Большое Яблоко для шестерых

Miia – Dynasty

Citizen Soldier – Black Hole Brain

Kwabs – Walk

Lisa Hannigan & Damien Rice – There alright

Понедельник, 2 июля 2018 года

Входная дверь мужской обители тихонько свистнула. Уверенный толчок мужского плеча, и вот перед глазами обычная квартира представителей «сильного пола». Хотя это уже было неправдой. Джувия, за то время что они провели с Греем в статусе пары – а проводили вместе больше времени, чем попугаи-неразлучники в одной клетке – девушка натаскала кучу милых девчачьих штучек. Плед на их старый и сотню раз облитый пивом и разными соусами диван, вазы с какими-то пахнущими наполнителями, свечи, статуэтки разных животных, которые она ловко пристроила у телевизора и на полках с книгами Грея. Девушка даже вычистила одни из самых захламлённых шкафчиков на кухне. Нацу спокойно относился к этим переменам, пока они не касались его комнаты. Джувия любила Хэппи, заботилась о нем и как бы это не звучало только ей он разрешал стричь себе когти и даже купать, когда была необходимость. Нацу был просто счастлив за друга, и всегда помнил, что это квартира Грея, поэтому никогда не качал лишних прав. Немного уюта казалось милым пустяком. Грей поставил два стаканчика кофе, с каким-то интересом смотря на закрытую дверь комнаты Нацу. Его взгляд метнулся на наушники «Анти-секс», которые он всегда надевал во время «секс-марафона» соседа. Что ж… сегодня они снова его выручили, пока Джувия была на ночной смене в ветклинике. Но все равно, его не покидало чувство, что в последнее время с Нацу что-то не так. Да, он знал об его сексуальных отношениях с Люси, однако… Раз он снова начал спать с другими, возможно, что-то случилось? Внутри у Грея все равно кипело, что его лучший друг не рассказал ему о том, что спит с его лучшей старой подругой. Черт бы их побрал… И да, Грей помнил об их одной большой ссоре, но вроде они помирились. Друзья чуть дар речи не потеряли, когда увидели, как Нацу и Люси обнимались у кофейни. Вот если бы после этого Люси бы попыталась придушить Драгнила или хотя бы наоборот, было бы более логично и спокойно. А теперь эта гнетущая тишина… ну, нарушаемая только стонами разных девиц и ударами изголовья кровати о стену. И тут из комнаты Драгнила вышла растрепанная девушка, невысокая брюнетка, которая уверенными шагами направилась в ванную, буркнув парню что-то типа приветствия. Грей отвлекся от своих мыслей, но ничего не сказал, отпив немного кофе из своего стакана. Фуллбастер уже привык к пребыванию посторонних девушек в своей квартире. Это было частой практикой, правда их поведение всегда было разным. Кто-то нервничал, когда видел Грея на кухне, видимо не ожидая увидеть соседа по квартире, кто-то с похмелья пытался понять, где находится, а некоторые просто игнорировали его, хотя иногда попадались и особенные болтушки, и в такие моменты Грей мечтал только быть в наушниках «Анти-секс». Эта молодая особа была уже четвертой за эту неделю. И это немного беспокоило. Почему появились эти девушки? Замена Люси? Что вообще произошло между этими двумя? Почему же эта ненормальная парочка так все любит усложнять? Когда занимались сексом ничего никому не сказали, когда расстались или сильно поссорились – тоже. – Как будто мы не друзья… – буркнул Грей. И вот объявился и виновник ночного секс-торжества. С оголенным торсом, слегка помятый, с красными глазами и явно не в духе. Что также не вкладывалось в понятие «старого-доброго Драгнила после секса». – Утро, – буркнул Драгнил. – Но, видимо ночь у тебя была добрее, чем утро, – отшутился Грей. – Да так… бывало и лучше, – пожал плечами Нацу. Его спутница вышла из душа и стала оказывать своему благодетелю знаки внимания. Она обняла его со спины, уткнувшись в шею и взъерошив ему волосы. Её взгляд был настолько затуманенным и голодным, словно она готова была наброситься на Драгнила прямо здесь и сейчас. – Почему мой дракон не в духе… – шептала она, не обращая внимания на Грея. – Ночь была шикарной, как и утро… и возможно мы сможем провести еще несколько часов страсти, – погладила его по щеке свободной рукой. Вторая рука держала полотенце. Но Драгнил стал еще более хмурым от данных действий. – Эм… как там тебя, – довольно сухо говорил он, оттолкнув от себя девушку, – к черту… во-первых, я что-то не припомню, чтобы разрешал тебе давать мне какие-то милые прозвища. Или ты придумала «дракон», глядя на мою татуировку? Как оригинально! Грей вдруг красочно представил себе сцену, когда Хартфелия называет Драгнила «мой дракон». Конечно, это выглядело слишком нереалистично и даже мило, но парень был готов поспорить, что Нацу никогда бы не запретил бы ей так себя называть. А даже если бы и запретил, она бы называла назло. Пока Грей прибывал в своих размышлениях, Нацу продолжал разбивать «розовые очки» своей очередной подружки. – А, во-вторых, давай сразу пройдемся по программе минимум. Я ничего не обещал. Секс был средненьким. Отношений не будет. Повторов секса тем более. Поэтому телефон можно не давать, а дверь вон там, – указал направление девушке, которая даже потеряла дар речи от такого прямого намека на то, что ей здесь не рады, и что ей просто воспользовались. Даже Грей немного оторопел от чересчур сухого и прямого отказа друга. Девушка быстро шмыгнула в комнату, оделась как попало и в состоянии полного негодования и злобы направилась к входной двери. Но просто так ей уйти не позволяла гордость. – Козел! – наградив парня пощечиной и презрительным взглядом, она покинула пространство квартиры парней. – Чего это ты? – нахмурил брови Грей. – Так жестко… Не припомню, чтобы ты в такой манере прощался со своими «ночными спутницами». Нацу лишь отмахнулся рукой. – Надоело… особенно тратить свое время... – Мистер, вы не видели тут моего друга? – наигранно начал Грей. – Он очень похож на вас, только вот ему данные развлечения и смена полового партнера не казалась «тратой времени». – Отвали… – вскочил на ноги Нацу, разминая шею. – Просто это все… не то, – странно произнес он. – Слушай, я правда переживаю, – серьезно сказал Грей. – Если ты хочешь поговорить, то всегда рад выслушать, – достал из морозилки ведро мороженого. Его покупала только Джувия, и всегда удивлялась, что оно так быстро заканчивается. На самом деле парни в тайне его подъедали, но не хотели признаваться в этом. Им казалось, что поедание морожено из ведерка не выглядит слишком «мужественным». – Понимаешь, секс… – Нацу взял протянутую другом ложку и сел обратно, почувствовав у себя на языке приятный холод. – Секс для меня как мороженое. Это вкусно. Это классно. Я перепробовал столько вкусов и был уверен, что вкусней уже не бывает, что меня больше не удивить никаким миксами или чем-то подобным. А тут… Я попробовал нечто настолько уникальное и незабываемое… – И что же ты попробовал? – спокойно спрашивал Грей, зная ответ на свой вопрос, но даже не предполагая, что для его друга этот многонедельный марафон окажется таким значимым. – Ванильно-шоколадное, с ярким привкусом клубники, – не думая ответил Нацу. – Хотя я обычно не сравниваю девушек с мороженым, но тут… все иначе. – А тебя теперь снова заставляют есть обычное мороженое, – понял его метафору Грей. – Да! И как его есть, если я не могу забыть вкус того…, – взял еще ложку мороженого в рот. Фуллбастер посмотрел на своего лучшего друга. Пожалуй, за годы их знакомства и соседства таким он видел его впервые. Нацу что-то грызло изнутри, словно что-то не так. Но из-за секретности он не мог спокойно обсудить это с другом. Надо же… он, несмотря ни на что, продолжал выполнять просьбы Люси. – Так может тебе просто снова вернуться к тому вкусу мороженного, что тебе так нравится, – пожал плечами Грей. – О боже, как же я сам не додумался, – саркастично брызнул Нацу. – Да ты прям Капитан-Очевидность. – Ладно-ладно, не заводись, – вздохнул Грей. – Кстати, – как бы невзначай начал он, – ты не знаешь как там Люси? – Пфф… с чего бы мне это знать, – ворчал парень, продолжая поедать мороженое. – Укатила в свою внезапную командировку, как обычно, ничего никому не сказав. Ах, ну только если Эльзе, чтобы она нас всех успокоила, потому что телефон-то это Воплощение Зла не берет. Все в лучших традициях Хартфелии. – И тебя это злит? – Грей включил режим психолога, и старался делать это как можно деликатнее. – Ну мне могла бы и сказать, – пробурчал еле слышно парень. – В конце концов, я тут не просто так по соседству обитаю. Знаешь, как было обидно услышать от Эльзы информацию о том, что Хартфелия улетела на несколько дней. – Она последние дни была такая разбитая и расстроенная. Может с парнем поссорилась, – продолжал расставлять свои «ловушки» Грей, наблюдая за реакцией Нацу. Нацу Драгнил был одним из тех людей, эмоции которого читались открытым текстом. Пожалуй, он мечта для психолога. Уж слишком плохо он их скрывал. Отчасти, это было одной из причин, почему Хартфелия любила так его доставать. Его эмоции – это фейерверк, и ей всегда нравилось наблюдать за этим парадом. Это не было секретом ни для кого, даже для самого Нацу. Но в силу своего характера и темперамента он не мог не эмониционировать. И этим Хартфелия также ловко пользовалась. Но Фуллбастер знал, что его друг много чего скрывает и умеет это делать. Он может терпеть, очень долго, но в итоге сорваться и натворить какой-нибудь ерунды в его персональном духе. – Я считаю Локи надо причислить к лику святых, потому что