Непокорная

Все вокруг слилось в неясную какофонию звуков и движений, но Амелия не могла даже на секунду отвлечься от того горя, что затопило ее с головой. Не могла оторвать взгляда от Пенни и Фреда, которые навсегда остались молодыми. «Пока смерть не разлучит нас», — вспомнила девушка слова Пенелопы на их свадьбе, и она с горечью поняла, что смерть их все же не разлучила. Вместо этого она забрала их обоих. — Амелия! — послышался чей-то голос, но она не узнавала его, как и несколько других голосов, которые также слышались на заднем фоне. — Пора идти, Амелия! Они мертвы, но война ещё не закончена! Не закончена! Амелия была не согласна с этим голосом, ведь лично для неё все закончилось в тот миг, когда она увидела безжизненный взгляд сестры. Ей было все равно, если бы кто-то сейчас убил ее прямо на этом месте. Этот человек даже сделал бы ей этим одолжение, ведь вместе со смертью приходит и покой. Мертвые не чувствуют боли и угрызений совести. Они ничего не чувствуют. — Стэнфорд, — прозвучал совсем рядом другой голос, а чьи-то руки потащили ее назад, из-за чего девушка начала брыкаться. — Амелия, пора идти! Подумай о тех, кого ещё можно спасти! Думай о победе! Победа. Какое горькое слово! За каждой победой стоят потери и поражения, и иногда всеобщее благо не стоит этих жертв. Не стоит ни гроша, когда из твоей жизни исчезает все то, за что стоило бороться. — Что здесь...? — послышался третий голос, от которого перехватило дыхание, но Амелия была слишком погружена в свою скорбь, чтобы задумываться над тем, кому он принадлежал. — Дьявол! Амелия, надо уходить! Ты меня слышишь? Ее снова подхватили чьи-то руки, но в этот раз они были сильнее, и девушка не смогла вырваться из их захвата. Она повисла тряпичной куклой, позволяя этому человеку утаскивать себя все дальше от Пенни и Фреда, с которых она не сводила пустого взгляда. Она не замечала, что совсем рядом другие люди сражаются не на жизнь, а на смерть. Не замечала удивленных взглядов братьев Криви, которые только что показались в этом же коридоре и наткнулись на Снейпа, который бережно уносил девушку подальше от погибшей сестры. Не слышала сбивчивого шепота, который обещал ей, что все обязательно будет хорошо. И это к лучшему, ведь она знала, что все это сладкая ложь. Ложь, которая не могла успокоить ее в этот момент, а вот резкая встряска, как оказалось, могла. Амелия почувствовала хлёсткий удар по щеке, от которого ее голова мотнулась в сторону, а все вокруг вновь приобрело яркие краски и ясность. Голоса приобрели громкость, и девушка могла различить каждый из них. Она поняла, что Снейп продолжал оттаскивать ее назад, а прямо перед ней стояла Грейнджер, щеки которой блестели от слез, но глаза горели волевым огнём. — Уходим, сейчас же! — воскликнула Гермиона, и Амелия нашла в себе силы, чтобы вырваться из захвата рук Снейпа. — Мы не можем их оставить, — Амелия с трудом узнавала свой голос, который, казалось, был лишён любых эмоций. — Они мертвы, — послышался рядом голос Поттера, который уводил подальше от тела Фреда такого же безвольного, как и сама Амелия, Рона. — Мертвы! А мы живы, и мы должны продолжать сражаться. Слышишь? Должны отомстить Пожирателям за то, что они сделали. Месть. Первая эмоция загорелась в ней, заполняя ее разум целиком. Она чувствовала непреодолимое желание уничтожить каждого Пожирателя, что встретится на ее пути. — Авада Кедавра! — она яростно взмахнула палочкой, устремив луч заклинания в Пожирателя, который сражался с братьями Криви. Мужчина замертво рухнул, и на неё устремилось сразу несколько поражённых взглядов, ведь она впервые использовала это заклинание при ком-то. Впервые убила человека Авадой при свидетелях, нарушая закон, но не чувствуя при этом ни капли страха и смятения. — Амелия… — послышался рядом с ней голос Северуса, и она обернулась к нему, замечая, с каким страхом он смотрит на неё. — Это война, Северус, — сказала она безжизненным голосом. — И я отомщу