Непокорная

Поговорив с Северусом ещё несколько минут, Амелия встала с дивана, собираясь вернуться в Хогвартс и проверить оставшихся. На душе было очень беспокойно, ведь она сегодня могла помочь остальным, но вместо этого пошла вслед за Снейпом на Астрономическую Башню. Она невольно подумала о том, что было бы, если она не увидела бы убийство Дамблдора собственными глазами. Скорее всего, ей было бы намного легче находиться в компании Северуса и не вспоминать то заклинание, которое он сказал резким, отстранённым голосом. Да, Амелия понимала, что у него не было другого выхода, но от этого, почему-то, не становилось легче. Ей было страшно за Северуса, ведь убийство человека само по себе малоприятное занятие, а убийство человека, который взял тебя под своё крыло — что-то за гранью фантастики. Она боялась, что смерть Дамблдора негативно скажется на Снейпе, и что этот поступок будет мучить его до конца жизни. Было даже страшно представить, что будет дальше, ведь Дамблдор был для всех опорой, не дающей развалиться. Несущей стеной в здании, которое могло выдержать сотни буйных ветров. И хоть Амелия и знала его всего два года, она сумела проникнуться к нему уважением. В Хогвартс было нетрудно вернуться, словно со смертью Дамблдора слетела та нерушимая защита. Она трансгрессировала на то же место, откуда совсем недавно ушла с Северусом, и пошла к замку, окна которого освещали ей путь в эту тёмную ночь. Почти вся шайка ордена собралась в Больничном Крыле, куда Амелия попала по наводке одного из авроров, патрулирующих коридоры. Она вошла туда, приковывая к себе взгляды находящихся там волшебников, и, не заметив в ней опасности, они отвернулись. В помещении витала скорбная атмосфера, и Амелия почувствовала себя ещё хуже, чем до этого. — Все живы? — спросила она, подходя к ним. — Да, если не считать… — Поттер замялся, так и не договорив, и девушка подумала о том, что ему просто было сложно произносить вслух ужасающую правду. — Дамблдора? — глухо продолжила она, получив сухой кивок от него. — Как Билл? Амелия заметила, что все столпились около его койки, единственной, что была занята сейчас здесь. Это значило лишь одно: у всех остальных было удовлетворительное состояние, не требующее госпитализации. — Жить будет, но… — Римус скосил на неё неуверенный взгляд и тяжело вздохнул, — но его ранил Сивый, и хоть сегодня и не полная луна, есть вероятность того, что эти следы оставят внутренние изменения. Не говоря уже о внешних. Молли Уизли судорожно вздохнула, прикрывая рот рукой, и Артур обнял ее за плечи, пытаясь поддержать жену. — Конечно, какая разница, как он выглядит… это н-не так уж и важно… но он был таким красивым м-мальчиком… всегда таким красивым… и с-собирался жениться! — А это еще что такое? — внезапно и громогласно осведомилась Флер. — Что значит — соби’гался? Миссис Уизли повернула к ней залитое слезами, испуганное лицо. — Ну… только то… — Думаете, Билл не захочет тепе’гь взять меня в жены? — гневно спросила Флер. — Думаете, 'газ его покусали, так он меня и 'газлюбит? — Нет, я совсем не об этом… — И п’гавильно, потому что он захочет и еще как! — заявила Флер, распрямляясь во весь рост и отбрасывая за спину длинную гриву белокурых волос. — Чтобы помешать Биллу любить меня, т’гебуется кое-что пок’гуче какого-то обо’готня! — Да, да, конечно, — торопливо подтвердила мис­сис Уизли, — просто я думала, может быть… раз он теперь… то как же… — Вы думали, что я не захочу за него выйти? — гневно раздувая ноздри, спросила Флер. — Что меня инте’гесует одна его внешность? По-моему, моей к’гасоты вполне хватит на нас обоих! А все эти ш’гамы показывают только, как отважен мой муж! И в этот момент Молли с такой сердечностью посмотрела на Флер, которая ранее не вызывала в ней положительных эмоций. Да что уж говорить, Амелия и сама не ожидала от девушки такой решительности, ведь она и вправду выглядела