Глава 1. Мы - те, кого вы должны бояться.
28 декабря 2019 г., 17:00
Адам откинулся на ногу своей подруги. Джо сидела на столе, в то время как он лежал на полу рядом с Габриэлем и Дином, которые обсуждали преимущества волшебных растений над обычными.
Он никогда не думал, что его жизнь может быть такой. Чёрт возьми, он даже не предполагал, что когда-нибудь выберется из клетки. Как утверждали остальные, все они были «вытянуты» Богом без оглядки на то, что часть из них была мертва. Это было нужно, чтобы спастись от «левиафанов», захвативших Америку.
Все они очнулись в английском доме («это не дом, а чёртов особняк!») и должны были пойти в волшебную школу, как одиннадцатилетние дети. Тот факт, что его братья даже не удивились, многое говорил о том, насколько странной была их жизнь.
Сначала это было сложно. Например, Мэг и Кроули не ладили от слова совсем. Если честно, Кроули не ладил ни с кем и, похоже, был жутко обижен на Кастиэля. Джо с подозрением относилась к демону из-за того, как он повлиял на её смерть. Кроули пришлось довольствоваться тем, что он считался «классным собутыльником» (что вряд ли было хорошо, ведь им всем теперь было одиннадцать).
Мэг на самом деле оказалась очень милой для демона, несмотря на то, что играла огромную роль в смерти Джо и Эллен. Габриэль был ходячей проблемой, полной противоположностью своего брата, который был робким и любил преследовать Дина. Глядя на них, Адам чувствовал огромное облегчение, что ему больше не приходится иметь дело с Михаилом.
Сэм поначалу злился, что Дин был выше его, но в этом году, достигнув восемнадцати лет, он, наконец, перерос брата на дюйм. Адам только закатывал глаза на их поведение. Они вели себя как близнецы, коими и являлись в этом мире, в то время как Адам был младше на девять месяцев.
Бобби и Эллен просто обрадовались, что им не одиннадцать, как остальным, и им не надо идти в волшебную школу. Им была назначена роль родителей. Согласно легенде, Сэм, Дин и Адам были детьми Бобби от первого брака, как и Джо для Эллен. Кас и Гейб были братьями кузена невестки Бобби или что-то вроде этого. Кроули, к его ужасу, был сиротой с улицы, а Мэг приёмной дочерью Эллен. Это была странная, неблагополучная семья, но так уж вышло.
Хогвартс был странностью, в которую они на удивление хорошо вписались. Идея факультетов им поначалу не понравилась, особенно когда Сэм и Дин оказались в синем и желтом домах. Учитывая, что близнецы обычно оказывались на одном факультете, это было довольно странно и подкинуло магам пару идей для размышления (а Сэм и Дин пробирались по ночам в комнаты друг друга, словно любовники).
Никто не удосужился упомянуть, что Дин был на четыре года старше Сэма, а Адам на одиннадцать лет младше. Или то, что двое из них были демонами, двое были ангелами, двое должны были быть мертвы, а двое других умирали так много раз, что это уже было не смешно. Хотя нет, всё-таки было.
Факультеты были довольно забавными, размышлял Адам, взглянув на Джо и ещё раз поблагодарив Бога за то, что он получил возможность лучше её узнать. Они были единственными гриффиндорцами, хотя Дин однажды признался, что почти попал туда до того, как шляпа обнаружила его сделку с демоном и нежелание верить в то, что Кас работает с Кроули. Каким-то образом говорящая тряпка решила, что из-за этого Дин должен быть в одном доме вместе с Мэг (преданной слугой Люцифера) и Кастиэлем (упорно верующим и всегда готовым умереть ради Винчестеров) вместо факультета безрассудных смельчаков.
Адам думал, что шляпа хотела посмотреть, что получится, если отправить Кастиэля с Мэг на один факультет, но он никогда не смог бы это доказать. Сэм был единственным, попавшим в мозговитый дом, а Габриэль и Кроули попали к змейкам. «Должно быть, это дом для мудаков», — усмехнулся Дин, заставив пару рыжеволосых близнецов за столом Гриффиндора истерически смеяться в течение десяти минут.
Учиться магии было весело и всё такое, но это всё ещё была школа. Изучение библиотеки Сэмом и Мэг не принесли никакого результата, так что Дин, Кас и Габриэль пробрались в запретную секцию и даже нашли книгу, в которой был способ противостоять левиафанам. Книга выглядела многообещающе, но ненормальная учительница конфисковала её на основании того, что она «слишком тёмная для таких детей, как вы». У Адама было острое желание рассказать ей про ад и клетку, и, судя по лицам Дина и Джо, они хотели сделать то же самое.
Тем не менее они прекрасно проводили время, передвигаясь по движущимися лестницами и болтая о том, да о сём. Один раз Сэм чуть не обезглавил мирного гостя-вампира. Им также удалось скрыть демонический статус Кроули и Мег, ангельский Кастиэля и Габриэля, а также их знания о том, как убивать различных сверхъестественных существ.
