Непокорная

На следующий день Амелия выцепила Гермиону Грейнджер, когда та после ужина шла в библиотеку. За весь день она ни разу не видела ее одну, поэтому и решила воспользоваться случаем, чтобы обсудить вчерашний случай. — Эй, Грейнджер, — воскликнула Амелия, переходя на бег. Гермиона, завидев ее, замерла на месте и крепко вцепилась руками в свою сумку. — Чего тебе, Стэнфорд? — поинтересовалась она, не сводя с неё настороженного взгляда. — Посплетничать, — Амелия закатила глаза, подходя к ней, и оглянулась по сторонам, замечая, что в коридоре сейчас как раз никого не было. — Ты в библиотеку? Мне как раз туда же. — Я догадываюсь, о чем ты хочешь поговорить, — сказала Грейнджер, когда они обе двинулись в сторону библиотеки. — Тут даже Долгопупс бы сообразил, — фыркнула Амелия, натыкаясь на предупреждающий взгляд гриффиндорки. — Ладно, ладно, я перестаю ёрничать. Она зачем-то хотела добавить, что всегда начинает хамить и нести чушь, когда волнуется, но вовремя себя остановила. Они с Грейнджер хоть и дрались когда-то плечом к плечу и танцевали пьяные на столе, все же отношения их были не настолько дружеские для подобных откровений. И лучше сейчас не вспоминать, что они проснулись на утро после пьянки в одной кровати. — Если ты переживаешь, что я кому-то могу рассказать о том, что вчера видела, то можешь не беспокоиться, — чопорно ответила она, поправляя сумку на плече. — Да я даже не парюсь об этом, — махнула рукой Амелия. — Если ты кому-нибудь расскажешь, то Северус из тебя потом котлету по-гриффиндорски сделает. Ты же знаешь его! — Знаю, — хмуро отозвалась она. — И немного не понимаю, как так случилось, что вы… вы… — Состоим в отношениях? Целуемся после отбоя в пустых кабинетах? — подсказала ей Амелия, с ухмылкой наблюдая за тем, как краснеют щеки девушки. — Если бы мы зашли на пять минут позже, то застали бы вас в более пикантном положении, — пробурчала Грейнджер. — И тогда бы вам досталось что-то покруче недельной отработки у Филча, — спокойно парировала Амелия. — Но если тебе так интересно, я могу удовлетворить твоё любопытство и рассказать, как так вышло, что я встречаюсь с ним. Если взамен ты расскажешь о том, почему спишь с Драко. — Я с ним не сплю, — тут же вспыхнула Грейнджер, но румянец на щеках, который стал в разы сильнее после ее слов, говорил иное. — Я бы использовала другое слово для ваших «отношений», но я все же приличная девушка. Гермиона фыркнула, явно сомневаясь в ее приличии, но вслух ничего не стала говорить. И оно к лучшему. — Кстати, что твои друзья думают о том, что ты таскаешься по школе после отбоя с Малфоем? — Тоже, что и твои друзья о том, что ты спишь с профессором, — едко подметила она, на что Амелия усмехнулась. — Почти все мои друзья в курсе этих отношений, так что не очень то хорошее сравнение, Грейнджер, — она невольно подумала о постоянных жильцах Редроуза, которые знали обо всех их взлетах и падениях. — Имеешь в виду Нимфадору Тонкс и Сириуса? — с лёгкой завистью в голосе спросила гриффиндорка. — И не только их. Тот же Драко обо всем знал с декабря. — Значит, вы вместе уже с декабря? — поразилась Гермиона, с любопытством посмотрев на неё. Амелия открыла двери библиотеки и понизила голос до шепота, натыкаясь на грозный взгляд мадам Пинс. — Если уж совсем на чистоту говорить, то с октября, — она невольно вспомнила тот тёплый вечер на диване перед камином с бутылочкой красного полусладкого. — Никогда бы не подумала, — Грейнджер в изумлении мотнула головой и повела девушку вдоль книжных рядов, чтобы найти хорошее место для разговора без лишних «ушей». — Тоже самое касается тебя и Малфоя, — парировала Амелия. — Как так вышло? И что вообще между вами происходит? — Это… сложно, — она все же подобрала нужное слово, присаживаясь за стол около окна. Амелия села напротив неё, раскрывая перед собой одну из книг, которую