Непокорная

Последние дни августа пролетели очень незаметно. Амелия с остальными прибывшими преподавателями готовила Хогвартс к наплыву студентов и составляла учебный план. Всё ее составление ограничилось лишь тем, что она грамотно перекатала себе записи предыдущих преподавателей Защиты от Темных Искусств, но остальным об этом не обязательно было знать. Большинство свободного времени она проводила в своих покоях, чтобы случайно не наткнуться в коридорах на Снейпа, или же около озера, наслаждаясь последними тёплыми деньками. Из преподавателей Амелия общалась только с Макгонагалл, потому что остальные приняли ее в коллектив не особо дружелюбно, но саму девушку это не беспокоило. Она понимала их позицию, ведь сложно было воспринимать всерьёз того, кто был замешан во многих школьных смутах и беспорядках. К тому же, еще несколько месяцев назад, она была всего лишь студенткой. Куда ей до опытных и серьёзных профессоров, которые преподавали в Хогвартсе не один десяток лет? Впрочем, мнение многих изменилось в лучшую сторону, когда в замке появились Алекто и Амикус Кэрроу. Несмотря на угрозы Амелии, он все же рискнул заявиться в Хогвартс, чтобы преподавать факультативный кружок под названием «Основы Темных Искусств», на котором настоял Темный Лорд. Девушка хмуро наблюдала за братом и сестричкой, мысленно составляя план того, что можно было с ними сделать. Лицо Амикуса, кстати, до сих пор было покрыто множеством рубцов после встречи в «Дырявом котле», и это делало его ещё более уродливым, чем раньше. Утром первого сентября Амелия проснулась абсолютно разбитой, ведь из-за переживаний и навязчивых мыслей, ей удалось уснуть только ближе к пяти утра. За окном шёл моросящий дождь, который тонко намекал на то, что лето осталось позади. Остались позади и шансы на трусливый побег, ведь уже сегодня за праздничным ужином ее представят как нового преподавателя Защиты от Темных Искусств перед огромной толпой студентов. Словно читая ее мысли, Снейп остановил девушку на лестнице, когда она возвращалась после завтрака в свою комнату. — Амелия, ты уверена, что хочешь остаться в Хогвартсе? — осторожно спросил он, смотря на неё снизу вверх, ведь она возвышалась над ним на несколько ступеней. — Не уверена, но отступать не стану, — хмуро ответила она, скрещивая руки на груди. — И я очень надеюсь, что в этот раз ты не будешь применять Конфундус или Империус, чтобы заставить меня уйти. — Не буду, — мрачно отозвался он. — Поверь, ты мне дала очень ценный урок о том, чего мне это может стоить. — И чего же? — она невозмутимо вздёрнула бровь, пытаясь удержать на лице маску равнодушия, когда внутри все сгорало огнём от того, что он просто говорит с ней. — Всего, — и хоть его ответ был тихим, Амелия почувствовала, как его низкий голос эхом отозвался в каждой клеточке ее тела. Под кожу словно пустили разряд электрического тока, заставляя чувствовать каждое покалывание. Желудок свело болезненным спазмом, и девушка почувствовала, что если сейчас же не уберётся отсюда подальше, то весь ее завтрак, который она только что съела, окажется прямо у ее ног. Только вот эти самые ноги будто свинцом налились и намертво прилипли к бетонным ступеням. — Мне надо идти, — сквозь тугой ком в горле ответила она, с огромным трудом делая несколько шагов назад и возвышаясь над ним ещё на несколько ступеней. Чем дольше она находилась рядом с ним, тем нестерпимее была тупая боль внутри, разрывающая на части. — Разумеется, — с горькой усмешкой ответил Снейп и ушёл первым. Амелия ещё пару секунд смотрела ему вслед, чувствуя мелкую дрожь во всем теле. Ей не нравилось, что происходило с ее телом и разумом, когда она оказывалась рядом с Северусом. Не