— Они не верят в демонов, — заключил Дин на пятом курсе. В конце концов, решив, что он достаточно взрослый, чтобы интересоваться тёмными существами: он задал несколько вопросов эксцентричному аврору, но так и не получил ничего дельного в ответ.
— Судя по всему, их не существует, — усмехнулся Дин. — И ещё я спросил об аде, тёмной магии и о том, откуда она взялась, если не исходила от демонов и ада. И знаешь, что он сделал? Он засмеялся и сказал мне, что она исходит из наших собственных злых намерений, так что я ответил ему — он не знает, о чём говорит.
У Кроули были такие же проблемы с предметом «Уход за магическими существами», когда он пытался рассказать о своей любимой адской гончей, которая каким-то образом последовала за ним через миры.
— Гроули здесь, — объяснил он команде, когда они собрались за столом Пуффендуя. Они постоянно меняли столы, к большому раздражению других студентов, которые, похоже, не одобряли их смешанную компанию. Учителей это тоже не устраивало, и они советовали им искать новых друзей за пределами их семьи. Это вызвало жаркий спор между Мэг и Кроули с такими ругательствами, о которых не должен знать ни один двенадцатилетний ребёнок. В итоге для них всё закончилось месяцем чистки котлов.
— Итак, я глажу Гроули и показываю её классу. И знаете что? Только один ребёнок смог её увидеть. А я думал, что волшебники должны быть особенными, — усмехнулся Кроули.
Там, где Мэг и Кроули бывали наказаны за жестокость и нахальство по отношению к профессорам, Габриэль угодил в проблемы из-за своих шуток. Он отказался от предложенного альянса с рыжими близнецами, считавших его хитрым слизеринским трикстером. Своими шутками-наказаниями он заработал дурную славу среди учеников и профессоров.
Сэм и Дин попадали в беду из-за их реакций на угрозы. У братьев регулярно изымали ножи и ружья, но, несмотря на это, им каким-то образом удавалось возвращать их, несмотря на запертый магией сундук (не по зубам ни Габриэлю, ни приличной отмычке). Они были известны тем, что едва проучились два месяца, как сожгли кости профессора Бинса. Само собой разумеется, что другие призраки были жутко напуганы, а Пивз обходил их за сто метров (ходили слухи, что они носили соль в карманах).
— Я не могу поверить, что эти люди даже не подозревают, что призраки боятся соли и железа, — Джо сетовала на местное образование. По сравнению с двумя братьями, трикстером или демонами, Джо, Адам и Кастиэль были идеальными учениками. Им не раз советовали сменить друзей, но даже если Адам знал других людей на своём факультете, вроде этой вечно занятой волосатой всезнайки или знаменитого Поттера, поступивших на год позже него, ему не хотелось с ними общаться.
Сейчас они были на последнем курсе. Кроули и Мег бросались друг в друга бумажными шариками, словно трёхлетки, пока Сэм пытался читать свою книгу. Они терпеливо ждали, когда придёт их очередь, чтобы «встретиться со своим страхом».
В передней части зала стоял старый дубовый сундук. Он открылся, и оттуда вылетел чёрный дым. Дин автоматически потянулся к ножу Руби, а Мэг и Кроули отошли от него на несколько дюймов. Затем дым превратился в клоуна, и человек, стоящий перед ним, выглядел испуганным.
— Видишь, — сказал Дин Сэму, — ты не единственный, кто боится клоунов.
Один за другим они будут вызваны встретиться лицом к лицу со своим страхом. Им придется простоять там несколько минут, прежде чем им разрешат уничтожить его. Клоун упал и превратился в лужу воды, а темноволосый парень Поттер подал знак следующему человеку. Он управлял всем этим из-за своего «опыта» в области тёмной магии.
Команда нашла это весёлым, даже если они и сочувствовали ему.
— Винчестер Адам, — позвала Грейнджер, и он похлопал Джо по ноге, прежде чем встать и выйти вперёд. Он чувствовал укол гордости за то, что он — Винчестер, даже если это было похоже на предательство по отношению к его маме.
Мысль о матери, должно быть, повлияла на чудовище, которое появилось в образе блондинки Кейт Миллиган, мёртвой, с истекающими кровью глазами, похожей на вурдалака. Адам вздрогнул. Он слышал, как другие ученики шокировано вздыхают.
Их ждал сюрприз. После акул, клоунов и мумий следующие несколько страхов должны были быть намного темнее.
