Непокорная

Вдоволь натренировавшись на морозном воздухе, Амелия мечтала плюхнуться в тёплую кровать и заснуть крепким сном, но стоило ей зайти в свою комнату, как она замёрзла ещё больше, чем на улице. За рождественские каникулы ее комната промерзла настолько сильно, что на стенах виднелся иней, а изо рта вырывались облачки пара. Поэтому, переодевшись, она отправилась в гостиную, чтобы согреться на диване перед камином. Там она и уснула, решив, что не собирается морозить задницу в ледяной комнате, и все равно, если кто-то что подумает про неё. Утром она проснулась от легкого гула голосов, замечая, что вокруг неё ходят студенты с младших курсов. Сонно поглядев на них, она встала с диванчика, чувствуя, как все ее тело затекло от сна в неудобной позе, и пошла собираться на завтрак. В Большом зале вовсю шёл завтрак, когда она села за стол Слизерина. — Ты уже видела сегодняшнюю газету? — шёпотом спросил Малфой. — Нет. Он сунул ей свой экземпляр газеты и девушка была рада, что ещё не начала есть.

МАССОВЫЙ ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА. МИНИСТЕРСТВО ОПАСАЕТСЯ, ЧТО «ДУША ЗАГОВОРА» СТАРЫХ ПОЖИРАТЕЛЕЙ СМЕРТИ — БЛЭК

— Мерлин! — воскликнула она, прижимая похолодевшие пальцы к губам. Вчера поздно вечером Министерство магии сообщило, что из Азкабана совершен массовый побег. В ходе беседы с репортерами у себя в кабинете министр магии Корнелиус Фадж подтвердил, что несколько часов назад из камер строгого содержания совершили побег десять заключённых, о чем ввиду особой опасности беглецов, он проинформировал премьер-министра маглов. — К великому сожалению, повторилась ситуация, с которой мы столкнулись два с половиной года назад, когда из тюрьмы бежал убийца Блэк, — заявил вчера вечером Фадж. — И между этими происшествиями нельзя не усмотреть взаимосвязи. Побег подобного масштаба предполагает помощь извне, и следует помнить, что Блэк, первым в истории вырвавшийся из Азкабана, идеально подходит для роли такого помощника. Мы считаем весьма вероятным, что бежавшие преступники, в числе которых кузина Блэка Беллатриса Лестрейндж, группировались вокруг своего вожака Блэка. Тем не менее мы прилагаем все силы к задержанию преступников и просим волшебное сообщество проявлять бдительность и осторожность. Ни в коем случае нельзя приближаться к этим лицам. Так же на первой полосе были десять черно-белых фотографий. Девять мужчин и одна женщина. Одни безмолвно скалились, другие нагло барабанили пальцами по рамкам своих фотографий. Под каждой значилось имя и преступление, за которое этот человек был посажён в Азкабан. — Это непостижимо! — ужаснулась она, воровато оглядываясь по сторонам. — Как такое могло произойти? — У Тёмного Лорда везде есть союзники, — горько усмехнулся Драко, лениво ковыряясь вилкой в своей тарелке. — А ему было невыгодно держать кого-то вроде Беллы или Долохова в Азкабане. — Белла? — Амелия внимательно посмотрела на фотографию женщины, которая со стороны выглядела безумной, хоть и не до конца растерявшей былую красоту. — Это моя тётка, родная сестра у матери. — Мерлин, Малфой! Твоя семейка вся на побегушках у Волдеморта? Даже твой крестный… — прошипела она, но Драко вовремя закрыл ей рот рукой, пока все не узнали темную правду о профессоре Зельеварения. — Амелия, заткнись, пожалуйста! — взмолился он, с отчаянием посмотрев на неё. — Я и без тебя знаю, что я в заднице! — О, милый, ты ещё не в заднице! — прошипела она, вывернувшись из его захвата. — Ты ещё только на подходе к ней. Настоящая задница будет, когда этот урод заклеймит тебя меткой! Бросив на Малфоя последний отчаянный взгляд, она встала и резким шагом пошла в сторону выхода из Большого зала. Аппетит резко пропал, а сидеть за столом и мусолить с ребятами свежие новости ей совсем не улыбалось. Вдруг из-за угла на неё налетел парнишка с Пуффендуя, и она, не удержав равновесие, плюхнулась на холодный бетонный пол. — Минус пять очков с Пуффендуя! — прорычала от злости она, наблюдая за тем, как стремительно бледнеет лицо парнишки. — И чтобы больше не носился