слишком поверхностной. — Я до сих пор не могу поверить, что Снейп убил Дамблдора, — через какое-то время сказала Макгонагалл, и Амелия резко выпрямилась на своём стуле, словно кто-то задел больной нерв. — Он же так доверял ему! Взгляды Тонкс, Люпина и Поттера невольно переместились на девушку, от чего она почувствовала себя ещё более неуютней, чем раньше. Все они теперь считали Северуса предателем, и самым страшным в этой ситуации было то, что Амелия не могла кому-то сказать о том, что Дамблдор сам попросил убить его, ведь перед самым ее уходом, Снейп взял с неё обещание, что она никому не расскажет об этом. А нарушить своё слово в очередной раз она не имела права, пусть теперь он и выглядел в их глазах полным негодяем. — Никто не мог такого представить, — сказала Дора, окутывая Амелию жалостливым взглядом. — Дамблдор беспрекословно доверял ему, — покачал головой Люпин, опуская взгляд в пол. Они с Тонкс находились по разные стороны кровати Билла, нарочито игнорируя друг друга. — Как он смог провести Дамблдора? — Он искусный легиллимент, — пояснила Макгонагалл. — Если кто и мог так сделать, так это он. С каждым их высказыванием, Амелия все больше погружалась в мрачные мысли, и ей нестерпимо хотелось покинуть Больничное крыло, не привлекая к себе внимания. Она даже старалась не прислушиваться к тому, что они говорили про Северуса, но все равно каждый раз вздрагивала, когда его называли по фамилии. — Заколебали… — проворчала Амелия себе под нос, резко вставая со стула. Тонкс, которая стояла рядом с ней и наверняка слышала, что она сейчас сказала, бросила на неё сочувствующий взгляд. — Ты куда? — спросила Дора, когда Амелия сделала несколько шагов в сторону выхода. «Не привлекая внимания!» — фыркнуло подсознание, и Амелия, тяжело вздохнув, обернулась к подруге. — Спать! — немного резко ответила она, нащупывая в кармане мантии свою палочку. — Осточертело мне слушать про вашего Снейпа! Тут война вовсю идёт, а вы ему кости перемываете, как старушки-попрошайки в Косом переулке! Будто дел других никаких нет! — Мисс Стэнфорд! — возмущённо воскликнула Макгонагалл, но девушка бросила на неё такой яростный и красноречивый взгляд, что та даже не стала продолжать. Амелия отправилась в свою комнату в подземелье лишь для того, чтобы собрать свои вещи. Конечно, она сейчас не собиралась спать, и, уж тем более, оставаться в Хогвартсе. Ей необходимо было вернуться к Северусу, чтобы убедиться в том, что он будет в порядке. На сбор вещей ушло не больше десяти минут, и Амелия, оглядев свою уже бывшую комнату тоскливым взглядом, закинула сумку на плечо и вышла в гостиную Слизерина. Она на всякий случай наложила на себя дезиллюминационные чары, дабы никто не увидел то, как она покидает Хогвартс посреди ночи, и трансгрессировала из того же места, каким пришла сюда часом раньше. Паучий тупик встретил ее проливным дождем, и Амелия поспешила к дому Северуса, чувствуя, как ее одежда в считанные секунды становится насквозь сырой. — Ты не обязана была приходить, — хмуро отозвался Снейп, пропуская ее в дом. Амелия тут же заклинанием высушила одежду и бросила свою сумку на кресло. — Ты тоже был не обязан возиться с сумасшедшей мной, когда я крякнула Беллу, но ты же пришёл, смекаешь? — она лукаво вздёрнула брови, стараясь отвлечь его от дурных мыслей своим оптимизмом. Только вот от этого оптимизма за милю несло фальшью, и Северус не мог не заметить это. — Я серьезно, Амелия, — он устало потёр переносицу и сел на диван. — Со мной все будет в порядке, поэтому, если у тебя есть дела, то… — Я тебя сейчас чем-нибудь тяжелым тресну! — воскликнула она и протопала к дивану, уперев руки в бока. — Я здесь не потому что чувствую себя обязанной тебе, а из-за того, что два месяца не видела любимого человека! Точнее нет, видеть то я тебя видела, но подойти не могла. — Амелия… — Хватит, Северус, — беспрекословно отрезала