каждому из них за смерть Пенни и Фреда! И, не давая и доли секунды для ответа, Амелия наложила на себя дезиллюминационные чары и побежала. Побежала так быстро, что легкие загорелись огнём с непривычки, а ноги спотыкались о препятствия. На полу лежали чьи-то тела, но девушка старалась не акцентировать на них своё внимание, чтобы снова не впасть в ступор. Основное побоище шло в Большом Зале, и Амелия пошла именно туда, чтобы чувствовать движение вокруг себя, чтобы быть частью единого механизма и не дать себе и доли секунды, чтобы впасть в меланхолию. Она увидела Сириуса, что дрался плечом к плечу с Римусом, видела Макгонагалл, которая щедро угощала Пожирателей проклятиями. Недалеко от неё мелькнула рыжая копна кудрей Молли Уизли, которая, как оказалось, была хороша не только в бытовых чарах, но и в боевых. Рядом с ней сражался сразу с двумя Артур Уизли. Все они были здесь ради одной цели, и девушка собралась внести максимальный вклад, чтобы навсегда избавиться от Волдеморта и его приспешников. Чтобы отомстить за смерть Пенелопы и Фреда. Амелия сняла с себя дезиллюминационные чары и тут же вступила в схватку с неизвестным Пожирателем в маске. Она могла бы остаться невидимой и играть нечестно, но ей хотелось, чтобы противник видел, от чьей руки падет. Ей хотелось, чтобы они смотрели ей в глаза, когда она будет мучить их. Чтобы эти самые глаза стали последним, что они увидят. Девушка яростно размахивала палочкой, сокрушая одного противника за другим. Она старалась не использовать в толпе Аваду Кедавру, находя десятки других способов расправы. С некоторыми из них было легко, а с другими приходилось прикладывать все свои силы и умения, чтобы отражать проклятия и насылать на них свои. Но, при всём этом, ей не было страшно. Она видела, как зеленые лучи Непростительных пролетали в нескольких дюймах от неё, но даже это не нагоняло ужас. Страх остался в прошлом, сейчас же она не боялась смерти. Вдруг, ее взгляд наткнулся на копну смоляных кудрей Беллатрисы Лестрейндж, и Амелия двинулась в ее сторону, собираясь закончить начатое. Эта женщина не раз осложняла ее жизнь и была одной из самых преданных в рядах Тёмного Лорда. С каждой секундой Амелия приближалась к ней все ближе, наблюдая за тем, как ведьма сражается с Молли Уизли. Белла заметила ее только тогда, когда между ними осталось расстояние в жалкие два фута. Ее глаза округлились и сверкнули опасным огнём, но взгляд самой Амелии был не хуже. Она смотрела на неё с такой лютой ненавистью и решимостью, что это могло нагнать страх на любого. — Ты! — воскликнула Беллатриса, переключая все своё внимание на девушку. Молли хотела было вмешаться и пальнуть в Пожирательницу заклинанием, но ей пришлось отвлечься на другого противника, который едва не убил ее мужа. — Я, — коротко ответила Амелия, наступая первой. Их схватка была из тех, про которые можно было бы слагать легенды и рассказывать их ученикам на Защите от Темных Искусств. Они ловко отбивали проклятия друг друга, стоя прямо на столе Слизерина. Беллатриса была сильной противницей, но и Амелия набралась опыту. Отсутствие страха и мысли о мести подгоняли ее вперёд, откладывая усталость на второй план, и они продолжали кружить вокруг друг друга, пытаясь пробить защиту и нанести роковой удар проклятием. — Ты не сможешь долго сражаться со мной, — заявила Беллатриса, выстреливая очередным заклинанием. — Ты — жалкая девчонка, которой просто везло все это время! — Везло? — воскликнула Амелия, отражая очередное проклятие и насылая на неё своё. — Я много тренировалась! Ты не имеешь никакого права говорить о том, что это простое везение! Мне было всего семнадцать лет, когда я убила твоего мужа, Белла! — Что? — взревела она, замерев на миг, за который Амелия успела оглушить ведьму. — Паршивка! Амелия поняла, что зря сообщила Беллатрисе столь пикантные подробности, потому что та совершенно слетела с катушек. Она заклинанием выбила палочку из рук девушки, которая