***
«Семинар начался достаточно хорошо» — подумал Гарри, наблюдая за зомби, с которым столкнулся семикурсник. Он организовал всё это с помощью участников ОД после того, как Дамблдор попросил его обучить других студентов. Эта лекция, которую Ремус вдохновил своим знаменитым уроком с боггартом на третьем курсе, была посвящена пониманию того, чего вы боитесь, чтобы впоследствии преодолеть свой страх. Он вышел первый. Его боггартом был дементор. Гарри превратил его в белый лист с чёрными точками-глазами: наподобие тех дешёвых костюмов на Хэллоуин. Затем они по кругу прошли через пятые и шестые курсы, прежде чем наконец начались седьмые. Он узнал вышедшего парня. Это был гриффиндорец, на год старше его. Люди сидели по всему Большому залу и внимательно наблюдали. Все, за исключением группы слева. Даже Малфой со своими головорезами следили, хихикая над появляющимися страхами. Казалось, он перестал исчезать из замка, и Гарри с облегчением заметил, что теперь ему проще за ним присматривать. Группа, которая не смотрела за происходящим, состояла из весьма странных личностей. Гермиона знала двух гриффиндорцев — девочку блондинку и мальчика: Джо Харвелл и Адам Винчестер. По-видимому, настоящими родственниками были только Винчестеры и Новаки, а остальные — приёмные. Гарри думал, что в школе они бы отдалились, но всё вышло наоборот, и группа склеилась только плотнее. Это было неправильно. Эти люди совершенно не соответствовали друг другу. Двое гриффиндорцев были вполне приличными людьми, но Гарри раньше с ними не общался. Он только слышал про них от других и пару раз видел их в гостиной. В прошлом году во время очередного собрания ОД он, Гермиона, Рон и Джинни прибыли пораньше и обнаружили, что эта компания уже заняла Выручай-комнату, болтая об ангелах, Небесах и всём сущем. Поняв, что к ним пришли посетители, они поспешили уйти оттуда. Тот, что столкнулся с зомби — Адам — многозначительно смотрел на стену за спиной трупа. Он, казалось, справлялся — его боггарт был немного темнее, чем у остальных студентов, но это не редкость. Одна девушка уже столкнулась с инферналом. Он с легким интересом наблюдал, как боггарт усмехнулся Винчестеру, прежде чем вонзить пальцы в свою шею. Гарри вздрогнул, а у нескольких учеников перехватило дыхание, когда они окрасились кровью. Боггарт поднёс пальцы к губам и высунул язык, медленно вылизывая их. На самом деле Адам, казалось, испытывал облегчение, как будто он ожидал чего-то другого. «Время!» — крикнул Гарри. Большинство людей предпочитали превращать боггарта во что-то смешное, но Адам просто ушёл, оставив труп стоять там. Гермиона посмотрела вниз по списку. Следующим человеком, записавшимся на семинар, была «Харвелл, Джо». Гарри наблюдал, как Адам и девушка обменялись улыбками. Они встречались с прошлого года, и братья парня по какой-то причине посчитали это весьма забавным. Джо отвесила им шуточные подзатыльники и встала с места, уверенная, с высоко поднятой головой, как настоящий гриффиндорец. Труп замерцал, прежде чем сменить форму. Там появилась жуткая собака, высотой доходящая Гарри до талии. В её пасти было два ряда огромных острых клыков, с которых капала слюна. Местами плоть на теле отслаивалась, и были видны чёрный гной с кровью. По всей длине позвоночника тянулись шипы. — Но ведь там ничего нет, — услышал Гарри голос один из студентов. Он посмотрел на Рона, который покачал головой. — Ничего, приятель, — он пожал плечами. — Так что же… она ничего не боится? — Там собака, — прошептал Гарри в ответ. — Огромная уродливая собака. Это… — он замолчал, потому что собака откинула голову назад и огласила комнату душераздирающим воем. Одновременно раздался звук падающих книг, и люди посмотрели в угол, где один из братьев Адама отреагировал на этот звук зажатым в руке ножом. Жуткий слизеринец и брюнетка с Пуффендуя предупреждающе посмотрели на него, и он смущённо пожал плечами. Джо дрожала, когда собака… гончая, как думал Гарри, кружила вокруг неё. — Я думаю, что это похоже на фестралов, — сказал Гарри Рону. — Но я не знаю, что это такое. — Это… — пробормотал кто-то из толпы. — Это адская гончая? Джо дёрнулась, и в этот момент гончая снова завыла. Крик был также ужасен, как и в первый раз, но Джо неуклонно оставалась на своём месте. — Хорошо, — сказал Гарри, понимая, что цель упражнения достигнута. Мерлин, эти дети были такими смелыми, когда сталкивались со своими худшими страхами, тем более такими тёмными. В отличие от Адама, который просто ушёл, Джо схватила свою палочку и указала на зверя. Раздался выстрел, напомнивший