так по коридорам! Она уже хотела встать с пола, как послышался перезвон камешков напротив неё, и в большом сосуде, похожем формой на песочные часы, произошли изменения. Пять желтых алмазов поднялись из нижней части сосуда в верхнюю. Любопытно. Амелия даже забыла, что была в расстроенных чувствах, поэтому пошла на поиски близнецов, чтобы провести небольшой эксперимент. Она нашла их в школьном дворе, в тот момент, когда они как раз затеяли шуточную дуэль волшебными палочками. Они ловко уворачивались и ставили щиты, не забывая при этом поддразнивать друг друга. — Эй, парни, вы чего это тут удумали? — усмехнулась она, и Фред отвлёкся на неё, пропустив тем самым шальное заклинание Джорджа. И теперь его волосы приобрели розовый оттенок. — Мерлиновы яйца, Амелия! — возмутился Фред, всплеснув руками. — Я уже подумал, что это Амбридж или Макгонагалл! — Я выиграл! — воскликнул Джордж, счастливо улыбнувшись девушке. — Ты мой ангел-хранитель! — Нифига подобного! Это жульничество! Требую реванша! — Брось, Фредди, не нужен никакой реванш, ведь ты и так знаешь, что я лучше тебя! — парировал Джордж, и они оба подошли к Амелии, которая шутливо взлохматила розовые волосы Фреда. — Не вешай нос, фея, я знаю, что стопудово поднимет тебе настроение! — девушка хитро улыбнулась и потащила их в замок. Пришлось немного подождать, чтобы в коридорах Хогвартса стало безлюдно. Двадцать минут назад начался первый урок в этом семестре, который они решили прогулять. — Пять очков Гриффиндору за победу Джорджа в дуэли, — красные рубины с характерным перезвоном скатились в нижний сосуд, и парни заухмылялись. — Пять очков Слизерину за укладку волос у Забини. — Отними двадцатку у Пуффендуя, за то что Захария Смит конченный ублюдок, — предложил Джордж, не сводя восторженного взгляда с часов. — Минус двадцать очков с Пуффендуя за то, что Захария Смит конченный ублюдок и ещё минус десять за то, что назвал меня ядовитой гадюкой. — Когда это он тебя так назвал? — фыркнул Фред. — На собрании? — Да, незадолго до Рождества. Хотел понтануться передо мной защитными чарами, но в итоге прошляпился, и я рассекла ему бровь заклинанием. Вот он и плевался ядом, называя меня гадюкой. Хотя сам, вообще-то, не лучше. Ублюдок! — Ублюдок! — хором согласились парни. За этим занятием они провели почти весь урок, сидя на лавочке прямо перед сосудами с камнями, наблюдая за тем, как они то прибавляются, то убавляются. Настроение у троих было настолько прекрасным, что его даже не испортил Филч, который показался на горизонте, грозя прервать веселье, но тут же ушёл в другую сторону, трезво оценив ситуацию. И вспомнив, как заколдованная метла для уборки целый час гонялась за ним. Филч хоть и строил из себя храбреца, на самом деле побаивался эту троицу. Вечером они снова встретились, но уже на собрание ОД, которое прошло очень плодотворно в свете последних событий. Каждый понимал, что Волдеморт набирает силу, а значит они должны уметь за себя постоять. Поттер так вообще был каким-то слишком нервным, то и дело трогая свой знаменитый шрам. Гермиона обеспокоенно наблюдала за ним, хмурясь при этом своим мыслям. После собрания Амелия сделала вид, что ушла, затаившись в соседнем коридоре, а после этого вернулась в выручай-комнату, чтобы попрактиковаться в Анимагии. В прошлый раз ей удалось трансфигурировать свою руку в лапу, но такой результат ее ни капли не радовал. Поэтому она занималась со всей прытью, чувствуя, как пот катится по лицу от сильного напряжения. Она упорно продолжала пытаться, забивая на усталость и головокружение. И у неё получилось. Она резко почувствовала, как ее тело меняет форму, а комната становится меньше, наполняясь незнакомыми запахами. Она могла унюхать деревянные поверхности, металлические вставки и сырость. Все эти запахи смешались в один, и Амелия глубоко вдохнула, чувствуя их концентрированный аромат. Сделав несколько неуверенных шагов, она поняла, что ее тело отлично справляется с движением, а мышцы были готовы к резкому прыжку. Уже смелее она подошла к другому концу