейнджер…       — Где?       — У зала.       Какая разница?! Что бы ни было! Он думал, что с ума сойдёт, если не увидит её через секунду!       Уже через десять шагов он чуть не налетел на неё. Гермиона почти бежала. От чего она бежала?       — Грейнджер! — он замер. В глазах тревога, брови сдвинуты, губы сжаты. — Что случилось?       Она поднимает на него глаза и не знает, что делать. Страх! Это всё, что он видит.       Драко больше не может рассуждать. Он просто делает шаг и крепко обнимает её за плечи, прижимая к своей груди.       — Что произошло, Гермиона? — шепчет он. Зарываясь носом в её волосы, закрывает глаза, чтобы не видеть ничего вокруг, только чувствовать её, как она прерывисто дышит и шмыгает носом, такая маленькая и, как никогда, беззащитная.       Она цепляется за его джемпер, сжимая его в кулачках, и страх постепенно растворяется.       — Всё хорошо, малышка, всё в порядке!       Драко нежно поглаживает её спину.       Как не старались окружающие держать себя в руках или, хотя бы более менее тактично, ничего не выходит. На влюблённых смотрят все! Проходят мимо, замедляя шаг, оборачиваются, останавливаются неподалёку, не в состоянии справиться с любопытством, чем же закончится эта немая сцена: объятия Грейнджер и Малфоя.       Когда Драко почувствовал, что Гермиона перестала вздрагивать, он попытался посмотреть на неё, но ощутил, что она крепче обхватила его руками, как будто боялась, что он исчезнет. Малфой улыбнулся.       — Скажи хоть что-нибудь, Грейнджер, — прошептал он.       — На нас все смотрят, да? — тихо проговорила она.       — Не знаю. Я не вижу.        Она усмехнулась.       — Серьёзно! Я закрыл глаза.       — Почему?       — Потому что только ты для меня важна.       Гермиона вздохнула. Она чувствовала себя под защитой. Как она могла подумать, что Драко её обманул?       — Прости меня, — шепнула она. — Я вдруг подумала, что ничего у нас с тобой не получится. Что ты…       — Я понимаю. С чего бы тебе доверять мне. Нужно время. Я знаю.       — Я очень хочу тебе доверять, правда! Ты даже не представляешь! Я… зелье не выпила. А потом так испугалась!       — Ничего!       Они молчали. Так и стояли с закрытыми глазами.       — Грейнджер.       — А!       — Мы ведь не обедали с тобой! Ты не голодная?       — Голодная. Только, как мы туда пойдём?       — Ногами по полу.       — Логично.       — Давай ручку, моя маленькая, — усмехнулся он. — Дядя Драко тебя сейчас покормит.       Гермиона тихо смеялась. Драко взял её за плечи, оторвал от себя, и Гермиона опустила руки.       — На раз, открываем глаза, — ухмыльнулся он.       — Раз, — шепнула она.       В коридоре пусто. Ни души!       — Куда все делись? — прошептала девушка.       — Устали ждать развязки, — усмехнулся Драко.       Он нежно взял Гермиону за руку. Она виновато улыбнулась.       — Не бойся, ничего плохого не случится, — тихо говорил он.       — Ладно, — выдохнула Грейнджер.       Влюблённые направились к Большому залу.