с этим Воплощением Зла ни один другой парень не построит нормальные и человеческие отношения. Она то одно говорит, то резко, без объяснения причины, просто все разрывает. И вот сиди и думай, ты в этом виноват или… Грей лишь усмехнулся. О том, что Нацу и Люси разбежались он догадался ровно в тот момент, когда Нацу возродил свой прежний «сексуальный режим», начав водить девушек. Люси никак не реагировала на это, даже когда на прошлой неделе пересеклась с одной из пассий Драгнила в коридоре. Причины он, конечно, не знал. И по рассуждениям Нацу, было ясно, что он тоже не в теме. Больше было забавен другой факт. Настолько очевидный, что было даже смешно. – И все же… может она уехала к какому-то парню? Или вместе с парнем? В любом случае, верю, что убойные сексуальные каникулы должны её подбодрить. Нацу громко фыркнул, недовольно посмотрев на друга. Грей получил что хотел. Драгнил ревновал. – Какое мне дело… вообще плевать чем она там занимается… Только это было враньем. Кроме Эльзы и Николь Драгнил, с которой девушка советовалась после своего предварительно диагноза, никто не знал, что Люси отправилась в Бостон. Николь посоветовала своего коллегу, который помогал решать даже самые сложные случаи в репродуктивной системе у женщин. Люси сейчас была у него и проходила полное обследование. Именно это решение она приняла, когда мирилась с Дранилом – рискнуть и бороться. Бороться за свое здоровье, за шанс быть в будущем «мамой». Вот только Нацу ничего не знал, снова оставшись за дверью её жизни. Как же ему надоело стоять на пороге. Сколько бы он не стучался в дверь, сколько бы не ждал, она не впускала его. Не доверяла. Казалось, секс должен был что-то изменить. Но даже будучи так близки в физическом плане, она умудрилась держать его как можно дальше. И как только у нее это получается? – Только это неправда, – холодно озвучивал мысли друга Грей, также наслаждаясь мороженым. – На самом деле тебе не плевать. Ты переживаешь. Уверен, ты даже думаешь, что она ни в какой не командировке и тебя задевает, что она не поделилась с тобой, ведь вы уже не просто друзья… даже не худшие друзья. Вы уже любовники или как называют друзей, которые просто сексом занимаются? – Чего? – опешил Нацу. – Так ты в курсе? – он даже не стал отпираться, его просто удивил тот факт, что друг все знает. – Конечно в курсе! Уже все в курсе, – пожал плечами Фуллбастер. – Ну, кроме Эльзы. – Нет, она тоже знает, – Нацу продолжил есть мороженое грозно размахивая ложкой. Ему было абсолютно плевать, что тайна его связи с Люси больше не тайна. Это было её условием. И он её просьбу выполнил – он ничего и никому не говорил. Друзья догадались сами. – Даже не могу поверить, что ты мне ничего не сказал! – Все претензии к Хартфелии, – перевел стрелки Нацу. – Поверь, без её тупого условия ты узнал бы первым. – И как тебе? Ну… ты понял. – Вообще супер, – воодушевился Нацу, затерявшись в воспоминаниях. – Такого секса у меня никогда не было. Горячо, спонтанно. Кстати, помнишь ту порнушку, которую я тебе показывал… – Нет, – протянул Грей, уже понимая к чему клонит друг. – Не может быть. Она что…. – Да-да! Она повторила все в точности и это вообще… крышесносно. У меня даже с ней мой старый фетиш проснулся. – Укусы? – Ага. Нацу было приятно наконец обсудить то, что так давно он держал в секрете. Ведь Грей был его лучшим другом и хранить от него тайны было не по душе, хотя секс помогал забывать об этом. Сейчас ему стало определённо легче. – Ну секс с человеком, которого любишь всегда ощущается по-другому, – усмехнулся Грей. – Я тоже до Джувии словно не знал, что такое истинное наслаждение и невероятная страсть. – Ну во-первых, с твоим-то опытом и любовью к Джувии я вообще не удивлен, что секс с ней тебе нравится. А во-вторых, кто тебе сказал, что я люблю Хартфелию? – Эм… Логика. Мороженое закончилось, и Грей понял, что им снова сегодня врать, что оно само куда-то делось. Он стал выбрасывать улики, пока Драгнил сидел с вытянувшейся физиономией от последних слов друга. – Повтори, – словно не веря своим ушам потребовал Нацу. – Я её НЕ люблю, понятно!? Она эгоистичная, закрытая сучка, которая никогда не заботиться о чувствах окружающих её людей. Она – Воплощение Зла! Я не удивлюсь, что она похищает младенцев и пьет кровь девственниц! – Ну последнее маловероятно, – скрестил руки на груди Грей. – Нацу, это же очевидно, как тот факт, что Земля круглая. Ты можешь не признавать этого, но твои эмоции, твоя ревность и обида на нее буквально кричат о твоих истинных чувствах. – Нееет, – протянул Нацу, вскочив с места, все еще держа в руках ложку от мороженого. – Эта девушка смогла переубедить такого барана как ты, а это заслуживает уважения. Она помирила тебя с семьей, и теперь, спустя много лет, ты перестал цепляться за свое прошлое и фиговые отношения с отцом. – Ну может один раз и проявила сострадание, – фыркнул Нацу. – Затмение может было. – Она оплатила операцию твоей матери, – продолжал жонглировать фактами Грей. – И ничего не потребовала взамен. Причем, она сильно рисковала, и ты это знаешь. – Ну… как бы… да, оплатила…. – Она привела тебя в чувство и поддержала, когда ты столкнулся с тем, что твоя мама болела. Она помогла тебе с творчеством, ты, наконец-то, сдвинулся с мертвой точки. А ты ради нее мало сделал? Подставился под шокер, был готов чуть ли не на её отца с голыми кулаками идти. Готов был съехать после той истории с конвертом. Сидел в больнице, пока она не пришла в себя. – Ой, заткнись! – раздосадовано фыркнул Нацу. – Тебя послушать, так Хартфелия прямо Мать Тереза! А я… я просто старался поступить правильно и выполнить свое обещание. – Не оставлять её одну? – улыбнулся Грей. – Знаю. Ты говорил. И, я понимаю, Люси, конечно, сложный человек, и чтобы достучаться до неё и попасть в её мир и круг доверенных лиц нужно… – Продать душу дьяволу, – буркнул Нацу. – Самое забавное, что, если бы это сработало, ты бы это уже сделал. – Задрал уже! Не люблю я Хартфелию! Ясно?! Не люблю! – Зачем отрицать очевидное? Это так плохо? – Да, черт возьми! Как можно любить человека, который не пускает тебя дальше установленных им же границ? Который так много держит внутри себя и даже если чертова планета остановится или перевернется она никогда-никогда-никогда не поделится тем, что причиняет ей боль? Чтобы я не делал… Нацу сорвался на крик, но последние слова были произнесены полушепотом. – По-моему ты рано сдался. За то время, что вы были вместе, пусть даже ради секса, вы оба выглядели счастливыми. – Я тоже так думал. А потом… что-то произошло. Да, она извинилась, но.. к черту… я просто устал. Лучше бы я никогда не двигал её чертов шкаф, – поймал вопросительный взгляд друга. – Эм, это был наш шифр для секса. Грей на минуту завис, но потом его лицо прояснилось. – А! Вот что она тогда имела в виду, – радовался он. – А я думал, что это просто бред. – И знаешь, лучше бы я никогда не открывал этот чертов конверт… лучше бы мы остались просто соседями, которые ненавидят друг друга. Так было бы… – Проще? Нацу посмотрел на друга. Он выглядел совсем разбитым. – Грей, что мне делать? – Тебе не понравится, что я скажу, – вздохнул Фуллбастер. – Тебе нужно принять все как есть. Принять, что Люси такая. Принять те чувства, что к ней испытываешь. Вообще, было бы неплохо и с ней поговорить. – Ты прав, – вздохнул Нацу. – Мне не нравится. – Думаешь, отрицать это, подавлять и искать случайный секс с другими лучше? Считаешь это поможет? – Да, – выкрикнул Драгнил. – Это обязано помочь, – почти в отчаянии говорил он. – Иначе… – Иначе что? – Иначе я потеряю того Нацу Драгнила, которого знал, уважал и принципам которого придерживался. И ради кого? Ради неё?! Да не в жизнь… плевать на неё, на её проблемы и все остальное, я сделаю все, чтобы выжечь это чувство. Больше секса, меньше общения с Хартфелией… делов-то. – А вы разве не вдвоем едете на свадьбу к её тете? – Черт, – шикнул Нацу. – Умеешь ты все испортить, Грей. Значит, я откажусь. Пусть едет одна. Или с Локи. – Локи встречается с Эрис, – отметил Фуллбастер за что получил еще один недовольный взгляд от Нацу. – Ты издеваешься? Хорошо, езжай ты. – Не могу, я с Джувией. Не хочу никуда без неё ехать, а она без меня. – Боже, когда закончится ваш любовно-конфетно-букетный период, – раздраженно фыркнул Драгнил. – Ладно, Зереф… – Они же решают свои проблемы, и сейчас работают над повышением демографии в нашей стране. Сомневаюсь, что кто-то из них согласится поехать на свадьбу с Люси. – А Эльза? – Ты это серьезно? У неё двое грудничков! – Ну, отдаст Джерару, не зря же я его учил! – Грудью кормить тоже ты его научил? – поднял бровь Грей. – Грхх, ты решил меня окончательно достать?! О! Знаю! Ирен! – Как ты считаешь, когда ты предложишь Ирен поехать с Люси, которую она не особо долюбливает, так как считает её зазнавшейся богачкой, на свадьбу к незнакомой женщине после её двух разводов как далеко она тебя пошлет? – задал риторический вопрос Грей. – Может моя мама? Точно! Все! Проблема решена! Почему я сразу-то о маме не вспомнил! – Нацу стал быстро одеваться. – Мамы же защищают своих детей. Эта бестия может больше общаться с моей мамой, а значит ей будет не до меня. Меньше Хартфелии, больше секса и алкоголя и вуаля! – Мда, – посмотрел на друга, как на идиота. – Но мне кажется тебя уже не остановить, да? – Пожелай мне удачи! Скоро эта белокурая гарпия навсегда уйдет из жизни Нацу Драгнила!

