Abandoned

Если он — тот, кто прикончит меня, Тогда я могу быть уверен, что мою душу встретит самая красивая смерть - Юноша с глазами рыси.

Аслан игнорирует звук, но он начинает надоедать слишком сильно. Телефон продолжает повторять один и тот же рингтон снова и снова, пока юноша со стоном не переворачивается на спину. Он прикрывает глаза левой рукой, правой пытаясь нащупать телефон. Прежде чем ответить, он разлепляет глаза, чтобы посмотреть на имя звонившего. "Какого черта, Макс?" — он хрипло приветствует его. "Тащи свой зад сюда, живо. Это важно." — судя по голосу, шеф, как всегда, куда-то торопится. "У меня сегодня выходной." — Аслан и сам не понимает, почему он пытается спорить. Если звонит Макс, значит, это не предложение. "Забудь о выходном. Эй! Принеси эти бумаги сюда, черт тебя дери." — кричит Макс кому-то в сторону. Аслан вздыхает. "Да, конечно… Я уже в пути," — бормочет он и сбрасывает звонок, затем переворачивается обратно на живот и накрывается одеялом с головой. С того дня, как Шортеру дали добро на расследование дела китайской мафии, Аслану перепадает только куча никчемных дел детсадовского уровня. Жизнь в ФБР без Шортера несносно скучна. И абсолютно точно не стоит того, чтобы вставать спозаранку. "Эй, что стряслось?" — Аслан машет рукой в знак приветствия, зайдя в офис. Макс уже несётся к нему, извергая пламя гнева, словно разъяренный бык. "Я звонил тебе три часа назад!" — кричит он. "Пробки" — Аслан пожимает плечами, не испытывая ни капли стыда. "От твоего дома до офиса двадцать минут пешком." — шипит Макс, затем хватает Аслана за куртку и тащит в комнату для переговоров. Аслан не сопротивляется только лишь потому, что Макс выглядит совсем не так, как обычно. Он словно чем-то отвлечен. Когда они проходят мимо рабочих столов, большинство коллег даже не смотрят в их сторону. "Сядь." — Макс указывает на ближайшее к ним кресло, словно готовясь зачитать Аслану лекцию за его плохое поведение. Разумеется, он считает, что у него есть право поступать с ним таким образом. Аслан никуда не торопится. Он оглядывает комнату, освещенную слабыми лучами солнца, которым удалось пробиться сквозь закрытые шторы. Его взгляд задерживается в центре длинного стола. На его деревянной поверхности лежит документ. Макс не объясняет ему ничего, а на его лице пролегла тень, которую Аслан доселе не видел. Макс потирает переносицу с закрытыми глазами. Они знакомы всю жизнь. После смерти Гриффина Макс занял его место старшего брата. Но сейчас Макс впервые выглядит таким изнуренным и вымотанным, что также не подходит к образу идеального шефа штаба ФБР. "Что происходит? Очередная идиотская нарко-сделка между подростками? Я…" "Это приказ сверху, я ничего не мог с этим сделать. Мне не хотелось втягивать тебя в это." — тихо перебивает Макс, даже не глядя на Аслана. Его голос звучит виновато. Аслан медленно тянется к файлу и открывает его. Первое, что он видит — черно-белая фотография мужчины. Фото сделано в профиль. Качество фотографии настолько низкое, что Аслан не может сделать даже первичных выводов о подозреваемом. Видно только, что он обладает густыми черными волосами и носит длинное пальто. Аслан смотрит на фото дольше положенного, словно какая-то странная энергия, исходящая от него, заставляет его не отрывать взгляд. На обороте карточки проставлены дата и имя. "Вот дерьмо…" — Аслан медленно садится обратно. Что-то встаёт поперек горла, и он даже не может это сглотнуть. "Почему? Почему сейчас?" — его руки начинают трястись; хотя он ещё даже ничего не узнал о своей миссии, этого достаточно, чтобы понять, чего от него требуют. Паззл в его голове складывается воедино. "Я не знаю. Я пытался возразить, напомнить им ситуацию, в которой ты находишься, твою историю, но они даже и слушать не стали… Я попытаюсь сделать с этим что-нибудь…" Макс, видимо, недопонял реакцию Эша. "Нет." — он поднимает голову. Эмоции пронизывают его тело, охватывают его, словно пламя, и Аслан крепче стискивает фотографию в ладони. Как Макс может этого не понимать? Аслан ждал этого дня несколько лет. Он знал, что рано или поздно ему поручат это дело. Они ведь знают: только у Аслана достаточно умений, чтобы провернуть это. Только у него есть сто́ящие причины не сдаваться. "Что?" — Макс наконец открывает глаза и смотрит на светловолосого напарника перед собой. Оценив выражение лица Аслана, он вздыхает. Этого Макс и боялся. Аслан ни за что не будет действовать по приказам. Он воспринял это дело слишком близко к сердцу. "Не обольщайся. Мы пойдет туда вместе и добьемся того, чтобы это дело передали кому-нибудь ещё." "Нет." — повторяет Аслан. Он ни за что не передаст эту миссию кому-то ещё. "Аслан, эта миссия поручена тебе не для того, чтобы ты смог отомстить для своего удовлетворения. Ничего не получится, если ты пойдешь этим путём, я думал, это очевидно" — Макс пытается совладать с собой, заставляя свой голос звучать спокойно, но осознание того, что он зря вызвал Аслана, выводит его из себя. "Для моего удовлетворения? Моего? Ты так говоришь, будто он не был твоим напарником… или лучшим другом. Неужели ты забыл, почему в первую очередь хотел стать шефом?" — Аслан смеётся. Его смех звучит слишком неестественно и наигранно. "Я, ровно как и ты, хочу справедливости. Именно поэтому расследованием должен заняться кто-то, не имеющий к этому никакого отношения! Неужели не понимаешь?" — Макс учитывает вспыльчивость Эша, и поэтому старается объяснить все спокойно. "Мне недостаточно просто справедливости. Я хочу прикончить их голыми руками… Хочу заставить их заплатить за смерть моего брата." — голос Аслана начинает дрожать подобно его телу. Он снова смотрит на фото мужчины. Это их лидер, глава клана. Мусор, засоряющий Землю. "Ты сам себя слышишь? Аслан, ты агент ФБР, а не преступник! Я, может, и не твой брат, но…" "Тогда перестань вести себя как он." — Аслан перебивает его и подрывается с места. Он ниже Макса, но то, что они хотя бы немного сравниваются в росте, добавляет ему уверенности в себе. Разве Макс не понимает, что Аслан идеально подходит для расследования этого дела? У него есть резон, чтобы не быть раскрытым. Смысл жизни Аслана, причина, по которой он стал агентом — всё это кроется в этом документе. Тот, кто после стольких лет все же решился поручить ему это дело, кажется, наконец одумался. Никто не может справиться с этим лучше него. И Макс тоже это знает. Он ведь не попытался остановить Аслана, когда тот изъявил желание вступить в ФБР, он не скрывал детали гибели Гриффина. И теперь у него нет права преграждать Аслану путь. Между ними возникает неловкое молчание. Возможно, Аслан слегка перегнул палку. Макс забрал его к себе пятилеткой, не жалуясь ни на что, и подарил Аслану лучшее детство, какое только мог дать. Одновременно с этим он продвигался вверх по службе и пытался оправиться от факта смерти лучшего друга во время миссии. Макс все же винил себя в его гибели. Он должен был быть там, чтобы изменить его судьбу. Чтобы спасти его жизнь. В любом случае, Макс не пытался превратить жизнь Аслана в сказку. Он хотел рассказать ему всю правду и научить его принимать правильные решения. Именно поэтому Аслан вырос раньше сверстников и стал именно таким, какой он сейчас — упрямым, уверенным и независимым. Разве это не то, чего хотел Макс? Разве не он сам растил маленького солдата? Что останавливает его сейчас? Ничего. "Только собери информацию, чтобы у нас было достаточно доказательств", — его тон снова сменился на шефский, — "Ты понял?" — он выжидает, — "Аслан?" "Угу" — он устало вздыхает. Он не станет их убивать, это было бы слишком просто. Он лишь сделает все возможное, чтобы они гнили в тюремных камерах до конца своих дней. Никто не знает, кто виновен в смерти Гриффа, но это бы ничего не изменило. Даже если Аслану придется пойти в огонь, он все равно получит свою правду. Максу приходится сдаться.

