Большое Яблоко для шестерых

Augustana – Something Beautiful

Thirty Second to Mars feat. Halsey – Love is Madness

At Second Thought – VOILA

Суббота, 25 августа 2018 года

Нацу всегда чувствовала себя уверенно и спокойно за рулем своей «крошки». Пальцы твердо сжимали руль, в ушах, вторя пульсу, разносился рев двигателя, словно рык грозного и дикого чудища, готовящегося вырваться на волю и поразить всех своим пламенем. Каждая проносящаяся миля, отражающаяся на панели, казалось, увеличивала и без того огромную скорость. Не было страха. Не было волнения. За рулем своей «крошки», которая имела определённую популярность среди стритрейсеров из-за характерных языков пламени, Нацу был живым и свободным, словно у него открывались крылья, и он мог улететь куда угодно. От проблем с семьей, от проблем, связанных c финансами или будущим. От всего, что тяготило душу. Но в тот день буквально всё говорило ему о том, что нужно отказаться от участия – он опоздал на гонку, но Гилдартс сумел договориться и убедить участников подождать. Кто-то проколол колесо у его «крошки» и потребовалось время на замену. Даже мама, с которой он уже не разговаривал долгое время, написала ему в тот день и поинтересовалась как у него дела. И финал всего этого – пошел дождь. Вроде он сумел со всем этим разобраться, но не следовало относиться к этому так беспечно. В чем было дело – в новой шине, еще не обкатанной, в плохой видимости или в резком повороте на дороге, а может в нем самом – Нацу не знал. Последнее, что запомнил, спидометр. На нем стрелка была за пределами цифры двести. А дальше визг тормозов, треск стекла, звук удара и сильная тряска. Что-то горячее потекло по лбу. Кровь… А потом безумно сдавило в груди, дыхание сбилось, словно он пробежал марафон, что ему не позволили бы его легкие, хранившие память о каждой выкуренной сигарете. Нацу невольно дернулся и широко открыл серые глаза, в которых еще читалась паника. Потребовалось пара минут, чтобы сфокусироваться и привести мысли в порядок, хотя назойливый шум мешал ему это сделать. Он в самолете. На высоте нескольких тысяч километров. И вот откуда этот шум, неприятное давление в висках, вспотевший лоб и бешено бьющееся в груди сердце. Да, Нацу Драгнил не был фанатом полетов. – Все норм? – на него с опаской посматривала Люси, сидящая в соседнем кресле бизнес-класса. В своём светло-коричневом платье футляре, длина которого позволяла ей подчеркнуть свои шикарные ноги, она смотрелась невероятно сногсшибательно, почти как с обложки журнала. – Норм, – лишь буркнул Нацу, сразу сжав кулаки, чтобы она не заметила, как трясутся его руки и сильнее вжался в кресло. Что с ним такое? Когда он потерял контроль? Давно он мыслями не возвращался в тот день. Это все из-за полета? – Николь сказала, что ты не любишь летать. Почему тогда не поехал на машине, как я предлагала? «И правда, почему? Какой же я идиот…» – Когда еще появится шанс покататься в бизнес-классе, – сдавленно ответил он. Люси усмехнулась. – Точно все в порядке? Я надеялась тех таблеток хватит, чтобы ты проспал весь полет, – стала рыться в сумке. – Может принять еще? – Да, и главное побольше, чтобы наверняка. – Сарказм тебе не поможет долететь до Чикаго. Ты бледный как чертов призрак. Она прикоснулась к его лбу, затем к щекам. «Черт, Хартфелия, вот только не сейчас». Взгляд её карих глаз очень пристальный. Она протягивает свою руку, а Нацу удивленно смотрит на неё, не понимая, чего еще хочет эта женщина. Она, итак, забрала все. Все что у него было. Включая контроль, спокойствие, самообладание, чувство собственной значимости и достоинства. А, ну и, конечно же, радость жизни. Несмотря на все его попытки раскачать её и поддержать, она держалась особняком и продолжала все хранить в секрете. Он не до конца понимал, как это взаимосвязанно, но не мог расслабиться и отпустить ситуацию, зная, что Люси тяжело. Зная, что она в очередной раз пытается что-то построить на руинах своей жизни, но у неё снова не получается. Он злился на Вселенную, за то, что та так жестока к девушке, на себя, что никак не может ей помочь, на