Гарри о выстреле из ружья, и зверь упал, расплескав черную кровь. Джо обернулась, торжествующе ухмыляясь своим друзьям. — Держи своего питомца подальше от меня, демон, — бросила она жуткому слизеринцу (Гарри вспомнил, что его зовут Кроули). Её тон говорил о том, что она это уже обсуждала, но раньше ей просто не хватало злости. Кроули встал, чтобы встретить её. — Держись подальше от моей собачки, — пригрозил он, идя к боггарту без всяких просьб. Гермиона беспомощно посмотрела на Гарри и пожала плечами. Мертвая собака снова стала чёрным дымом, а когда к боггарту подошёл Кроули, превратилась в горстку… Гарри внимательно присмотрелся. Это были кости? Со стола «Команды Свободной Воли» зазвучал хохот (это было странное название, но брат Адама настоял на этом, после чего оно было переименовано в «Команда Свободной Воли и те, кого заставили присоединиться»). Гарри посмотрел на них. Один брат Адама — пуффендуец, которого, как он думал, звали Дин, улыбался вместе со слизеринцем Новаком. Гарри вспомнил, что его зовут Габриэль, и он получил даже больше задержаний, чем близнецы Уизли. Брюнетка сочувствующе поморщилась, когда кости загорелись. Рядом с ней другой пуффендуец — брат Новака со смешным именем выглядел слегка виноватым. Стоя спереди, Кроули чувствовал себя очень неуютно, но не проявлял никаких эмоций. Довольный результатом, Гарри кивнул, и он очень быстро ушёл. Гермиона посмотрела в свой список. «Новак Кастиэль», — позвала она. Гарри не знал, зачем она настояла на том, чтобы фамилии произносились перед именем, но это помогло идентифицировать парня, как пуффендуйца, вышедшего из-за стола и прошедшего вперёд. Дин и брюнетка, также носившая жёлто-чёрный галстук, сочувствующе смотрели ему в след. Кастиэль (а это действительно странное имя) подошёл к горящим костям. Они растворились в дыму и превратились в безжизненное тело у его ног. Гарри побледнел. Тело выглядело точь-в-точь как… Нет… не ходи туда. Мёртвый человек был похож на Дина Винчестера, но он был старше и расчленён. Упала ещё одна книга, и оглянувшись, Гарри увидел, как последний Винчестер — Сэм — вскочил на ноги. — Ты должен быть, польщён, Дин, — протянула брюнетка. Гарри стоял недалеко и мог слышать её слова. — Наш маленький Кларенс боится, что ты его покинешь. Кастиэль оглянулся на группу. В его глазах мелькнула вина. Рон тихо присвистнул. — Что не так с этими людьми? — спросил он. Гарри не ответил, крикнув: «Хорошо! Время!» Новак вытащил свою серебристую палочку и указал ею на боггарта. — Ридикулус, — произнёс он. Сначала ничего не произошло. Тело задёргалось, прежде чем превратиться в мёртвого Сэма Винчестера. Кастиэль крепко сжал челюсти и попробовал ещё раз. На этот раз боггарт был живым — две версии Сэма и Дина громко смеялись, попивая пиво. Гарри задумался над тем, почему они выглядят старше, но прежде чем он успел всерьёз подумать об этом, боггарт изменился, когда следующая девушка (Мастерс Мэг) вышла вперёд, замедляясь, когда он повернулся к ней. Человек с желтыми глазами. — О, дерьмо, — услышал Гарри слова единственного когтевранца в группе. Его брат присвистнул. — Она боится Азазеля? Она ведь так нахваливала своего папашу. Гарри понял, что Азазель был её отцом. Из-за цвета его глаз он решил, что человек не очень хорошо видел и, возможно, принимал какие-то наркотики. Гермиона выглядела неловко, а учителя перешёптывались между собой. — Что происходит? — спросил Гарри. Гермиона молчала около минуты, прежде чем ответить. — Жёлтые глаза… это связано с тёмной магией, — прошептала она. Гарри не понимал, к чему она клонит, и не особо беспокоился, когда пуффендуйка начала оскорблять мужчину. «Далее!» — сказал он, Мэг развернулась и пошла прочь. — Новак Габриэль, — позвала Гермиона. Слизеринец переглянулся с Дином и своим братом Кастиэлем прежде чем встать, отряхнулся и засунул в рот очередной Чупа-чупс. Он подошёл к человеку с жёлтыми глазами, и боггарт снова сменил форму. Теперь там стоял высокий мужчина со светлыми волосами. Он был одет в повседневную одежду: джинсы, рубашку и футболку. Лицо человека было в жутких язвах. Гарри заметил, как стоящий рядом Рон вздрогнул от отвращения. — Ещё один член семьи? — спросил он мальчика. Габриэль вынул леденец изо рта. — Эй, братан, — протянул он. — Габриэль, — ответил боггарт. Он говорил… действительно говорил. — Всё ещё играешь с этими лысыми обезьянками? — усмехнулся он. Гарри услышал, как Гермиона удивлённо вздохнула. — Боггарты… они не должны разговорить! — прошептала она. — Они не… они не умеют думать. Новаку, похоже, было всё