***

"Как жизнь, Джейд?" Так приятно слышать этот голос после долгой разлуки. Голос Шортера, как всегда, полон жизнерадостности, словно подпольная работа на китайскую мафию — не более, чем отдых на Гавайях. Джейд. Среднее имя Аслана. Никто обычно так его не зовет, но Шортер стал ближе остальных. "Куда ты опять забрался? Снова на крышу?" — смеется в трубку Аслан. Он хочет поговорить об обыденных вещах. Хочет услышать, как Шортер назовёт Юэ-Луна Ли — главу китайской мафии — избалованным сопляком, жалующимся на то, как ему сложно. Но у них недостаточно времени. "Не, я нашел местечко получше. Ну, а у вас все еще так же отстойно? Не надоело ещё иметь дело с милашками-бунтарями и ванильным крэком?" — Шортер не упускает возможность подтрунить над Асланом, — "Брось, бро. Рассказывай давай." "Меня назначили на дело Окумуры." — за его словами следует молчание со стороны Шортера. — "Они хотят, чтобы я проник в низшие ряды клана и провел расследование, собрал информацию. Но…" "Ты же зайдешь дальше этого, верно?" — тихо интересуется Шортер, — "Ты ведь так долго ждал этой возможности… черт, бро." "Хочу узнать, что же на самом деле произошло с Гриффином. Это единственное, что меня интересует." Аслану даже не нужно было произносить этого вслух. У них нет секретов друг от друга. Шортер — единственный друг, который когда-либо был у Аслана, единственный человек, которому он безоговорочно доверяет. Они бы без раздумий отдали жизнь друг за друга. Шортер совсем не как Макс. Он имеет представление об истинных намерениях Аслана и никогда никому их не выдаст. "У тебя есть ограничение по срокам?" — Шортер пытается оценить степень сложности этого задания. "Нет. Я могу оставаться частью клана до тех пор, пока не решу, что я узнал всё, что нужно было" — пауза, — "Шортер." Аслан знает, что есть одна вещь, которую они оба не решатся обсудить. Кланы Ли и Окумура всегда были злейшими врагами, и эта нескончаемая война продолжается из поколения в поколение. "Ты не захочешь покончить с этим делом слишком рано." — Шортер утверждает, не спрашивает. Ответ был бы слишком очевидным. Они оба понимают, что это значит. Им впервые придется выступать друг против друга. Пока что ещё неясно, и нет никаких гарантий, что Аслану удастся зайти достаточно далеко, чтобы быть удостоенным увидеть кого-то из клана Ли. И всё-таки, он бы хотел сказать это лично. "Какое имя тебе дали?" — Шортер смеётся, но его смех не звучит счастливым. Он всегда был слишком озабочен судьбой Аслана, и последний перестал пытаться сделать с этим что-то. Бок о бок. Рука об руку. Именно настолько крепкой стала их связь за шесть лет совместной работы. Аслан и Макс были единственными, кто знал, кем Шортер является на самом деле. Лидер банды Чайнатауна, повязанный Максом и обречённый провести остаток жизни за решеткой, но внезапно получивший второй шанс. Его просьбой было стать двойным агентом. Одновременно управлять бандой в Нью-Йорке и работать на ФБР. И кто же он теперь? Лидер Чайнатаунской банды, работающий под прикрытием ФБР в клане китайской мафии. Каждая секунда, прожитая Шортером, может оказаться для него последней. "Эш Линкс" — отвечает Аслан, но разговор, очевидно, подходит к концу. Аслану хочется услышать, как Шортер будет дразниться, говоря, что это имя звучит глупо. Что только идиот не догадается о том, что оно ненастоящее. Кажется только, что Шортер уже не слушает его. "Наслышан уже об их лидере?" — спрашивает Шортер, но Аслан решает не отвечать. А зачем? Знает ли он? Да, и этого достаточно. Многие агенты отказались от этого дела, и причина всегда была одна — он. И сам факт того, что большинство агентов ФБР одно лишь его имя отпугивает, словно инфекция, должен был послужить верным знаком к тому, чтобы остановиться. "Будь осторожен" — Шортер вздыхает, — "Мне нужно идти." Какой клишейный ответ, чтобы отвязаться. Они оба не знают, когда ещё выпадет шанс поговорить. Аслан понимает, что ему тоже не нравится эта идея, но он, как и Макс, буквально связан по рукам. Осторожно и Аслан — два слова, не имеющие ничего общего ни при каких обстоятельствах. Среди сотрудников в ФБР Эш славится своей опрометчивостью и удачей. Он вечно попадает в самые дрянные ситуации и ухитряется выйти из них живым. Из таких ситуаций, в которых многие агенты просто полегли.