она, присаживаясь к нему на колени. — Я пришла не для того, чтобы обсуждать произошедшее, не для того, чтобы жалеть тебя. Я тут лишь потому, что очень соскучилась по тебе за два месяца! — Неужели ты все ещё хочешь быть со мной? — поражённо спросил он, робко положив свою ладонь поверх ее руки. — Я думал, что ты могла найти себе кого-нибудь намного лучше за эти месяцы. Кого-нибудь, кто тебе больше подходит, чем я. Амелия выразительно посмотрела на него, чувствуя, что сейчас и в самом деле треснет ему по голове, если он не перестанет молоть чепуху. Ей было даже обидно, что он до сих пор не убедился в том, что ей никто не нужен кроме него. Угрюмого, мрачного, но такого уже родного. — Не думай, что сможешь так легко отделаться от меня, Северус Снейп! — грозно сказала она, уткнувшись свободной ладонью ему в грудь. — Мне не нужен кто-то получше. Мне нужен только ты, неужели ты это ещё не понял? И, прежде чем он успел сказать ещё что-нибудь гадкое, Амелия сделала то, о чем грезила последние два месяца. Она поцеловала его, чувствуя, как он тут же сдался ей, притягивая к себе ещё ближе. Амелия перекинула одну ногу через него, упираясь своими коленями в спинку дивана. Его руки исследовали каждый сантиметр ее тела, будто наверстывая упущенное за последние месяцы. Губы яростно впивались в ее рот, спускаясь чуть ниже по лицу, переходя на шею. Амелия прогнулась в спине, чувствуя уже забытые ощущения от его прикосновений и поцелуев, от которых напрочь сносило крышу. Она так ждала этого момента, когда Хогвартс останется позади, что теперь не могла поверить своему счастью, даже когда его губы так сладко впивались в ее шею. — Дьявол! — воскликнул Северус, отодвигая девушку в сторону. — Что такое? — спросила Амелия, сдвигая края рубашки в центр, ведь она уже была наполовину расстегнута. — Метка, — пояснил он, потирая левое предплечье. — Он вызывает меня к себе. — Что? — она бросила быстрый взгляд на часы и фыркнула. — В три часа ночи? Ему там совсем не спится? — Ему все равно на то, во сколько он вызывает тебя, — он растерянно посмотрел на девушку и тяжело вздохнул. — Мне надо идти. Возвращайся домой, не жди меня. Амелия застегнула пуговицы на рубашке дрожащими пальцами, чувствуя разочарование и страх за Северуса, которому прямо сейчас предстояло пойти в логово врага. — Можешь передать своему Лорду Обормоту, что он совершенно не во время вызвонил тебя. И что он козел! — усмехнулась Амелия, пытаясь за этими словами скрыть волнение. — Обязательно, — съерничал он, поправляя мантию. — Иди домой, Амелия. — Я завтра зайду к тебе! — пообещала ему девушка, вызывая Криспи. — И только попробуй быть не дома, я разнесу к херам собачьим все поместье Малфоев, уж поверь. — Не сомневаюсь, — фыркнул он, и уголки его губ поползли вверх. — И да, я тоже скучал по тебе. Прежде чем отправиться в Редроуз, Амелия широко улыбнулась ему, чувствуя приятное тепло на душе от его слов. Каким бы не был тяжёлым этот вечер и часть ночи, девушка так и не смогла сомкнуть глаза, прокручивая в голове все то, что тяжёлым камнем свалилось на ее душу. Сейчас как никогда раньше чувствовалось смердящее гнилью дыхание войны, и Амелия боялась того, что будет дальше. Раньше она могла прикрываться учебой в Хогвартсе, пытаясь из последних сил вести себя, как обычный подросток, но сейчас… Сейчас она стояла на перепутье. Она не знала, чем хочет заниматься по жизни, не знала, что ей делать дальше, поэтому решила для себя немного подождать и посмотреть, куда же ее заведёт жизнь. Как оказалось, ждать долго не пришлось, ведь следующим утром она проснулась от того, что кто-то складно матюгался под ухом. — Шизоглаз, ты совсем обнаглел? — пробурчала она, увидев перед своей кроватью Аластора Грюма, который, судя по всему, что-то очень настырно хотел от неё. — Хорош дрыхнуть, Стэнфорд, вставай! — гаркнул он, крутанув своим искусственным глазом. — В аврорате