наобум взяла из книжного шкафа. — Мы не встречаемся с ним, а просто… просто периодически видимся. — Чтобы пообщаться в пустых кабинетах после отбоя? — усмехнулась Амелия, получая в ответ хмурый взгляд. — Брось, Грейнджер, я не из тех, кто будет трепаться об этом направо и налево. Можешь все мне рассказать, ведь я понимаю, каково держать все внутри себя и не иметь возможности хоть с кем-то поделиться новостями. Она замерла, уставившись на Амелию недоверчивым взглядом, словно решая, стоит ли ей рассказывать про свою интрижку с Малфоем. — Это началось ещё в сентябре, — после небольшой паузы начала Гермиона, заправляя за ухо прядь кудрявых волос. — Мы начали спорить о чем-то и не заметили, как оказались слишком близко друг к другу, и это было настолько необычно, будто я впервые в жизни увидела его. Потом было ещё несколько стычек со взаимным обменом любезностями, и в один такой раз он поцеловал меня. — И ты была не очень-то против этого, — предположила Амелия, и Грейнджер кивнула в ответ. — Поначалу мы игнорировали друг друга после случившегося, но однажды я встретила его во время патрулирования пьяным, и все вновь повторилось, — она опустила взгляд в свою книгу, из-за чего у случайных прохожих могло сложиться впечатление, что она просто сидит и читает. — И все пришло к тому, что мы на постоянной основе стали «уединяться», также продолжая друг друга ненавидеть и оскорблять. Возможно нас притягивало друг к другу то, что это запретно и совершенно невозможно, а может и по другой причине, но… — Ты влюбилась в него? — напрямую спросила Амелия, думая о том, что совсем не представляет аристократа Малфоя с кем-то вроде безродной Грейнджер. — Что? — ахнула она. — Нет, конечно! У нас что-то вроде перемирия с особыми условиями. Мы оба знаем, что между нами чисто физическое влечение, поэтому пользуемся этим, пока оба хотим этого. Без чувств. — Не верю, — хмыкнула Амелия, вспоминая резкие вспышки хорошего и плохого настроения, которые беспричинно появлялись у Драко. — Разве можно быть с кем-то так близко и не любить этого человека? — Значит, ты любишь его? — тихим шёпотом спросила Грейнджер. — Профессора Снейпа. — Скажу больше — это взаимно, — тут же фыркнула она, наблюдая за тем, как округляются в изумлении глаза Гермионы. — У меня высокие моральные принципы, знаешь ли, и я не стала бы спать с человеком, которого не люблю. — У тебя нет моральных принципов, — усмехнулась Грейнджер, и Амелия вытаращилась на неё в притворном изумлении. — Почему все так считают? — возмутилась она, скрещивая руки на груди. — Потому что ты — Амелия Стэнфорд, — сказала Грейнджер, улыбнувшись ей одним уголком рта. — И ты показала это с первых дней в Хогвартсе. — Не знала, что я обзавелась такой репутацией, — фыркнула слизеринка. — Как жаль, что мне все равно. — Так значит у вас все серьезно? Это не просто интрижка ради секса? — Гермиона решила вернуть тему их со Снейпом отношений, и Амелия подметила то, с каким интересом она наблюдает за ней, ожидая ответа. — Северус не стал бы подрывать свою репутацию профессора без особой нужды. И, поверь, он долго сопротивлялся, прежде чем понял и принял то, что у него есть ко мне чувства, — Амелия хмыкнула, вспоминая те времена, когда он игнорировал ее присутствие. — Здорово тогда он мне нервы потрепал. — Я до сих пор в это не верю, — покачала головой Гермиона, чуть улыбаясь. — Я думала, что тебе нужен кто-то такой же вздорный, как и ты сама. — Брехня, — она замолчала, подождав, когда мадам Пинс, которая в этот момент шла мимо них, отойдёт подальше. — Мне нужен тот, кто будет принимать и любить меня такой, какая я есть. К тому же, Снейп не такой уж и зануда, как многие думают. — Не уверена, что хочу знать об этом, — усмехнулась Грейнджер. — Мне хватило вчерашнего представления, чтобы провести ночь без сна. Амелия шутливо боднула ее ногой под столом, и