***

Клан Окумура — самый влиятельный в Японии, — занимается продажей высококачественных наркотиков и оружия. Это вся информация, которой располагает большинство. Он подразделяется на два штаба: первый — в Осаке, второй — в Нью-Йорке, куда и должен отправиться Аслан. Попасть туда — сложно, выбраться — невозможно. Но как сказал Макс: пока Аслан держится на расстоянии от людей, с которыми не стоит связываться, всё будет хорошо. Забудь о своём "я", перестань существовать как личность, которой ты был. Оставь все позади. Умри. И открой глаза, как новый человек. Отныне существует лишь Эш Линкс, и тебе предстоит прожить его жизнь. Неважно, о чём ранее думал и во что верил Аслан. Всего этого больше не существует. Он встречается с человеком, отказывающимся показать свое лицо. Каждый официально признанный член клана имеет на своем запястье метку. Знак того, что его существование более не часть этого мира. Новая татуировка может быть весёлым событием для кого угодно, но только не для члена клана. Единство сосуществования — их гордость, так же как и подношение своей души высшему среди них — верховному боссу. Эш наблюдает за тем, как буква О проявляется на его правом запястье. Шрифт совсем не похож на стандартный Times New Roman. Каждая линия, образующая её, добавляет татуировке причудливости, делает ее похожей на древнюю руну. Эш ловит себя на том, что его взгляд слишком задержался на букве. Место, где ему делают тату, грязное, и в нем пахнет дерьмом. Бить тату оказывается больно, и сама процедура занимает несколько часов. Мужчина заканчивает свою работу и спешно скрывается, оставляя Эша в том же самом месте с саднящим запястьем. Эш думает, что если он подхватил какую-нибудь инфекцию, это будет самая стремная смерть из всех возможных. Лучшее, что нужно знать о низшем ранге клана — они всегда умирают. Уличные драки, передозировки, неудачные сделки. До них никому нет дела, их имена стираются из памяти по щелчку пальцев. Это именно то место, куда судьба забрасывает Аслана. Он выглядит совсем как мальчишка в своих рваных джинсах и клетчатой рубашке, и это помогает ему привлекать намного меньше внимания в первый вечер на заброшенной рыбной фабрике. В каждом углу здесь попрятались торчки, строящие из себя слишком много, но на деле — просто ловящие сомнительный кайф. Они ведь не могут принадлежать к клану, правда? Знают ли они вообще, для чего они здесь? Вероятно, лишь для того, чтобы отвлекать внимание полиции, чтобы та не добралась до мест, где заключаются настоящие сделки. Аслану удается выбить себе место в вонючем уголке, и он наблюдает. Его цель — найти хоть какую-то зацепку. Но пока что единственный, кто выбивается из толпы — сам Эш, ведь его одежда в разы чище одежды всех находящихся здесь. Следующие несколько дней состоят из бесполезных уличных драк, о сделках с участием наркотиков не может быть и речи. Вскоре Эш приходит к выводу, что здешним не нужен повод, чтобы ударить другого по лицу. Эш лишь пытается быть незаметным. В один из дней ему прилетает по лицу ногой, и он задыхается от крови. Вместе с остальными он бежит от подоспевшей полиции, а затем они прячутся на богом забытых улицах. Каждый день лица вокруг него сменяются, мало кто протягивает здесь дольше недели. Они все — словно бездомные животные, о которых никто не заботится. Ему приходится жить в их обществе несколько месяцев, в течение которых главной целью становится выживание. Мало-помалу он становится узнаваем в их кругах, как единственный, кто выжил так долго. Эшу все равно, уважают ли они его или просто-напросто боятся. Самое главное, что они его не трогают. Ему больше не приходится ютиться в своем вонючем углу, он получает место на лестнице. Место, в простонародье прозванное Ямой, — эпицентр всего отвратительного, начиная от проституции и заканчивая дележкой одной иглы на нескольких, желающих получить свою дневную дозу. Здесь, в нескончаемом галдеже, царит беспросветный хаос. Каждый второй здесь болен ВИЧем, за день обычно погибают от 5 до 15 человек, и это нормально. У них все равно нет причин жить дальше. Несколько раз Эшу довелось услышать что-то о "чистке", но в месте, подобном этому, сложно было понять, о чём идёт речь, и он не понимал, что это значит. До тех пор, пока это не произошло. Квадратное здание оснащено четырьмя выходами, и все они открываются одновременно. В каждом из выходов стоит по два снайпера, которые открывают огонь. Просто расстреливают их, как свиней. Инстинкты Эша, дремавшие на протяжении нескольких месяцев, просыпаются именно в этот момент. Адреналин внезапно устремляется по его венам, заставляя его хотеть смеяться. Он не хочет просто спрятаться, а потом продолжать бессмысленное существование. Это и есть его шанс. Дюжины мужчин оседают на землю, словно подбитые мухи. Все вокруг окрашивается алой кровью. "Чёртовы тараканы… Позор для нашего клана. Просто не могу поверить… Как они вообще размножаются?" — слышится громкий раздраженный голос, и кто-то ещё вздыхает. "Заткнись, давай просто покончим с этим и вернёмся назад. Нужно доложить Алексу," — отвечает другой, и Эш слышит приближающиеся шаги. Он прячется за колонной, но совершенно очевидно, что все остальные мертвы. Эш слышит несколько контрольных выстрелов — видимо, они хотят убедиться, что чистка завершена окончательно. Линкс на секунду задерживает дыхание, и затем, уловив момент, когда у него есть шанс остаться незамеченным, бросается на него. Удар ногой приходится прямо в живот юноше, и Эш быстрым движением выхватывает пистолет. Тот явно не ожидал нападения. Остальные вооруженные люди целятся в Эша, но его пистолет уже направлен на парня с каштановыми волосами, лежащего на полу. Кажется, остальным была бы невыгодна его смерть. Эш подмечает то, настолько чище его костюм в сравнении с одеждой остальных, а его рубашка буквально кричит о роскоши. Он совершенно не вписывается в обстановку Ямы. Видимо, пришел сюда только чтобы проконтролировать "чистку". "Ты чертов… Мусор." — молодой человек стонет, когда Эш ударяет его в бок. На секунду они встречаются глазами. Юноша молод, может, даже моложе Эша, но его глаза переполнены ненавистью, в то время как сам Эш и вовсе забыл, каково это — чувствовать хоть что-нибудь. "Не в том ты положении, чтобы так со мной разговаривать" — Эш ухмыляется, слегка наклоняясь