10
9 января 2020 г., 11:37
Выписали меня в связи с осложнениями только через четыре недели. Это было ужасно. Но кормили лучше, чем в школе. Смит навещала меня каждую неделю по выходным и вот настал тот день, когда меня выписали. Смит принесла мне пакет с моей одеждой, и я быстро оделась, пока она дожидалась моей выписки.
— Наконец-то, — выдохнула Смит таким голосом, словно прямо здесь и сейчас у нас будет оргия. — Я так скучала по сексу с тобой.
А нет, ничего и не изменилось. Она всё ещё хочет меня трахнуть. Поэтому, когда мы оказались в машине, она тут же накинулась на меня с поцелуями, а её руки проникли под одежду и до боли сжали мою грудь.
— Остановитесь, — попытаюсь отбиться от этой озабоченной, но она ужасно напирает да так, что я тут бессильна. — Ну прошу вас. Я совсем не этого хотела.
— Тебе только этого и ожидать, милая, — прошептала Смит кусая мои губы. –Сейчас мы поедем в мотель, где мы переночуем. Ты просто не представляешь, как давно у меня не было этого секса.
— Послушайте, у меня тоже не было, но это не значит, что я хочу.
— Правда? — Она усмехнулась и наклонилась к моему уху прошептав: — А если я сейчас засуну руку тебе в трусы. Готова спорить на всё что угодна, что ты будешь там мокрой. Так мне засунуть руку тебе в трусы или нет?
Краснею со стыда понимая, что внизу я и правда вся мокрая. А эта стерва только и ждёт этого. А ведь как забавно, в больнице, когда она навещала меня, всё было достаточно хорошо. Она вела себя как… мама. Приносила с собой шоколадки и прочие вкусности. В те моменты я и правда чувствовала себя достаточно счастливой. Конечно в больнице мне надоело лежать, но и не хотелось выписываться. И вот всё началось снова как в страшном сне.
— Так и знала, — усмехнувшись прошептала Смит и тут же принялась насиловать моё ухо своим языком.
— Можно не трогать мои уши? — Отсаживаюсь как можно дальше от неё. — И меня в цел… ох.
Из груди вырывается предательский стон, когда руку Смит начинает немедленно ласкать мою грудь. Становится то холодно, то жарко, а чувствую себя я полным ничтожеством. Да и как назло она припарковалась в такой жопе от госпиталя, что тут вообще людей нет. Некому прекратить это безобразие.
— Давай на заднее сидение, — простонала Смит. — Я хочу прямо здесь и сейчас.
— Стоп! — нащупав ручку от дверцы я дёргаю её изо всех сил и вываливаюсь на асфальт. А Смит похоже первый раз в жизни забыла заблокировать дверцы. — Миссис Смит или директор Смит. Даже не знаю, как к вам толком обращаться. — Поднимаюсь на ноги. — Но я прошу вас не приставать ко мне. Я только что из больницы. Я хочу просто отдохнуть.
— Ты четыре недели отдыхала, — Смит вылезла из машины и подошла ко мне такой решительной походкой, что я перепугалась что меня прямо сейчас ударят или изнасилуют. — А я четыре недели и дальше больше не трахалась. — Делаю шаг назад, но она быстро останавливает меня, протянув руку и схватив за запястье. — И мы потрахаемся. В машине или на улице. Но я получу свою дозу секса, хочешь ты того или нет.
Я очутилась между нею и машиной. Бежать было уже некуда и Смит наклонившись поцеловала меня в губы. Обеими руками она крепко держала меня за голову и крепко так целовала, не обращая никакого внимания на мои попытки вырваться. Честно, я чуть не блеванула, когда её язык проник мне в рот да так глубоко. Спустя пару секунд мне стало не хватать воздуха. Да и вся эта ситуация была словно в замедленной съёмке.
— Оооох, — простонала я, согнувшись пополам, когда рука Смит неожиданно оказалась у меня в трусах. Тяжело дышу словно пробежала марафон. — Пожалуйста.
— Да ты течешь, — прошептала она и её пальцы вошли в меня.