равно. В ответ он только засмеялся. — Давай Люси! Я здесь уже достаточно долго, чтобы понять, они лучше нас! Намного лучше! В конце концов, папа был прав! Лицо мужчины скривилось. — Они несовершенны, порочны! — Звучит знакомо, — протянул Габриэль. — Собираешься зарезать меня прямо сейчас? — Не заставляй меня делать это! — Никто не заставляет нас что-либо делать! — крикнул Габриэль. — И никто… ни я, ни Михаил, никто из нас не заставлял тебя падать. — Бог сделал меня таким, — настаивал жуткий парень, — он хотел, чтобы это произошло. Бог хотел получить дьявола, — Гарри удивился, насколько религиозной была семья Новаков. Такие имена, как Габриэль, Кастиэль и… Подождите… было ли имя этого парня Люси или это просто сокращение… Сумасшедшая семья. — Какая разница? Папа ушёл и оставил спятивших детей, чтобы они дрались. А теперь и ты, и Михаил под замком. И знаешь что, Люцифер? Пошел ты! Приди в себя и прекрати свою истерику! Я надеюсь, что вы с Михаилом не разорвали друг друга на части! — не дожидаясь команды Гарри, Габриэль повернулся и пошёл к своим друзьям. Наступила неловкая пауза. Люди пытались связать то, что они знали о Новаках с тем, что они только что увидели. У Гарри сложилось впечатление, будто их отец ушёл из семьи, а два старших брата попали не в ту компанию и сейчас сидят в тюрьме. А то, что их имена были похожи на имена архангелов… ну… это было просто совпадение. — Винчестер Дин, — зачитала Гермиона, разрушая звенящую тишину. Вместо него поднялась высокая фигура Сэма. — Думаю, что лучше это буду я, — сказал он, шагая к высокому человеку, который скучающе стоял в ожидании следующей жертвы. При его приближении боггарт не изменился. Вместо этого он только широко улыбался. — Привет, Сэмми, — протянул он. В его глазах плескалась безумная радость. Это напомнило Гарри подумать о Волан-де-морте. И всё же этот человек был другим… более могущественным… более древним. — Привет, Люцифер, — Сэм не улыбнулся. Его губы были крепко сжаты, а на лице отражался ужас. — Чем занимаешься, приятель? Наслаждаешься этой поддельной реальностью? — Наслаждаешься клеткой? — резко отреагировал Сэм. Гарри задумался, что такого ужасного сделал этот человек. Он был жутким, и когда парень, по-видимому, Люцифер, засмеялся, члены Команды Свободной Воли вздрогнули. Ну, большинство из них. Мэг наклонилась вперед и с восхищением смотрела на представление. Странно. — Это не то же самое, — проскулил мужчина, — не бросай меня, Сэм! — он звучал как ребёнок, закатывающий истерику. Челюсть Сэма плотно сжалась. Он с силой вдавил большой палец правой руки в левую ладонь, будто это могло исправить ситуацию. — Ты скучал по мне? — парень засмеялся, и когда Сэм ничего не ответил, сделал шаг вперёд. — Я скучал по тебе, но я никуда не уходил. А ты знаешь, где ты, Сэмми? Именно тогда Гарри заметил, что из ладони Сэма течёт кровь. Ничего не происходило, и из-за этого он выглядел ещё более напуганным. Его брат Дин выглядел так, будто хотел броситься вперёд и увести его, но остальные удерживали Дина на месте. Кроме Мэг, которая всё ещё пускала слюни. — Ты не настоящий, — по слогам произнёс когтевранец. — Тебя здесь нет. Ты галлюцинация. Всё было очень плохо. Мало того, что Сэм, видимо, совершенно забыл, что перед ним боггарт, так у него ещё были галлюцинации с этим жутким парнем. — Ты всё ещё в клетке. Со мной… Ты так и не выбрался, Сэмми. Клетка…? Когда Винчестер успел побывать в тюрьме? Был ли он там с братьями Новаками? Михаил и этот Люцифер…? — Думаю нам стоит прекратить, — заговорил он, но был проигнорирован. Команда всё ещё смотрела на боггарта так, будто он собирался сжечь мир или убить их, всех людей, сделать что-то ещё. Но ведь у него даже не было палочки… — Я никуда не пойду, Сэм. Я здесь. Я настоящий. И ты все ещё в моей клетке, — его лицо расплылось в улыбке. — Ты лжёшь, — Сэм зарычал, — Заткнись! — Ты говоришь «заткнись»? Мне? — парень улыбнулся. Был ли он настоящим страхом мальчика? — Наконец-то принял неизбежное Сэмми? — его тон понизился. — Наконец-то признал, что я реален? Я дьявол из Ада. — Ты не настоящий, — прорычал брюнет, и если бы взглядом можно было убить, то от боггарта бы и места пустого не осталось. Он выхватил свою палочку и сделал резкое движение, выкрикивая «Ридикулус». Люцифер ухмыльнулся. Его тело начало меняться, и в итоге он превратился в молодого высокого мужчину с длинными волосами. Гарри узнал в нём Сэма… но не совсем понял, откуда появились жёлтые глаза… — Ридикулус! — крикнул Сэм. Теперь это был рыжий клоун с большим красным носом. «Ридикулус!» Его