вперёд. Остальные все ещё могут начать стрелять, но пока что Эш ещё угрожает жизни этого юноши, очевидно, слишком важного для того, чтобы умереть вот так. "Ты… У тебя… Есть… Метка." — юноша замечает её, когда рукав Эша слегка приподнимается. "У него есть метка!" — уже громче кричит он, и все как по команде опускают оружие. — "Тебе следовало сказать это с самого начала." Эшу нужно быстро что-то придумать. "Как будто вы бы стали слушать." — он пожимает плечами, и атмосфера внезапно изменяется. Эш предлагает юноше руку, помогая подняться на ноги. Все остальные подходят ближе к этим двоим, и Эш почему-то чувствует себя потерянным ребёнком, которого окружили его новоиспечённые братья. "Ты что здесь делаешь?" Они не скрывают своего удивления: кто-то, у кого есть метка, жил в Яме! "Мне было велено присмотреть за ходом ситуации." — Эш медленно возвращает ему пистолет. Он хочет, чтобы они все убедились в том, что ему можно доверять. “А нам велели разобраться с этими тараканами. Никто не упоминал, что среди них есть член клана. Мы могли убить тебя! Черт подери!.." — человек, чей голос Эш услышал сначала, кажется, почти испугался такого исхода событий "Но этого ведь не произошло", — Эш изо всех сил сдерживает раздражение в голосе. Даже несмотря на то, что эта самоубийственная ситуация может закончиться в любую минуту, если они только посмеют заподозрить его хоть в чём-то. В это невозможно поверить, но они смотрят на Эша так, как будто действительно обеспокоены. Один из них даже отдает свою куртку Эшу. Это своего рода концепция, которую Эш до сих пор не понимает, но, похоже, они ему поверят, даже если Эш скажет, что Земля — не планета. В чем причина? Это из-за метки? После нескольких месяцев жизни в этом аду такое отношение кажется почти фальшивым. Эш продолжает ругаться про себя, даже когда они отходят от этого жуткого места, и один из них открывает заднюю дверь черного джипа. Внезапно Эш вспоминает Макса и Шортер, но ему приходится упрятать свои воспоминания подальше. Нынешняя ситуация либо поможет ему продвинуться дальше, либо станет концом всего. Все они выглядят расслабленными и разговаривают друг с другом в салоне автомобиля. Их авто прикрывают ещё два — спереди и сзади. Они разговаривают и смеются, словно это не они убили кучу людей пару мгновений назад. Тот, кого Эш пнул в Яме, интересуется его именем и называет свое. Эш просто не может поверить в происходящее. Кажется, их совершенно не озадачило появление нового члена клана буквально из ниоткуда. Они даже не задают ему вопросов, ответы на которые могут знать только люди, принадлежащие к клану. Метка — ключ к каждой двери, и для Эша такой уровень доверия кажется просто нереальным. Около часа спустя, они останавливаются перед пятиэтажным зданием, отдаленно напоминающим жилое помещение. Эш оглядывается по сторонам, убеждаясь в том, что они все ещё в Нью-Йорке, но он не может понять, что это за район. Вокруг тихо, но вдалеке слышен городской гомон. "Эй, Эш." — зовёт кто-то, — "Эш!" Он поворачивается к мужчине, который держит дверь открытой только для него — все остальные уже прошли внутрь. "Просто непривычно видеть это вокруг себя после нескольких месяцев в Яме." — Эш спешит натянуть улыбку, и мужчина кивает. "Да уж, ума не приложу, как ты выжил в этих условиях… Попроси Скиппера, пусть принесет тебе чистую одежду… И Бога ради, прими ванну. Ты воняешь." — он проходит внутрь, а Эш вновь смотрит в сторону, откуда пробивается свет. Он может сбежать уже сейчас, доложить ФБР местоположение и продолжить жить так, словно этого не произошло в его жизни. Им хватило бы и этого. Им, но только не Эшу. По этой причине он разворачивается и заходит внутрь здания.. И он действительно воняет. Скиппер оказывается афроамериканским мальчишкой с черными вьющимися волосами и большими глазами. Эшу даже не пришлось его искать — он сам выбежал навстречу ему первым. "Питер сказал, они нашли тебя в Яме! Просто невероятно, как ты там оказался? Я тебя раньше не видел, ты из группы Кейна? И, кстати, ты правда воняешь… Душевые там." — его голос полон радушия, как и у других детей, и Эш сомневается, в правильном ли он месте. Скип продолжает спрашивать и говорить, но даже не дожидается ответов Эша. Он юн и энергичен, и Эшу думать даже не хочется о том, что он тоже как-то связан со сделками по наркотикам. Скип не уходит из душевой, пока Эш моется, но это неважно. Чувствовать горячую воду на коже после стольких месяцев без неё оказывается настоящим блаженством, и это заставляет его ощущать все острее. Где бы он ни был сейчас, вероятно, это какое-то важное место. Может, штаб-квартира. Изнутри здание устроено как общежитие как с отдельными, так и с общими комнатами. Здесь чисто, а ещё нет пьяных или накачанных наркотиками людей. Мимо Эша проходит несколько женщин, но ни одна из них не похожа на ту, которая бы торговала своим телом за героин или что-то в этом роде. Ему выдают чистое нижнее бельё, джинсы и рубашку. Ощущения напоминают те, когда возвращаешься из долгого путешествия домой. Даже простые бутерброды, принесенные Скиппом, кажутся пищей Богов. — А тяжело было не подсесть на иглу, пока живёшь в Яме? Эш сбился со счёту, пытаясь сосчитать вопросы Скиппера, но на этот раз мальчик решает остановиться. Скипп ждёт, и взгляд Эша падает на татуировку на его запястье. Она у Скиппера точь в точь такая же. Метка здесь есть у каждого, в то время как в Яме он не видел её ни у кого. "Знаешь… Время будто останавливается, и ты не знаешь, что ты делаешь." — впервые за несколько месяцев Эш может сказать правду, и это успокаивает его. Он не может этого объяснить, но общение со Скиппером даётся ему очень легко. Он не раздражает Эша, может, потому что он ещё ребёнок. "Но… Почему ты согласился пойти туда?" — Скипп удивлённо моргает. "Долго объяснять. Но, раз уж это все закончилось, то и не имеет смысла об этом вспоминать, верно?" — Эш пожимает плечами и облокачивается о стену. Скипп сказал, что пока все выясняется, Эш может пожить в его комнате, поскольку у него есть ещё одна кровать. В очередной раз в голове мелькает мысль о том, что Шортер, вероятно, рассмеялся бы и сказал, что Эш родился под какой-то невероятно счастливой звездой, и ему и ангел-хранитель не нужен. Эш прикрывает лицо ладонью, позволяя себе тихо рассмеяться. Гриффин. Брат. Он так близко.