то, что за этот месяц результаты её анализов не стали лучше. Да, он продолжал контактировать с врачом Люси – благодаря общению с ней он, кажется, прокачал свои навыки вранья, да и старый коллега его матери прикипел к нему душой, поэтому делился некоторыми фактами – довольно скромными, но значимыми. – Дай руку. Он где-то с полминуты смотрел на неё с подозрением. С Хартфелией всегда надо быть начеку. Кто знает, что она задумала. – Боже мой, – закатила глаза. – Боишься укушу? Обычно кусаешься только ты. Нацу усмехнулся, но дал ей руку. Она нежно сжала её и стала успокаивающе поглаживать тыльную сторону ладони и его костяшки пальцев подушечкой своего большого пальца. Нацу не знал почему, но это правда немного приземляло. Он шумно выдохнул. «Когда я стал таким безнадёжным и придурковатым влюбленным, над которыми подтрунивал большую часть своей жизни?» Не то, чтобы Нацу гордился этим, но он даже несколько раз прикалывался над Греем, когда тот только начал встречаться с Джу. Лицо этого влюбленного идиота нужно было видеть. Но Драгнил никогда не думал, что сам присоединюсь к стану таких же… Боже! И все из-за этой чертовой блондинки, так невинно сидящей, держащей его за руку и читающей книгу. «Ох, ну просто ангел воплоти.» Нацу фыркнул громче, чем ему хотелось бы, и она оторвалась от книги, на которую обратила свое внимание, как только они взялись за руки. Чертовы. Карие. Глаза. Господи, как же их блеск и глубина успокаивали и бесили Нацу одновременно. Нацу все еще старался сохранить в себе стену под названием «Я не люблю Люси Хартфелию», но каждый день из этой стены словно вынимали по кирпичу, и она становилась все хилее и хилее. Он уже и сам не понимал, что делать. Сказать ей? С вероятность девяносто девять и девять процентов она пошлет его либо к черту, либо к психотерапевту. Он и сам бы так сделал. Их взаимоотношения настолько нестандартны и непонятны, что Нацу не имел ни малейшего представления как выйти из этой ситуации. Единственное, что понимал, что хочет ей помочь и хочет, чтобы девушка, сидящая рядом, была счастлива. Без всяких «но» – в виде несчастных случаев, проблем со здоровьем или с отцом. Посмотрев на их сплетенные вместе руки, Нацу быстро отвел взгляд на бесконечное море облаков. Даже сейчас, было до безумия страшно признаться себе, что ему нравилось, что она рядом. Нравилось, что они держались за руки. «Интересно, когда я последний раз держался за руки с девушкой? Кажется, это была средняя школа… или…» Ему даже нравился этот идиотский сладкий аромат её духов, который окутывал ярким облаком, потому что она то и дело отбрасывала волосы в его сторону. Она была раздражающе обаятельной. Парень с соседнего ряда пару раз пытался подкатить к ней, используя настолько древние подкаты, что даже Нацу непроизвольно хохотнул в кулак. Но отшивать Хартфелия умела не только словами, но и своим до одури ледяным и жестким взглядом, который сразу придавал её персоне плюс сто очков, а её оппонента понижал до уровня кольчатых червей. – Спасибо тебе, – неожиданно сказала она. – Что поехал. Я так… давно не общалась с тетей, как племянница, что попросту затерялась бы на этом торжестве, среди кучи детей и незнакомых мне людей. – Не за что, – выдохнул Нацу. – Интересно, как дети отреагируют на появление Воплощения Зла? Она закатила глаза, но слабо улыбнулась. Когда она перестала обижаться на это прозвище? – Кстати, – Люси быстро проверила свой телефон, и он снова столкнулся со взглядом карих глаз, – Эльза сказала мне, что её мама в восторге оттого, что обзавелась таким горячим ведущим для своего «книжного клуба». Она, кажется, действительно решила выехать на твоей внешности, Драгнил, – прыснула она. – А что же я не горяч по-твоему? Помнится, ты меня, как только не называла в своей постели. Её щеки слегка порозовели, но в целом она продолжала «держать удар». – Я этого не говорила, – хмыкнула она. – Для фанаток Тейлор Свифт и Ханны Монтаны ты в самый раз. – Ого, не знал, что ты фанатеешь по Ханне Монтане, – отшутился Нацу. Она ткнула локтем ему по ребрам. – Нервничаешь? – С чего бы? У меня