покатилась по столу, упала с него и затерялась под скамьей. — Больше не такая смелая? — прошипела Беллатриса, медленно приближаясь к девушке. Амелия споткнулась за свою же ногу, и упала спиной на стол, отползая от неё. — Прощайся с жизнью, паршивка! Она направила палочку прямо ей в лоб, и Амелия подумала, что вот он — ее конец. Всего одно заклинание, и она станет свободной от эмоций и чувств, оставит всех и станет свободной. Одна эта мысль приносила запретное удовольствие, которое омрачал лишь один факт: она сделает очень больно Снейпу. Настолько больно, что это потянет его на самое дно, заставит желать себе смерти и всюду искать ее. Нет, так нельзя. Она не могла поступить так эгоистично, чтобы почувствовать вкус свободы. Не могла позволить пройти Северусу все круги ада на Земле лишь потому, что ей в этот момент не хотелось жить. Жизнь переменчива, и она состоит из череды хороших, плохих и очень плохих дней. Сегодня был ужасный день, но это ещё не означало, что вся ее жизнь будет такой. Ей надо выжить! Ей надо бороться! Амелия повернула Стихийное кольцо в сторону и собралась выпустить поток воздуха прямо в Беллатрису, но она в этот момент упала ничком прямо перед ней. Чуть дальше на этом же столе стояла Нимфадора Тонкс, взгляд которой горел волевым огнём. — Вставай, пока эта чокнутая не очнулась, — сказала Дора, после чего подошла к ней и подала руку. — Что ты здесь делаешь? — удивилась девушка, спрыгивая со стола и выискивая взглядом свою палочку. — Разве ты не должна сидеть дома и думать о том, как бы не навредить ребёнку? — Я и сидела дома, — сказала она, попутно насылая проклятие на одного из Пожирателей, с которым сражался Артур Уизли. — Но я бы сошла с ума, поэтому решила придти и помочь. Я, в первую очередь, аврор. Амелия не стала спорить с ней, ведь, подумав о том, как бы поступила она в подобной ситуации, девушка не была уверена, что тоже осталась бы в стороне. Они были этим похожи, поэтому сложно было осуждать Дору за то, что она решила помочь в битве. Вдруг, по Большому Залу вновь разнесся голос Волдеморта, который заставил замереть всех. Амелия, которая за момент до этого сражалась с Пожирателем в маске, добила своего противника, и начала озираться по сторонам, но так и не нашла Тёмного Лорда. — Вы храбро сражались, — говорил этот голос. — Лорд Волдеморт умеет ценить мужество. Однако вы понесли тяжёлые потери. Если вы будете и дальше сопротивляться мне, вы все погибнете один за другим. Я этого не хочу. Каждая пролитая капля волшебной крови — утрата и расточительство. Лорд Волдеморт милостив. Я приказываю своим войскам немедленно отступить. Я даю вам час. Достойно проститесь с вашими мертвецами. Окажите помощь вашим раненым. Казалось, что никто не смел двигаться, пока по Залу разносился его леденящий душу голос, и Амелия чувствовала необъятное презрение к волшебнику, который стоял за всеми смертями, которые были сегодня ночью. — А теперь я обращаюсь прямо к тебе, Гарри Поттер. Ты позволил друзьям умирать за тебя, вместо того чтобы встретиться со мной лицом к лицу. Весь этот час я буду ждать тебя в Запретном лесу. Если по истечении часа ты не явишься ко мне и не отдашься в мои руки, битва начнётся снова. На этот раз я сам выйду в бой, Гарри Поттер, и отыщу тебя, и накажу всех до единого — мужчин, женщин и детей, — кто помогал тебе скрываться от меня. Итак, один час. Амелия устало села на скамью, наблюдая за тем, как Пожиратели покидают Большой Зал. Следом за собой они левитировали тела других Пожирателей: некоторые из них были мертвы, а некоторые, как Беллатриса, были в бессознательном состоянии. — Надо было убить ее! — угрюмо пробурчала девушка, чувствуя, как Тонкс садится рядом с ней. — Не-ет, — протянула она в ответ, — эта сучка должна выжить и провести остаток жизни в Азкабане! — Какие вы все правильные! — фыркнула Амелия, наблюдая за тем, как к ним подходит Сириус, на лице которого были шок и потрясение. — Дора, что ты тут