***

Ни за что на свете он не стал бы ввязываться в это. Группа, к которой принадлежит Эш, является частью клана. Но очень скоро Эш понял, что он все ещё далек от того, что он искал. Они никогда в жизни не видели главу клана, и не увидят. Группа, осевшая в Нью-Йорке, занимается наркотиками, в то время как японская группа занята оружием. Все здесь знают, что они должны сделать, и как. Без сомнений, они гордятся принадлежностью к клану Окумура, несмотря на то, что они понятия не имеют, как выглядит их босс. Для них он словно Бог, их религия. Они обязаны делать все, о чём их просят. Потому что все они свято убеждены в том, что все приказы исходят сверху, от самого Окумуры. Но, на самом деле, кто знает? Эш слишком скептичен, чтобы так просто поверить в это. В Нью-Йорке работает всего три группы. Мужчина по имени Алекс управляет зоной, в которой сейчас живёт Эш. Как он позже выяснил, у Алекса тоже есть свое начальство, которое потенциально может быть связано с боссом. Здесь присутствует чёткая иерархия, которую ещё никто не рискнул нарушить. Пока все эти парни выполняют то, что им говорят, у них будет пристанище, еда и всё, что им понадобится. Но что важнее всего — они все — части одной большой семьи, и должны прикрывать друг друга. Это и объясняет то, почему Эша не застрелили. Наличие метки означает, что босс Окумура принял тебя. Теперь ты — один из них, что бы ни случилось. "Если только ты не предашь клан, конечно." — объясняет Скиппер Эшу. Скипп никогда не интересуется, почему у Эша возникает так много вопросов. Он наслаждается ощущением превосходства хотя бы иногда, а Эш делает вид, словно позволяет ему делать это. Этот ребенок довольно быстро привязался к Эшу, создавая вокруг него безопасную среду для существования. Из-за того, что Скиппер всегда был поблизости, никто ничего не заподозрит насчёт внезапного появления Эша. К его собственному удивлению, несмотря на ненависть к клану, Эш оказался неспособен испытать такие же чувства по отношению к Скипперу. Может, из-за того, что в силу возраста он просто не мог сделать правильный выбор в пользу другого образа жизни, и просто не знает всех устрашающих деталей. Эш представлял себе, как он бродит по улицам в поисках убежища, и это оказывается лучшим вариантом из всех, что ему удавалось найти. Эш не хотел уничтожать Скиппа. Он хотел помочь ему. "Они же могут отрезать пальцы, да?" — Эш сохраняет спокойное выражение лица, но это действительно все, что ему известно об якудзе. Скиппер громко смеётся, и его детский смех звучит порой устрашающе. "Не в нашем клане. У нас отрезают все вот отсюда." — он указывает на метку на запястье Эша. — "Они не хотят, чтобы оставалась хоть какая-то зацепка, указывающая на принадлежность к клану. Вернее, босс не позволил бы." "Босс…" — Эш улыбается каждый раз, когда кто-то произносит этот титул с громадной толикой уважения в тоне, — "Однажды мы встретимся." "А?? В твоем утреннем кофе точно ничего не было?" — Скиппер тянется к кружке Эша через весь стол и забирает её, чтобы проверить на наличие какого-либо наркотика. Эш закатывает глаза. Ожидаемая реакция. Ни Скип, ни кто-либо ещё ни за что не поверят в то, что это произойдет. "Вот увидишь." — повторяет Эш упрямо, подобно ребенку, дающему обещание. "Не увижу. И никто не увидит. Даже Алекс, Кейн и Боунз не видели его. Ты же знаешь, что босс пересекается только с тремя своими помощниками?" — Скиппер впервые так удивлен высказыванием Эша. В этот момент Эш решает ничего не отвечать. Даже кто-то, обладающий наивностью Скиппера, может начать его подозревать. "Знаю, разумеется." — Эш пожимает плечами и забирает свою кружку из его рук обратно. Он и понятия не имеет, кто эти три помощника. У ФБР никогда не было такой информации о структуре клана изнутри. Невежество Эша могло бы стать для него концом, но было кое-что, чего никто из них всех не знал. Остаться здесь до конца было не единственной целью Эша. Он считался одним из лучших агентов этого столетия по определенной причине. Он знал, как выжить, как бороться и рисковать всем, но все же выйти победителем. За годы работы с уличными бандами и различными преступниками Эш узнал кое-что о наркотиках. Поэтому, когда он схватился за этот шанс, Эш взял все в свои руки. Во-первых, он начал с обучения, ходя вместе с другими на различные встречи в качестве помощника, а затем принимая и своих собственных клиентов. Это было совсем не то, что он видел раньше. Люди, покупающие наркотики, были богаты, и большинство из них даже хорошо известны в обществе. Уже через несколько недель Эш мог бы арестовать десятки людей, которых никто до этого не осмеливался подозревать. Но Эш больше не был Асланом. Он тоже стал частью преступной группировки. Через месяц он уже не помнил, как ему приходилось голодать в этой Яме среди низкопробных наркоманов. Здесь все было по-другому. Роскошные, почти нежные, как будто они были представителями какого-то банка. В их многоквартирном доме они приходили одетыми в повседневную одежду, чтобы выглядеть как студенты в общежитии, но для официальных встреч у всех были черные модные костюмы. Всего занято три группы. Группа Кейна находит клиентов, группа Алекса — продает товар, а группа Боунза имеет дело с теми, кто не платит или находится в долгах. Как позже показала практика, продажа товара здесь проходит гладко. Они получают адрес покупателя, встречаются с ним, принимают заказ и оставляют Алексу письмо с требуемым количеством наркотика. Товар обычно приходит через три-четыре дня, а затем в конце каждой недели они отдают все деньги бухгалтеру группы. Это все, что они должны были знать. Откуда берутся наркотики, что происходит с деньгами — это уже не их дело. Кроме того, Эш еще не встречался с Алексом лично. Сначала Эш едва ли выделялся. Он взял на себя только несколько клиентов и довольно быстро научился манипулировать ими, чтобы получать больше заказов, а затем вместо того, чтобы брать новых из списка, который у него был, Эш начал сам искать людей. Он нарочно убеждал их делать более