Er ist schrecklich, aber er ist mein Lieblings-Vatti

      Но Рейх и не думал останавливаться, напротив, теперь он был возбужден, и сладкий туман постепенно застилал глаза тирана, а от вида Германии, что вытирал его семя с подбородка, становилось так приятно. В голову Рейху даже закрадывались мысли отпустить это милое оголенное существо, страну, что рано или поздно будет его. Для этого нужно лишь выжидать, а это Рейх умел. Война научила этого тирана многому. Слишком многому. Встав с диванчика, Рейх спустил ткань штанов на пол, а после свернул ее и положил на диван. Немецкая педантичность проявлялась в таких мелких вещах. —Тебе понравился вкус? Отныне ты будешь часто испытывать это.       Какая наглость! Герман нахмурился, и вытерев с губ остатки белого вещества, метнул на отца свирепый взгляд. Это была последняя капля, теперь любви к отцу почти не осталось. Он все надеялся, что отец поймёт неправильность своих действий и остановит это безумие, но, к сожалению, он этого, похоже, и не собирался делать. Напротив, сейчас он еще сильнее распалился и желал большего. Сев на диван, Рейх расставил ноги и похлопал руками по бедрам, как бы подзывая Германию присесть на пульсирующий половой орган отца. Лицо тирана было непреклонно: Ярко-красные глаза изучающе осматривали голое тело сына. Взгляд был тяжелый, давящий, смотря на него невозможно было не испугаться и не почувствовать себя "жертвой", что была явно не первая и далеко не последняя. Острые пираньи зубы отца нервно закусили нижнюю губу. Послышался утробный полурык-полуфырк, именно так делал Рейх когда был рассержен. Терпение нациста подходило к концу, ведь Герман открыто игнорировал его прозрачные намеки, казалось, еще немного и Рейх придет в ярость и попросту изувечит прекрасное, нежное тело сынишки. Увидев огонь, разжигаемый ненавистью и гневом, в глазах Арийца, Германия Вздрогнул и, сглотнув, подполз к ногам отца. Поднявшись, тот еще раз взглянул в лицо отца, отчего тот лишь прорычал сквозь зубы. -Чего ждешь? Садись на него сверху, живо!       В голосе читалась явная, ни капли не скрываемая, брезгливость и невербальное давление. Рейх не дождался пока Германия сделает все самостоятельно. Резким движением, Рейх притянул Германию за ошейник к себе и поднял на руки, словно пушинку одуванчика в начале лета, развернув его к себе спиной. Он переместил руки на бедра парня, чуть надавливая, заставляя садиться все сильнее, так, чтобы пульсирующий орган входил глубже, заставляя нежные стенки ануса крепко сжимать большой ствол. -Мнгх!...мне больно!...-Промычал Немец, на его глазах появились горошинки слез, что медленно скатывались по лицу, собираясь в капли на подбородке.-...Ах!..пожалуйста...пап...хватит! Лицо стало краснеть, а вялый член парня активно стимулировался когтистой рукой Дитриха. Через пару минут Германия болезненно простонал ощущая как его бедра соприкоснулись с бедрами отца, что означало лишь одно—Он вошел полностью. —Тебе же это нравится, хоть ты и твердишь обратное, твое тело со мной в разы честнее~. Ты такой развратный, тебя заводит, что такое с твоим, некогда девственным телом, вытворяет именно твой отец и никто другой, верно?~ —Прорычал тот прямо в ухо Германии, попутно Рейх медленно прикусил красную мочку уха младшего, оставляя на нем красный след от зубов, что в один миг был зализан. Прикрыв глаза, немец простонал и сам непроизвольно привстал с члена отца. Руки Рейха сразу же надавили на бедра вновь, заставляя снова присесть. Казалось бы, пенис еще глубже проник в него, надавливая на простату, заставляя содрогаться и беспомощно стонать под властным надзирательством Рейха и его коварных, волшебно злобных глаз.

Страшнее всего было осознавать, что эти слова были ПРАВДОЙ

Германия понял, что теперь он даже не пытается воспротивиться воле отца. Он смирился со своей участью быть рабом, псом в ловких руках своего повелителя отца и хозяина в одном лице. Рейх медленно прикоснулся к подбородку сына и повернув его лицо в бок, улыбнулся. Слезы, прекрасные слезы заставляли возбуждаться сильнее, желать сильнее. Впившись жадным животным поцелуем в губы сына, Ариец обхватил его за талию и стал двигаться быстрее, сильнее вдалбливаясь в бедное тело, в простату, что была упруга и чувствительна. Красноватый язык Рейха умело оплетал и посасывал язычок сына, иногда прокусывая нижнюю губу и сразу же зализывая выступающую кровь. Немец от такой страсти, сильно размяк, прикрыв глаза, отдаваясь сладострастному искушению в полной мере. Было так хорошо, боль сменилась наслаждением, а парень, уперевшись ногами, сам стал скакать на члене отца. Рейх не был этому удивлен, он лишь ускорился и поднял руки на грудь сына сжимая, оттягивая, и прокручивая соски Германии, отчего тот лишь громче стонал и непроизвольно выгибался. Тепло, очень тепло, даже жарко. Вскоре они оба достигли экстаза и кончили в унисон. Но на этом все не закончилось, ночь длинна, Рейх вдоволь использовал весь свой потенциал и до утра Германия стонал и дрожал под его телом. Только на следующее утро Германия от бессилия упал на холодный пол, а из его ануса обильно вытекала сперма, которой доверху наполнил его Рейх. Младший заснул, а Рейх, устало усмехнувшись, кинул на тело Немца красное полотенце, тем самым накрыв его. -Toller Sex-Marathon mein junge!* -С этими словами Рейх, поправляя бляшку ремня, направился на выход из подвала. Пара удаляющихся шагов неприятно скрипела где-то вдали. Усталый Ариец, выходя из подвала, пару раз провернул ключи в замочной скважине, когда его ошарашил резкий звук доносившийся из коридора от входной двери. Кого могло занести в такую рань?! Рейх злостно выдохнул и направился к двери. Сквозь зашторенное окно, была видна массивная фигура в ушанке, что упорно звонила в звонок, разнося противный писк по всему дому заставляя голову буквально разрываться.

Что же будет дальше?...

.