Свободолюбивые

Инк начал ходить к Оши каждый день, практически, пока удавалось. В один день он так пришёл к нему и застал его под одеялом, хотя обычно его встречали. Радужный тихо подошёл и сел аккуратно на край мягкой кровати, погладив покорившего его душу. — Что с Вами? — Эррор сел и протёр глаза, шмыгнув. — Я-я в поря-дке.. — отведя взгляд, он прикрывал покрасневшие личико из-за слёз, — Вам не стоит волноваться, дорогой Инк.. Я в полном п-.. — не успел он договорить, как Инк его перебил. — Прекратите врать мне, — Он взял того за вторую ручку, которой Эррор не закрывал личико, — что случилось, что расстроило? Могу ли помочь?, — Глюче ещё вытер своё личико и положил свою вторую ручку на большую руку Инка, улыбнувшись краюшками губ. — Вы помогаете уже тем, что не равнодушны ко мне, милый, мой милый Инк, — он вздохнул сел ближе к Оши, посмотрев ему в глаза. — Так расскажите? — Эрр вздохнул и отрицательно покачал головой. — Нет.. Прошу простить.. — Инк вдруг отпускает руки и вскакивает, облокотившись на стол. — Не доверяете мне? Или я просто для Вас какая-то шутка?, — Оши чутка поднял ручки, будто протягивая их к Инку. — Н-нет, вовсе нет, я просто.. — Инк сверлил его взглядом, не перебивая, — Ну.. Я хочу сказать что.. Я вам доверяю, милый Инк, но дело в том.. — он мялся сидел и Художник вздохнул, смотря в сторону, — Ну.. Не то, чтобы я вам не доверяю.. Просто не хочу говорить именно Вам, ведь.. — Не распинайтесь, — Инк открыл окно и уже поставил туда одну ногу, — Я ненавижу секреты, особенно Ваши. Если вы хотели меня обидеть, то у Вас вышло, — Эррор начал вставать. — Н-нет, нет, вовсе нет, Инк, я-я просто-.. — Радужка нахмурился. — Замолчите, — Он вдруг просто прыгает в окно и на лету быстро разворачивается, хватаясь за выступы и слазив таким образом очень быстро. Эррор дёрнулся от слов того и у него глазки снова намокли, он испугался и подбежал, схватившись за край окна, высунувшись. Оши заплакал. — Инк! — Он вздохнул дрожаще, смотря как тот стремительно уходит, — Прошу Вас, подождите! — вдруг он услышал топот и развернулся, посмотрев на дверь, затем снова смотрит в окно, а Инка и след простыл. Ясно дело, от звонкого голоса Эрра родители проснулись и побежали к нему, распахнув дверь, отчего та даже ударилась об стенку. — Ты почему не спишь? Быстро в постель! — Эррор закрыл окно и пошёл к кровати. Родители будто не видели, что он плачет и чуть ли не задыхается от слёз. — Д-да, матушка.. — родители начали выходить из комнаты. — Хватит ныть. И Инка ты больше точно не увидишь, мы всё слышали. Совсем страх потерял, — Мать того остановилась и повернулся к тому. Эррор дернулся и отвернулся, начав плакать, — Ответа не слышу? — Оши взглотнул. — Д-да, м-матуш-ка.. — та вышла, закрыв дверь на замок. Эрр плакал почти всю ночь. Ему было так плохо, сердце болело, а уши закладывало от рыдания. Тело дрожало, он не думал, что у него вдруг так пропадёт. Инк так быстро ушёл и обиделся на него из-за того, что Эррор не сказал причину своей грусти. Он начал винить себя, что не сказал об этом, головка разболелась у него совсем, так всё сжимало и не отпускало, было ощущение, что с каждым часом ему было лишь хуже. Заснув под утро, его разбудили спустя час, резко подняв. Инк дома смотрел в окно, вроде виня себя, что ушёл, а вроде и обижался на Эррора, так и не успокоив его чувствительную душу. Эррор ночью тихо зажёг свечу и начал писать письмо Инку в полу сонному состоянии: «Дорогой Инк! Прошу, не держите на меня обиду, Вы меня совсем не поняли. Я не рассчитывал на ранний приход, поэтому растерялся и не был готов сказать в чём дело. Я