делаешь? — грубо спросил он, присаживаясь рядом с ней. — Ты должна быть у Андромеды! — Я не смогла сидеть там и ждать вестей, Сириус! — воскликнула она. — Тебе опасно здесь находиться. Это… это все слишком, — он тяжело вздохнул, наблюдая за тем, как Зал заполняют старшекурсники, члены Ордена Феникса и авроры. — Римус мертв. Обе девушки подняли на него изумленные взгляды, пытаясь понять: правда это или нет. — Что? — голос Доры дрогнул, а по ее щекам потекли дорожки слез. — Что ты сказал? — Римус мертв, — повторил он, а в его глазах заблестели слезы. — Его убила Беллатриса. — Сука! — воскликнула Амелия, чувствуя, что ее вновь начинает затапливать скорбь, которую она пыталась запереть на самом крошечном участке мыслей, чтобы не поддаваться эмоциям. — Я убью ее! Я ее убью! Амелия вскочила на ноги, чувствуя необъяснимое желание двигаться. Она не могла сидеть на месте, ведь все это давило на неё настолько сильно, что ноги сами по себе начинали трястись. — Куда ты? — спросил ее Сириус, когда она развернулась в сторону выхода и собралась уйти. — Куда-нибудь. На самом деле, ей стало очень тревожно за Северуса. Она сбежала от него, и это было очень безответственно и глупо. Сейчас она понимала это, но вот в тот миг, Амелия считала это лучшим выходом. Ей нужно было выпустить пар в бою, нужно было отойти от шока, привести в порядок мысли, и она боялась, что если продолжит быть рядом с Северусом, то будет больше отвлекаться на него, нежели следить за Пожирателями. Она боялась, что позволит себе быть слабой рядом с ним и невольно сплоховать. Сейчас она даже не знала, где искать его. Амелия бесцельно блуждала по развалинам Хогвартса, спотыкаясь взглядом за раненных и мертвых, и с каждым разом ей все сложнее было оставаться хладнокровной. Внутри неё клокотал вихрь эмоций, и она боялась, что в одном из мертвых лиц увидит родные черты лица. Амелия знала, что это стало бы последней каплей ее терпения. Последней оборванной ниточкой, державшей ее до этого. Это изменило бы все. Но Амелия так и не нашла его среди тех, кто пал в стенах Хогвартса. Она с тяжелым сердцем смотрела на безжизненные лица тех ребят, кто состоял в ОД. Коллин Криви, который стал ей дорог за последние месяцы, Лаванда Браун, которая хоть и была глуповатой, но очень доброй и отважной девочкой. Все это оставляло раны на душе, которая и так была разодрана в клочья. Все это тянуло вниз, заставляя поддаться отчаянию, но на плаву ее держала мысль о том, что где-то ее ждёт Северус. Амелия нашла его на смотровой площадке Астрономической Башни. Живого, здорового, но морально подавленного. — Я знал, что ты сама найдёшь меня, когда выпустишь пар, — сказал он, даже не поворачиваясь лицом. Будто он наизусть выучил звук ее шагов. — Ты меня очень хорошо знаешь, — тихо ответила она, подходя к нему, и встала рядом. Вдали виднелись полыхающие огнём трибуны квиддичного поля, которые освещали своим заревом всю ближайшую территорию. — Знаю, — согласился он. — Но иногда ты умеешь удивлять. Я боялся, что ты не сможешь так быстро взять себя в руки после смерти сестры. — Я… — она проглотила тяжёлый ком в горле, чувствуя, как снова подступают слезы. — Я не хотела жить, Северус. Я убежала в Большой Зал, где очень сильно рисковала и лезла на рожон. А потом, когда Белла меня чуть не убила, я поняла, что хочу жить. Хочу пережить все это, хочу жить с тобой. Он с удивлением во взгляде покосился на неё, будто представляя, что было бы, если она исполнила желаемое. Он стоял здесь до ее прихода почти двадцать минут, и все это время в его голове крутилась мысль о том, что Амелия может не придти. Он боялся, что кто-то сможет убить ее, боялся, что навсегда останется без неё. Снейп знал, что она очень сильна в бою, но он страшился того, что может с ней произойти в подавленном состоянии. — Ты очень сильная, Амелия, — сказал он после небольшой паузы, понимая, что девушка ждёт хоть какого-нибудь ответа от него. — И я никогда не перестану