нравилось, что мозг предательски подкидывал картинки из прошлого, а разум нашёптывал, что этим расставанием она делает хуже не только ему, но и себе. Она мучалась, погибая в собственных мыслях и желаниях, гордо отстаивая свои непоколебимые принципы. «Мне просто нужно держаться от него подальше. Нужно помнить о том, что он сделал, и по какой причине я вообще здесь оказалась!» — твердила Амелия сама себе, возвращаясь в свою гостиную на пятом этаже. Раньше она не думала, что ей будет так тяжело находиться вблизи Северуса. Не думала, что все те причины, по которым она бросила его, станут меркнуть перед простой человеческой тоской. С этими мыслями она пролежала в своей кровати почти до самого праздничного пира, пялясь в потолок невидящим взглядом. Девушка даже пропустила обед, чтобы лишний раз не пересекаться со Снейпом и мимолетным взглядом, которого обычно хватало для того, чтобы по коже побежали мурашки, а сердце совершило кульбит. Ей даже не всегда надо было на него смотреть, чтобы почувствовать волнующий трепет от того, что его темный образ мелькнул где-то на периферии. Она настолько хорошо его знала, что ей не надо было оборачиваться для того, убедиться, что это был именно он. Амелия бы заприметила его даже в многолюдной толпе, опираясь лишь на свою интуицию. Давно ли она стала так хорошо его чувствовать, будто между ними тянулась незримая нить, связывающая между собой две израненные души? — Дьявол! — Амелия бросила случайный взгляд на часы и тут же подскочила на кровати, чувствуя, как ее сердце от волнения заколотилось в два раза чаще. Она на ходу стала стягивать с себя удобную домашнюю одежду, чтобы как можно быстрее переодеться в заранее приготовленный брючный костюм темно-зеленого цвета. Ещё не хватало опоздать к началу пира и пропустить то, как Снейп перед всеми студентами будет объявлять о заменах в преподавательском составе. Амелия ещё никому не говорила об этой новости, поэтому ей не терпелось увидеть перекошенные от удивления лица ее знакомых. Стук ее каблуков эхом отражался от каменных стен замка, когда она спускалась в Большой Зал. С каждой пройденной ступенькой, ее волнение усиливалось в геометрической прогрессии, и чтобы хоть как-то привести себя в нормальное состояние, Амелия нервно заламывала пальцы за своей спиной. Чем ближе она подходила к Большому Залу, тем отчетливее слышался гомон студентов, поэтому девушка решила сделать небольшой крюк и зайти с другого входа, который находился аккурат около преподавательского стола, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. «Смотрите-ка! Опомнилась!» — едко подметило подсознание, пока Амелия шла к нужному месту. «Если бы ты не хотела привлекать к себе внимание, то оделась бы поскромнее! Даже мантию не накинула сверху, лишь бы покрасоваться перед всеми новым костюмом из последней коллекции мадам Стоун!» «Он обошёлся мне в целое состояние, было бы несправедливо прятать его под бесформенной мантией!» — тут же парировала она, чувствуя себя идиоткой из-за того, что, пусть и мысленно, но все же разговаривала сама с собой. Когда Амелия вошла в Большой Зал, за столами уже сидело множество студентов, пусть и не так много, как обычно, а церемония распределения была в самом разгаре. Бросив взгляд на стол преподавателей, Амелия едва не простонала от отчаяния, ведь свободно было лишь одно место: между Снейпом и Макгонагалл. Скрепя сердце, она подошла к столу и села на стул, чувствуя привычную скованность из-за того, что рядом с ней сидел тот-о-ком-нельзя-даже-думать. — Ты опоздала, — сквозь зубы прошипела Макгонагалл, чтобы не привлекать к себе внимание, пока распределяющая шляпа отправляла очередного одиннадцатилетку в Слизерин. — Я