***

– Нацу, – выдохнула женщина, – ты просишь меня поехать на свадьбу к тете Люси вместо тебя? Почему? Драгнил-младший не стал откладывать воплощение своего «хитроумного» плана и сразу же поехал в клинику. Несмотря на противопоказания врачей, смелая и стойкая духом Николь Драгнил предпочитала проводить время на работе. Её часы были сокращены вдвое, но так она могла быть ближе к мужу и сыну, а не сидеть в одиночестве дома. Нацу, опять же по очень «настойчивой» просьбе Люси, часто навещал свою мать. И сегодня он позвал её попить кофе в кофейне рядом с клиникой. – Ну я… просто не хочу с ней ехать. Личное, понимаешь. Так ты поедешь? – с надеждой спросил он. – Нет, – категорично заявила женщина. – Пока ты не объяснишь, что между вами произошло. – А что между нами произошло? – постарался сделать как можно более невинное лицо. – Все как обычно. – Я прекрасно знаю, когда ты мне врешь, Нацу Дэниел Драгнил, – строго заявила женщина. – Мам, я… сам разберусь в своей личной жизни, но сейчас я хочу как можно меньше общаться с Хартфелией. Мне необходимо, чтобы… чтобы прошло какое-то время. Николь задумчиво посмотрела на сына. – Значил Люси права. Ты все еще обижен на нее. – Обижен? – удивился Нацу. – Подожди, это она тебе сказала? Вы разговаривали? – Она сильно оттолкнула тебя, и я знаю, что тебя это задело, – похлопала его по руке женщина. – Но поверь мне, она это не со зла. Ей просто… – Николь запнулась. Она понимала, что дальше раскрывать карты слишком опасно. – Ей просто было нужно пространство. – Хартфелия говорила с тобой о той ссоре? – Нацу был по-настоящему удивлен. Если Хартфелия обсуждала это с кем-то, значит она действительно переживала. – Да. Она была очень подавлена. Я посоветовала ей извиниться, ведь ты довольно отходчивый, – усмехнулась женщина. – Хотя иногда это занимает время, особенно если затронуты твои принципы. – А что… что еще она тебе рассказала? – Про вашу небольшую интрижку, если так можно это назвать, – выдохнула Николь. – Но вы уже оба достаточно взрослые, и я не собираюсь учить вас отношениям. – Что ж… мне приятно, что она хоть с кем-то поделилась своими переживаниями, – посмотрев на улицу, скрывающейся за стеклом, на котором был логотип кофейни, задумчиво произнес Нацу. – Милый, я не могу тебе всего рассказать. Думаю, будет честно, если это сделает сама Люси, когда будет готова. – Готова? К чему? – Нацу, ты не должен её бросать и искать себе замену. Сейчас ей как никогда нужна твоя поддержка. – Моя? Поддержка? Мам, ты что издеваешься? Хартфелия меня терпеть не может, и чтобы я ни делал она меня в свою жизнь не пускает. Даже если ей и нужна помощь, она попросит её у кого угодно, но только не у меня. – Ты уверен? – улыбнулась Николь. – Эх, молодежь… Любите вы все усложнять, – вздохнула она. – Нацу, ты мой сын, я очень люблю тебя. Но у тебя есть качества, за которые тебя любят и ценят окружающие. Это твоя забота о своих друзьях и семье, твоя сострадательность, готовность помочь и жертвенность. Ради другого ты всегда готов поступиться даже личными интересами. Я не могу рассказать тебе всего, – повторялась Николь, желая подчеркнуть важность своих слов, – но послушай, пожалуйста. Ты сейчас нужен Люси как-никогда. Я не знаю тонкостей ваших отношений, но, пожалуйста, найди в себе силы простить её и… – Я на неё не злюсь, – выдохнул Нацу. – Ну, я злюсь, что она – это она. Но не держу зла из-за последней ссоры. – Тогда что? – не понимала мать. Но стоило ей посмотреть в глаза сына, который перестал скрываться за «беспечной маской», как она все поняла. – Ясно, – улыбнулась она. – Почему вам всем все ясно? – эмоции давали о себе знать. – Потому что ты очень плохо маскируешь свои чувства, – погладила сына по щеке. – Милый, прошу тебя, побудь с Люси рядом, когда она вернется. Хотя бы какое-то время. Просьба матери рушила «идеальный» план Нацу. – Ма, ты не понимаешь… Я должен это отпустить, а если… – Ты ей сейчас очень нужен. Поверь мне, – все также улыбалась женщина. – Пожалуйста. Лоб Нацу соприкоснулся с ровной поверхностью стола, а с губ сорвался обреченный вздох, сопровождаемый тихим согласием. – Нацу, – парень посмотрел на неё. – Ты можешь думать так, как считаешь нужным, но ты очень важен для Люси. Она искренне за тебя переживает и стремится помочь. Иногда, мы женщины, не все можем рассказать мужчинам и на это у нас свои причины. Но я знаю, что однажды, она сама тебе все расскажет. Просто ей сейчас нужно время. – Мам, если мы говорим об отношениях с ней... то я словно стою у закрытой двери, – Нацу вспоминал собственное представление, которое не отпускало его еще утром. – И чтобы я не делал я не могу попасть внутрь. – Это ты так видишь ситуацию, – улыбнулась женщина. – Ты видишь «доверие» как закрытую дверь, но ты не думал, что до тебя на пороге этой двери никто не стоял? Может быть, никто не заходил так далеко, как ты. Ты боишься, что ты за дверью, а я думаю, что ты стоишь ближе, чем кто-либо. Нацу оторопел. Он не думал об этом под таким углом. – И все-таки, милый, розовый тебе очень идет, – умилялась Николь. – Ты у меня уже такой взрослый… – Мам, перестань, – попытался успокоить её Нацу. После перенесенной операции, Николь стала немного эмоционально расшатана и всегда умилялась своими детьми и их достижениями, даже если вторые считали, что таковых нет. – Все хорошо… – А как твоя проблема? – Какая проблема? – Ну, последствия твоей аварии, милый. – Мам, ты же знаешь, что это только на большой скорости, и я был уверен, что ты спокойна – я не лихачу, и не занимаюсь чем-то настолько опасным. – Все равно, ты все еще не отпустил то, что с тобой случилось, – вздохнула Николь, решая не рассказывать сыну, что попросила Люси разобраться с этой маленькой психологической проблемой её сына, так как полностью доверяла этой девушке. И после этого разговора, для этого стало на одну причину больше. Конечно, лучше было бы обратиться к специалисту, вот только Нацу никогда бы не признал, что у него есть нерешенная проблема. Он просто закрыл её где-то внутри, и старается не обращать на это никакого внимания. Но однажды она даст о себе знать. – А если эти панические атаки начнутся не только когда ты за рулем и на большой скорости? Вспомни, ты ведь и на самолетах боишься летать, а на воде тебя ужасно укачивает. – Ну мам, – запротестовал Нацу. – Прости, милый. Я просто переживаю за тебя, ведь ты упрямый. Прямо как твой отец, – вздохнула Николь. – Ну началось…

Четверг, 5 июля 2018 года

Джувия ехала в такси, внимательно осматривая знакомые улицы её родного города на северо-востоке страны. Она была немного взволнована и огорчена, так как причины заставившие её бросить все в Нью-Йорке и прилететь сюда чуть ли не первым рейсом были не особо позитивными. С другой стороны, была приятная и теплая ностальгия от пребывания здесь. Её руку сжал Грей, который сидел рядом и был в этом городе впервые. – Джу, не переживай, – попытался успокоить её он. – Я уверен, что с твоей бабушкой все в порядке. – Спасибо, – улыбнулась она. – Я рада, что ты со мной, – сжала его руку в ответ. – Я боялась, что ты не сможешь договориться после того, как тебе отказали дать несколько дней выходных из-за важного проекта. – К черту проект…, – вздохнул Грей. – Ты важнее любой работы. Да и… на самом деле, я давно уже знаю их решение об этом направлении и не понимаю, зачем нужны эти совещания и презентации. Наверное, хотят послать с «шиком». Но, не будем об этом, – отмахнулся Грей. – Я здесь. С тобой. И… Джу… я много слышал о твоем отце… Он же не сделает во мне несколько дополнительных отверстий из своего охотничьего ружья? – Ты знаешь почему у Портленда на печатях часто изображают феникса? – Эм… вроде бы из-за пожаров, – вспоминал Грей то, что читал в специальной брошюре в самолете. – Да, город восстанавливали четыре раза после катастрофичных пожаров. Это город воскрешения, – улыбалась Джувия. – По крайней мере, так мой папа говорит. Это правда, что он не любит моих парней, с которыми я его знакомлю. Но, думаю, у тебя есть все шансы воскреснуть, если что. – Очень злая шутка, – Грей перевел взгляд на пейзаж за окном. – Ну прости, – улыбалась девушка, поцеловав парня в щеку. – Я обязательно постою за тебя. Не бойся. Просто хотела, чтобы ты подумал о чем-то более приятном. Приоткрыв окно, Грей почувствовал в воздухе запах моря, что неудивительно, так как город был известен своим огромным портом. Сама Джувия без конца любила рассказывать, как маленькой она бегала в порт, смотрела на бесконечные воды океана и провожала корабли, махая им руками. Она также упоминала о небольших семейных походах, прогулках в ближайших к городу сосновых лесах или другой фауне. В общем, после небольшого знакомства с Портлендом, Грей понял откуда у Джувии эта любовь к приключениям и активному отдыху. – Я бы так хотела показать тебе здесь все, – вздохнула Джувия. – Парк, маяк, наш музей искусств или остров Пикс. Боже, здесь столько интересных мест, – смотрела на давно знакомые магазинчики, здания и людей, которые шли по улицам. Да, людей конечно же Джувия не знала, но эта атмосфера, этот дух города, его пульс и дыхание были для нее родными. – Мы можем остаться в городе столько, сколько потребуется, – улыбнулся Грей. – Но как же работа? – удивилась девушка. – У тебя не будет неприятностей? – Не беспокойся, – обнял её парень. – Сейчас важно твое эмоциональное состояние и твоя семья, и, если быть откровенным, твой старик вызывает у меня намного больше… паники, чем работа. – Все будет хорошо. Но небольшая инструкция не повредит, – Джувия повернулась к Грею. – Итак, мой папа служил, поэтому дисциплина – это его пунктик. – Кажется, я знаю. Его первый вопрос будет служил ли я? – вздохнул Грей. – Может я поживу в отеле? – Прекрати, – гладила его по плечу Джувия. – Не спорь с ним, выслушай кучу военных и полицейских баек. Никакой политики, умоляю. И лучше не упоминать лишний раз, что «приходуешь» его дочь. – Кажется, я не переживу эту поездку, – вздохнул Грей. Многолюдные улицы и высокие дома сменил бескрайний вид на океан. Они проехали небольшой парк, софтбольное и бейсбольное поле и свернули на Конгресс стрит. В этот момент, Грей вспомнил, что его старик никогда не играл в ним в бейсбол или хоть в какой-то вид активного спорта. Кажется, Джувии нереально повезло с отцом. Квартира, в которую они зашли была очень большой и просторной. Да, тут явно давно не делали ремонт, что было заметно по слишком старому дизайну обоев и шкафов, но для Джувии не было ничего дороже этой квартиры в многоквартирном и многоэтажном доме, где она росла, где она была счастлива. Знакомый скрип половиц под ногами, запах любимых бабушкиных духов, фотографии на стенах, которые словно показывали не только самые счастливые моменты, но и её рост. На одним она была маленькой девочкой, которая училась кататься на велосипеде или была вся перепачкана тортом на дне рождения, а где-то она была старше, с ружьем в руках или с папой на лодке. – Папочка! Девушка сразу оказалась в объятиях крепкого сложенного мужчины средних лет. У него не было ни бороды, не даже щетины, что говорило о том, что Питер Локсар следит за собой, и даже подкрашивал волосы, чтобы скрыть седину. – Мой лисенок, – приподнял свою дочь. – Ты что-то совсем легкая. Надеюсь, ты не голодаешь? – осмотрел её. – Выглядишь уставшей. – Не переживай, просто были ночные смены на работе. – Мой лисенок помогает зверушкам, я так горжусь тобой, – легонько щелкнул по носу. – Но о себе тоже не нужно забывать. Пойдем, папа сделает тебе лучшие в мире тосты. Послышался небольшой грохот позади девушки, когда Грей уронил пару сумок на пол. И вот тогда взгляд карих глаз Питера нацелился на бедного парня, который громко сглотнул и просто мысленно готовился к худшему. – Это я так понимаю тот самый Грей? – спроси Питер у дочери. – Пап будь душкой, – попросила Джу. – Да я просто прелесть, – улыбнулся Питер, забрав сумки. – Само радушие. Судя по тому, какой он хилый, этот парень тоже нигде не служил. Откуда у тебя такой вкус на мужчин, лисенок? – Эм.. не знаю, – Джу взяла Грея за руку и повела в гостиную, куда отец отнес их вещи. – Наверное, достался от папы. Питер рассмеялся. – Я… рад с вами познакомится, сэр, – выдавил из себя Грей, протянув руку. Ответное рукопожатие было таким же недобрым, как и взгляд мужчины. – Пап, как бабушка? Собственно, причина поездки крылась в том, что здоровье бабушки Джувии сильно подкосилось. Врачи и лекарства не помогали, и женщина очень хотела увидеть свою внучку, чувствуя безнадежность ситуации, с которой она столкнулась. – Я все еще шучу, что она всех нас переживет, – по голосу и мимике было ясно, что Питер отталкивал от себя мрачные мысли. – Она у себя. Отдыхает. – Я пойду к ней. А ты, – обратилась она к Грею, – постарайся наладить контакт с моим папой. Ты ему точно понравишься. Джувия ушла, оставив двух мужчин в гостиной одних. Грей не успел особо тщательно осмотреть интерьер, так как чувствовал, что коп в отставке его не долюбливает. Питер засунул руки в кармы джинсов и оценивающе окинул взглядом «очередного» избранника дочери. Даже сквозь рубаху в красную клетку проступали очертания его бицепсов и мышц груди. – Сэр… – Грей довольно заметно нервничал. – В моем доме есть правила, одно из которых, – Питер сократил расстояние между ними, – никто не спит с моей дочерью. Это понятно? – Так точно, сэр, – непроизвольно отчеканил Грей. – Тут такой прекрасный диван, – на самом деле диван в гостиной был довольно потрепанным и кажется пружины в нем вот-вот должны были отправить тебя в район потолка. – Я с удовольствием посплю здесь. Один. – Вот и славно. Это правда, что мне не нравится те парни, которых приводит Джувия. Были и байкеры и ботаники, и готы и даже тот слащавый паренек, который изменил ей с организатором свадьбы. И про каждого Джувия говорила, что счастлива с ним и что её любят. Но я каждый раз знал, что это все временно. Думаю, с тобой также. Но, если ты обидишь моего лисенка, у тебя будут большие неприятности. Я доступно объяснил? – Вполне, – сглотнул Грей. Он хотел бы объяснить, что чувствует к Джувии, но решил воспользоваться её советом и не вступать в дискуссии с Питером. Все-таки, мужчина ясно дал понять, что Грей ему, как и другие парни Джувии, не по душе.

