Может..?

      Ник молча наблюдал в окно. Стайлз готов был поклясться, что заметил у того на лице выражение недовольства. Конечно, ведь у самого Доминика тоже БМВ, но гораздо проще, чем та корпоративная Хейла. А тут он приехал на Майбахе. Странное чувство, напоминающее удовлетворение, наполнило нутро. Ведь не нужно было ничего говорить или объяснять, тут и абсолютно тупой понял бы, что машина — подарок Дерека. К слову, сам Дерек как раз выбрался из душа и уже обходил стол, чтобы стать возле Стайлза. Склонился над расчётами, кивнул:       — Хорошо, — и мягко пригладил ему волосы на затылке.       Первое к нему прикосновение, которое Дерек позволил себе в этом доме. Простая и короткая, но всё же похвала. Вот такой он молодец. Стайлз расплылся в улыбке. Обучение давалось легко, словно задатки изначально уже у него были, поэтому и результат стал виден очень скоро, что в свою очередь явно радовало Дерека. Ник качнулся с пятки на носок, обратно, цокнул языком, отвернулся от окна и вышел из столовой. Ещё одна маленькая победа. Может получится окончательно утереть нос этому засранцу? Может он сдастся? Может сам Дерек его бросит? Может тогда он будет принадлежать только ему? Хотя насчёт последнего Стайлз не был уверен. Точнее, он не был уверен, принадлежит ли Дерек хоть кому-то из них двоих. Нет, троих. В этом особняке по прежнему соблюдалась дистанция, не было поцелуев или ласки, ни к одну из них, а то, что творилось в семье Хейлов и касалось Джулии вовсе было тайной за семью замками.       — На сегодня достаточно, — Дерек убрал ладонь, вызывая у него тихий вздох.       — А завтра?       Они переглянулись, и Дерек поджал губы, задумавшись.       — В принципе, ты можешь сделать план по этим расчётам, — это был намёк, что ему придётся справляться одному? Или намёк, что нужно проваливать? — Вот завтра и принесёшь. Я буду ближе к вечеру.       Стайлз кивнул. Он хотел бы, чтобы Дерек сейчас уехал вместе с ним, но тот уже раскрыл свой ноутбук и установил неподалёку. Видимо действительно собирается работать. Ну что же. Свернув необходимые бумаги, Стайлз запихнул их привычно в сумку и развернулся к Дереку. Может он позволит хотя бы обнять себя напоследок? Ника ведь рядом нет. Можно позволить себе такую слабость и первым потянуться за поцелуем? Он сделал неуверенно пару шагов, коснулся пальцами чужого запястья, заставляя обратить на себя внимание. Опустил взгляд. Ну откуда вообще взялось это смущение?       — До завтра, — тихо протянул Стайлз.       — До завтра, — вторили в ответ.       Но он не собирался отпускать запястье, а Дерек отчего-то не стал убирать его ладонь, будто дожидаясь чего-то. Это ведь то, о чём Стайлз подумал? И пока не успел поменять решение, двинулся вперёд, вжался губами в уголок чужого рта, отстранился, наконец расцепив пальцы. Какой детский жест. Проклиная себя на чём свет стоит, Стайлз выбрался из дома, сел в машину, завёл её и медленно вырулил на дорогу. Что вообще с ним происходит? Он не вёл себя так даже когда был уверен в чувствах к Джулии, пытаясь при этом соблазнить Дерека. Странное поведение, совершенно для него нетипичное. В любом случае он собирался посвятить весь вечер составлению плана, а не рефлексии. Размышлять над своими поступками, над поступками Дерека становилось сложнее с каждым днём. Прямо пропорционально тому, как крепли его чувства. Может-таки у него всё получится? Убедив себя в этом, сразу стало легче. Может и правда всё не так плохо, как казалось изначально.       В итоге он всю ночь убил на составление плана, но окончательный вывод так и не клеился. И проблема была далеко не в ошибке в расчётах. Проблема в том, что он умудрился потерять один из нужных листов. Ну как можно было снова потерять что-то важное в том особняке? Даже просматривая всё с утра, Стайлз так и не смог придумать решение для исправления конечного результата, и, как назло, совершенно не помнил, что именно было на утраченной таблице. Оставался лишь один выход. Ведь Дерек сказал, что приедет только к вечеру, верно? Значит есть ещё время съездить в особняк, найти нужную страницу, закончить план и всё будет готово. Никто ни в ком не разочаруется. А ведь так хотелось, чтобы Дерек снова похвалил его при Нике, прикоснулся, словно в назидание. Вздохнув, Стайлз решился. Бегом переоделся, запрыгнул в машину и на всех парах отправился к пункту назначения.       Особняк, как и всегда, встретил угрюмой тишиной. Доминик вроде никогда не вставал в такую рань, оставалось надеяться, что дверь не заперта. Машины Дерека тоже поблизости не обнаружилось, это дарило надежду на то, что он действительно вчера уехал после работы и даже не оставался на ночь. Воодушевлённый, Стайлз направился к двери, потянул аккуратно ручку, стараясь не наделать шума — не получилось. Закрыто. Фыркнув недовольно, он переместился немного вбок, нашёл кнопку звонка, о существовании которой не подозревал до тех пор, пока не начал тут появляться с завидной периодичностью, и нажал. Несколько минут всё было тихо. Нажал ещё раз и ещё. Только спустя пять минут и с десяток звонков дверь распахнулась, являя заспанного и злого Доминика.       — Что ты творишь в такую рань? — зашипел он.       — Забыл кое-что, — решив не тратить силы на перепалку, Стайлз проскользнул мимо, направляясь к столовой. На столе ничего не было, равно как и под ним.       Ник прошёл следом, разминая плечи и наблюдая за его поисками. Постоял ещё немного, хмыкнул.       — Дерек перенёс всё в кабинет. Пойдём, — как благородно.       Стайлз последовал за ним по лестнице. Хоть он и был полностью поглощён идеей быстрее найти нужный документ и свалить отсюда, всё же что-то не давало покоя. И вскоре стало ясно, что именно. Он присмотрелся к Нику внимательней. Тот никогда не носил водолазок, вот за всё время их знакомства его можно было застать только в рубашках, за редким исключением в виде тренировок. Смена имиджа? Доминик открыл одну из дверей, отступил, пропуская внутрь. Папки с нужными документами лежали на столе, и Стайлз тут же принялся заново за поиски. Ник тем временем зевнул, — странно, с утра он даже был вполне выносим, — почесал неловко шею, словно водолазка ему мешала. Стайлз снова уткнулся у бумаги, выудил нужный лист и остановился. Может, показалось?       Он снова перевёл взгляд на Доминика, тот тут же напрягся, убрал руку от шеи, даже за спину завёл. Но уже слишком поздно делать вид, что ничего не произошло. Ведь там, практически у самого края горловины… Он специально это сделал? Специально показал Стайлзу? Судя по взгляду — нет, Ник словно пытался отойти подальше, скрыться. Но ведь вчера совершенно точно никаких засосов там не было. В голове судорожно билась только одна мысль — спокойно дойти до машины. Спокойно! Стайлз махнул зажатым в руке листом.       — Я пойду.       Ник отошёл в сторону, давая ему возможность выйти, при этом склонив голову и упрямо избегая встречаться глазами. Совесть у этого гада появилась что ли? Нет, он же сделал установку на спокойствие. И успешно её соблюдал вплоть до того, как отъехал от дома на довольно приличное расстояние, но установка дала сбой. Стайлз съехал на обочину, помня, чем закончилась прошлая подобная поездка, ударил зло по рулю. Может чувства, да? Может всё получится? Может просто поработать в спокойной обстановке захотелось, не так ли? А может Дереку просто пойти в жопу? Злясь в том числе и на себя, от собственной глупости, наивности, бессилия, Стайлз безуспешно пытался совладать с эмоциями.       Ведь он догадывался, что это произойдёт. Знал, что ничего не изменится. На что он вообще рассчитывал? Разве на то, что будет не так больно. Существует ли вообще способ заглушить эту боль? Не задумываясь о поступке, Стайлз достал телефон и набрал номер Скотта. Кто ещё, если не лучший друг, подскажет, как справиться с этими чувствами? И Скотт ответил, тоже сонный, не совсем понимающий, что происходит, согласился встретиться немедленно. Уже через час они вдвоём сидели на крыше общежития, в котором временно поселился Скотт, и распивали на двоих бутылку виски.       — Будет дождь, — он констатировал факт, наблюдая за затянувшимся тёмными облаками небом. — Он меня словно преследует.       — А может это ты его, — предположил Скотт, забирая из рук бутылку.       — Может, — не надеясь на лучшее откликнулся Стайлз.       История была рассказана, не осталось секретов, и друг его принял, как и должен любой близкий человек. Вот только, в отличии от Малии, не предлагал совершить что-то противозаконное или отомстить. Он просто выслушал, понял, не пожалел и не осудил — идеально. И почему Стайлз не признался раньше? Может тогда было бы легче пережить всё произошедшее и он не наделал бы столько ошибок. Алкоголь действовал, как и положено. Чувства притуплялись, но боль всё равно никуда не уходила, она просто переместилась чуть ниже, с горла, застряла повыше солнечного сплетения. А вместо тягучей, словно расплавленный металл, любви, снова появлялось желание сделать что-то равносильное. Такое стойкое желание…       — Ты что делаешь? — Скотт посмотрел на него вопросительно. Стайлз отмахнулся, нажал на вызов.       — Хэй, Малия, привет. Помнишь, ты мне кое-что рассказывала, — он старался говорить быстро, пока не передумал. — Да-да, про него. Ты же вроде говорила, что можно встречу организовать?       Скотт непонимающе наблюдал за разговором. Пожал плечами, сделал ещё несколько глотков с горла, поморщился, пропуская важную часть из диалога. Потом поднял на друга взгляд. Стайлз уже отложил телефон, потянулся, забирая бутылку себе.       — Ты что-то сделал такое, — он щёлкнул пальцами, — да?       — Да, — подтвердил опасения Стайлз, — такое.       — А ты уверен…       — Всё будет хорошо, Скотт.       Да, именно так, точно с такой же интонацией, как произнёс Дерек в злополучный вечер. Всё будет хорошо, но только у него. Отключив телефон, Стайлз решил остаться у Скотта с ночёвкой. Этим вечером никто никуда не поедет.