гриффиндорка не поскупилась на ответный пинок. С того вечера отношения Амелии и Гермионы невольно изменились в лучшую сторону, и они иногда проводили время за обсуждением того же Малфоя. Однажды, в конце февраля Драко увидел их сидящих вместе на подоконнике в коридоре восьмого этажа. Девушки в это время ели магловские чипсы, которые Гермионе прислали по почте родители, и обсуждали предстоящие экзамены ЖАБА у Амелии. Несмотря на то, что Грейнджер училась ещё только на шестом курсе, она заранее начала готовиться к экзаменам следующего года, что было очень удобно слизеринке. Ведь не каждый мог потягаться с острым умом Гермионы Грейнджер. Тогда Малфой здорово удивился тому, что эти две девушки нашли общий язык. А Амелия, в свойственной ей манере общения, предложила тому посплетничать со Снейпом, раз ему заняться нечем. Он, почему-то, назвал ее идиоткой и укатил в закат. Так прошла и большая часть марта. Амелия почти все время пропадала в Хогвартсе, обкладываясь книгами для экзаменов, но не забывая при этом черпать новые знания из запрещённых книг библиотеки Стэнфордов. Экзамены экзаменами, но войну никто не отменял. А там все средства хороши. С самого января Амелия невольно отстранилась ото всех вылазок с Тонкс, потому что ее не отпускал панический страх того, что она наткнётся на Беллу, которая, судя по слухам, активно искала свою убийцу. К тому же, ей было не по себе от мысли, что она могла вновь кого-то убить из Пожирателей, а это немного не вписывалось в концепцию аврората. И дело было даже не в том, что это запрещалось законом и каралось тюремным сроком в Азкабане. Амелия просто не хотела становиться похожей на Пожирателей, которые Авадой пользовались чаще, чем Люмосом. Снейп был доволен тем, что Амелия отсиживалась в стороне, не пытаясь даже скрыть этого факта. Зато это огорчало того же Грюма, который не упускал случая назвать ее трусихой. Она считала, что он просто пытался взять ее на «слабо», и несколько раз этот способ почти возымел успех. В начале апреля Римус сделал Доре предложение руки и сердца, которое она, конечно же, приняла, чем ввела Сириуса в недельный запой. Бедняга самоликвидировался в свою комнату, из которой периодически доносились непечатные выражения, звон разбитого стекла и завывания Элвиса Пресли, которому он не очень то профессионально подпевал. Сириус наотрез отказался разговаривать с Амелией, не пуская ее даже на порог своей комнаты, поэтому она могла лишь удрученно вздыхать у запертой двери, надеясь, что скоро он придёт в себя. Дора с Римусом так и не провели связь между своей помолвкой и запоем Сириуса, считая, что он просто отчаялся сидеть дома в четырёх стенах. Честно говоря, они вообще ни о чем не могли думать кроме своей будущей свадьбы, которую решили сыграть в начале июля. Это лето вообще грозило быть богатым на свадьбы, так как Фред с Пенелопой решили пожениться в начале августа в один день с Биллом Уизли и Флёр Делакур, чтобы не звать всю многочисленную родню несколько раз. Пенни изначально этому не очень была рада, но, кажется, Молли взяла ее измором, прожужжав все уши о том, как это будет удобно и практично. Амелия только облегченно вздыхала, глядя на то, как все обсуждают подготовки к своим свадьбам, и радовалась, что ей не грозит эта участь. В ее планы совсем не входило выходить замуж в восемнадцать лет, особенно после того, как она не так давно отвертелась от свадьбы с Драко. В конце апреля, когда ее жизнь наконец начала входить в прежнее русло, а кошмары перестали мучить на ежедневной основе, Хогвартс сотрясла оглушительная новость. Кто-то пустил слух о том, что профессор Снейп завёл роман с Амелией Стэнфорд. Сначала она не понимала, почему все глазеют на неё и шепчутся по углам, ведь в последнее время девушка вела себя спокойно и даже не влипала в неприятности, в том числе в те, которые создала