есть опыт выступления на публику, если ты помнишь. Я переборол этот страх много лет назад. Зереф посоветовал, что просто нужно представить всех голыми, но сработало наоборот. Мне казалось, что это я стою голый на чертовой сцене. – И? – Хартфелия, – сделал многозначительную паузу и поиграл бровями, – голый. Ну кто устоит? Я же красавчик. Мой рельефный пресс даже тебя не оставил в ряду равнодушных. Она снова закатила глаза. – Сколько лет тебе тогда было? – покачала головой она. – Хотя неважно. По ощущениям твое огромное эго осталось с тобой еще с прошлой жизни. В общем, за тебя можно не переживать. – С чего вдруг такая забота? – непроизвольно Нацу посмотрел на её руку и большой палец, который все еще выводил круги на тыльной стороне его ладони. – У меня… будут дела в момент твоей презентации. – Неужели ты спустишься на нижний уровень Ада? Соскучилась по естественной среде обитания? Драгнил старался никак не выдать, что расстроен. Правда, сам до конца не понимал чем – её отсутствием во время того, как он будет хоронить свои мечты быть писателем, или оттого, что между ними снова недоговоренности и тайны. Она пыталась решала все сама. Опять. И да, он соврал. Он нервничал. Книга для презентации была давно прочитана. Он отметил, что можно было бы обсудить с людьми, но перспектива рассказывать о книге, которая даже не в топе его любимых жанров настораживала. Да и не занимался он таким никогда. Одно дело горланить песни, а другое рассказывать что-то… Плюс, Хэппи разодрал его любимый шарф, который, как Нацу искренне верил, приносил удачу. Этот пушистый засранец свое, конечно, получил, но вещь была безнадежно испорчена. От досады хотелось выть. – Нет, просто небольшая поездка по работе. Снова врет. Интересно, она опять поедет в Бостон? Уже больше месяца она принимала лекарства и до поездки ездила повторно снова сдавать все анализы. И вот ей снова нужно туда ехать. Интересно, в чем причина? – Что-то ты зачастила кататься по командировкам. Решила влиться в бизнес? – Нацу старался никак не выдавать своего знания о её деликатной ситуации, не демонстрировать своей раздосадованности и озабоченности её благополучием. – Я ненавижу эту компанию, – серьезно ответила Люси. – Больше всего на свете хочу продать её, а лучше сравнять с землей. – Что мешает? – Локи нужна работа. Да и деньги не бывают лишними, – вздохнула девушка. – Даже если продавать, я пока не решила, куда можно было бы инвестировать или чем мне заниматься, чтобы навсегда отказаться от этого «прекрасного» наследства. Надеюсь, ты не слишком расстроен, что меня не будет во время твоего триумфа? – подняла она бровь. Забавно, но Нацу не уловил в её словах ни одного намека на сарказм или ядовитую насмешку. – Я большой мальчик, как-нибудь переживу твое отсутствие. – Тебе стало легче? – перевела взгляд на их руки, которые все еще были сцеплены вместе. – Я, конечно, не врач, но Николь рассказала мне о паре лайфхаков, которые тебя успокаивают во время полетов. И тут Нацу вспомнил, что, когда он был маленьким, и они летали на море, его мама действительно так делала, чтобы его успокоить. Он успел напрочь забыть об этом. И второй немаловажный момент, что Люси помнила об этом. Да, его мама рассказала всю его подноготную, но Хартфелия не просто слушала, а запоминала. В груди потеплело, и он снова поспешил отвести взгляд. – Немного легче, – признался Нацу, но не нашел в себе силы поблагодарить её, так как, кажется, его лицо залил румянец. – Можно попросить? Почитай вслух. – Это же дешевая и неинтересная беллетристика, со вставками безвкусной и кривой порнографии, – усмехнулась она, процитировав его слова. – Зато я, возможно, усну. От скуки. И твоего монотонного голоса. Но Нацу снова соврал. Черт возьми, у Хартфелии был безупречный голос, особенно когда она читала. Идеально выделяла интонацию, выдерживала каждую запятую, каждый знак вопроса и каждую эмоцию, что переживали герои. Сосредоточенность на её голосе помогла ему окончательно отвлечься и снова задремать, даже сквозь сон чувствуя, как большой палец Люси, все еще очерчивает границу его ладони.