— Нет! — Обеими рука вцепилась в её руку и пытаюсь вытащить. — Не надо!
А из глаз уже по щекам текут слёзы.
— Не надо, — говорю уже не надеясь, что она остановится. — Не надо.
Головой упираюсь ей куда-то в грудь. Просто уже не в состоянии стоять на ногах. Вздрагиваю, когда её рука ложится на мой затылок и просто начинает гладить.
— Ты же понимаешь, что твои слёзы не остановят меня? — Тихим спокойным тоном говорит она. — И я возьму тебя хочешь ты того или нет. Так что полезай на заднее сидение и раздвигай ноги.
Меня уже просто начинает трясти от слёз. Ничего не изменилось, а может стало только хуже. Ведь теперь есть только она и я. Никто не станет ей мешать делать со мной всё что захочется.
— Чем дольше ты тянешь время, — волосы у меня на затылки больно сдавливают и рывком поднимаю мне голову. — Тем дольше я буду трахать тебя. В самых различных позах. Ещё и отлизать себе тебя заставлю.
Она вытащила руку и внимательно так на меня посмотрела. Я же только вытерла слёзы и открыла заднюю дверь села в машину. Пытаюсь успокоить, но не получается. Смит же тем временем садится ко мне и через брелок блокирует все дверцы. Ключи убирает в бардачок и неприятно так смотрит на меня.
— Сама разденешься или помочь? — Всё ещё вытираю лицо от слёз и Смит вздохнув начинает меня раздевать. — А потом мы приедем в мотель и там я буду любить тебя всю ночь во всех позах.
Смотрю на свои руки. Слёзы не утихают, а Смит тем временем начинает покрывать поцелуями мою лицо, шею, больно покусываю кожу, грудь. Добирается даже до живота, но я начинаю елозить на сидении. Всё же в машине неудобно, да и просто этого я не хочу.
— Сейчас ты кончишь, — прошипел эта сука и легла на меня сверху, её пальцы тут же вошли в меня, и я дёрнулась. Всё же за такое время я совсем отвыкла от чего-то подобного. — Какая горячая.
— Мне больно, — пробормотала я, закрыв глаза, не в силах смотреть на весь этот кошмар. — Пожалуйста, выйдите из меня.
Задвигалась она ещё активней и болезненней. Это так неприятно, когда кто-то над тобой так нависает и постанывает. Да и кроме боли я больше ничего не чувствовала. Смит же окончательно упала на меня и кусала мне шею.
После очередного глубокого толчка я громко вскрикиваю и Смит останавливается. Вот только она не планировала останавливаться. Она рычит, как зверь, и переворачивает меня на живот. Её влажные пальцы рывком входят в меня и тут уже не выдержав я, начиная кричать. Это невыносимая боль.
— Нет! — Пытаюсь подняться, но она только сильнее давит на мою поясницу заставляя прогнуться. — Нет!
— Тебя никто не спрашивает, — зашипела она, хватая меня за волосы и больно дёргая. — Ты принадлежишь мне и никому больше. Только мне. И мне решать, как с тобой поступать.
— Я сейчас умру. Мне ужасно больно.
— Тут надо использовать смазку, — сказала она, выпуская мои волосы и вытащив из меня пальцы. — Много причем. Твоя естественная ничего не даёт. Быстро высыхает. Я даже во вкус войти не успела, а ты уже корчишься от боли.
Она посадила меня, и я тут же сжимаюсь боясь, что на этот раз этой ненормальной пришло в голову.
— То, что я стала твоим опекуном ничего не изменило в наших отношениях. Но зато у людей не возникнет никаких подозрений, почему это мы живем с тобой вместе. Так что одевайся.
Она швырнула мне мою одежду прямо в лицо.
— Мне тебя ещё и одевать? — Издевательским голосом говорит она.
Качаю головой и дрожащими руками пытаюсь одеться. Меня всю трясет, но я всё же одеваюсь. Кое как, но одеваюсь.
Смит только усмехнулась и перебралась на водительское сидение. Завела двигатель и мы выехали с парковки.