***

– А вот и блудный сын вернулся! – радостно воскликнул Зереф, стоило только Люси пересечь порог квартиры. Она была уставшая, после ночного перелета и все, о чем сейчас мечтала это здоровый сон, желательно в тишине. Ведь Люси никогда не могла спать в самолете. Она понимала, что Эльза полезет с расспросами, но пока дети вместе с ней были у «любимой бабушки», Люси надеялась наладить свои отношения со сном. – Зеф, что такое? – бросила сумку. – Это не ждет? – Я кое о чем хотел попросить тебя, – Зереф, видя состояние девушки, решил не испытывать её терпение и обошелся без прелюдий. – И о чем это? – Поговори с Нацу. – А ты что не можешь? – удивилась Люси, явно не понимая смысла такой просьбы. – Слушай, помнишь он давал свою работу Ирен для оценки возможностей для публикации? – Раз ты просишь поговорить, она его видимо послала, – развела руками Люси, снимая пиджак. – Но он не маленький. Отказы – это часть ноши писателя. Пусть привыкает. А то у него вошло в базу, что все женщины говорят ему да. – Ну да, все, – Зереф посмотрел на Люси. – Даже ты в итоге сдалась. – Ну, во-первых, не смей ему никогда это говорить, но черт, у него слишком шикарное тело, чтобы сопротивляться, – выдохнула Люси, доставая бутылку с газировкой из холодильника. – А во-вторых, также не говори ему, но ты хоть знаешь, что он в постели вытворяет? – Напоминаю, мы братья, и если бы я знал такие детали, думаю, это был бы предмет для беспокойства. – В общем, забыли… Я ему не поддалась, ясно? Просто наши интересы на тот момент совпали. – Ирен предложила ему работу, – желая вернуться к первоначальной теме, выпалил Зереф. – Работу? Кем? – Оратором, – пожал плечами Зереф. – Они сейчас только пробуют это направление. Так как мир переходит на цифровой уровень, а бумажные книги уже не так актуальны, то было решено в проведении нескольких мероприятий по рекламе некоторых популярных книг как в бумажном, так и в цифровом формате. – Типа что-то вроде книжного клуба? – Ну да. А он взял и отказался, – Зереф говорил так, словно Нацу совершил ошибку года. – Дурак, конечно, но от меня-то ты чего хочешь? – Чтобы ты вправила ему мозги. – Я? Почему все из вашей семьи уверенны, что я имею на него такое влияние. – Потому что это правда, – улыбнулся Зереф. – Ты единственная, кого он послушает. – Приписываешь мне силу, которой у меня нет? – Люси, ну, пожалуйста. Кажется все кроме Нацу понимают, что это такой шанс. – Может у него есть веские причины для отказа, – задумчиво произнесла Люси. – Хотя, кого я обманываю. Спорим, его тупое эго. Ладно, я спрошу в чем дело, но только после того, как немного отдохну. – Спасибо, – обнял её Зереф. – Как поездка? Успешно? – Вполне, – похлопала его по плечу Люси. – А что у вас там с Мавис? Все в порядке? – Да, – протянул старший из братьев, – мы пока работаем, ну, ты понимаешь. – Хочешь поговорить? – хоть Люси и выглядела уставшей, но видела, что Зерефу необходимо излить кому-то душу, пусть даже этим кем-то будет она. – Но только после кружки кофе.

***

– Бабуля, – Джувия села на край кровати к женщине, которая медленно открыла глаза и повернула голову, увидев свою внучку. Шторы в её комнате были слегка задернуты, но тонкая полоска света все равно прорывалась. Здесь сильно пахло лекарства, а воздух казался слишком затхлым. Бабушка давно отказалась от аппарата искусственного дыхания и кардиомонитора, так как их шум только мешал ей спать. В отличии от своего сына и внучки, Милдред Локсар приняла свою судьбу и была благодарна за каждый подаренный ей Богом день на этой земле. – Моя красавица, – хриплым и севшим голосом сказала она. – Ты приехала ко мне. – Не говори глупостей, – Джувия сжала её руку сильнее, и приложила к своей щеке. Её руки были такими же как в детстве. – Почему ты не разрешила папе сказать раньше, что чувствуешь себя неважно? – с ноткой осуждения спросила она. – От старости нет лекарства, милая. А у тебя своя насыщенная жизнь, – улыбалась старушка. – Я не хотела обременять тебя своим самочувствием. Надеюсь ты привезла своего избранника на смотрины? – тихо рассмеялась она. В отличии от Питера, который оберегал своего «лисенка» всеми возможными способами, Милдред всегда мечтала, чтобы внучка нашла свое счастье и полюбила всем своим сердцем. – Думаю, прямо сейчас папа посвящает его в «первое правило» этого дома, – усмехнулась девушка. – Я не стала предупреждать Грея об этом, иначе бы папа догадался. Я потом упокою своего избранника. – Какой он? – от её улыбки на лице как будто появилось еще больше морщин, но они только придавали ей те черты, которые Джувия помнила еще с детства. – Он… замечательный. Милый, скромный, заботливый и он… он любит меня. А я люблю его. – Вижу, – одними губами улыбнулась женщина. – Ты вся сияешь. – Чем зарабатывает на жизнь твой избранник? Потянет заботу о семье? Я должна быть уверенна, что ты в надежных руках. – Он работает в сфере айти, но не хочу нагружать тебя деталями, – отмахнулась Джу. – Я знаю, что вы с папой переживаете после того, что случилось между мной и Лионом, но я... между мной и Греем, это... я не знаю, как описать. Впервые, наверное, у меня не хватит слов для этого. – Милая, а как он на плодовитость? Есть надежда на правнуков? – спросила бабушка хитро поиграв бровями. Джувия лишь рассмеялась. Она была рада видеть бабушку такой. – Бабуль, все там хорошо, – стала успокаивать её Джу, слегка покраснев, потому что вспомнила и как они с Греем начинали свой первый сексуальный опыт, как переступали эту черту и как сейчас все преобразилось. – Звучит, конечно, забавно и странно, но мы много лет были просто друзьями. Я была так слепа и не видела, что тот человек, которого я так долго искала, который любил меня настолько, что готов был смотреть как я выхожу замуж за другого, всегда был рядом. Но сейчас… бабуль… он такой… романтичный, и еще милый, а какой он заботливый. Как-то принес мне обед на работу, потому что узнал, что я взяла дополнительную смену. А еще… у меня новая подруга, Люси… Джувия могла очень долго болтать со своей бабушкой обо все и ни о чем одновременно. Только ей она могла доверить все свои секреты, обсуждать то, что было бы странно обсуждать с папой. Старушка слушала, улыбалась и выглядела очень спокойной и радостной, смотря на улыбку внучки и на то счастье, что она излучала. Новостей было так много... Джувия просто не могла остановится. – Милая, – похлопала её по руке бабушка. – Все чего я хочу, чтобы ты была счастлива. Я видела тебя со столькими кавалерами, но не с одним ты еще не выглядела такой счастливой. Я верю, что ты нашла свою половинку, – взяла фото, которое стояло на прикроватной тумбе, – как я однажды нашла свою. Джувия совсем не помнила дедушку, ведь он покинул свою семью, когда она еще даже не родилась. Но бабушка много о нем рассказывала, и всегда говорила, что он ждет её там. – Миссис Локсар, – на пороге оказался Грей. Он выглядел очень бледным, и в целом, Джувия догадывалась в чем кроется причина. – Меня зовут Грей. Приятно с вами познакомится. – Ты почему так далеко стоишь? – увидев, что её парень жмется к двери, спросила Джувия. – Правило три. – Ах, ну да, – усмехнулась Джу. – Расстояние между тобой и мной должно быть не меньше метра? Папа не растерял своего чувства юмора. – Что-то мне не было смешно, когда он показывал, как перезаряжает ружье и рассказывал, как пуля способна разорвать внутренние органы, – с ноткой паники сказал он. – Внучок, подойди ближе, – позвала его Милдред. – Не переживай. Правила моего сына не работают на территории этой комнаты, – улыбнулась она. – Какой ты красавчик, – улыбнулась она, поправив очки. – У него глаза честные, и мне он нравится больше, чем тот пижон. – Бабуля, – протянула Джувия. – Лион хороший человек. Просто так сложилось. – Ну в карму-то я ему плюнула, – гордо произнесла она, и незаметно подмигнула Грею. – Просто так сложилось. Расскажите мне лучше, как вы познакомились… Слушая рассказ своей внучки и небольшие комментарии от парня, которого она привела сегодня, Милдерд чувствовала себя самой счастливой. Она видела как растет и расцветает Джувия, какой сильной и уверенной она становится, как бесстрашно берется за любую работу или проблему. Милдред очень гордилась ей. И не нужно было это произносить. Она верила, что Джувия давно все это знает и сейчас она просто хотела послушать еще несколько интересным историй из жизни её самой дорогой и прелестной внучки.