люблю Вас, но к сожелению мы больше не сможем увидеться..» На этом моменте Эррор заплакал, пытаясь не капать на листочек с письмом. «.. и возможно это последний раз, когда я смогу связаться с Вами, хоть как-то. Пожалуйста, поймите, дело не в Вас, и даже не во мне..» Инк стоял в комнате, пока на его подокойнике ворковал голубь, что принёс письмо Эррора, точнее, дочитывал: «.. а в моих родителях. Они нашли мне жениха и на днях будут выдавать за него замуж. Я ничего не могу сделать и они знают о том, что Вы приходили ко мне. Поэтому теперь у меня под окном несколько служащих. Простите. С любовью, Эррор.» Эррор сжал немного это письмо, тяжело и раздражённо вздохнув. Он положил письмо и вышел из комнаты. Инк никак не отреагировал на письмо, в плане, ничего не написал в ответ, голубь вернулся с пустыми лапками, поэтому Эррор опустил бровки и протёр глазки. — На что я рассчитывал?.. — Эррор лег на кровать и обнял подушку, лёжа в форме эмбриона, пытаясь заснуть и заснул. Ответа никак не было и Оши уже смерился, не дожидаясь Радужку совсем. Но в одну ночь, почти за день, пока Эррор лежал на кровати, окно вдруг открывается под напором. Он подскакивает, поднимаясь на руках. Инк нашёл дома то, что ему нужно и пришлось, чтобы прийти к Эррору, нужно было идти в обход. Радужка начал ползти по стене на искосок, поднимаясь выше и наконец дойдя до окна. Он запрыгнул, вздохнул. — Извини, что так долго, пришлось идти в обход, — он улыбнулся, Оши раскрыл глазки и слез с кровати. — Инк?.. — из-за света луны из окна Оши он сначала не очень понял, но потом присмотрелся и убедился, что это он, так что улыбнулся так лучезарно и налетел на того, обняв крепко и прижавшись, — Инк! —он на эмоциях и от того, что так скучал заплакал, — Я-я думал ты забыл меня.. Оставил.. И что больше не придёшь.. — Радужка поглаживал того по головке. — Тише, как же я мог тебя оставить?.. Я же люблю тебя, — Оши поднял голову, пока его личико было всё красненькое и мокрое. — Инки.. Инки, не бросай меня, пожалуйста.. Забери меня, я не хочу выходить за того замуж, я не хочу тут быть, пожалуйста.. Инки.. — он прижался к тому, чуть ли не падая на колени, ведь ножки стали очень ватными и он боялся, что Инк не согласиться. — Так, так, тише.. — Радужка взял того на руки, прижав к себе, — На колени не падай, не принижай себя, ты что? — Эррор посмотрел на того, пытаясь успокоиться. — З-заберёшь меня?.. Пожалуйста.. — Инк чмокнул того в солёную щечку. — Конечно, но тебе стоит одеться, — Он поставил того на ножки и Эррор пошёл к шкафу, открыв его аккуратно и взяв оттуда не длинное платье, которое было выше колен, затем натянул теплые чулки и белые носочки с ажурным узором, затем взял ухоженные женские балетки, он подозвал Инка. — Инк, помоги, пожалуйста.. — тот подошёл и застегнул Эррору сзади пуговки, — Спасибо.. — Глюче развернулся и Инк взял того на руки, начав прикреплять к себе верёвкой, чтобы тот не упал. — Держись и молчи, — он подошёл к окну и начал спускаться по тому же пути, а Оши так прижался к Инку, чуть ли не задушив того так. Радужка спустился и вздохнул. Затем аккуратно и очень тихо начал перелезать через забор, спустившись и потопал от дома быстро-быстро, пока не начал просто бежать, а Эррор уже расслабился на том, прижимаясь. — Инки.. — Инк остановился и посмотрел на того. — Да? — Эррор чмокнул того в висок. — Спасибо тебе большое.. Ты спас меня во всех смыслах.. — Инк приулыбнулся. — Не за что, — Через пару минут они уже поднимались вместе в комнату Инка, где Инк уложил того в кровать, погладив того по ручкам, — Тебе нужно поспать, утром