***

Свадьба Анны и её избранника Алекса, которого Люси запомнила по его довольно изобретательному и цепляющему нику – Акнология – была в живописном месте Чикаго, в парке Джэксон. После многолюдного аэропорта Нацу и Люси сразу поехали в отель. Забронировать номера Люси попросила нового секретаря Локи – девушка казалось очень толковой, и она старалась расположить к себе все руководство. В итоге, у Люси был президентский люкс, а у Нацу обычный номер на три этажа ниже. Нацу даже слова не сказал, лишь забрав карту с номером «456». Они условились встретиться в холле где-то минут через сорок, так как Люси хотела освежиться и одеться в специальное коктейльное платье, которое она купила к этому событию. Нацу пришлось взять смокинг на прокат – парень не был любителем классических нарядов. В итоге, они опоздали – Люси собиралась дольше заявленного, потом попали в пробку. Церемония прошла, а гости уже развлекались на открытой площадке ресторана, наслаждаясь красотами парка и открывающимся видом на бескрайние просторы озера Мичиган. Молодожены увлеклись фотосессией в саду, а Нацу и Люси ворвались в зал. Для себя Драгнил отметил, что Люси вела себя так, словно она не опоздала, а пришла в заранее заявленное время. Она всю дорогу вела себя спокойно, даже не смотрела на часы. Создалось впечатление, что она и не особо-то желала здесь быть. – Ты уверена, что хочешь этого? – прямым текстом спросил он. – Ну как тебе сказать, – Люси взяла бокал шампанского с подноса у одного из бегающих здесь официантов, – я с тетей не общалась больше десяти лет. И мы обе очень изменились за это время. Это как знакомится с кем-то заново. Для меня – Анна Хартфелия совершенно незнакомый мне человек. – Она же твоя тетя, – попытался вырулить Нацу, рассматривая украшенное для свадьбы пространство вокруг - все в белых тонах, куча цветов, шариков и шампанского. – Она хотела выйти замуж за богато мужчину, который обеспечит ей безбедное существование. А в итоге нашла любовь своей жизни, хотя много лет уверяла, что её не интересовало это чувство. А чтобы учить детей начальной школы, – Люси с небольшим отвращением посмотрела на огромное количество детей, которые наполняли пространство вокруг, – это вообще не похоже на нее. Ей была важна только собственная судьба. Так что эта женщина лишь бледная копия тети, которую я знала. – Ого! – к ним подскочила девочка с длинной рыжей косой. – Вы принц? Она смотрела на Нацу большими и влюбленными глазами. Люси скрыла ухмылку за бокалом шампанского, которое все еще сжимала в руках ни разу не пригубив. Драгнилу и правда чертовски шел этот смокинг. Он выглядел в нем довольно солидно, словно наследник какой-нибудь империи, а его цвет волос лишь добавлял ему яркости и заставлял всех вокруг обращать на него внимание. Широкие плечи, волевой подбородок, красивые серые глаза, обворожительная улыбка (хотя в последнее время он улыбался гораздо реже). Не удивительно, что ребенок решил, что перед ней принц, сошедший со страниц книг. – А вы, милая леди, кто? – Нацу любезно присел на корточки, чтобы его лицо было наравне с лицом девочки. Люси и глазом моргнуть не успела, как Нацу окружили дети (в основном девочки), наперебой задавая ему вопросы. На удивление Люси, парень быстро перенял игру и отвечал спокойно с улыбкой на любой детский вопрос – начиная от совершенных подвигов, заканчивая наличием невесты. На вопрос о даме сердца, Нацу кинул быстрый взгляд на Люси, но ничего не сказал. Потом началась борьба за его внимание, и девочки на перебой пытались убедить его дать клятву, что, когда они вырастут он женится на одной из них. Хартфелия лишь наслаждалась этой картиной. Её дети окидывали боязливым взглядом и не вмешивались в личное пространство. Неужели, она действительно так пугающе выглядит со стороны? – А это принцесса или злая королева? – услышала она вопрос от все той же девочки, которая кажется перечитала сказок. Однако ответ, озвученный Нацу Люси так и не услышала, так как её тронули за плечо и обернувшись она увидела свою тетю, сияющую и счастливую, в сопровождении её супруга. – Люси! Ты приехала! – тетя поспешила обнять её. – Я так рада! – Поздравляю, – улыбнулась