Птицы не только летают (Мы падаем и поднимаемся)

      Момои вприпрыжку бежала в сторону металлических ворот, окружающим здание школы, весело напевая песенку. Ворота были открыты, однако она не входила на территорию кампуса. Всё равно люди, которых она ищет, скоро придут.       Волнение снова поднялось в её груди, и она даже не сопротивлялась неконтролируемому сиянию, которое оно принесло. Ей повезло, что практика сегодня была отменена — Имаёши, который пусть и являлся капитаном, но он был таким капитаном, который заботился об оценках команды, так что он практически всех заставил сесть и начать подготовку к предстоящему экзамену, вместо сегодняшней тренировки. Учитывая состояние её оценок, она легко пропустила импровизированную учебную сессию и направилась прямиком в старшую школу Карасуно. «Извини, Имаёши-чан, но сегодня тебе одному придётся разбираться с Дай-чаном.»       По словам друга её друга (и подтверждением быстрого поиска в интернете), финал Карасуно пройдёт чуть больше, чем через неделю после Тоо, и, если Хината всё тот же спортивный фанатик, каким она его знала, то без сомнений, он будет скакать чуть ли не на стены в тренажерном зале.       Она опёрлась на кирпичную колонну, любуясь закатом и наслаждаясь теплым весенним ветерком. Секунды всё тикали, и к тому времени, когда небо из мягкого жёлтого становится темно-красно-оранжевым, она нахмурилась. Один из членов мужской баскетбольной команды сказал ей, что волейбольная команда обычно уходит около шести, и у неё не было никаких оснований сомневаться в предоставленной информации. Может быть, уборка заняла больше времени, чем обычно? Она должна будет поговорить со своим источником о том, что надо быть более точным.       Она ждала ещё пять минут, теребя подол своей рубашки, прежде чем решиться пойти в спортзал. К сожалению, у неё не было доступа к школьным чертежам, поэтому она бродила снаружи, щурясь на знаки в тусклом свете, и проклинала себя за то, что копалась раньше. «Теряешь хватку, Момои. Куроко-кун не единственный, кто достоин дополнительного анализа.»       К счастью, даже если эти знаки оказались столь же полезными, как и слухи из вторых рук о времени, когда она могла бы столкнуться с одним из членов Поколения Чудес, знакомые звуки тяжелого дыхания и ударов мячом о пол привели её в нужное место. Они вели к открытой раздвижной двери, мягкий свет лился на грязную землю и освещал блестящий деревянный пол внутри.       Сделав шаг ближе, она невольно вздрогнула и вскрикнула, когда белое пятно, отскочив от дверного косяка, едва не попало ей в лицо. Спасибо Богу за проведенную жизнь рядом со спортивными мальчиками и быструю реакцию.       — Ох, мне жаль-… Э, вы заблудились? — Момои оторвала взгляд от волейбольного мяча и посмотрела на дружелюбное лицо того, кто чем-то напоминал учителя, пусть и с детским лицом. — Вход в школу вон там, — продолжил он, указывая рукой. — Хочешь, я покажу тебе, где он находится?       — Нет, но всё равно спасибо! — прощебетала она, подходя к учителю в очках и протягивая ему мяч. — Вы не возражаете, если я войду? — Она тут же с любопытством заглянула внутрь и тут же была очарована дугами и волейбольными мячами, разбросанными вокруг.       — О-о, конечно? — Входя в зал с лёгким поклоном, Момои оторвала взгляд от волейбольных мячей, чтобы найти знакомые пряди рыжих волос, которые не видела уже целую вечность. Она заметила его в середине комнаты за темноволосой головой. Она не могла видеть лица парня, но могла поспорить, что это тот самый печально известный Кагеяма Тобио.       — ШОЁ-ЧАН!       Она с содроганием наблюдала, как Хината резко повернул голову в её сторону и получил по голове волейбольным мячом. «О-о-ой.» Она не обратила внимание на то, как остановилась тренировка, и с визгом подбежала к своему другу, чтобы обнять его.       — О, ты так вырос с тех пор, как я видела тебя в последний раз! И ты, и Куроко-кун теперь выше меня! Время летит так быстро, — сказала она, печально вздохнув.       — Момои-чан? Что ты здесь делаешь? — Момои неохотно отпустила руку Хинаты, который смотрел на неё с широко распахнутыми глазами. — Что ты делаешь в Мияги?! — Она похихикала над его ошарашенным видом. Сацки любила удивлять людей.       — Глупый Шоё-чан, я просто хотела встретиться с моим вторым любимым чудом! — «Прости, Шоё-чан, но Куроко-кун всегда будет первым в моём сердце.» — Кроме того, разве я не могу просто прийти и посмотреть, как поживает мой друг?       — Н-ну да, но…       — Эй, идиот, прекрати болтать с девчонкой и сосредоточься на тренировках со мной! — Момои удивлённо моргнула, глядя на темноволосого мальчика — Кагеяму, — на другой стороне сетки. Она всё ещё формулировала ответ, когда другой мальчик, на этот раз с короткой стрижкой, прокричал в ответ:       — Кагеяма, ты не можешь так обращаться с девушками! Они бесценны, и к ним надо относиться с уважением, как к нашей Киёко-чан! — Он бросился вперёд и заставил Кагеяму поклониться, не обращая внимания на злобный блеск глаз темноволосого. — Извини за это.       — Ничего страшного, — сказала она с неуверенной улыбкой. «О Боже, всё идёт совсем не так, как я себе представляла.» — Извините, за то, что прервала вашу тренировку, но мне просто нужно было повидаться с Шоё-чаном.       — Всё в порядке, мы всё равно собирались закругляться, — подхватил брюнет с другой половины зала. Он стоял рядом с седоволосым мальчиком и с любопытством смотрел на неё. Момои почувствовала себя немного неуютно, когда на неё посмотрело столько много незнакомых взглядов, но быстро отбросила это чувство в сторону. — Откуда ты знаешь Хинату?       — О, мы вместе ходили в среднюю школу! — радостно ответила она. — Неужели ты никогда не рассказывал им о нас, Шоё-чан? Я разочарована. — Обиделась она на Хинату, который выглядел ошеломленным.       — Эм, это Момои-чан, она была менеджером и аналитиком в Тейко, — быстро представил он. — Теперь она учиться в Тоо.       — С Дай-чаном! — добавила она, показывая знак победы пальцами.       Брюнет издал понимающие «ох».       — Ну, мы как раз собирались начать уборку, так что если вы надеялись увидеть тренировочный матч, то вам не повезло, извините.       — Всё нормально! — сказала Момои с улыбкой. — Я здесь только для разговора с Шоё-чан.       — Тогда ладно, — сказал он после небольшой паузы. — Хината… Ты освобожден от уборки. Если вы хотите уединиться, то вам лучше всего выйти на улицу… — Он замолк, переводя взгляд на высокого сердитого темноволосого парня, которого заставили поклониться. При этих словах блеск глаз усилился. Момои подняла бровь. «Интересно.»       — Спасибо, Даичи-сан! — быстро сказал Хината, прежде чем вытащить её из спортзала. Момои едва успела перевести дух, как Шоё начал говорить. — А что ты делаешь в Мияги? Разве Тоо не в Токио? Так мне говорил Куроко, но я не очень помню. Эй, ты уже знакома с Кенмой? Он тоже живёт в Токио! Он учиться в Некоме, и он очень крутой, и-…       — Шоё-чан! — она прервала его со смехом. «О, Шоё-чан, ты совсем не изменился.» — Я действительно приехала в Мияги, чтобы повидаться с тобой. Никаких скрытых мотивов, просто зашла повидать друга. — Хината посмотрел на неё с подозрением, и она подавила желание поворковать ещё. — Ты говорил с Куроко-куном? — Он не говорил ей об этом. «Хм.»       — Я никогда не обрывал связь с ним, — невинно ответил Хината. — Кстати, сочувствую вашему проигрышу на Зимнем Кубке.       — Это было к лучшему, — сказала она, пожав плечами. — Всё обернулось к лучшему, так что я ни о чём не жалею.       — Вот и хорошо.       Они погрузились в неловкое молчание. Момои никогда не думала о Хинате, как о тихом человеке, но разговаривать с другом, с которым вы не общались целый год, было трудно. Через несколько мгновений она прочистила горло.       — Как поживаешь, Шоё-чан? Только серьёзно, — добавила она, видя, как Хината сделал глубокий вдох, вероятно, чтобы снова начать болтать без умолку. Она всегда слушала его с теплотой, особенно учитывая молчаливость её других друзей (за исключением, разве что, Такао), но это было не тем, что она хотела услышать сейчас. — Я хочу знать правду.       Хината ещё какое-то время помолчал, а потом улыбнулся, и у Момои перехватило дыхание от такого простого действия. Это была вовсе не обычная, лёгкая улыбка. Это была улыбка, появившаяся несмотря на все трудности, двоюродная сестра той, что появлялась на матчах, когда следующее очко могло повлиять на судьбу игры. Эта улыбка заставила биться её сердце быстрее, она напомнила ей, почему она терпит косые взгляды, грубые комментарии и оскорбления. Эта улыбка наполнила её сердце большей радостью, чем от полдневного разговора.       — Я именно там, где и должен быть.       Момои улыбнулась в ответ, чувствуя острые углы в выражении своего лица.       — Хорошо.