восхищаться этим. Мы обязательно переживем эту войну, вот увидишь! — А что Темный Лорд? — спросила она то, что не раз за эту ночь всплывало в ее мыслях. — Он знает, что ты не предан ему? — Думаю, знает. Этой ночью я помогал Хогвартсу, а не Пожирателям, и кто-нибудь уже передал это ему. — Тебе не страшно? — спросила она, затаив дыхание. — Нет. Его ответ был тверд как никогда раньше, и это не могло не радовать. — Как думаешь, Поттер явится к нему в лес? — Амелия решила перевести тему в другое русло, а заодно выяснить, как прошёл разговор в кабинете директора. — Да, — он нахмурился, видимо вспоминая разговор, который состоялся перед битвой. — Мне пришлось показать ему свои воспоминания, чтобы он поверил мне. А ещё… ещё он узнал, что является последним Крестражем Тёмного Лорда. — Что? — ахнула Амелия, развернувшись к нему всем корпусом. — Но ведь это значит… — Да, Амелия, — перебил он её. — Это значит, что Поттер должен умереть. И убить его должен именно Темный Лорд. — Это безумие! — она истерично фыркнула, чувствуя, как вновь начинает злиться на несправедливость этого мира. Ей было очень жаль Гарри Поттера, которого она хоть и знала не так долго, но все же успела проникнуться к нему симпатией и уважением. К тому же, он был крестником Сириуса, которого удар хватит, если тот погибнет. Они вместе вернулись в Большой Зал, наплевав на все взгляды окружающих. Ей было необходимо держать его за руку и чувствовать поддержку, как и ему самому. Сейчас ей было наплевать на удивленные и неодобрительные взгляды их союзников, ведь были вещи гораздо важнее. Как оказалось, жертв битвы было намного больше, чем она себе представляла. Их тела были выложены в несколько рядов около стены, и почти у каждого погибшего находился хоть один плачущий человек. Все Уизли столпились около Фреда с Пенни, и Амелия, поборов страх, двинулась в ту сторону. Она почувствовала, как рука Северуса сильнее сжала ее ладонь, незримо поддерживая ее. — Ох, дорогая! — к ней бросилась Молли Уизли, на щеках которой блестели слезы. Она крепко сжала ее в своих объятиях, а Амелия на автомате положила одну руку на ее спину, так и не выпустив ладонь Северуса из другой руки. Девушка уперлась подбородком в плечо женщины, и едва не задохнулась от открывшейся картины. Прямо над телом Фреда горько плакал Джордж. Амелия почувствовала, как ее сердце сжимается от сочувствия и сострадания, ведь она как никто другой разделяла его чувства. На глаза вновь навернулись слезы, которые она поспешила сморгнуть. — Мне очень жаль, что так вышло, — продолжила Молли, после чего Амелия отстранилась и бросила затравленный взгляд на Пенелопу и Фреда. — Да, мне тоже, — отстранённо сказала она, выискивая взглядом Дору и Сириуса. Она тяжело вздохнула и пошла в их сторону, чувствуя, как сердце вновь совершает кульбит и на миг замирает, когда ее взгляд наткнулся на безжизненное лицо Римуса Люпина. Дора и Сириус сидели по обе стороны от него, а на их лицах была вселенская грусть. — …мы поговорили с ним перед битвой, — донеся до неё приглушённый голос Сириуса, когда она подошла ближе к ним. — И мы помирились. Обсудили все. Он сказал, что не злится на нас, что он рад, что мы счастливы. — Ох, Римус… — всхлипнула Дора, проведя кончиками пальцев по его голове, словно убаюкивая его. — И не смотря на все эти военные события, я был так счастлив в тот миг, — продолжил Сириус, не сводя с Римуса печального взгляда. — Я живу с любимой женщиной, с которой у нас скоро появится ребёнок, Гарри жив и здоров, мой лучший друг сказал, что не сердится на меня. Тогда мне казалось, что вместе мы переживём все это, но… Амелия вновь сморгнула слезы, развернулась и пошла на выход из Большого Зала, чувствуя, что не вынесет и минуты нахождения здесь, ведь это помещение было насквозь пропитано скорбью. Она чувствовала, как Северус молча идёт следом за ней, а его тёплая ладонь в ее руке было единственным, что удерживало ее от нервного срыва. Они вышли на улицу, где