комнаты, где располагалось зеркало, и со страхом посмотрела в отражение. Волчица. Из отражения на неё смотрела крупная волчица с бурой гладкой шерстью. Во рту были видны массивные клыки, а умный взгляд неотрывно смотрел в одну точку. Сперва она растерялась, так как не рассчитывала на то, что превратится в кого-то опасного, кто сможет не только беспрепятственно пересекать большие расстояния, но и участвовать в схватке и кого-то ранить. Хищница. От этой мысли стало и радостно, и страшно одновременно, поэтому Амелия решила вернуться в человеческое обличье. Ещё один минус начинающих превращений, так это то, что вся ее одежда свалилась на пол, и теперь ей пришлось заново одеваться. И она с усмешкой порадовалась тому, что ее сейчас никто не видит. Измученная тренировками, девушка вышла из выручай-комнаты, думая лишь о том, как бы добраться до гостиной. Тело ужасно болело после трансформации, и ей казалось, что вместо часов попыток, ее беспрерывно пинали ногами. До гостиной она добралась без приключений, встретив на своём пути лишь несколько приведений, но они лишь укоризненно цокнули языками. Оно и ясно, ведь часы показывали два часа ночи. В гостиной, как и ожидалось, уже никого не было, поэтому девушка рухнула на диван и уснула крепким сном. Утром ее опять разбудил гул голосов, и она направилась к себе в комнату, чтобы быстренько помыться и переодеться к урокам. На завтрак она уже не успевала, поэтому со всех ног помчалась в кабинет Нумерологии, который находился аж на восьмом этаже. Поэтому, когда она все-таки зашла в кабинет, урок шёл уже пять минут. — Извините за опоздание, профессор Вектор! — сказала она, тяжело дыша. — Разрешите войти? — Заходите, мисс Стэнфорд, — раздраженно бросила она, нахмурив лицо. — И впредь постарайтесь не опаздывать. — Разумеется. Амелия знатно запыхалась, пока летела по лестницам, стараясь не опоздать. Поэтому первые пять минут она пыталась отдышаться. — Кто за тобой гнался? — усмехнулся Маттео, бросив на неё удивленный взгляд. — Совесть, Фитцджеральд, совесть! — она учено подняла указательный палец вверх и стушевалась под укоризненным взглядом профессора. Спустя десять минут, когда дыхание и мысли пришли в норму, Амелия изо всех сил старалась бороться со сном и сосредоточиться на теме урока. Но вчерашние тренировки дали о себе знать, и ее так и тянуло лечь на поверхность стола, закрыв глаза на пару минут. Внезапно дверь кабинета распахнулась, пропуская в помещение профессора Снейпа. — Профессор Вектор, можно я ненадолго заберу мисс Стэнфорд? — Амелия подавилась зевком от удивления и бросила настороженный взгляд на Снейпа, который был мрачнее тучи. — Что ты успела натворить? — прошептал Маттео, стараясь не привлекать лишнего внимания. — Понятия не имею, — честно ответила она, ведь натворить успела много что. И кто его знает, о чем именно узнал Снейп. Услышав разрешение профессора Вектор, Амелия собрала свои вещи, встала из-за стола и пошла следом за Снейпом, который, судя по всему, вёл ее в свой кабинет. Всю дорогу они шли молча, и девушка думала лишь о том, за что сейчас будет получать. А вид у Снейпа был такой хмурый, что не оставалось сомнений — выволочке быть. Как она и предполагала, он притащил ее в свой кабинет. — Присаживайтесь, мисс Стэнфорд, — предложил он, занимая своё место за столом. — Что-то мне не хочется… — Сядьте! — рявкнул он. Бросив на него красноречивый взгляд, она показательно медленно села на стул перед его столом и замерла. — Что бы вы там не придумали себе, хочу сказать, что это ошибка, — начала Амелия, когда молчание неприлично затянулось. — Да? — он, казалось, наслаждался ее легкой паникой, поэтому не спешил признаваться, что именно нарыл на неё. — Да. — В таком случае, я вам сейчас дам кое-что почитать, а там уже решим, что вы делали, а что — нет. Он достал из стола толстую книгу и открыл на нужной странице, указывая Амелии строки, на которые нужно обратить внимание. Пробежавшись взглядом по тексту, Амелия затаила дыхание и мысленно чертыхнулась. Ей было страшно поднимать взгляд на