повзрослевший брат, чьи зелёные глаза вдруг стали полностью чёрными. «Ридикулус!» Люцифер стоял там, всё ещё ухмыляясь. Всё закончилось, когда близнец Сэма сбил его с ног, заняв место брата. Гарри задавался вопросом, следует ли ему прекратить сеанс, но учителя не подавали никаких знаков, и он решил ничего не менять. Винчестеры сильно отличались от всех близнецов, которых он знал. Они были похожи внешне, но сильно различались характерами. Очевидно, большинство магических близнецов, как Парвати и Падме, а также Фред и Джордж были почти полностью идентичны, тогда как Сэм и Дин были совершенно разными. Боггарту не потребовалось много времени, чтобы снова измениться. На этот раз он был мужчиной средних лет с небольшой щетиной и яркими белыми зубами. Его глаза были ярко белыми, но через несколько мгновений он моргнул, и они стали обычного цвета. Человек сделал шаг вперёд, и Гарри вздрогнул, а Дин отступил назад. Незнакомец походил на Волан-де-Морта или же Беллатрису. Его друзья тихо выругалась, Мэг выглядела испуганно, Кроули побледнел, и даже обычно безэмоциональный Кастиэль вцепился в свою мантию так, будто он сдерживал себя от того, чтобы сорваться на помощь Дину. Человек казался невинным и безобидным. Он был красивее Филча, но уродливее Амбридж. Он оскалился свои белые зубы в жуткой усмешке, будто только что выиграл главный приз в лотерее. — Дин, Дин, Дин, мы скучали по тебе у нас в Аду. Ученики удивлённо вздохнули. Все они знали, что группа часто говорит о Рае и Аде… или об апокалипсисе и чудовищах из легенд, но никто не представлял, насколько это могло повлиять на умы детей. Это были очень, очень, очень странные семьи. — Аластор, — зарычал пуффендуец. Он не был типичным пуффендуйцем, но глядя на его отношение к брату, было легко заметить, насколько верным человеком он был. Хотя Дин вполне мог бы попасть на Гриффиндор с его умением держать храброе лицо, даже если его руки дрожат, как у запойного алкоголика. Гарри не мог понять, почему этот белоглазый человек (возможно, слепой) внушал Дину такой страх. Может быть, ребёнок боялся слепых людей… — Ты был таким хорошим учеником. Без тебя в пыточной стало так скучно, — Дин вздрогнул, и белоглазый парень засмеялся. — Мы всё ещё тебе снимся? Небеса… Я на небесах, и мое сердце болит так… что я едва могу говорить… — пропел он. — Ад? — прошептала Гермиона. — Винчестер думает, что он был в Аду? — О, да ладно… — Кроули выглядел очень раздраженным. — Просто уничтожь его, Бельчонок! — слизеринец был склонен называть Сэма и Дина странными кличками. Ещё одной его раздражающей привычкой было то, что каждое его появление сопровождалось лениво растянутым «Привет, мальчуки». Гарри задавался вопросом, было ли неписанным правилом то, что слизеринцы должны растягивать все свои слова. — Да, Дин… это очень хорошая идея! — испугано прорычала Мэг. — Ну, мы достаточно повеселились! — проворчал парень, — Будь моим Валентином? — Мужчина вытянул вперёд руку, с лежащим на ней окровавленным сердцем, всё ещё бьющимся на его ладони. — Ты мёртв, — выкрикнул Дин. — Сэм вычеркнул тебя из этого мира. — Ты уверен? — Аластор засмеялся. — Бог вернул малыша Кэсси обратно, не так ли? Почему бы ему не сделать то же со мной? Или Азазелем? Или Лилит? — он усмехнулся. — Заткнись! — прорычал Дин. — Закрой рот! — Ты вернёшься туда после смерти, ты ведь знаешь это? Не думал же ты, что сможешь пробраться на небеса после той истории с ангелами? Знаешь, у меня есть дыба с твоим именем… — Ридикулус! — огрызнулся Дин, перебивая мужчину. Аластор начал кашлять кровью. Вначале Гарри не мог понять, что сделал Дин, но после он заметил кровь и понял, что… нет, это было совсем не смешно. Винчестер изменил боггарта не в то, что остальные нашли бы забавным, а в то, что было приятно лично для него, в то, чего он желал больше всего. Аластор всё ещё задыхался от крови и смеялся. — Видишь? — спросил он. — Видишь? Ты всё ещё мой маленький ученик, — ему пришлось замолчать, когда плоть начала слой за слоем слезать с его руки. Гарри почувствовал себя плохо. Это было похоже на пытки кого-то круциатусом, но куда более кроваво, а Дин Винчестер… Гарри увидел проблеск удовольствия в его зелёных глубинах… тот же самый взгляд, который он видел у Волан-де-Морта. Учителя с тревогой бросились к самому странному пуффендуйцу за всю историю Хогвартса, а Гарри обратил внимание на крики друзей Винчестера. — Так его! Наконец-то кто-то поставил его на место! — кричала Мэг, громко смеясь, когда белоглазый мужчина издавал очередной крик. К счастью, оба гриффиндорца выглядели