крупные заказы, нежели они были в состоянии оплатить. Скипп предостерегал его, просил не брать на себя слишком много и быть внимательнее. Но лишь занимаясь подобного рода деятельностью, Эш убеждался, что он продвигается вперёд, а не просто ходит по кругу. "Я же тебе говорил…" — дверь открывается, и Скиппер заходит в их комнату. С самого первого дня Эш жил с ним вместе, и до сих пор ничего не менялось. За полгода все окружающие привыкли к дружбе Эша и Скиппера, проводящих почти все время вместе. Эш же внутри себя радовался, что ему не приходится думать о том, как закончить такую жизнь. Он не хотел оставлять Скиппа. "Что ты мне говорил?" — Эш лениво поворачивается к нему. Сегодня у него выдаётся свободный вечер, и он решил потратить его на заслуженный отдых. После вчерашней ссоры с проблемным покупателем он все ещё остался раздражён. "Не брать на себя слишком много… не пытаться идти против системы." — Скипп выдерживает долгую паузу. "Алекс хочет тебя видеть. Я встретил его в коридоре. Иди в общую гостиную." Эш внезапно подрывается с места. Он знал, что рано или поздно это должно было случиться. Долго же они приглядывались к нему. Эш широко улыбается, и Скиппер провожает его обеспокоенным взглядом. "Ты просто самоубийца…" — вздыхает Скиппер, когда Эш подмигивает ему и выходит в коридор. Бедняга Скипп, если бы только Эш мог сказать ему хоть немного правды. Эш ожидает увидеть множество людей в общей гостиной, но видит только одного, сидящего в кресле. У Алекса каштановые волосы, и он одет в простую синюю куртку — Эш бы даже не заметил его на улице или где-нибудь в коридоре. "Эш, верно? Любитель ломать систему, так?" — Алекс поднимает голову, и Эшу кажется, что он выглядит слишком мягким, чтобы быть главным в чем-либо. "Нет, сэр. Я просто хочу контролировать все, за что я несу ответственность." — он делает шаг навстречу ему. "Если честно, мы заметили это с самого начала, но… Мне было просто любопытно, чем это кончится. Ты не первый, кто пытается изображать из себя героя. Остальные, кто пытался, уже мертвы. Ты ведь знаешь, что клан — это большая семья, да? Вся эта система была создана не просто так." — Алекс продолжает свой монолог, словно отчитывая провинившегося сына. "Да, но я не умер и не собираюсь умирать, сэр." — Эш кивает мужчине, стоящему в паре шагов от него. "Это я знаю. Видел вчера, как ты проворачиваешь свои дела, и все стало ясно. Пара грамотных ходов, и твои клиенты заказали больше, чем планировалось. Как бы я ни старался, не могу найти повода злиться на тебя." — он вздыхает с улыбкой. "Но…?" — начинает Эш. Всегда есть одно-единственное "но". Эш ведь нарушил правила, его должны были отправить к боссу. Они просто обязаны это сделать, неужели не замечают? "Ничего. У меня есть работа для тебя, Эш." Скажи ему кто-то полгода назад, что менеджеры клана Окумура станут одними из его самых близких друзей, Эш назвал бы этих людей сумасшедшими. Но не теперь. Эта жизнь так сильно закрутила Эша, что иногда он даже начинал путать ее с реальностью. Является ли он наркоторговцем и помощником управляющего в самом сильном клане якудзы? Или он все же тайный агент ФБР?

***

"Нет, правда, откуда взялось такое благословение? Без Эша я был бы обречён. Давайте выпьем за это!" — Алекс поднимает четвертый стакан пива за вечер. "По-о-о-одожди....- Боунз жестом руки подзывает бармена и заказывает еще один напиток. Эш зевает и откидывается на спинку стула. Очередным пятничным вечером они сидят в местном баре. Это стало обычным делом с того самого дня, когда Эш начал помогать менеджерам группы организовывать дела и иметь дело с "самыми важными клиентами". "Скажем так: если бы не босс, Эша бы с нами не было. Босс принял его и дал нам это благословение. Давайте выпьем за босса!" — Боунз абсолютно согласен с Алексом, и считает эту поправку необходимой. "Не упущу случая выпить за это. За босса Окумуру!" — громогласно объявляет Кейн, и все трое поднимают бокалы. Мгновение спустя к ним присоединяется Эш. "Да, за босса" — подтверждает он. За все это время — почти за год — как Эш ни старался, он не услышал ничего нового об Окумуре. Все, о чем говорили эти трое, он уже знал. Просто ли они хорошо умеют хранить секреты? А может быть, босс — это загадка для всех? Не похоже, чтобы сам Окумура был вовлечён в подобную деятельность, да и в Нью-Йорке он тоже не показывается. Эш уверен, что если он приедет в Штаты, то все в клане узнают об этом. Как они могут восхищаться кем-то, кого даже не видели, а лишь слышали о нем? Неужели Окумура настолько устрашает? Эш в это не верит. Он не чувствует ничего положительного по отношению к этому человеку. Только лютая ненависть — это одна из немногих вещей, которые не изменились за проведенный здесь год. "Эш, знаешь, кто такой Бланка?" — внезапно интересуется Алекс. "Бланка…" — повторяет Эш. Разумеется, он слышал это имя где-то. Когда-то. "Второй главный помощник босса. Ответственный за все происходящее в Нью-Йорке." — с помощью рук Боунз демонстрирует масштабы полномочий Бланки. Эш моргает и наклоняется чуть ближе. Неужели этот пьяный разговор начинает становиться интереснее? "Он хочет встретиться с тобой, Эш." — заканчивает Кейн. Эш наконец понимает, что они держали это в тайне весь вечер. — "Мы встретились с ним сегодня утром и рассказали о тебе. Он попросил тебя прибыть завтра." "Прибыть куда?" — Эш забывает, что в первую очередь его должна интересовать цель встречи. Возможно, Бланке не нравится, что какой-то низкосортный член клана так быстро поднимается к верхушке. "В главный дом. Наш водитель подвезет тебя туда завтра к полудню." — Боунз одаривает Эша пьяной улыбкой. "У меня проблемы?" — Эш наконец додумывается до сто́ящего вопроса. Все они серьезнеют на долю секунды. Они не могут врать члену семьи. "Мы не знаем. Но давайте надеяться, что нет." — Кейн поднимает бокал в выпивкой за это. На следующий день водитель высаживает Эша напротив массивных черных ворот. Поначалу Эш даже не понимает, почему он остановился так далеко от дома. С точки наблюдения