без вас знаю, — тем же тоном ответила Амелия, чувствуя накатывающее раздражение. — Я что-то пропустила? — Ещё нет. Церемония распределения началась пять минут назад, и Снейп ещё не успел произнести вступительную речь, — Макгонагалл недовольно поджала губы и бросила на Северуса красноречивый взгляд, будто тот опоздал на Трансфигурацию. Амелия не стала отвечать ей, решив немного успокоить нервы за просмотром церемонии распределения. В этом году первокурсников сопровождал профессор Флитвик, и его скрипящий голос звонко разносился по всему Большому Залу, заглушая немногочисленные разговоры студентов со старших курсов. Стоило заметить, что в этом году обстановка среди учеников была более мрачная, чем в том году, и тут даже не надо было думать, с чем связана такая перемена. Амелия видела, что многие просто не приехали в Хогвартс, ведь свободные места за столами ощущались гораздо острее, чем занятые. Все боялись того, что этот год станет для них роковым, и Амелия не могла упрекнуть хоть кого-либо в желании держаться подальше от школы, во главе которой стоял Пожиратель Смерти. Тех же первогодок было намного меньше, чем в прошлом году, и под конец церемонии распределения, Амелия смогла сосчитать их, с удивлением отмечая, что таковых набралось всего девятнадцать человек на весь первый курс. Пятеро гриффиндорцев, трое пуффендуйцев, четверо когтевранцев и семеро слизеринцев. Она тут же подумала о том, что в этом году все первокурсники будут учиться вместе, не делясь на две половины, как это обычно было. Пока Амелия рассуждала о том, как будут проходить уроки первогодок, Снейп начал толкать приветственную речь. В отличии от Дамблдора, он говорил сухо и по делу, не отвлекаясь на мелочи и красивые словечки. Он уже представил обоих Кэрроу, сообщив, что Основы Темных Искусств (сокращённо ОТИ) будут доступны лишь студентам с пятого по седьмой курс включительно. Такой расклад Амелии пришёлся по душе, ведь ещё не хватало того, чтобы этот непроходимый тупица Амикус Кэрроу учил первогодок триаде непростительных. — Также в этом году Защиту от Темных Искусств будет преподавать мисс Амелия Стэнфорд, — сказал Снейп, привлекая внимание девушки. Она не стала вставать, когда из его уст прозвучало ее имя, ограничившись лишь лёгким кивком и нервной полуулыбкой. Ей было неуютно находиться здесь под прицелом множества любопытных взглядов, чувствуя себя мелкой букашкой, которую разглядывают под увеличительной линзой. По Большому Залу прошёлся ожидаемый шёпот удивлённых студентов, и Амелия едва не прыснула от того, каким перекошенным в этот момент было лицо Малфоя. Она задорно подмигнула ему, а тот в ответ растянул губы в наглой усмешке. Летом они практически не общались, обмениваясь лишь редкими письмами, и девушка могла с уверенностью сказать, что соскучилась за два месяца по своей хогвартской шайке. Амелия решила не сидеть до конца ужина, поэтому мотнула головой в сторону выхода, показывая Драко, чтобы тот следовал за ней. Она встала из-за стола, чувствуя, как взгляды многих невольно переместились на неё, и прошла между слизеринским и гриффиндорским столами к дубовым дверям Большого Зала. Она старалась идти непринужденно, хотя все внутри сжималось от мысли, что все ей смотрят вслед. Смотрели оба Кэрроу, смотрел весь основной состав преподавателей, смотрели студенты и, конечно, смотрел Снейп. Его взгляд чувствовался с особым зудением, и ей это приносило мрачное удовлетворение. Амелия со странным мазохизмом понимала, что ей нравилось его внимание, нравились его долгие взгляды. От них разрывало сердце на части, но в то же время это тешило ее самолюбие. — Если ты не будешь ставить мне «Превосходно», то я всем скажу, что