Жизнь до ада

С момента гибели мисс Девин прошло пять дней. Преступники давно получили свою награду, правда только на половину, но это было справедливо, учитывая, что они проделали лишь пол работы. Новых заказов и поручений от госпожи не было, так что им ничего не оставалось, как сидеть в затишье и потихоньку пропивать гонорар. В принципе, чем Брайтон и Джон, именно так их звали, и занималась в кабаке на краю города. Вечерело. В меру пьяные друзья-напарники решили развлечься в новом борделе, славившимися хорошими услугами. Сократив путь через грязный переулок, они плелись на встречу любовным утехам, громко напевая старые военные песни. Слишком веселое расположение духа и «залитые» глаза помешали им вовремя заметить приближающуюся опасность. Стены домов как будто начали сдвигаться, оставляя чересчур узкий проход. Над головами сгущалась тьма. И только, спустя несколько минут, пришло осознание жуткости происходящего, а когда из пустоты послышался истерический смех и у окруживших теней появились кривые улыбки, мужчины бросились наутек. Хмель как рукой сняло. Они бежали так быстро, как только могли, бежали не оглядываясь, но всё оказалось бесполезным. Их приговор уже давно подписан. Сырое подвальное помещение. Брайтон и Джон очнулись одновременно, и обнаружили себя прикованными по рукам и ногам к каменной стене. Попытки освободиться были тщетны. Слишком крепко были прикручены цепи. Стало не на шутку страшно, но больший страх вызывал стол, стоящий прямо перед ними. Разделочные ножи всех видов, ножовка, топор, иглы — и это лишь малая часть всех лежавших там атрибутов. Только радиоустановка не вписывалась в картину, состоящая из микрофона и записывающего устройства, но им было не до рассуждений. Волей не волей, вырвался крик. — Эй! Кто-нибудь… помогите, вытащите нас! — завопили они в один голос. Удар входной двери. Скрип деревянных ступенек. Из темноты показалась высокая фигура. Мужчина с расправленными плечами и заложенными руками за спину, медленно и грациозно приближался к жертвам. На лице красовалась неестественно широкий оскал. Глаза были небрежно прикрыты. — Простите, что заставил вас ждать, господа! — раздался весёлый голос, — Пришлось тщательно подготовиться, прежде чем начать наше интервью. — он засучил рукава своей белой рубашки и поправил красную бабочку на шее. Джон с ужасом узнал в нём Алекса Химта.Любимца хозяйки и жениха, убитой недавно девушки. В голове всё прояснилось. Холод сковал тело, а зубы отбивали ритм получше любого барабана. Тоже самое можно сказать и про Брайтона, который то с трусостью наблюдал за каждым движение брюнета, который в это время проверял лезвие топора, то косился на товарища, надеясь, что тот придумает план спасения. — Помогите! — не выдержал Брайтон и заметался в разные стороны, пытаясь вырваться. — Помогите! — закричал второй. Алекс усмехнулся. Наблюдать за пустым рвением освободиться было весьма забавно. Он включил аппаратуру, поближе установил микрофон и взял в руки нож. — Итак, начнем наше интервью, — улыбающийся ведущий приблизился к ним, — Главный вопрос, который интересует меня и наших дорогих слушателей «Что чувствует убийца, глядя в глаза своей жертве», какие эмоции вы испытываете? — Прошу, отпусти! — взмолился Джон. — Ха! — Ал провёл указательным пальцем по лезвию, — Нет, нет и нет! Так не пойдет. Наша передача нацелена на подробное описание сей истории, иначе все просто разочаруются. Давайте спросим у вашего компаньона, может быть он окажется разговорчивее вас. Брюнет повернулся корпусом ко второму мужчине и вопросительно взглянул на него. На лице Брайтона читался панический страх и жалость к самому себе. Побелевшие губы задрожали. — П…Помилуйте. — робко опустил он голову. Тут же в его ногу был воткнут нож по самую рукоять. Мужчина закричал и забился, как маленький зверек. — Помиловать? — переспросил взбесившийся Алекс, проворачивая орудие по часовой стрелке, — А вы много помиловали? — глаза наполнилась безумием и наливались кровью, — Она ведь тоже просила, кричала, умоляла, а вы послушали?! — он резко вырвал клок мышцы и полоснул уже другую ногу. Кровь брызнула фонтаном. Преступник завопил от нестерпимой боли. — Простите! Я сожалею! Я сделаю всё, как вы скажите, только отпустите! — выдавливал он со слезами. — Ох, ну не стоит так опускаться, — Алекс приподнял его за подбородок, — Мы ведь только начали! — Химт сменил инструмент. Выбор пал на охотничий кинжал. Одним точным движение был вскрыт живот, из которого тут же выпала красно-бурая субстанция. Глаза жертвы выпучились от болевого шока, из рта лилась тягучая жизненно важная жидкость, он был ещё жив, но перестал издавать какие-либо звуки. Единственное, что желал человек, это отдаться в руки смерти и чем скорее, тем лучше, только бы не мучиться, не слышать и не видеть всего происходящего. — Поделитесь своими новыми ощущениями, люди должны знать подробности, — говорил совсем съехавший Ал, нанося новый удар за ударом по грудной клетке, до тех пор, пока туловище не стало походить на фарш. Можно было бы закончить всё одним махом, но какое же тогда в этом веселье? Алекс остановился.«Уход из этого мира, наполненный адскими страданиями — идеальная участь для таких подонков!» — Извините, я оставил без внимания вашего друга, так не годится! Вы же вместе наведались ко мне, — он услышал истерические вопли второго мужчины, и обратился к нему, — А что касается вас, как вы прокомментируете это? Джон ничего не отвечал. Он взывал о помощи, рыдал, как и бился спиной о стену. Это без сомнений доставляло Химту невообразимое удовольствие. Рассудок был полностью отключен. Героем двигало кровожадное желание уничтожать, свойственное самым жестоким убийцам. Его не сколько не волновало, что помимо пола, на котором сформировалась огромная и багровая лужа, он сам был полностью перепачкан кровью: одежда, руки, ноги и даже лицо. — Хочешь, чтобы я тебя отпустил? — спросил он уже более спокойным голосом. Похититель замолк, затем осмелился приподнять свой лик, но сделал он это напрасно. Тут же последовал глухой удар топора. Верхняя конечность вместе с цепью отлетела в сторону. Душераздирающий крик наполнил подвал и откликнулся эхом на первом этаже дома, но никто его не услышит и не придет на выручку. Хруст костей. На сей раз отрубили ногу до колена, затем вторую, а заключительной точкой для удара стало солнечное сплетение. Всё смолкло, слышались только звуки капающей крови. Противный запах железа заменил кислород. Изуродованные тела весели на стенах. Алекс стоял напротив них, держа нитки с иголкой. За всё время улыбка ни разу не сошла с его лица, она уже приелась и казалась совершенно естественной. — Нужно всегда улыбаться! — наклонил он голову набок, немного кивая ей при каждом новом предложении, — Так говорила мама, так говорила Милен, а отчего же вы не улыбаетесь, дорогие гости? Ловкими движениями мужчина растягивает уголки губ побелевших трупов и, с помощью ниток, пришивает их у самых ушей. Работа выполнена. Потирая запястья, Ал направляется к выходу. --Наше интервью подошло к концу! — он оглянулся на своих тёмных слуг, которые с жадностью поглядывали на «остывающий обед» — Хах, они ваши. — он пахнул рукой, в знак разрешения, тени тут же набросились на мясо, обволакивая его собой и всасывая остатки жизненных сил.

