Новогодний сборник

Одинокие стены серой квартиры, небрежно украшенной на праздник настроение не поднимали. Как раз наоборот, на фоне ярких красок мишуры и гирлянд серые старые стены двушки, которой бог знает сколько лет, выглядели особенно уныло и как-то совсем не Новогодне. Такое же творилось и в душе у страны, терпевшей неудачи последнее время. Чем бы ты не завесил её, как бы не старался украсить чем-то ярким, она так и будет оставаться серой, если даже не станет ещё тусклее. Чтобы не сидеть сложа руки, хотя что уж осталось, парень прошёл в полуукрашенную комнату, где со стола съехала нарядная скатерть, которую он поправлять не торопился. Тошно, как же тошно! Не будь он хреновым гордецом, принял бы приглашения, разосланные Россом, и отправился бы веселиться со всеми, но нет, они же в ссоре, которая уже успела исчерпать себя, но ни один, ни второй не спешили это заглаживать. Плюхнувшись в кресло, которое тут же издало пронзительный визг пружинок. Старенькое было, что поделать. Украина тихо вздохнул, прикрывая глаза, думая лишь о том, чтобы такого сделать, чтобы не было настолько тошно. И как обычно, немного поменяв положение, он кожей почувствовал холодный медальон, висящий у него на шее. Стране не хотелось прибегать к этому методу, но выхода другого не было. Вообще этот кулон стал для него неким побегом от реальности, в прошлое, в свои фантазии и надежды. Он был как бутылка пива или пачка сигарет для несчастной души того, кто умудрился влюбиться в собственного брата. Такой простой, наивный подарок смог принести ему столько разных воспоминаний, взбудоражить чувства, десятки проявлений, побудить к решению жить дальше, а не забить на всё и выпрыгнуть из окна 16-того этажа. Какая-то жалкая надежда теплилась в груди, когда он держал его в руках, сжимая крепко, но осторожно, чтобы не разбить хрупкую вещь. А был это крупных размеров янтарный камень, переливающийся то светло-жёлтым, то оранжевым цветами, невероятной красоты. Правда с годами он немного стёрся и уже не был таким гладким, но это ничего не меняло. Внутри застыла веточка какого-то цветка, на которой красовались множество алых бутонов, а висело всё на золотой цепочке. В то время такие украшения были редкостью, Украинец даже не знал, сколько на него копил брат, учитывая, что они были детьми, которым не так уж часто перепадала возможность получить деньги. Тогда как раз был Новый Год, а они недавно поссорились. И вот хмурый Хохол сидит, насупившись, а к нему подходит старший, протягивая коробочку, извиняясь и говоря, что долго копил и наконец смог купить ему этот подарок. Укр так растрогался, простил его, обнимал долго, глуповато улыбаясь. От этих воспоминаний аж тепло разлилось по телу, и уголки губ поползли вверх. Он прижал к себе медальон, смотря куда-то в потолок. Тогда всё было не так, тогда он был живым... Внезапный уверенный стук в дверь прервал его размышления, заставляя встрепенуться. Он даже чуть не упал с кресла, громко выругавшись. Встав, он зачем-то поправил таки скатерть, лениво идя к коридору, пока стуки повторялись. Крикнув, что он идёт, парень немного ускорил шаг, но, перед тем как открыть, немного завис, не понимая, кого могло к нему принести. Ключи зазвенели, несколько оборотов, и дверь отпирается, а глаза Украины округляются так, что чуть ли не на лоб вылазят. В двери стоит РФ, держа в руках пакеты, откуда вкусно чем-то пахло. На лице у него лишь серьёзность, он окидывает взглядом брата, тоже удивляясь. — Чего лыбишься? Зашёл в мои квартиру и удивляешься, что я тут? — Грубо спросил владелец, приподнимая бровь. — Да нет, не знал просто, что ты его до сих пор носишь. — Кивнул он на кулон, который Украинец забыл спрятать, отчего на секунду смутился, но быстро добавил в свой взгляд