Пятница, 6 июля 2018 года

– Ну что ж, Драгнил, стоило всего уехать на несколько дней, а ты умудрился просрать шанс своей жизни и упустить такого выгодного издателя как Ирен Скарлетт. И как ты это делаешь? С этими громкими словами в квартиру парней зашла Люси. На удивление парня, она была в пижаме, с двумя завязанными хвостиками, которые придавали ей слишком миловидный образ, но Нацу знал, что это ловушка. В общем, Люси выглядела довольной и выспавшейся, и скорее всего пришла к нему сразу после пробуждения. – Ты не метнешься мне за кофе? – Я тоже рад тебя видеть, Хартфелия, – холодно сказал парень, продолжая пялиться в телевизор. Она старался держать лицо и маску, идти по своему плану. Но один взгляд на неё, на её местами неприкрытое тело. Её запах, который сразу заполнил пространство вокруг стоило ей войти и её чертов голос… «Так, Нацу, держись. Ты её не любишь. Тебе плевать. Да, будь спокойным и непринуждённым». – Заготовки тебе не помогут. Почему отказался от предложения? – Люси стала рыться в ящиках, в поисках хотя бы растворимого кофе. – И кто же меня сдал? Друг или брат? – Зереф попросил поговорить. – Семейное предательство, как банально и знакомо. Если отказался значит нужно было, – он выключил телевизор и встал, обернувшись. Почему-то именно сейчас он бы все отдал чтобы быть не в майке, а с обнаженным торсом и в чертовых серых трениках, а не в шортах, чтобы посмотреть на её реакцию. Нацу мысленно отругал себя, напоминая, что ему плевать на неё. – И вообще, я же не лезу в твою жизнь, вот и ты мою не трогай. У меня тоже… могут быть свои секреты. – Дуешься, что я не рассказала тебе о командировке? Серьезно? – Люси как ни в чем не бывало щелкнула выключателем чайника и стала искать чистую кружку в этом «клоповнике». – Ты же в курсе, что я не твоя девушка, и не обязана отчитываться тебе о своих планах? – А в каком статусе мне нужно быть, чтобы ты начала это делать? – неожиданно даже для самого себя спросил Нацу. Кажется, его план пошел прахом. – Хартфелия, я тебе жизнь, между прочим, спас. И да… много-много-много раз оприходовал тебя на твоей же кровати по одной твоей просьбе. Так что да, твое отношение меня слегка задевает, – гневно прошептал он ей в лицо, как-то быстро сократив расстояние между ними. – Задевает? Боже мой, Драгнил, да что с тобой? – искренне удивилась девушка, явно не понимая, что тут происходит. – Нет! Это что с тобой! – гневно выкрикнул он. – Ты серьезно считаешь, что можешь делать все, что тебе заблагорассудится? Хочу секса – позову Драгнила. Не хочу секса – выкину его как мусор! Я человек и у меня, черт возьми, есть чувства. Нельзя так поступать с людьми! Нельзя просто так брать и делать то, что ты делаешь ежеминутно… – где-то в горле застряли слова «со мной». Нацу уже пятьдесят шесть раз обматерил себя, что пошел на поводу у собственных эмоций и начал весь этот разговор. – Во-первых, я думала, что ты принял мои извинения за тот случай, и мы во всем разобрались, – Люси заварила себе растворимый кофе. – Во-вторых, ты просто бесишься, что я уехала и не сказала тебе о том, куда и зачем, и не пытайся переубедиться меня в этом. Ну и в-третьих, если ты считаешь, что твоя бурная истерика поможет тебе съехать с ответа, то у меня для тебя сюрприз. Так почему ты отказался? – упорствовала она. Нацу был рад, что Люси не обратила внимание на его «эмоциональный выпад». Он поймал себя на мысли, что открыто пялиться на её грудь. – Потому что… – он отвел взгляд, – это не моя мечта, ясно? – Трепать языком? Зря. Ты в этом хорош, – лукаво улыбнулась девушка, явно вспомнив что-то приятное. – Языком ты очень хорошо умеешь работать, – с некоторым подтекстом усмехнулась Люси. – Спасибо за высокую оценку моих навыков, – ехидно ответил Нацу, – только это ничего не меняет. Я хочу быть писателем, сидеть на своей вилле в Италии и писать свои книги, а не выступать на сцене как какой-то разодетый попугай и… кто сказал, что у меня получился? – Кто сказал, что не получится? – голос Люси на удивление был спокойным и даже без сарказма. – Слушай, Драгнил, я не знаю, чего ты так загнался и что там у тебя в голове происходит, ну кроме сотрясания вакуума… – Ну слава Богу, а то я уже начал переживать, что ты пришла меня хвалить и подбадривать, – Нацу снова плюхнулся на диван, пока над ним не повисла Люси, попивающая свой кофе. – Я уважаю твою мечту, и считаю, что за эти месяцы ты сделал очень много. Отредактировал первые главы, внес правки в свой сюжет, раздвинул собственные шаблонные границы о раскрепощённой и бесполезной подружке главного героя, – усмехнулась Люси. – Но ты же понимаешь, что быть писателем, особенно сейчас, не так просто. Даже Джоан Роулинг отказывали во многих издательствах, прежде чем мир увидел историю о мальчике-волшебнике. Это просто пример о том, что… что может стоит воспользоваться шансом, который подкидывает тебе жизнь? – Да какой это шанс! – Стать узнаваемым! У тебя есть внешность и умение красиво говорить. Ты не боишься публики. Думаю, прочитать пару книг и устроить вечеринку наподобие книжного клуба ты точно способен. Зная Ирен, другие издатели тоже увидят тебя. Тебя заметят. И так, книгу будет проще напечатать. У тебя появятся связи, и еще ты наконец-то станешь взрослым и самостоятельным, а Грею будут звонить из банка и спрашивать почему это он не пользуется кредиткой. Нацу усмехнулся, понимая намек девушки. Ведь кредиткой Грея в основном пользовался только он. – Я рассказал ей идею, но она намекнула, что все сейчас тащатся по романтическим книжонкам или по нон-фикшену. И что мне быть оратором все то время, пока жанр моей книги не станет популярным? – Напиши то, что сейчас популярно, подстройся под рынок. Потом свою книгу будет проще напечатать, потому что твое имя будет узнаваемо. Нацу задумался. – Никто не говорит тебе заниматься этим всю жизнь. Просто дай этой возможности шанс что-то изменить. Это тоже путь к твоей мечте. Да, не такой каким его видел ты, но это нормально. Не понравится, всегда можно бросить. Это лучше, чем потом через десять лет сказать себе «если бы я тогда…». Просто подумай об этом, идет? – Ладно, – вздохнул парень, понимая, что в словах Люси есть правда, и что он не смотрел на ситуацию её взглядом. Он понял, что в последнее время все воспринимал только буквально, не пытаясь проанализировать ситуацию или поискать плюсы. Он снова стал изучать девушку, которая стояла перед ним, это происходило само собой, и он не могу это остановить, пока кое-что не заметил. – А что это у тебя? – указал он на руку. – Похоже на след от капельницы… – Что? – встрепенулась Люси, пролила немного кофе на пол и попыталась прикрыть след свободной рукой. – Да нет… наверное сумкой зажала или что-то типа того. Не парься. – Я может и придурок в твоих глазах, но отличить то, о чем ты говоришь от следов капельницы я еще в состоянии. Так что это за командировка, которая содержит в себе объятия с капельницей? – и снова эмоции взяли вверх, Нацу не мог это контролировать. – А что это за допрос? – телефон Люси зазвонил в кармане, и он вмиг остановил толком еще не начавшуюся перепалку с Нацу, который был на пределе своего терпения. – Допрос? А что нельзя поволноваться? Ну что?! – увидел обеспокоенный взгляд Люси, подставившейся чашку на стол – Это Грей. Этой ночью…бабушка Джувии… скончалась, – выдавила из себя Люси, погрузив комнату в тишину.