испуганными. Кастиэль с сожалением отвел взгляд, Габриэль лихо присвистнул, а Кроули выглядел одновременно испуганным и задумчивым. — Эй, Белка! — крикнул он. — Хочешь работу, когда умрёшь? — Боггарт стал сильнее, — прошептала Гермиона, когда Рон отвернулся, давясь заполнившим всё помещение запахом крови. — Он подпитался страхами его друзей… ужасными страхами… и теперь он достаточно силён, чтобы… — она указала на кричащего человека. Невидимые когти разрывали его тело, а кровь, капающая из его ран, стекала в разгорающийся огонь. Гарри знал, что он ненастоящий, но всё равно хотел залить его водой. Огонь окружил боггарта. Сэм, который всё ещё лежал, растянувшись на камне, вздрогнул, когда пламя пронеслось мимо него… Гарри присмотрелся к огню и заметил, что его контуры образуют пентаграмму. Большой зал быстро превратился в адскую камеру пыток. Дамблдор пытался потушить пламя, но оно вспыхнуло с новой силой. Гарри решил, что ему, вероятно, следует что-то сделать, поэтому он подошёл к краю огненной полосы. Огонь лизнул его ноги, и Агуаменти здесь не помогло. Отступив, он в отчаянии заметил, что Дамблдору также не удалось что-либо сделать. Сэм подошёл к своему брату, который всё ещё смотрел на боггарта. — Всё в порядке! — кричал он. — Дин! Ты не в аду! Ты! Не! В аду! Кастиэль вытащил тебя! — Он тряс брата за плечо, пытаясь вернуть его в реальность. Дин покачал головой. — Я знаю, я… — его голос дрожал и сил договорить у него не осталось. Дин позволил Сэму оттащить себя от боггарта, но ученики снова вздохнули. Близнецы обернулись. Боггарт восстановился и двинулся по направлению к Винчестерам. Теперь это был темноволосый мужчина. — Я починю твоего дорогого маленького Сэмми, — сказал он, прежде чем замерцать, как старый телевизор, и вот перед ними другой человек — молодая девушка. Блондинка ухмыльнулась. — Sic 'em, парни! — Она раскинула руки и отошла в сторону, гадко ухмыляясь. Её глаза закатились и стали такого же белого цвета, как и у боггарта Дина. Следующей формой снова стала жуткая собака. Точнее собаки. Три таких двигались по направлению к братьям. Затем узкоглазый мужчина с насмешливым лицом. — Мы слышали, что вы тесно знакомы с Адом… Братья побледнели, всё ещё прижимаясь, друг к другу, когда боггарт снова изменил форму. — Ты сделал это. Ты выпустил его… — шептала шатенка. — Наш отец свободен. Наконец-то он свободен… Боггарт продолжал меняться. — Я дам тебе год. Только один год. — И снова Винчестеры. Некоторые версии выглядели, как повзрослевшие участники команды. — Не следовало приходить сюда, мальчики. — Кас? Каса больше нет. Он умер. Теперь я за главного. — Что бы вы ни делали, в конечном итоге вы всегда будете приходить сюда. Независимо от того, какой выбор вы сделаете, какие детали вы измените… я всегда окажусь здесь. Я выиграю. Поэтому я выиграю. — Михаил — старший, верен отсутствующему Отцу. И Люцифер, младший брат, восстал против Его плана. Вы рождены для этого. Это ваша судьба. Это всегда были вы! Как на Небесах, так будет и на Земле! Один брат должен убить другого! Боггарт продолжал меняться. Там были лица знакомых и монстров. Из толпы студентов раздались крики, когда мужчина открыл рот, обнажая острые клыки и длинный язык. Красные, жёлтые, белые и чёрные глаза, клыки и когти. Мёртвые, искорёженные и мутировавшие тела. — Глубокое тёмное ничего, вот что тебя ждёт, Дин. Ты не голоден, Дин, потому что внутри ты уже мертв. — Ты превращаешься в урода. Монстра. — Куда мы попадаем после смерти? Ни Небеса, ни Ад… Чистилище… — Чистилище полно душ, находится рядом с Адом, и я его хочу. — Он в клетке… с Михаилом и Люцифером… — Ад как… ну… как Ад… даже для демонов… это тюрьма из костей, плоти, крови и страха… — Мне не нужны солдаты. Мне нужен солдат. Один единственный. — Хорошо, смотри, вчера был вторник, верно? Но сегодня тоже вторник! — Я тот, кто крепко схватил тебя и избавил от вечных мук. Гарри задался вопросом, откуда боггарт берёт эти изображения, но, судя по шокированным лицам братьев и их друзей, он предположил, что это были воспоминания. Но… это были восемнадцатилетние дети. Как подобное могло произойти? Калейдоскоп воспоминаний продолжался. — Когда боггарт сталкивается с несколькими людьми, он теряется, — отчаянно прошептала Гермиона на ухо Гарри. — Должно быть, из-за этого его формы так быстро меняются, но это… это похоже на использование киноленты… это похоже на воспоминания, но это невозможно. У них не может быть таких воспоминаний. Должно быть это их фантазии. Просто послушай. Демон и Ангелы… — Отец ушёл на охоту и всё ещё