ненависти, присущей ему холодности. — Может пустишь, а? Я до сих пор стоя на пороге! Пропуская Русского, Укроп поспешил спрятать так не вовремя показавшийся кулон, так и не осмеливаясь снять его. Росс же в это время уже во всю хозяйничал на столе, раскладывая содержимое пакетов. А там оказались запечатанные блюда, салаты и пакетик мандаринов. Укр наблюдал за ним, опираясь на стенку, вопросительно осматривая неожиданного гостя, пытаясь унять сердцебиение. Орган колотил знатно, пытаясь вырваться из груди, не заботясь о том, что его хозяину без него не выжить. Немного подышав, он смог чуть-чуть успокоиться и, на своё несчастье, решил загладить гнетущую тишину : — Что ты делаешь? Ты же вроде устраивал вечеринку там, позвал многих. Так какого чёрта ты здесь шляешься, м? Заняться нечем? — Я отменил её, вечеринку. У тебя отмечать буду! — С чего это ты взял? Я имею полное право вышвырнуть тебя из дома или позвонить в полицию! — Ты не сделаешь этого. Зачем? Я так и понял, что на этот праздник ты один остался. Вижу же, что больно тебе, даже медальон сохранил. — Резко перевёл тему Россиянин, глядя туда, где под свитером действительно покоилась столь важная для Украины вещь. Вновь смутившись, он на минуту потерял дар речи, чувствуя гулкие удары сердца о рёбра и собственное дыхание. Его брат соизволил не просто поздравить, но и придти? Пока Укроп находился в этом состояние, Триколор уже подошёл к нему, заставляя от неожиданности отскочить, вжимаясь в стену. Теперь же взгляд холодных голубых глаз больше не выражал безразличия, маску которого привык надевать Федерация. Теперь они напротив казались морем из эмоций и чувств, Украина даже громко сглотнул, потирая глаза руками, не веря им. И вдруг РФ и вовсе по-доброму улыбнулся, протягивая маленькую коробочку брату : — Это тебе. Долго хотел помириться с тобой и принести этот подарок в качестве извинений, но всё повода не находил. А тут, такая сказка пришла, подумал, почему бы и не решиться. Если так не хочешь меня видеть, я могу уйти, просто возьми. Хохол так опешил, что какое-то время вообще стоял с пустым взглядом, пока ему не всунули коробку в раскрытые ладони, и не оставили одного. Россия пошёл вновь копаться в еде, красиво расставляя всё. Укр дрожащими руками поднёс коробочку к лицу, чтобы получше её рассмотреть. Повертев её в руках и не заметя никакого подвоха, он развернул красную бумагу, в которую была обёрнута она, и раскрыл коробку, осторожно ощупывая, что там лежит. А достал он оттуда наручные часы, циферблат которых был янтарного цвета на чёрном фоне, цифры так и горели, показывая своё великолепие. Ремень же был кожаным, но со вставками этого же камня. Покрутив его ещё немного, он увидел короткую записку, хлипко держащуюся на одном из камней. Раскрыв её, Укроп прочёл : « Это тебе подарок к кулону, я давно уже заметил его под одеждой. Надеюсь, тебе понравилось, и ты не выкинешь их. Понимаю, это не исправит всех моих косяков, но, я думаю, покажет моё стремление что-то изменить к лучшему. P.S. Если же всё же не простишь, не выбрасывай пожалуйста, отдай лучше бездомным, они не дешёвые. С любовью, Росси ~» Хех, Росси - именно так он называл брата, когда они оба были ещё малютками. По телу прошла мелкая дрожь, и Украина застегнул часики на запястье. Они сели хорошо из-за того, что ремень регулировался. Пробежавшись глазами по записке ещё раз, он хмыкнул себе под нос что-то, развернулся и пошёл помогать Россиянину хоть немного украсит свою квартиру к предстоящему празднику, хотя это уже потеряло всякое значение. Ведь если душа сияет яркими красками при виде своего возлюбленного, стоящего где-то рядом и так ласково на тебя смотрящего, украшать её уже не имеет смысла, потому как любые Новогодние огни пред ней померкнут.