Эша его даже не видно. Сам дом, выглядящий скорее как замок, виднеется лишь в самом конце тропинки, окружённый благоухающей природой, множеством цветов и свежескошенной травой. Это выглядит современно, модно и богато. Становится понятно, куда идут все деньги. Эш одет в зелёную футболку, джинсы и теннисные туфли. Не очень-то подходящая одежда для такой обстановки, но никому нет дела. Путь до входа в особняк занимает около пяти минут. Тут же их встречают два телохранителя, стоящие около дверей. Эш оглядывается по сторонам и едва ли сдерживает смех. Правда что ли, кто-то решится внезапно атаковать этот дом? Действительно ли они здесь нужны? "Хэй, я приехал встретиться с Бланкой." — Эш быстро показывает им метку, пока они не успели наброситься на него. Они более сбитые и высокие, но Эш голову на отсечение даёт, что он быстрее их двоих. "Он ещё не прибыл. Ожидайте снаружи." — отвечает один из них без намека на интонацию. "Почему я не могу подождать внутри?" — спрашивает Эш, но никто из них не отвечает. Внутренний голос, подозрительно похожий на Шортера, велит ему не подходить ближе, если он не хочет заработать пулю в лоб. "Босс собирается покинуть поместье в течение часа. Убедитесь, что все готово." Внезапно Эш слышит голос из рации одного из вышибал. Босс? Значит ли это, что он здесь… Сейчас? "Так значит… точно нет?" — Эш пытается притвориться тупым. "Потеряйся ты уже." — шипит один из них, и Эш со вздохом удаляется. Он прогуливается вокруг неспешно, почти лениво, по тропинке, окружённой прекрасными цветами. Ему скучно. Но когда тропинка заворачивает за угол, вышибалы пропадают из виду. Эш перепрыгивает цветы и подбегает к окну. Он уже собирается разбивать его, но на его счастье, оно открывается изнутри. Эш залезает внутрь. Внутри дома роскошнее, чем снаружи. Каждая деталь на полу, стенах, в мебели и даже в общем стиле подобрана с безукоризненным вкусом. Эш тихо продвигается вперёд. Это место выглядит слишком просторным и чистым, чтобы поверить, что здесь кто-то живёт. Мраморная лестница ведёт на второй этаж. Если кто-то и живёт в этой утопии, он должен быть там. "Ты ещё кто такой?" — окликает его строгий голос справа, и Эш поворачивает голову. В первую секунду он замечает только строгий костюм и уверенную позу. Это он? Внутренний голос подсказывает, что нет. Но Эш тут же замечает силуэт пистолета под его пиджаком. Мужчина с темными волосами и глазами подходит к Эшу в спешке. Ему нужно притвориться придурком, и тогда, возможно, ему повезет, как всегда. Окумура должен быть где-то здесь. "Я Эш Линкс. Я здесь, чтобы встретиться с Бланкой." — он закатывает рукав, чтобы продемонстрировать метку. Это всегда работает, как удостоверение личности. "Великолепно. Как ты прошел через телохранителей?" — он вскидывает брови. Странно то, что на него метка должного эффекта, как на других, не произвела. Он по прежнему остаётся холоден. Если Эш скажет правду, ему точно крышка. Внезапно ещё один мужчина с серьезным лицом и в черном костюме показывается рядом с лестницей на втором этаже, своим появлением спасая Эша от придумывания вразумительного ответа. "Шин, босс хочет видеть тебя." — объявляет он и уходит. Босс? Окумура? "Иди дожидаться Бланку снаружи." — прежде чем подняться по лестнице, Шин смеряет Эша взглядом, а затем следует наверх. Разумеется, Эш не выполняет указания, он лишь ждёт пару секунд, а затем следует за Шином, натыкаясь на него на втором этаже. "Ты что творишь?" — шипит он, быстро поворачиваясь. Он хватает Эша за плечо и прижимает к стене. "Ради своего же блага, выйди вон." Эш улыбается. Кто этот мужчина? Он совершенно не выглядит опасным. Если и сам босс таков, Эш просто со смеху умрет. Всех здесь просто обдурили. Гнев Шина очень милый, он словно хочет защитить Эша. От чего? Эш — член клана, и он проделал очень хорошую работу. Разве он не заслужил хоть каплю признания? "Стой, я не буду ничего делать… просто…" "Уходи. Я прошу по-хорошему в последний раз." — перебивает Шин. Он отпускает Эша и быстро проходит в одну из дверей. Кажется, он действительно торопится. Вероятно, ему и правда лучше не опаздывать, когда босс зовет его. Эш идёт следом, и Шин замечает его уже тогда, когда двери открываются. Он тихо выругивается, но менять что-то уже поздно. Эш проходит внутрь вместе с Шином. Ванная комната роскошна и обставлена настолько богато, насколько можно было бы ожидать от такого дома. Здесь чрезмерно много места, но просторная ванна находится прямо перед ними. Когда Эш видит спину человека, сидящего перед ними, всё остальное перестает иметь смысл. Это он. В этот раз — точно. Окумура поднимается медленно и грациозно, подобно танцору. Так, словно одним этим движением он способен править миром. Все, что видит перед своими глазами Эш, проматывается, словно фильм на старой пленке, кадр за кадром. Сильная, но нежная спина. Бесцветные капли воды стекают по коже вниз — они прочерчивают дорожки по безукоризненному телу, и каждая его часть выглядит словно отдельное произведение искусства. Гладкая кожа от задней части его шеи, плеч и правой руки до талии и левого бедра покрыта крупной татуировкой красно-золотого дракона, окружённого пламенем и цветами, полными ядовитой красоты. Когда различные группы мышц в его теле начинают двигаться, кажется, будто дракон оживает. У Эша дыхание перехватывает от одного взгляда на идеально выведенные чернильные линии — настоящее произведение искусства на человеческом теле. Служанка опускает на плечи Окумуры полупрозрачный тонкий шелковый халат. Ткань скользит по его телу, скрывая величественного дракона в своей тени. Эш всё-таки видит его пламя, показавшееся из-под соскользнувшей ткани рукава на правом запястье. Языки пламени оканчиваются именно в том месте, где находится клановая метка у Эша. Её внезапно начинает жечь. Она зудит. Ещё никогда Эш так сильно не желал избавиться от нее. Прежде, чем мужчина сможет её увидеть. Окумура слегка, почти лениво, поворачивает голову в сторону. Его густые волосы небрежно спадают на лоб, а темные