тебя никто ждать не будет! — В каком ещё, мантикора тебя дери, аврорате? — она взглянула на часы и жалобно простонала, ведь ей удалось поспать всего полчаса. — Ни в каком, если сейчас же не вытащишь свою тощую задницу из кровати! — проворчал Грюм и выжидающе уставился на неё. — Что хлопаешь глазками? Давай, я жду! — Проваливай, Шизоглаз, — Амелия натянула на себя одеяло по самую шею, не собираясь появляться перед ним в обычной тонкой майке. — Я буду ждать тебя внизу через десять минут. И если ты опоздаешь, то не видать тебе стажировки в аврорате, как своих ушей! Он протопал на выход и скрылся в коридоре, а Амелия с обреченным стоном откинулась на мягкую подушку, которая сейчас так манила на крепкий сон. Она бы с удовольствием забила бы на угрозы Грюма, если бы не рассматривала аврорат как один из вариантов будущей работы. А что? Очень даже неплохой вариант! Она встала с кровати и сразу переоделась в удобную для тренировок одежду, заплела волосы в косу и отправилась в ванную комнату, чтобы умыться. С первого этажа доносился разговор Тонкс и Грюма, но у Амелии не было времени на подслушивание, ведь положенные десять минут почти подошли к концу. — Ты опоздала на минуту! — рявкнул Грюм, когда Амелия спустилась вниз, зевая при этом во весь рот. — Знаешь, что такое в аврорате одна минута? — Шестьдесят секунд? — предположила она, за что получила оплеуху и грозный взгляд в исполнении Шизоглаза. Амелия недовольно закатила глаза и потёрла затылок. Тонкс, проходя мимо девушки, ободряюще похлопала ее по плечу и умотала на второй этаж, пока ей самой не досталось от Грюма. Как оказалось, штаб аврората был в пяти минутах ходьбы от Министерства магии, и снаружи выглядел как место, в котором можно было подцепить тысячу и одну заразу. — Миленькое местечко, — сказала Амелия, сморщив нос, после того как огляделась. — Это точно не опасно для жизни? — Не паясничай, — хмуро отозвался он, и Амелия поняла, что сегодня лучше не доставать его. Оказавшись внутри, девушка задрала голову, осматриваясь, и едва не врезалась в косяк. Штаб аврората выглядел очень сдержанно и минималистично. Здесь была приемная, длинный коридор с кабинетами и тренировочные залы. Проведя девушку в одну из таких зал, Грюм остановился и бросил на девушку насмешливый взгляд. — Сегодня начнём с пробежек и силовых занятий, — сказал он, а девушка удивлённо осматривала залу, которая напоминала небольшой стадион со всякими прибамбасами вроде манекенов и полосы препятствий. — Занятия будут шесть раз в неделю. Три дня физических тренировок, три дня магических. Каждый гребаный день ты должна быть здесь с восьми до пяти, буду самолично натаскивать тебя! — Насколько я знаю, стажировка начинается с сентября, а сейчас только первое июля! — фыркнула Амелия, скрещивая руки на груди. — И ты хочешь плестись в самом конце среди кучи парней? — грозно спросил он, и этот вопрос был явно риторическим. — Я сделаю из тебя настоящего бойца, Меля. Таким, что все те парни будут локти кусать от зависти! Хочешь? — Хочу, — кинула она, воодушевившись. — Что тогда стоишь? — гаркнул он, ухмыляясь. — Тридцать кругов по тренировочной умеренным бегом, и только попробуй схалтурить! На каждую остановку штраф: ещё два круга! Амелия уставилась на него во все глаза, не понимая, серьезно он сейчас говорит или прикалывается. Увидев то, что она так и не сдвинулась с места, Грюм снова гаркнул на неё, только теперь в его предложении, состоящем из восьми слов, было лишь два, которые не являлись матерными: «побежала» и «Стэнфорд». Амелия тяжело вздохнула и начала первую тренировку под чутким руководством Аластора Грюма, который стал ее личным наставником. Она видела его в действии, когда они устраивали облавы на Пожирателей, и если она станет хоть в половину такой же быстрой, крутой и смертоносной, то все эти круги, которые ей предстояло наматывать по тренировочной, были не зря.