Суббота, 7 июля 2018 года

– Джу, ты как? – Грей зашел в комнату бабушки Джувии, где девушка сидела у изножья кровати, раскладывая разные документы и фотографии из многочисленных коробок Милдред. Здесь хранились всем её воспоминания, была запечатлена вся её жизнь и Джувия держала фотографии в дрожащих руках, как самое бесценное сокровище. Она тихо шмыгнула и это было красноречивей любого другого ответа. – Шшш, – Грей сел с ней рядом, приобняв за плечи. – Где папа? – Как я понял, ушел уладить детали по-поводу похорон. Джу уткнулась ему в плечо, еще больше заплакав. Фуллбастер просто молча обнимал ее, надеясь этим жестом дать ей то утешение, которые ей были так нужны. Прошлый вечер был тихим и спокойным. Они смеялись, было рассказано много историй. Все выглядели счастливыми. А ночью Милдред просто ушла в мир иной, тихо и спокойно во сне. Грей никогда не сталкивался с потерей дорогих ему людей в том смысле, в котором столкнулась Джувия. Да, отец ушел к другой, мать была в другом городе и он её в не видел уже больше года, но они были… живы. И Грей только мог представить, как много бабушка значила для Джувии. Ведь она заменила ей мать. Девушка была совсем раздавлена. Конечно, она винила себя, что не приехала раньше, не смотря на то, что абсолютно все твердили, что её вины в этом нет. Сейчас на сердце у Джувии была большая рана и все что мог сделать Грей, это просто обнять её крепче. – Она здесь такая счастливая, – стала показывать ему старые фотографии, где бабушка была с дедушкой. – Они сейчас вместе. – Уверен, что так и есть, – поцеловал ее в макушку. Джувия еще долго смотрела фото, и стала разбирать старые документы, которые бабушка хранила в коробках. Джувия погружалась в историю жизни Милдред Локсар, роняя слезы о своей утрате. Бабушка прожила прекрасную жизнь. В ней было так много всего. – Я пойду заварю чай, – погладил её по спине Грей. – Тебе нужно немного успокоиться. – Хорошо. Когда Фуллбастер начал хлопотать на кухне, Джувия увидела небольшую папку с документами. Открыв ей, в руки девушки попали страховка, документы на эту квартиру, на машину. И был еще один документ, привлекший внимание Локсар. Тем временем, Грей, уже заваривший чай, увидел Питера, который зашел на кухню. Смерть матери и на нем отразилась довольно сильно. Конечно, он не плакал при нем или своей дочери, но было видно, что ему тоже тяжело. – Как Джувия? – хриплым голосом спросил он. – Плохо, – не стал скрывать Грей. – Она очень расстроена, но я уверен, что Джувия справится. Я помню, как переживал, когда Люси устроила ей импровизированный девичник, и они сначала стритрейсили, а потом пошли в тот подпольный клуб к Гарлеме, в котором Джувия целый год провела, участвуя там в боях без правил. Но, все обошлось... – Он увидел, как вытянулось лицо Питера, но вовремя не понял в чем причина. – Конечно, я не смею сравнивать. Просто, ваша дочь, она такая сильная. Без образования, объездив практически всю Америку и попробовав многие активные и опасные вида спорта она... – Что? – спросил Питер. – Ты это о чем вообще? Мой лисенок не закончила университет? Бои без правил? Оружие? Опасность? – Эм... О, мне тут Драгнил звонит, – Фуллбастер был готов просто молится вслух из-за того, что Нацу позвонил так вовремя. Кто же знал, что Джувия так много скрывала от отца. Грей чувствовал себя продажным копом, который только что сдал своего. Но все равно поспешил выйти из квартиры, боясь оставаться с Питером рядом в одном помещении. И только дверь за ним закрылась на кухне появилась Джувия, держа этот лист бумаги в дрожащих руках. Питер посмотрел на нее очень строго, ведь на него только что вывалились такие подробности её жизни. – Это правда? – лицо Джувии жгло от слез. – Ты знаешь, у меня к тебе тоже много вопросов, личенок, – поставил руки по бокам. Но когда Джувия протянула ему тест ДНК, который когда-то сделала его мать, мужчина все понял. – Лисенок, я… – Я не твоя дочь, – сквозь слезы шептала Джувия. – Конечно моя, – отмахнулся Питер. – Это всего лишь бумажка, которая ничего не… – Почему ты тогда мне не сказал? – Я… Я не хотел этого разговора. – Ты говорил, что мама принесла меня тебе! Что это была одна единственная ночь! – Я солгал... Твоя мать… она попала к нам в участок из-за того, что жила в каком-то клоповнике, была несовершеннолетней, без документов и к тому же беременной. В участке, когда я оформлял её, у неё начались роды. Я отвез её в больницу, и провел там всю ночь, так как она была под моей опекой. А утром, она показала мне тебя и рассказала, с чем ей пришлось столкнуться. Она попросила поддержать тебя, пока она сходит в туалет, но… она так и не вернулась, – вздохнул Питер. – А ты… ты была такой крохой, и ты совсем не плакала, когда я держал тебя на руках. И тогда… я принял главное решение в моей жизни. Я забрал тебя. – Но ты не знал мою мать и никогда не был её другом, да? – Все что я знал, что её звали Элизабет. По фамилии я нашел её родителей, но, как она и говорила, они даже знать её не хотели, как и ребенка, которого она родила. – Если ты решил меня растить, то зачем этот тест? – Это мама. Я ей соврал, что ты моя, но она не поверила. И много лет назад, был такой же разговор, только с ней. Джувия почувствовала как уходит земля под ногами. Бабушка? Её бабушка сомневалась в родстве и не хотела, чтобы её сын растил какого-то подкидыша? Все было так? – Бабушка… она... – Лисенок, она любила тебя, как родную. Нет, ты итак наша… Не смей даже сомневаться в этой. – Ты мне лгал, – плакала Джувия. – И ты мне даже не отец, – смотрела на тест ДНК, который говорил, что между ними нет родственной связи. – Лисенок… – Нет! Оставь меня! – Джувия выбежала из квартиры. Обрушившаяся на неё правда оказалась слишком тяжелой.

***

– Грей, я так больше не могу, – отчаянно шептал в трубку Нацу. – Скажи, где Джувия прячет пистолет, я хочу вышибить себе мозги. – Что случилось? – послышался вздох с той стороны трубки. Грей стоял на улице, все еще чувствуя себя последним засранцем, что сдал Джувию. – Она не была ни в какой командировке, – заговорческим шепотом ответил Нацу, словно их кто-то подслушивает. – Откуда такая уверенность? – Ну, во-первых, я позвонил Локи и выяснил, что Хартфелия просила его несколько дней её не трогать, типо ей нужно куда-то съездить. Ты не находишь это странным? – Нацу был явно увлечен своей игрой в детектива. – Нам она говорит одно, а Локи – другое. И, таким образом, её поездка никак с работой не связана. – Меня больше беспокоит, что ты её бывшему парню названиваешь, – Грей на той стороне тер себе переносицу. – Я надеюсь это все, на чем основывается твоя догадка? – Я знаю, что она была в Бостоне, – продолжал Нацу. – А это откуда? – Ну, я как бы видел посадочный талон, который она, наверное, забыла выкинуть. – Что!? Откуда у тебя её посадочный талон? – Ну, может быть, – Нацу водил пальцем по столу, не особенно желая рассказывать другу все, что он успел сотворить за эти несколько дней собственного безумия. – Может быть она ненадолго оставила сумку без присмотра в кофейне. – Ты рылся в её сумке?! – Это было важно, – оправдывался Нацу. – Но ведь это явно была не командировка. – Тебе так необходимо это знать? У каждого человека должна быть личная жизнь, а ты сейчас снова переступаешь черту, Нацу. – Она была у врача. Я не успел посмотреть диагноз и назначение, но видел фамилию. Она показалась знакомой. – Боже мой… Тебе там что от скуки вообще делать нечего? – И я вспомнил, что это давний и хороший друг-коллега моей мамы. Ну, я раздобыл его телефон из маминой записной книжки. – Боже мой, Драгнил, – все повторял Грей. – Ты что «Миссия невыполнима» или «Крепкий орешек» пересмотрел? Ты что там за спецоперацию утроил? Ты что-нибудь о личных границах другого человека вообще слышал? – Ты не понимаешь, – качал головой Нацу. – Я должен знать. Потому что, если я не знаю, я начинаю придумывать сам… а от этого еще хуже. – Чертов фрик, – вздохнул Грей. – Ну все, ты понял, что она была у врача, которого ей порекомендовала твоя мама. Все? Успокоился? – Нет. – Не нравится мне этот тон, – напрягся Грей. – Что опять? – Понимаешь… – Нет и не хочу понимать. Тебе нужно остановиться! Тебя вообще жизнь ничему не учит! – Но я так смогу ей помочь… – Если бы ей нужна была бы помощь, она бы её попросила. – Ха-ха, – фыркнул Нацу. – Ты её первый день знаешь? Она никогда ни о чем не просит. – Но ведь она пошла к твоей маме и попросила о чем-то, раз та направила её к коллеге. Значит, еще не все потеряно. – Этот врач тоже акушер-гинеколог, – вздохнул Нацу. – И я… я сначала запаниковал, что она беременна, а мне ничего не сказала. – ЧТО!? – вскрикнул Грей, привлекая внимание нескольких прохожих. – Но это глупо. Если бы она была в положении, моя мама не направила бы её в Бостон. У неё куча крутых знакомых в городе. И, к тому же, если бы Хартфелия была беременна, мама бы с меня так просто не слезла и все точно закончилось бы свадьбой. Хотя…. Хартфелия могла бы попросить маму ничего не говорить мне… да, это в её духе. Но, я поискал информацию об этом враче в интернете и оказывается он известен тем, что не раз помогал женщинам, когда у них какие-то проблемы с репродуктивной системой. Там вирусы какие-нибудь например… – Погоди, что? Ты думаешь, что Люси… могла бы тебе что-то передать… и что… – Откуда я знаю! – панически говорил Нацу. – Я же не прочитал бумажку с диагнозом. А вдруг она меня уже заразила. – Слушай, никто так часто не двигал шкаф, как вы. Поэтому да, не буду врать, шансы высоки. Но после твоих поступков почти готов сказать, что ты это заслужил. Ну сходи, проверься, – почесал затылок Грей. – Ничего зазорного нет. Слушай, только в мою комнату не заходи… пока не проверишься. – Ха-ха, если это о чем я думаю, оно так не передается, – прыснул Нацу. – И вот я уже час пытаюсь распознать симптомы и ищу разные болячки в интернете. Грей, я схожу с ума. – Что правда, то правда, – вдохнул Грей. – Сходи к врачу и все. – Анализы займут несколько дней… – Мне снова не нравится твой тон. У тебя видимо есть какая-то идея. – Я могу позвонить доктору и выудить предполагаемый диагноз. И радостно побегу в аптеку, потому что у меня, кажется, зуд начинается. – У тебя зуд в другом конкретном месте, – продолжал злиться Грей. – Это уже перебор. Остановись. Когда Люси узнает, тебе конец. – А вдруг я уже смертельно болен? – От этого не умирают… – Умирают! Ты представляешь какая статистика?! Я все прочитал. – Какая к черту статистика? Ты даже не знаешь, что у тебя и вообще есть ли это у тебя. Отключай паникера и включай своего внутреннего врача, потому что он должен знать, что нельзя верить всему, что написано по ту сторону экрана. Приди в себя. – Ладно, ладно, ты прав. Я постараюсь успокоиться. Не знаю, помедитирую там или… В этот момент мимо Грея пронеслась Джувия, а тот лишь растерянно смотрел ей в след. – Драгнил, у меня тут… короче, сходи к врачу, и не смей звонить знакомому своей матери. Все. Грей положил трубку, непонимающе смотря на Питера, который вышел вслед за дочерью. – Что случилось? – спросил он.