глаза, обрамлённые длинными ресницами, холодны, как сталь. Они не выражают чувств, забот, в них словно никогда не появляется страх. Окумура смотрит на Эша так, словно видит то, чего не видит никто кроме него. "Сэр," — Шин появляется прямо перед Эшем, закрывая его от глаз Окумуры, и Эш одновременно с этим получает возможность дышать снова. Он не может понять, что только что произошло и почему. Он не был готов встретиться со смертью лицом к лицу. "Сэр, он просто мусор. Забрел сюда по ошибке, но уже уходит." Это абсолютно очевидный сигнал для Эша бежать так быстро, как он только может. Шин пытается говорить как можно чётче. Но Эш не сдвигается с места. Он просто пытается справиться с дрожью во всем теле, когда злоба поднимается из самых глубин его души. Он не впечатлён. Он переполнен ненавистью. Эш не видит его из-за спины Шина, но слышит, как тот выходит из воды. "Пускай подойдёт ближе." Халат Окумуры завязан, но все равно видно, что спереди его тело татуировано так же хорошо, как и сзади. Какое-то мгновение они молча смотрят друг на друга. Глаза Окумуры пронзают его до глубин, но он словно смотрит не на Эша, а сквозь него. К его удивлению, это заставляет Эша чувствовать себя жалким, почти никчемным. Окумура делает шаг навстречу ему, сокращая расстояние между ними донельзя. Воздух, выдыхаемый им, обжигает. Эш ненавидит этого человека, именно поэтому все сложилось таким образом. Все ради этого самого момента. Тогда почему его голова совершенно пуста? “На колени." — тихо приказывает Окумура. И его приказ звучит, словно высший закон. Кто угодно преклонился бы перед ним. Впервые в своей жизни Эш ничего не может поделать с ситуацией, в которой оказался. Ему нужно выжить, чтобы пройти дальше. Колени подгибаются, и Окумура опускает глаза постепенно, наблюдая, как Эш преклоняется. Мужчина смотрит на Эша сверху вниз всё теми же пустыми глазами. Выражение его лица не поддается никаким эмоциям, но Эшу почему-то кажется, что он смеется про себя от собственной силы, которой никто не может сопротивляться. Когда Окумура без всякой спешки обходит Эша, он пристально смотрит на служанку, не отошедшую от огромной ванной. Она стоит так тихо, что ее присутствие едва ли кто-то замечает. Эш делает глубокий вдох, когда чувствует, как что-то давит на него сверху. Он не может видеть, что это, но сомнений в том, что это нога Окумуры, быть не может. Эш слегка дрожит от подобного унижения, когда его заставляют наклониться, пока его лоб не касается холодного пола. Но этого оказывается недостаточно. Нога Окумуры скользит вдоль по позвоночнику Эша до самой шеи и больно прижимает его щеку к плитке. Эш пытается дышать как можно медленнее, но гнев лишь сильнее закипает внутри него. Скоро. Очень скоро Окумура сам будет целовать пол. Но уже в тюрьме. "Оружие." — в голосе Окумуры ни капли заинтересованности. Очевидно, эти слова предназначались не для Эша. Его голова повернута в сторону, потому Эш видит, как Шин достает пистолет. На секунду ему кажется, что мужчина собирается что-то сказать, но он этого не делает. Шин даже не смотрит на Эша, его глаза направлены на стену впереди. Окумура ловко берет пистолет своими длинными пальцами и целится в голову Эша, затем опускает предохранитель. "Имя." — Окумура слегка поворачивает его голову, словно пытаясь прикинуть, под каким углом мозг Эша будет разбрызгиваться эффектнее. "Его зовут…" "Эш Линкс." Эш перебивает Шина прежде, чем тот договорит. Почему Окумура говорит так, словно самого Эша здесь нет? Эш не такой хрупкий, каким его видит Окумура. После слов Эша челюсть Шина напрягается. Что? Не похоже, что Окумура выстрелит. "Руки за спину." — в этот раз команда адресована Эшу. Снова это странное чувство. Когда Окумура разговаривает с Шином, Эш готов взорваться от жгучей ненависти к этому мужчине. Но стоит боссу заговорить непосредственно с ним, как голова Эша мгновенно пустеет. Он должен сделать это. Он не способен сопротивляться. Сейчас ничто не имеет значения кроме этого безжизненного тона. Эш подчиняется, сводя запястья вместе за спиной. Нога Окумуры все ещё прижата к задней части шеи Линкса, но внезапно он переносит на нее ещё больше веса, заставляя Эша простонать. Однако он находит в себе силы остаться неподвижным. Становится сложно дышать и глотать. Слюна стекает с уголков губ Эша, когда он пытается глотать воздух, как выброшенная на берег рыба — последние минуты до конца этого ада. Стоит Эшу хоть ненамного сдвинуться — и Окумура сломает его шею. Не сдвинется — просто-напросто задохнётся. Пути побега перекрыты. Вид становится неясным и расплывчатым из-за недостатка кислорода, но Эш не готов так легко потерять сознание. Он пытается сфокусировать взгляд на движениях Окумуры, который медленно проводит пистолетом по волосам Эша. Почти нежно. Затем он выдыхает и ударяет ногой. Он сильно пинает Эша в лицо, скорее всего сломав ему нос. Эш тихо ахает и падает на бок. Он намеревается прикрыть лицо, но Окумура не дает ему такой возможности. Он перекатывает Эша ногой и наступает ему на грудь. Это совсем иное чувство. Может быть, потому, что Эш лучше видит его лицо. Окумура тяжел, но не с точки зрения веса. Его сила — его абсолютное превосходство. Эш не может объяснить, что происходит у него в голове, но, по крайней, теперь он понимает, что другие имели в виду. По крайней мере, немного. Этот человек — Бог. Одно только его существование заставляет мир вращаться. Как бы Эш ни старался, он не может заставить себя думать иначе. "Эш… Линкс…", повторяет Окумура. Его фальшивое имя срывается с этих уст, как абсолютное ничто. Даже Эш начинает сомневаться в его существовании. Разбитый нос Эша истекает кровью. Красная липкая жидкость стекает по подбородку, когда он поднимает взгляд на человека перед собой. Эш медленно поднимает руку и касается ноги Окумуры, стоящей на его груди. Не похоже, что он сейчас выстрелит. Он даже не моргает. Окумура выпрямляет спину и нажимает на курок. Окумура Эйджи. Лидер самого влиятельного клана якудзы из всех когда-либо существовавших.