сама. Нет, было, конечно, несколько движух, за которые она схлопотала несколько недель отработок, но в целом все было очень даже прилично. Поэтому она искренне недоумевала, чем могла произвести такой фурор, пока случайно не услышала разговор пятикурсниц из Пуффендуя в женском туалете. — Говорят, что их видели целующимися в подземелье, — сказала одна из девочек, и Амелия замерла в кабинке, прислушиваясь к тихим голосам. — Да иди ты? — воскликнула вторая. — Ты в этом уверена? — А ещё он так на неё смотрел сегодня за завтраком, что лично у меня не осталось никаких сомнений в том, что эти слухи правдивы. — Она же только недавно была помолвлена с Драко Малфоем! — ахнула третья, и Амелия подавилась зевком, понимая, что речь идёт о ней и Снейпе. — Говорят, что она сама его бросила! — послышался самодовольный голос первой девушки. — Променяла Драко на Снейпа? — фыркнула вторая. — Глупее этой дуры я ещё никого не видела! Амелия плотно сжала челюсти, с трудом сдерживая себя, чтобы не выйти и не навалять этим сплетницам, которых чужая личная жизнь заботит больше, чем своя собственная. — Но это же незаконно! — воскликнула третья, и обе девушки синхронно шикнули на неё, чтобы та говорила тише. — Он же преподаватель! Разве ему можно встречаться со студентками? — Нельзя! — поддакнула вторая. — Дамблдор должен уволить его, а ее исключить! Эта Стэнфорд совсем страх потеряла! — Чтобы потерять страх, надо его иметь, — на распев сказала Амелия, выходя из кабинки. Все три девушки в ужасе уставились на неё, округлив глаза. — А у меня его и не было. — С-с-стэнфорд, — дрожащим голосом проблеяла одна из них, и Амелия растянула губы в хищной улыбке, вгоняя девочек в ещё больший ужас. — Стэнфорд, Стэнфорд, — притворно нежным голосом сказала она, делая пару шагов в их сторону. — Что, красавицы, нравится обсуждать меня? Что ж вы остановились? Продолжайте! Через минуту эти же девочки с визгом вылетели из туалета, пряча руками лица, на которых уже лопались гнойные фурункулы. Амелия, отстранившись от чужих заинтересованных взглядов, стремительно шла по коридору, а за ее спиной в снейповском стиле развивалась чёрная школьная мантия. Она была так зла на всех, что готова была каждому подпортить внешность теми же гнойными фурункулами, которые теперь очень долго будут сходить с лиц девочек из туалета. Всю дорогу до кабинета Снейпа она размышляла о том, кто мог пустить этот слух, и где они могли спалиться. Да, Амелия понимала, что в последнее время они не сильно то прятались, но она не могла вспомнить ни одного случая, чтобы их кто-то увидел. Около кабинета толпились шестикурсницы с Когтеврана, которые многозначительно переглянулись между собой, когда Амелия прошла мимо них к двери. Стоило ей оказаться в кабинете, как тут же послышался их мерзкий смех, и поэтому девушка невербально наложила заглушку на кабинет, пресекая хохот на середине. Северус сидел за своим столом, держась за голову руками. Заметив его обречённый взгляд, Амелия сделала вывод, что слухи дошли и до него. — Прости меня за это, — сказала она, подходя к нему и присаживаясь на краешек стола. — Если бы я вела себя осторожнее, то этого всего бы не было. — Ты виновата не больше моего, — глухо отозвался он, выпрямляя спину. — Тебе не за что извиняться. — Я не хочу, чтобы ты потерял из-за меня работу, Северус. Тебя ведь не уволят? — Я не исключаю этот вариант. Амелия тяжело вздохнула и собралась спросить, как они будут выбираться из этого дерьма, но в этот момент открылась дверь кабинета и на пороге показался Дамблдор. Он недобро глянул на Амелию, которая даже не потрудилась спрыгнуть со стола. А смысл, если они без того в заднице? — Это даже хорошо, что вы оба здесь, — хмуро сказал директор, но его взгляд говорил о том, что ничего хорошего ждать не стоит. И если за себя она не боялась, то про Северуса она такого сказать не могла.