начинал сереть рассвет. Вдали догорали трибуны квиддичного поля, окутывая окрестности Хогвартса едким дымом, а под ногами хрустел иней. Совсем скоро территория замка покроется пушистым белым снегом, плотно накрывая своими шапками прозябшую землю. Но все это казалось таким далеким, словно грядущая зима никогда не наступит. Будто сегодня был последний день их жизни, а дальше… Дальше темнела неизвестность. Вдруг, из Запретного Леса показались маленькие фигуры в чёрном, которые отличались от темных стволов деревьев лишь движением, и Амелия насторожилась. — Гарри Поттер мёртв! — раздался усиленый магией голос Волдеморта. — Он был убит при попытке к бегству. Он пытался спасти свою жизнь, пока вы тут погибали за него. Мы принесли вам его тело, чтобы вы убедились, что ваш герой мёртв. Битва выиграна. Вы потеряли половину бойцов. Мои Пожиратели Смерти превосходят вас числом, а Мальчика, Который Выжил больше нет. Воевать дальше не имеет смысла. Всякий, кто продолжит сопротивление, будь то мужчина, женщина или ребёнок, будет убит, и то же случится с членами его семьи. Выходите из замка, преклоните предо мной колени, и я пощажу вас. Ваши родители и дети, ваши братья и сёстры будут жить, всё будет прощено, и вместе мы приступим к строительству нового мира. Амелия почувствовала, как сердце ухнуло вниз, а по венам побежал холодок. Мертв. Гарри Поттер, надежда Магического сообщества, символ грядущей победы и просто славный парень. Мертв. Словно в доказательство этого, вдали появился осунувшийся Хагрид, который бережно нёс в руках его обмякшее тело. — НЕТ! — Амелия вздохнула, ведь она ни разу не слышала такого отчаянного крика от Минервы Макгонагалл. Следом за ней высыпали во двор и другие преподаватели, студенты, орденцы. Их крики сплетались в какофонию звуков, пропитанную скорбью, отрицанием и отчаянием. Завязалась новая битва, только в этот раз Волдеморт участвовал в ней лично. Поток людей разделил ее и Северуса, и Амелия начала отчаянно выискивать его лицо в толпе, отбиваясь при этом от вспышек заклинаний. Она видела, как Невилл рассек мечом Гриффиндора воздух и разрубил змею на две части. Видела, как Рон и Гермиона сражались сразу с пятью Пожирателями, а недалёко от них стоял Малфой, который незаметно помогал им. Помогал Гермионе. Вдали мелькнули розовые волосы Тонкс, которая сражалась с Беллатрисой, и Амелия поспешила к ней на подмогу. Когда до них оставалось всего несколько футов, а ее палочка была направлена прямо в профиль Беллатрисы Лестрейндж, случилось непоправимое. Словно в замедленной съемке, Амелия наблюдала за тем, как Тонкс спотыкается за камень на земле и падает на землю. Беллатриса, поймав нужный момент, когда Дора была уязвима, выстрелила в неё зелёным лучом Авады, попадая точно в цель. За миг до этого в глазах Нимфадоры зажегся необъятный страх и отчаяние, ведь она понимала, что будет в следующий момент. Ее тело коснулось земли ровно в тот момент, когда из взгляда пропали все эмоции, делая их такими же пустыми, как у Пенни с Фредом. Раздался ликующий смех Беллатрисы, который вывел девушку из ступора, и она побежала вперёд, на ходу выкрикивая убивающее проклятие. Беллатриса только успела повернуть голову в ее сторону и заметить надвигающуюся угрозу, но было слишком поздно, ведь в тот же миг, заклинание угодило прямо ей в плечо. Она упала замертво всего в двух футах от тела Доры. Амелия уперлась отчаянным взглядом в Сириуса, который с ужасом смотрел за всем этим. Его ноги подогнулись и он рухнул на землю, не замечая даже бойни, которая была вокруг него. Он смотрел только на Дору, безжизненное лицо которой было повернуто в его сторону. Амелия едва не взвыла от того отчаяния, что плескалось сейчас в ней, заполняя до краев. Дора. Ее веселая, шебутная, боевая подруга. Самая лучшая подруга, что была в ее жизни. Мертва. Одна эта мысль отравляла ядом ее душу, и больше всего на свете ей хотелось упасть рядом с ней и молить о прощении за то, что