не вернулся… — Я восстал ради этого? Чтобы ты сдался им? — Это твоя судьба! Это всегда был ты! — Как Люцифер не беспокоился? Или Михаил, Лилит, Аластар и Азазель?! — Это тело… оно такое красивое… — Ты слабый. Ты сдерживаешь меня. — Свобода воли — это иллюзия, Дин. — Ты оставил часть себя в аду. Посмотрим, сможем ли мы собрать тебя вместе? — У Сэма нет души. — ДОБРОЕ УТРО ВЬЕТНАМ! — Если выйдешь в эту дверь, можешь не возвращаться! — Я вырву их чёртовы сердца. — Пить кровь демона? Ты ведь знаешь, что это неправильно? — Давай, Сэмми… давай просто… — Дин схватил брата за руку, и они оба перешли огненную черту. В то же мгновение, вся пентаграмма рухнула в водовороте пламени. Дамблдор двинулся вперёд, но пара уже выбежала из зала, громко хлопнув дверью. Боггарт… исчез. Это было бы хорошим объяснением, если бы на тлеющее пламя на полу. — Он сгорел, — прошептала Гермиона, — что бы он им ни показывал… Дамблдор вызвал Снейпа и Макгонагалл, прежде чем пойти за близнецами. В зале царила неловкая тишина, когда профессор Флитвик объявил скрипучим голосом. — Семинар окончен. Пожалуйста, вернитесь к своим обычным занятиям. Естественно, никто не сдвинулся с места. Все слушали то, что обсуждали друзья Винчестеров.***
— Я даже не представляла, насколько отстойная у них жизнь, — протянула Мэг. Кастиэль впился в неё взглядом. — Твоё вмешательство не принесло ничего хорошего, — отрезал он, игнорируя неловкое молчание, заполняющее зал. — Извини, Кларенс, я просто хотела спросить, только мне кажется, что пускать Сэма и Дина к этой твари было не самой хорошей идеей? После всего, с чем они столкнулись? — О, просто захлопни варежку, демон, — сказал ей Адам. — Гордись тем, что ты оказалась в их худшем воспоминании и никогда больше об этом не говори, — он видел себя среди этих воспоминаний, в качестве упыря, трупа и мясного костюма Михаила. Люди смотрели на них. Кроули неловко поежился. — Так, ребята, что вы скажете, если мы… Э-э… съездим в Америку и убьём нескольких левиафанов? Габриэль откинулся на спинку стула. — Бесстрашные парни не простят нас, если мы пойдём без них. Эй, Кас, ты…? — Да, — Кастиэль встал и направился к двери. Студенты раздвинулись в стороны, будто он был прокажённым. Гарри вспомнил, что в одном из воспоминаний, он был одет в окровавленный плащ, а по венам текла жидкость чёрного цвета.***
— О чём они говорили? — спросил Рон у Гарри. — Без понятия. — Смотри, — Гермиона подтолкнула их, — Малфой хочет с ними поговорить. Так и было. Драко шёл к команде и делал это так, будто Хогвартс был его вотчиной. — Что я вижу? Малыши Сэм и Дин боятся монстров из шкафа? — спросил он. Харвелл громко засмеялась. — Наоборот. Это монстры боятся их, — ухмыльнулась она. Пуффендуйка рассмеялась ему в лицо. — О, милый… вещи, которые они видели, намного хуже, чем это, — её глаза стали чёрными, но через пару секунд вновь вернули свой привычный цвет, и Гарри подумал, что ему померещилось. — Вы сумасшедшие, — усмехнулся Малфой, — Верите в Ангелов, Демонов и апокалипсис. Габриэль Новак встал и посмотрел на Малфоя. — Для тебя будет лучше, если ты прямо сейчас уйдёшь отсюда так далеко, как только можешь. Поверь мне, ты не захочешь видеть меня в гневе. — И что ты сделаешь? — засмеялся блондин. — Поразишь меня своей ангельской силой? — Не искушай меня, — ответил Габриэль. Его глаза стали золотыми, и на мгновение Большой зал погрузился во тьму, а на стене вырисовался контур огромных крыльев. Видевший всё это Малфой медленно терял самообладание. — Отличный трюк. Но меня этим не напугать. Гарри хотел, чтобы Малфой встретился с боггартом, а не отсиживался в сторонке. Габриэль засмеялся, направляясь по маршруту, по которому ушёл его брат. — Ты не стоишь усилий, — бросил он через плечо. — Знаете, если бы кто-нибудь из вас испытал хотя бы половину того, через что прошли эти двое, вы бы свернулись калачиком и рыдали в психушке! — крикнул он в зал. — Так что сделайте мне одолжение и никогда об этом не вспоминайте при них или, Сэм может подтвердить, я запру вас в вечный вторник, где вы будете каждый день умирать самыми болезненными и кровавыми способами из всех возможных! Когда он ушел, Мэг схватила Малфоя за плечи и поволокла прочь из Большого Зала. Неловкое молчание вернулось.***
Кроули, Адам и Джо остались сидеть. — Ну, — сказал Кроули кому-то из них, — могло быть и хуже, — заключил он. — Как? — пренебрежительно спросила Джо. — Что может быть хуже, чем увидеть всю свою жизнь через боггарта? Король Ада усмехнулся. — Ничего. Я соврал, я ведь Демон. Адам вздохнул. Ничего не изменилось.