***

Джувия сидела на самом краю старенького пирса, который использовали только рыбаки, а не большие судна. Её ноги были погружены в воду, а по щекам все также текли слезы. В детстве она часто сюда приходила, чтобы послушать океан и постараться успокоиться. Соленый бриз легонько играл в её волосами, а мимо проплывали большие торговые суда. Грей аккуратно подошел, радуясь, что смог найти ей. Питер хорошо знал свою дочь, но стоило немалых усилий убедить его пусть поговорить с ней именного его. Грей понимал, что не нравится отцу своей девушки, но видеть её такой было просто невыносимо. Он ничего не сказал. Просто молча сел рядом. Девушка недоверчиво смотрела на него своими покрасневшими, полными слез глазами, после чего, просто вжалась в него, позволив себе разрыдаться еще сильнее, и позволив Грею в эту минуты быть сильным. Фуллбастер ей всегда говорил, что она самая сильная женщина, которую он когда-либо знал. Но сейчас, она была благодарна за эту возможность побыть слегка беспомощной и раздавленной так внезапно обнажившейся правдой. – Я не знаю… что мне делать… Грей лишь сильнее обнял её. – Он врал мне… всю мою жизнь. А моя мать… она просто выбросила меня, как чертов мусор… И я так зла... и мне так больно одновременно. Я ведь тогда только родилась… разве я могла сделать что-то не так? Это не моя вина, что она трахалась без презерватива! – ругалась она сквозь слезы. – За что они так со мной?! За что?! – кричала она. – Джу, я бы мог сказать, что понимаю, но это будет ложью. Мне крайне больно видеть, как ты страдаешь, но ты выслушаешь меня? – молчание Джувии было ей ответом. – Я не знаю, почему твоя мать приняла такое решение, оставить тебя. И думаю, тебе тоже не важны эти причины, ведь они ничего не изменят. Но, твой отец… не тот, что попыхтел десять минут, а тот, который ждет тебя дома… Джу, он любит тебя. И всегда будет. Несмотря ни на что он выбрал быть отцом, твоим отцом. И плевать на какие-то анализы. Он был с тобой, когда ты первый раз улыбнулась, когда сделала первые шаги. Он ходил на все твои выступления в школу и на день отца и на день матери. Он готовил тебе лучшие в мире тосты каждое утро. Джу, глупышка, это же… бесценно, – вытирал ей слезы Грей, пытаясь достучаться до неё. – Не злись на него. Он просто хотел как лучше. Наши родителя всегда хотят как лучше. Но они тоже первый раз в этой роли, и пожалуй, небольшие оплошности можно им простить. Джувия лишь расплакалась еще сильнее. – Знаешь, я считаю, что ты должна поблагодарить свою мать. Ведь благодаря её страхам, обстоятельствам и комплексам, ты смогла обрести такого прекрасного отца. Благодаря ему ты стала такой прекрасной, удивительной, смелой и невероятно сильной женщиной. Которую я и люблю, – поцеловал в лоб. – Я очень тебя люблю, Джу. – Мы можем посидеть здесь еще немного? – шмыгнула она, переваривая слова Грея. В глубине души она понимала, что он прав. – Столько, сколько тебе нужно, – спокойно ответил Грей. Позже они вернулись домой, где на лестнице, ведущих к дому, сидел Питер. Он не находил себе место, ведь даже заверение Грея, что он поговорит с Джувией его мало успокаивало. Но стоило Джувии увидеть своего отца, она снова расплакалась еще сильнее. – Папочка! – Джувия обняла своего папу. – Прости меня. Грей лишь слабо улыбался на фоне, смотря за воссоединением семьи. – Лисенок, тебе не за что извиняться, – мужчина обнял Джувию в ответ. – Ты всегда была и будешь моей дочерью. Это ничего не изменит. Ну-ну, – пытался её успокоить. – Ты что-то совсем расклеилась. Это как-то не подходил для чемпионки по боям без правил, – попытался пошутить он. – Когда ты успокоишься, мы еще поговорим об этом. – Хорошо, пап, – шмыгнула Джувия. – Не хочу больше никакой лжи или недомолвок. Я рада, что ты знаешь. Теперь мы не будем друг другу врать. – Конечно, лисенок. Питер, с влажными от трудно сдерживаемых слез глазами, посмотрел на Грей и кратко кивнул. В этом жесте была скрыта та благодарность, что он адресовал парню своей дочери.

Воскресенье, 8 июля 2018

Терпение Драгнила-младшего оказались на удивление хлипкими. Несмотря на все его попытки отвлечься, эта идея словно надоевший червь грызла ему мозг. Даже слова Грея, которые также кружились у него в голове, Нацу не мог бороться с самим собой и уже на следующее утро поспешно набрал номер врача. В голове было столько тревожных мыслей о том, чем могла наградить его Хартфелия. Они ведь не всегда предохранялись. – Запомни, Нацу, всегда используй презерватив, – ругал он себя. Что это может быть? Гонорея? Сифилис? Хламидиоз? Генитальный герпес или гепатит B? – Слушаю, – послышалось с той стороны. – Эм, здравствуйте, доктор Клэй. Это Нацу Драгнил. Вы, наверняка помните мою маму – Николь Драгнил. – Нацу? Здравствуй. От тебя я точно не ожидал звонка. Тебе уже сколько? Уже такой большой парень, а я тебя помню, когда ты еще под стол пешком ходил. Как поживает Николь? – Превосходно, – выдавил Нацу. – Я на самом деле звоню вам по делу. Я знаю, что недавно у вас была моя девушка – Люси Хартфелия. Она мне все рассказала, но я… очень обеспокоен её диагнозом, – Нацу врал достаточно искусно и убедительно. – Как вы считает, в её ситуации, не будет проблем полететь скажем к тете на свадьбу? Не будет ли каких-то осложнений или… – Странно, мисс Хартфелия сказала, что сейчас не живет половой жизнью и мне не показалось, что у нее есть молодой человек. – Видите ли, мы с ней немного поругались, потому что она не захотела, чтобы я полетел с ней. Я бы хотел её поддержать, но она… привыкла все решать сама. – Ну, Нацу, я надеюсь на твое понимание, ибо когда женщина сталкивается с бесплодием, как и в случае мужчин, сказать о своей проблеме очень тяжело. Но раз она поделилась с тобой, значит очень любит и доверяет. – Да… – Нацу потерял дар речи, встав с насиженного мечта. – Доверяет… Я… Я… так что о противопоказаниях? Она сказала, что все хорошо, – Нацу решил довести свою игру до конца, – но я должен быть уверен. – Думаю, от поездки вреда не будет. Все необходимые рекомендации я ей дал, пока достаточно им следовать. Как только будут готовы все анализы, я сообщу твоей девушке и если есть шанс, мы начнем лечение. – То есть… есть шанс, что это навсегда. – К моему великому сожалению, есть. Но шанс на успех также существует. Просто поддержи свою девушку. Сейчас это все, что ты можешь для неё сделать. Попрощавшись, Нацу положил телефон на стол. Он готов был услышать столько разных диагнозов. Все. Абсолютно все. Кроме этого. Он понимал, что перешел черту, но внутри били эмоции, что это она до такого довела. Она ничего ему не рассказала. И мама… – Она знала, – понял Нацу по их недавнему разговору в кофейне. – Господи, Хартфелия… когда ты научишься доверять мне… Сжал мобильный телефон, еле сдерживая свои эмоции. Перевернул небольшой столик в их квартире, чем напугал мирно спящего Хэппи. – Черт бы тебя побрал, Хартфелия! Черт! бы! Тебя! Побрал!