***

Утро следующего дня. Радиостанция. — Доброе утро! — бодрым шагом Алекс залетел в офис. — Доброе. — ответили ошарашенные коллеги, явно не ожидавшие его увидеть в ближайшие дни, тем более в хорошем расположении духа. — Что ты тут… — О, я устал сидеть дома! — трезвонил брюнет, снимая с себя шляпу, — Если бы это продолжилось, я бы просто сошел с ума! Ха-ха! — потеребив свои каштановые волосы, Химт взглянул на часы, — Однако время не ждет! — он взял со стола сценариста бумаги и быстро направился в студию звукозаписи. Выпроводив заменяющего его ведущего, Ал устроился поудобнее в кресле, надел наушники и с довольной физиономией пробежался глазами по тексту. — Секунды до начала: 3, 2, 1.Внимание, ты в эфире. — Приветствую вас, уважаемые радиослушатели! У микрофона снова ваш покорный слуга, Алекс Химт! И начнем мы, пожалуй, с важных новостей: сегодня, в переулке Французского квартала были обнаружены два мужских трупа. На телах, а точнее то, что от них осталось, отмечены следы жестокого насилия: ножевые ранения разной степени тяжести, что говорить о втором, которого просто четвертовали, также на их лицах были расшиты рты, а лоб украшает неизвестный символ. Ну, надо же! Жуть до мозга костей! Неужели на улицах Нового Орлеана начал свою охоту неизвестный маньяк-убийца? Судя по описанию преступления, у него серьезные отклонения в психике! Ха-ха! Дамы и господа, будьте внимательны! Не оставляйте свои двери открытыми, ведь кто знает, к кому он наведается в следующий раз!