ты меня домогаешься, — усмехнулся Малфой, догоняя ее в пустом коридоре. Амелия с ухмылкой обернулась к нему лицом и запрыгнула на подоконник. — Если ты сможешь продержаться со мной на дуэли хотя бы пять минут, то я поставлю тебе ее авансом за этот год, — она откинулась на прохладное стекло, прижимаясь к нему виском, и натянула на лицо хитрую улыбку. — Проще простого! — Драко подошёл к ней и тоже запрыгнул на подоконник, отряхивая брюки. — Классный прикид, кстати. Эрин Стоун? — Я знала, что ты оценишь, — она расслабленно прикрыла глаза, чувствуя себя немного лучше от того, что находилась рядом с другом. В последние дни ей было слишком одиноко здесь, и Амелия была рада пообщаться с Драко. Словно они по-привычке проводили вместе вечера, после ужина, обсуждая нудные уроки и последние сплетни. — А если серьёзно, Амелия, — он бросил на неё задумчивый взгляд серых глаз, которые в темном освещении безлюдного коридора были насыщенно-графитового цвета. — Что ты делаешь в Хогвартсе? Снейп побоялся оставлять тебя без присмотра в Лондоне? Амелия почувствовала, как полуулыбка на ее губах начала медленно угасать, а та непринужденность, которая была ещё минуту назад, таяла на глазах. Было ожидаемо, что Драко задаст ей этот вопрос и упомянет Снейпа, но от этого не было легче. Словно камень, который лежал на ее груди, стал на несколько фунтов тяжелее. — Мы расстались, Драко, — она грустно усмехнулась и прикусила нижнюю губу, чувствуя, как зубы до крови впиваются в неё. Она словно пыталась этой маленькой болью облегчить ту душевную боль, от которой перехватывало дыхание. — И я не хочу от этом говорить. Я в Хогвартсе не из-за Снейпа, это все, что тебе нужно знать. Как бы Малфой не старался ее разговорить, по девушке было заметно, что она потеряла всякий интерес к нему. Амелия чувствовала себя так, будто шла по болоту, которое с каждым шагом все больше затягивало ее в свои глубины. Она вся увязла в мыслях о Снейпе, даже не замечая того, как Драко рассказывал ей о том, что происходило летом в поместье Малфоев. В итоге Амелия сослалась на головную боль и ушла в свою комнату, чувствуя непомерную усталость от всего, что лежало на ее плечах. Если бы она знала, что ей придётся так тяжело играть роль бесчувственной и неприступной девы, которая оставила все в прошлом, то ни за что бы не озвучила тогда на собрании свою мысль о преподавании в Хогвартсе. А ведь это только начало. Учебный год официально стартует с завтрашнего дня, и Амелия должна будет держать себя в ежовых рукавицах до самого июня. А все почему? Потому что она чертова гордячка, которая не может уступить своим принципам. Ей было до сих пор обидно и больно из-за того, как поступил Снейп, и лишь это ноющее чувство останавливало ее от того, чтобы не приползти к нему на коленях прямо сейчас. Это на время отрезвляло, напоминая о том, что из-за поступка Снейпа погиб Грюм. Напоминая о том, что Снейп сделал из неё марионетку, управляя ее действиями с января по июль. И тогда, на место безграничной тоски приходила злость. Злость на него. Злость на себя. Злость на Волдеморта, который одним своим существованием портил ей жизнь. Злость придавала ей сил, заставляя и дальше вариться в чертовом аду, в который она сама старательно себя загнала. Но в конечном итоге все снова сводилось к тоске. Это было чертовым порочным кругом, который без конца вращал ее, словно на магловском аттракционе. От этого кружилась голова и тянуло блевать, но девушка продолжала стойко сидеть, думая о том, что лучше умрет от переизбытка эмоций, чем слезет с этой карусели. А карусель кружит без остановки. Она делает мертвую петлю, от которой замирает сердце, чтобы потом бешеным галопом