***

Они поднимались по ступеням в квартиру Питера Локсара, который зашел внутрь со своим гостем. Похороны прошли хорошо. Питер даже отважился познакомить Джувию со своим другом, Калебом, который был в командировке и приехал как смог. Грей приобнимал Джувию, но когда они поднимались по ступеням, он увидел машину, серый форд. И он узнал это транспортное средство. – Милая, иди, – попросил он Джувию, подталкивая её к входной двери. – Я сейчас тебя догоню. Джувия проследила его взгляд, но быстро отвернулась ничего не сказав. – Добрый вечер. Я могу вам чем-то помочь? – спросил Грей у привлекательной женщины – водителя форда, после того как постучал в окно её автомобиля, и она опустила его. – Добрый. Нет, что вы… мне ничего не нужно, – было видно, что она не ожила прямого общения. – А я думаю, что вы мне лжете, – вздохнул Грей. – Я видел вас на кладбище, как вы ссорились с мистером Локсаром. А теперь вы здесь, около его дома. Если вы не покинете это место, я сообщу ему. Уверен, у него остались связи в полиции, и ночь за решеткой вам обеспечена, – Грей говорил это так спокойно и холодно, что сам от себя был в шоке. Развернувшись, он пошел прочь от машины, но женщина вышла и крикнула ему вслед. – Стойте! Грей обернулся. – Пожалуйста, не говорите ничего Питеру. Я понимаю, ему сейчас тяжело, он похоронил мать. Я просто хотела… его поддержать, ведь Питер мой старый друг. – Лгунья из вас так себя, – пожал плечами Грей. – Вы ведь Элизабет, верно? Женщина опешила. – Да бросьте, вы слишком похожи, чтобы я не сумел сложить два плюс два. Вы биологическая мать Джувии. Мистер Локсар сказал мне, что вы в последнее время все время искали встречу с Джу, но он не пускал вас к ней. Я не удивлен, что вы решили воспользоваться таким шансом, хоть это и не придает вам очков шарма, согласитесь? – Он не давал мне ни её номера, ни местоположения. Я всего лишь хотела пообщаться с дочерью. Какой-то надменный мальчишка не имеет права меня осуждать, – женщина перешла в нападение, ибо самоуверенность и критика Грея её не очень устраивали. – С дочерью, – хмыкнул Грей. – Спустя двадцать шесть лет? Не слишком ли это… странно? – он подошёл ближе. – Говорю сразу, если вам он неё что-то нужно лучше сразу проваливайте. – Не хами мне, мальчик, – скрестила руки на груди женщина. Грей ей не казался опасным или агрессивным за все то время, что она наблюдала за ним. Но здесь сейчас был словно другой человек. Тот, кто готов был превратиться в самого дьявола, чтобы защитить свою возлюбленную. – Я просто хочу увидеть её и пообщаться с ней. – О чем же? Вы её не знаете, не представляете, чем она занимается и что она за человек. – Потому что Питер не дает мне этого сделать. – А вы надеялись на иной расклад? Вы думали, что это один из Диснеевских мультиков и стоит вам появится на пороге, то Джувия бросится вам на шею и громко крикнет как она рада вас видеть? Вы не в сказке. Вы бросили свою дочь, – это слова прозвучали очень жёстко. – И этот факт неспособно изменить ни что. – Ты когда-нибудь был семнадцатилетней школьницей с набожными родителями? Да как только они узнали, что я беременна, просто выставили меня из дома. Я даже… даже не знаю, кто её биологический отец. Я была одна! И мне было безумно страшно! И что я должна была делать? Что я могла ей дать? Но это мой самый ужасный поступок в жизни. То, о чем я жалею… Я каждый день думала о ней, – по щекам женщины скатились слезы. – Вы надеялись, что это слезливая история что-то изменит? – Грей убрал руки в карманы брюк. – Мне действительно жаль, что вам пришлось столкнуться с такой ситуацией в вашем прошлом, но, как я сказал, никакие оправдания не изменят вашего выбора. И да, он у вас был. Можно было выбрать идти сложным путем, одной, но с дочерью. Но вы выбрали простой путь, все бросить и убежать. – Ты не имеешь права меня осуждать, мальчик! – Разве я осуждаю? Я говорю, как есть. Знаете, почему вы сейчас здесь? Чтобы избавиться от вины и сожаления, которые грызут вас изнутри. Плевать вы хотели на Джувию и на мистера Локсара, иначе вы бы не посмели прийти на похороны. Все что вы хотите, поставить галочку, что вы хорошая мать. В глубине души, вы знаете, что Джувия добра, даже слишком. Я готов покляться, что она простит вас. Да, не сразу, но простит. Вы надеетесь на это. Вы хотите поиграть в дочки-матери, чтобы самоутвердиться. – Мне наскучил этот разговор, – оскорбленная, но не сломленная, Элизабет направилась к машине. – Знаете, что вы действительно можете сделать для своей дочери? Она обернулась. – Уезжайте. Не вмешивайтесь в её жизнь и просто оставьте её в покое. Это будет второе ваше действие, которые вы совершите не ради себя, а ради неё. – Второе? – Вы родили её. Как бы я не относился к вашему поступку, вы подарили ей жизнь и отдали её человеку, который воспитал её такой, как она есть сейчас. Сильная, заботливая, местами наивная и очень любящая, как людей, так и животных. Хотя бы за это, следует благодарить вас. – Моя дочь и правда такая, как ты описываешь? – Она – лучшая женщина в мире для меня. Элизабет замолчала, глотая слезы. – Так будет лучше. Просто примите свой выбор. Между вами двадцать шесть лет. Вы уже ничего не исправите. Поверьте, у вашей дочери все хорошо. Она счастлива и любима. По-моему, это все, чего хотят для своих детей родители. – Наверное, ты прав, – сдалась Элизабет. – Милый, – Джувия обняла Грея со спины, застав пару врасплох. Элизабет впервые смотрела на свою дочь так близко, и впервые слышала её звонкий и приятный голос. Парень не соврал, они и правда были очень похожи. – Тебя давно не было. Все в порядке? – Да, тут меня попросили подсказать дорогу. Я попытался объяснить, но… – Ты плохо знаешь город, – усмехнулась Джувия. – Куда вы едете? – спросила она у женщины. – Я… – Элизабет выглядела так, словно принимала волевое решение, – я еду в аэропорт, – выдохнула она, – но видимо не там свернула, а навигатор что-то глючит. – Понятно, – девушка продолжала улыбаться весь свой монолог, объясняя дорогу до места, обозначенного Элизабет. – И там будет аэропорт. Доберетесь? – Думаю, да, – спохватилась женщина, ведь она особо не слушала слова Джувии, а только пыталась как можно детальнее рассмотреть свою дочь, запомнить её голос. Она была поражена цветом её волос, но понимала, что ей очень даже идет. – Спасибо вам. – А вы проездом или на экскурсию? – Ну, я вообще-то искала… – Элизабет посмотрела в глаза Джувии. – Искала кое-кого. Мы давно не общались, и я решила что-то изменить. Но… прошло слишком много времени. Наверное, глупо надеяться, что этот человек сидел и ждал, когда я вернусь. Джувия почувствовала, как Грей приобнял её за талию, словно не хотел отпускать. – Да, это немного глупо, – призналась Джувия. – Это ваше любимое домашнее животное может ждать вас до конца своих дней, потому что вы для него весь мир. Но человек… он способен построить свой мир сам, и только ему решать кого впускать в него, а кого нет. Вы, извините, пожалуйста, это не мое дело… но я считаю, что вы очень смелы и где-то даже настойчивы. Не каждый решится на что-то подобное. – Но, наверное, раз и тому, кого я искала и мне нормально живется друг без друга нет смысла что-то менять. – Вы счастливы? – неожиданно спросила Джувия. – Да, – кивнула женщина, еле сдерживая слезы. – Это все, что нужно, – улыбнулась Джувия. – Я, – женщина неуверенно протянула руку, – я Элизабет. – Джувия, – девушка пожала её. – Надеюсь, вы удачно доберетесь до своего места назначения. – Спасибо. И я тоже надеюсь, что у вас все будет замечательно. Вы прекрасная пара. Грей, который был свидетелем этой сцены, понял, что благодарность женщины также была адресована и ему. Он был признателен Элизабет за её выбор и за то, что она осталась довольна тем, что получилось. – Ты как? – когда машина скрылась из виду, спросил Грей у девушки. – Это ведь была моя мама, – посмотрела на Фуллбастера, – и ты снова меня защищал? – погладила его по щеке. – Ну кто-то должен, – слабо усмехнулся он. – Если мой папа это услышит, боюсь он достанет ружье, – уткнула ему в шею, – спасибо. – Ты как? – Плохо, но… – прижалась к Грею сильнее, – так всегда лучше, – прошептала она. – Тяжелые выдались выходные…. – И не говори. Знаешь, что мне твой папа сказал? – Что же? – У меня будет целых десять секунд, чтобы убежать от него с ружьем, если я вдруг причиню тебе боль, – Грей выглядел слишком довольным. – Целых десять секунд? – улыбнулась Джувия. – Да ты счастливчик, и ты точно ему понравился, – поцеловала своего парня. – Спасибо, что поехал со мной. Я бы не справилась без тебя. – Конечно справилась бы, – улыбнулся Грей, – но я все равно рад, что оказался рядом. И что у меня есть целых десять секунд… Джувия рассмеялась. – Знаешь, эти выходные показали, что я плохо выношу, когда мои близкие от меня что-то скрывают. Папа рассказал мне о маме, поэтому я вышла, и я слышала, что ты ей сказал. Не все, но я слышала главное, – погладила его по щеке. – Ты и Люси моя персональная команда Мстителей. – О, если бы здесь была Люси, боюсь Элизабет так просто не уехала бы, – рассмеялся Грей. Джувия улыбнулась. – Это было бы весело. Но, я о другом… Грей, пожалуйста, никогда не ври мне. Даже если считаешь, что защищаешь меня или что-то подобное. Лучше скажи все, как есть. Не хочу никакой лжи в своей жизни. – Ну хорошо, – вздохнул Грей. Джувия напряглась, потому что эти выходные итак сильно подкосили ей, и она не была готова еще к одному откровению. – Я уволился. – Ты что? – удивилась Джувия. – Но Грей… это из-за меня? – Не совсем. Ты же знаешь, что я давно имел конфликты со своим руководством, и я понял, что вырос из этой компании. А их отказ дать мне несколько дней выходных… в общем, я не выдержал и ушел. – Милый, – Джувия обняла его. – Мне жаль. – Да брось, – усмехнулся Грей. – Это всего лишь работа. Найду другую. Пока поэкономлю и, например, выселю Драгнила, – усмехнулся Грей. – Люси мне сказала, что он согласился на предложение Ирен. – А, ну тогда пока его оставим. Поживу для баланса вселенной за его счет. Парочка рассмеялась. – Все будет хорошо? – спросила Джувия. – Все будет хорошо, – подтвердил Грей, обняв её сильней.

Понедельник, 9 июля 2018 года

Люси направилась в соседнюю квартиру, когда услышала как скрипнула входная дверь. Ей недавно звонили Грей и Джувия, сообщить о том, что завтра они будут дома. Грей ещё был таким странным. Эльза заснула на диване, и проверив своих племенников и накрыв подругу пледом, Люси решила выяснить, что произошло с основным нарушителем спокойствия. – Драгнил, где ты шляешься? – спросила она. – Грей там почти на грани паники. О боже, – посмотрела на него и на небольшой бардак, который был в квартире. – Что это с квартирой? Утроил оргию в отсутствие Грея? И ради Бога, скажи мне, что с твоим лицом? – Подрался, – буркнул Нацу. Его губа была разбита, на руке была ссадина, и костяшки в синяках и кровавых мозолях. – Если ты не знала, парни иногда дерутся. Нацу опустил тот факт, что сам поехал в Гарлем к Гажилу, чтобы хоть как-то снять это напряжение и успокоить свои эмоции. Ему еще требовалось время чтобы уложить это все в своей голове, но пара мощных ударов в челюсть и по ребрам как-то быстро бодрила. – Как ребенок, – найдя аптечку, Люси достала дезинфицирующее средство, мазь от синяков и бинт. – Все такие или только ты? – обхватив его подбородок, приподняла его голову, заставляя буквально смотреть ей в глаза, пока она обрабатывала его губу. – Я и сам могу, – буркнул он, пытаясь отвести взгляд, но хватка Люси не позволяла. – Не будь девчонкой, – продолжала она вытирать кровь. – Хорошо тебя приложили. С чего это вдруг тебя потянуло подраться? – Просто было такое настроение, – когда она закончила с его губой, Нацу наконец отвел взгляд, пока Люси переключилась на его руку. – Что, всех девчонок уже оприходовал, и теперь пошел снимать свой стресс другим методом? – усмехнулась Люси. – Пусть будет так, – вздохнул Нацу. – Пусть будет? Ты не заболел? – продолжала улыбаться Люси. – Может тебе пару сотрясений устроили? – Все нормально. Правда, – искренне сказал он. Если история с конвертом и научила его чему, так это тому, что Люси не должна знать, что он знает. – Слушай, мне Грей сказал, что ты не хочешь ехать со мной на свадьбу и всячески пытаешься найти себе замену. Любишь же ты все усложнять. Сказать не пробовал? – спокойно спрашивала она. – Я большая девочка и могу съездить сама. Я понимаю, мы договорились, когда были немного в других отношениях, и видимо мои слова все же задели твое эго, раз ты все еще обижен на меня, но… – Я на тебя не обижаюсь, – отчеканил Нацу. – И я поеду. – Правда? Ты уверен? – Нацу кивнул. – Ну ладно, – закончив «латать» парня, Люси встала с дивана и направилась к двери. – Эм, Хартфелия, я хотел… В этот момент, Нацу слышал внутри только свой голос, который твердил ему что он идиот. Причем полный. Хотел задвинуть свои отношения с ней, как можно дальше, но не мог. Не сейчас. А что будет дальше? Что если Грей и все остальные правы? Что если это не просто дружба или секс? Что же ему делать тогда? Вычеркнуть её из своей жизни и оставить одну из-за страха столкнуться с новым видом чувства или… Да какое или? Он бы никогда не бросил её, особенно сейчас. Ведь все, что он мог для неё сделать – это просто быть рядом и поддержать. Пусть она и дальше думает, что он не знает. Пусть все остается так, как есть. Он уже привык. Она не меняется. А он, кажется, уже неплохо научился раскрывать её секреты. В какой-то момент, когда он был там, на ринге, он подумал, почему она? Почему из всех людей на планете именно она? Потеря единственного родного и близкого человека, переезд, первая и неудачная любовь, авария, больница и попытка суицида, отец скотина и вторая авария, которая чуть не привела к летальному исходу. Она только оправила от болезни Николь, а тут… еще и эта напасть. Она через столько прошла, что это просто, черт возьми, несправедливо. – Эй, ты что, завис? Ну точно пару нокаутов в голову пропустил, – вывела его из ступора девушка. – Так чего хотел то? – Знаешь, Хартфелия, Грея и Джувии не будет до завтра, Эльза и дети спят. – Начала довольно знакомое, но мой ответ ты знаешь. – Да я не об этом, – усмехнулся он. – Кино не хочешь посмотреть? Закачаем какой-нибудь ужастик, попкорн и пара пачка чипсов с колой. – Праздник для живота, – улыбнулась Люси. – Но знаешь, я не против. Она помогает всем и всегда, но никогда не просит помощи взамен, медленно разрушаясь под тяжестью своих трудностей и чужих. Он не мог больше этого допустить. Пусть она ему не доверяет. Пусть ничего не рассказывает. Пускай даже эти чувства окажутся правдой. Пусть её дверь останется для него закрыта. Ничего сейчас не имело значения. Кроме неё.