профессора, поэтому она продолжала пялиться в книгу. — Это не я, — пошла на попятную она, отодвигая от себя книгу с записями. — Да что вы говорите? — вкрадчивым тоном ответил он, и от этой напускной спокойности, у неё побежали мурашки по телу. — А по-моему, все доказательства указывают на вас, к тому же, вчера утром вас видел мистер Филч в холле на первом этаже. Вас и близнецов Уизли. Амелия подняла на него хмурый взгляд, не зная, как отвести от себя подозрения. Ведь она действительно сделала это. — Вот скажите, за что вы сняли со Слизерина десять очков у мисс Булстроуд? Амелия стушевалась и затянула с ответом. Ее щеки предательски покраснели, а в горле будто ком встал. — За то, что ее задница не помещается на одном стуле, — тихо пробурчала она, твёрдо выдержав его тяжелый взгляд. — А с Эдриана Пьюси двадцать очков за что? — издевательски продолжил он. — За то, что он индюк напыщенный. Но в свою защиту хочу сказать… — быстро затараторила она, но тут же заткнулась от того, как Снейп резко ударил кулаком по столу. — Довольно! — рявкнул он, а его лицо от злости пошло красными пятнами. — Вам повезло, что эти записи нашёл я, а не кто-нибудь другой. Например, профессор Амбридж, которая наделила вас привилегиями. Мне сказать ей, как вы пользуетесь ими не по назначению? — Нет, — она мотнула головой и опустила взгляд в пол, чувствуя, как от злости в ней просыпается задира. — Что вы сказали? Я не расслышал, — издевается ещё, гад. — Да делайте что хотите! — взорвалась она, чувствуя, как горит ее лицо. — Хотите, отнесите её директору, Амбридж, Министру магии! Да хоть в туалет с ней сходите! Она резко встала, от чего ее стул полетел на пол, и нависла над столом. — Думаете, мне есть до этого дело? Может исключите меня за это? — ее голос с каждым словом становился все громче, и она уже не отдавала себе отчета о том, что именно говорила. — Убавьте гонор, Стэнфорд! И сядьте, я не закончил! — Как вы вообще смеете попрекать меня такими мелочами, как снятыми или прибавленными баллами, когда сами творите более ужасные вещи? Может это мне пойти к Дамблдору и сказать, что он пригрел в Хогвартсе Пожирателя Смерти? Последние слова повисли в воздухе густым напряжением, и Амелия с ненавистью уставилась на него. Ее дыхание сбилось от эмоций, а руки чесались что-нибудь разнести. — Вы мне угрожаете? — подозрительно спокойным тоном спросил он, тоже вставая со стула. — Вы, невоспитанная девчонка с раздутым самомнением! Вы думаете, что самая умная, да, Стэнфорд? — Не нужно быть самым умным, чтобы понять очевидные факты! — Что ж, вперёд! — он махнул рукой и дверь кабинета с резким хлопком отворилась. — Идите к Дамблдору и рассказывайте ему свои занимательные теории! — Вы его уже обработали, — поняла Амелия и горько усмехнулась. — Вы ничего обо мне не знаете, Стэнфорд, чтобы кидаться такими обвинениями! — прорычал он, обходя свой стол. Девушка невольно попятилась назад, замирая на пороге кабинета. — И в следующий раз думайте об этом, пока не вляпались в неприятности! — Неприятности? — она громко фыркнула и покачала головой. — Теперь вы мне угрожаете? — Возвращайтесь на урок, мисс Стэнфорд. Амелия бросила на него последний ненавидящий взгляд и пулей вылетела из кабинета, чувствуя, как ее тело дрожит от злости. Пересекая лестницы и коридоры, она поняла, что не хочет возвращаться на урок. Да и вообще идти на уроки не хотелось, ведь последним из них были Зелья. Амелия завернула за угол и встала напротив стены, закрывая глаза и мысленно проговаривая про себя мольбы о нужной комнате. Появилась дверь, и Амелия неуверенно дернула за ручку, попадая в комнату с манекенами. Больше всего на свете ей хотелось выпустить пар, а бездушные манекены были для этого лучшим вариантом. Она тренировалась с особой злостью, разнося манекены на щепки и стараясь не пропускать проклятий. Парочка ее все же зацепила, но она будто не обращала на это внимание. Амелия старательно стреляла одним заклинанием за другим, пытаясь победить сразу четырёх противников. Противников с лицом Северуса Снейпа.