поговорим, ладно?, — Эррор заполз под одеялко и посмотрел на того. — А ты? — Инк сел в кресло. — Я тут посплю, не волнуйся, — Эррор вздохнул и лёг, приобняв мягкую подушку кровати Инка и принюхиваясь, понимая, что тут всё пахнет очень-очень вкусно. — Ладно, Инки.. Сладких снов.. — Инк облокотился на руку и закрыл глаза. — Сладких.. — они оба заснули быстро, хоть Инку было и не очень удобно, но в принципе терпимо, так что он спал в удовольствие, ведь эти карабканья по стенам уматывают ещё как. Утром Инк проснулся первее и встал, прохрустев спиной, издав вдох от неприятного ощущение после затёкших участков тела. Он посмотрел на Эррора и подошёл, сев недалеко и положив руку тому на ручку, что лежала возле личика того. Тот тихо посапывал, тепло дыша на собственную ручку, а теперь ещё и на руку Инка. Художник тепло улыбнулся, затем убрал свою руку и вышел из комнаты, закрыв её на замок. Спустившись вниз, он сел за стол и начал кушать неспеша, родители тоже подключились, завтракая. — Я слышала, что Эррора выдают замуж, — Отец Инка кивнул на это. — Это правда. Выдают его за сына губернатора. Говорят, что они после этого светяться как фонарь Павла Яблочникова, — Инк вздохнул, — А ты что думаешь насчёт этого?, — оба родители смотрели на Радужного, у которого прямо сейчас наверху спит Оши. —Ээ.. — он помолчал, — Ну, а что мы можем сделать так-то? — Инк продолжил кушать, — Кажется, уже поздно что-либо предпринимать, — оба вздохнули и устремили взгляды в тарелки. Радужка неловко отвёл взгляд, затем встал и посмотрел на свою матушку. — Как Вы? Не болит? — та улыбнулась, погладив живот. — Пинается, — она улыбнулась, смотря на старшенького. Последний тоже улыбнулся. — Хорошо, значит, активный, пх, — Инк пошёл в сторону лестницы, но остановился на третей ступеньке, — А.. Батенька, а служанка Мери ещё на кÿче? — тот кивнул, взяв газету из рук другой служанки, что принесла бумагу с улицы, — Благодарю, — он развернулся и пошёл на кухню, попросив ещё одну небольшую порцию, затем тихо поднялся, неся её незаметно. Пока Инк был внизу и делал эти дела, Оши проснулся и сел, потянувшись и сладко зевнув. — Выспался.. — он сел, свесив ножки с кровати, что была достаточно высокой для него, — Инк? — ясное дело, тут его не было, — Хм.. — он подошёл к окну, открыв его пошире, на него подул освежающий ветерок и посветило солнышко, он улбынулся и глянул вниз, там были листки в пресс-папье. Он достал парочку, Художник рисовал его так часто, что Оши стало так приятно, что он расплылся в улыбке, смотря на эту прелесть, после так же аккуратно убрал, закрепив. Он вернулся в кровать, обнимая подушку. Тут заходит Инк, неся еду на подносе. Радужный поставил его на тумбочку и сел рядом, погладив того головке, так что Оши открыл счастливые и яркие глазки и улыбнулся. — Доброе утро, Инки, — Радужка погладил того уже по щечке. — Доброе, Эрри, как спалось? — тот кивнул и поднялся на локте. — Просто чудесно. Как в раю, так мягко, тепло и очень вкусно пахнет.. — Инк улыбнулся теплее. — Я принёс завтрак, тебе нужно покушать. Скоро родители заметят, что тебя нет на месте и могут решить, что ты у меня, так что нам стоит поторопиться. — А куда торопиться? Для чего? — он поцеловал Оши в лобик. — У меня есть план, нас никто не тронет больше никогда, нужно время. Он накормил Эррора ложечкой, пока тот попивал вкусный чай, у него было такое довольное и счастливое личико, Инк был счастлив его таким видеть, ведь тогда он глядел на совсем несчастного, потерянного и не услышенного Эррора, а теперь эта милая булочка сияет от счастья. Инк не удивлён теперь, почему влюблён в него.