она не успела ее спасти, как это сделала сегодня Дора в Большом Зале. Просить прощения за то, что Тонкс так и не стала матерью, за то, что не прожила с Сириусом их «долго и счастливо». Эта утрата была ничем не меньше, чем смерть Пенни, ведь Дора стала для неё самой близкой подругой за прошедший год. С того самого момента, как принесла ее бессознательное тело из Министерства в гостиную Снейпа. С того момента, как стала ходить с ней на рейды и подшучивать над ее зарождающимися чувствами к Снейпу. Она стала лучшей, и Амелия знала, что без сомнений бы отдала за неё свою жизнь, но… Но уже было поздно. Вдруг раздался свирепый крик Волдеморта, и Амелия отвлеклась от собственных переживаний, чтобы посмотреть в его сторону. Он с ненавистью прожигал ее взглядом, и Амелия поняла, в чем было дело. Ярость Волдеморта при виде гибели последней, лучшей его сторонницы взорвалась с силой многотонной бомбы. Он поднял палочку и направил её на Амелию. Девушка поняла, что теперь то ей точно конец, ведь она даже пискнуть не успеет, как окажется мертвой. Где-то вдали, среди поражённой толпы, раздался громкий крик Северуса, и его голос был наполнен бескрайним отчаянием. Он знал, что не успеет даже подбежать к ней, чтобы выставить щит, потому что находился слишком далеко от нее. Но тем не менее он побежал ровно в тот момент, когда из палочки Волдеморта вырвался зелёный луч. Он чувствовал, как все его тело цепенеет от ужаса, а ноги наливаются свинцом, заставляя замереть на месте. Словно в замедленной съёмке, он видел смирение в глазах Амелии, которая стойко встречала свою смерть. Без тени страха и сомнений, словно она ожидала подобное и была готова. Но, вдруг, зелёный луч разбился о невидимую стену щита, и зелёная дымка едва коснулась девушки, тут же растаяв. Амелия в неверии хлопнула ресницами, не понимая, что произошло, а в следующий миг из-под мантии невидимости показался Гарри Поттер. На миг, ее оглушила вспышка голосов, которые приветствовали своего героя. Но вопли «Гарри!» и «ОН ЖИВ!» — стихли почти мгновенно. Толпа испугалась. Внезапно наступила полная тишина. Волдеморт и Гарри, встретившись взглядом, одновременно начали двигаться по кругу. А Снейп, тем временем, подбежал к Амелии, и сжал ее так крепко в своих объятиях, что она аж закашлялась от нехватки воздуха. — Прости, прости, — говорил он, оставляя на ее лице легкие хаотичные поцелуи. — Прости. Я бы не успел… Я не мог бы тебя защитить… Поттер… — Поттер спас меня, — с лёгкой улыбкой ответила. — И ты поблагодаришь его потом за это. Сейчас Северус был согласен на все, даже если бы она сказала, что отныне Поттер будет жить с ними. Он был настолько счастлив, что Амелия осталась жива, что согласился бы отдаться на пожизненное рабство Гарри Поттеру лишь за то, что его невеста сейчас стояла рядом с ним и дышала тем же воздухом что и он. Ее сердце билось, и одна мысль об этом окрыляла его. Она жива. А потом все завертелось так быстро, что они даже не успевали следить за ходом событий. В то время, когда Снейп благодарил вселенную за то, что она подарила им второй шанс, Гарри Поттер вёл диалог с Волдемортом, за которыми наблюдали все, кроме них самих. Они лишь успели заметить, как лучи их заклинаний встретились на середине, освещая все вокруг магической вспышкой света, а в следующий миг Темный Лорд пал замертво. Осознав ситуацию, Пожиратели Смерти начали убегать в лес, ведь все понимали, что им больше не за что бороться. Их война проиграна. Гарри Поттер победил. Победа. Такое горькое слово, сотканное из множества жертв и страданий. Она была подобна ложке мёда в бочке с дёгтем. Сладкая, но в то же время до отчаяния горькая. Радость покрывала тонкой коркой льда целый океан из горечи и поражений. Каждый из присутствующих так или иначе был сломлен. Каждый потерял что-то дорогое в этой войне. Но все они знали, что с этого момента над их головами будет лишь мирное небо. И это дарило надежду, обещая, что все будет хорошо.