помчаться вперёд и обрушиться на девушку свистящим в ушах порывом ледяного ветра. Раз за разом. Неугомонные мысли метались в ее голове всю ночь, и Амелия смогла уснуть лишь под утро, когда за окном начало светлеть. Беспросветно-серые тучи затянули все небо, не оставив ни единого шанса для того, чтобы на территорию Хогвартса упал хоть один солнечный луч. Это ещё больше вгоняло ее в меланхолию, и девушка с обречённой усталостью думала о том, что совсем скоро сойдёт с ума от неумолимой тоски и обжигающей злости. Два противоречивых чувства с трудом уживались в ней, путая мысли, и Амелия была очень близка к нервному истощению. Первый урок в этом учебном году ей предстояло провести для семикурсников, которых в этом году оказалось не так много, поэтому все четыре факультета объединили в одну группу. Амелия быстрым шагом шла к кабинету, который в прошлом году принадлежал Снейпу, и старалась настроиться на учебный лад. Ей предстояло провести первый в ее жизни урок, и это заставляло девушку понервничать. Ранее у неё не было преподавательского опыта, и Амелия надеялась лишь на природную болтливость и умение выкручиваться из любой ситуации. После звона колокола, Амелия открыла дверь в кабинет, пропуская взбудораженных семикурсников, которые предвкушали весёлый урок с Амелией Стэнфорд. Однако ее угрюмый вид, который лишь усугублялся тугим пучком на голове в духе Макгонагалл, не предвещал ничего хорошего. Дождавшись, когда все займут свои места, Амелия обвела кабинет напряженным взглядом, замечая то, как многие зашелестели учебниками. Пора начинать! — Можете убрать эту макулатуру обратно в свои сумки, — ее решительный голос разрезал звенящую тишину, и Амелия двинулась вперед меж двух рядов студентов, — потому что вам не понадобится учебник для того, чему я вас собираюсь учить. Все, что вам потребуется на моих уроках — ваши палочки и возможность пользоваться мозгом немного эффективнее, чем горный тролль. — Но как мы будем сдавать экзамены? — возмутилась Лаванда Браун, жеманно поджав губы. — Экзамены, Браун? — Амелия мрачно усмехнулась и приблизилась к девушке вплотную, чуть нагибаясь к ней корпусом, от чего Лаванда испуганно шарахнулась в противоположную сторону. — Чем тебе поможет теоретический материал из учебника, когда один из Пожирателей приставит к твоей хорошенькой голове чёртову палочку? — Ты хочешь научить нас сражаться? — подала голос Пэнси, уставившись на неё с ни чем не прикрытым интересом. — Я научу вас выживать, — поправила ее Амелия, проходясь далее меж рядов. — Я научу вас давать отпор противникам. Если кто-то хочет заниматься по бестолковой школьной программе, то можете прямо сейчас выйти из кабинета и начать заниматься самостоятельно. Я вам дам гораздо большее, чем монотонный текст из учебника. Я дам вам бесценные советы, которые спасут вам жизнь в экстренной ситуации. Амелия с грустью вспомнила своего наставника, который тренировал ее почти весь июль. За это время он дал ей целую кипу важных знаний, и девушка планировала поделиться этими секретами со всеми, лишь бы они смогли защитить себя. — Итак, разбейтесь на пары, — Амелия как раз подошла к своему рабочему столу, развернулась и бросила на семикурсников хмурый взгляд. — Начинаем прямо сейчас! И, на удивление, все начали делать то, что она сказала, внимая каждому слову. Этим утром Амелия показала себя с совершенно другой стороны, и, все кто помнил ее безбашенной девчонкой, резко изменили о ней своё мнение. Все они видели, как она изменилась с тех самых пор, как впервые переступила порог Хогвартса. Кого-то это восхищало, а кого-то даже пугало. Ведь мир явно трещал по швам, если их начала учить боевой магии неугомонная Амелия Стэнфорд.