Люси, отметив про себя, что тетя Анна очень стильно выглядит в белом приталенном костюме – она решила не следовать традициями и не надевать платье, но от этого все равно не выглядела менее элегантно и воздушно, чем любая другая женщина. – Спасибо, – все также улыбалась тетя. – А ты с другом? – она кивнула в сторону Нацу. – Да, – Люси наконец сделала глоток шампанского. – Вижу, он стал главной фигурой для моих учеников, – рассмеялась она. – Мы как раз читали сказки до каникул, а твой друг уж очень похож на галантного юношу. – Первое впечатление бывает обманчивым, – хмыкнула Люси, снова косо посмотрев на Нацу, который что-то увлеченно рассказывал детям. Какой-то мальчик спросил его про оружие, и он начал рассказывать про невероятные бойцовские способности своей подруги, которая одним ударом может завались сразу троих. – На самом деле, мы очень рады Вас здесь видеть, – подал голос супруг Анны, с прилизанными волосами и в классическом костюме, – и очень признательны за финансовую поддержку. Я очень хотел, чтобы этот день прошел так, как того хочет мое сердце, – он поцеловал Анну, а Люси подавила в себе ком отвращения и желание просто куда-нибудь уйти. – Всегда пожалуйста, – пожала она плечами, осушив бокал и тут же взяв новый. – Не увлекайся, – перехватил её руку из ниоткуда взявшийся Драгнил. – Ты… – видимо пристальный взгляд Люси немного поубавил его пыл, поэтому он отпустил её тихо добавив, так чтобы слышала только она, – ты толком ничего не ела. Не хочу тащить в номер твою пьяную тушку. – Нацу! Нацу! Громкий зов детей заставил его вернуться обратно, а Люси с недоумением смотрела на то место, где секунду назад стоял парень. И как он так быстро тут оказался? На самом деле он был прав. Помимо отсутствия завтрака, принимаемые лекарства также не особо сочетали в себе навык смешивания с алкоголем. – Кажется он очень нравится детям, – оторвавшись от мужа и отправив его за напитками, Анна вцепилась в руку Люси и потащила к детям и Нацу. – Они одного возраста, – хмыкнула девушка. – Они приняли его за своего. – Нет, Нацу женится на мне! – услышали они спор. – Нет! На мне! Я первая попросила! Люси с удивлением наблюдала, как две девчушки не старше десяти лет сверлили друг друга недовольным взглядом в действительности борясь за мужчину разница с которым составляла больше пятнадцати лет. Одна из них была все той же, которая первой подошла к Драгнилу. Нацу был немного в шоке и не зал как выкрутиться из этой ситуации. – Анастейша! Кия! Вы что ссоритесь? Помните первое правило? – сразу строгим тоном заговорила Анна. Ссора детей её явно не радовала. – Но миссис Анна, – запротестовала девочка с рыжей косой. – Я была первой! А значит Нацу мой! Люси лишь хмыкнула, думая, что если бы все было так просто. – Милая, но, а мнение Нацу тебе интересно? – спросила Анна, погладив девочку по голове. – В сказках, которые мы с вами разбирали, любовь была обоюдной. Всегда нужно знать мнение твоей второй половинки. – А что ему может во мне не понравится? Я, между прочим, самая красивая в классе! – заносчиво сказала девчонка, и Люси захотелось моментально поставить её на место и разбить её представления о своем превосходстве. Боже! Отбить Драгнила у десятилетки! До чего она докатилась. – Вообще-то, этот красавчик уже занят, – Люси приобняла Нацу, положив голову ему на плечо. – Простите, леди, – в её голосе не было ни нотки сожаления. – Но… – запротестовала девочка. – Никаких но! – голос у Люси был настолько холодным и громким, что все дети обратили на неё внимание. – Свадьба через три дня. Любовь до гроба и вечное жили долго и счастливо, правда, мой милый? – погладила Нацу по подбородку. Тот подозрительно молчал, видимо пытаясь прийти в себе после угрозы о том, что их свадьба состоится через семьдесят два часа. – Тогда поцелуйтесь! – топнула ногой девочка, которая не желала сдаваться так просто. – Анастейша! – укоризненно сказала Анна. Люси увидела, как шушукаются дети, и поняла, что кажется эта зазнайка – главная заноза этого класса, которая считает, что ей все должны в ноги кланяться. Маленькая стерва. – А больше ничего сделать не надо? – сквозь зубы процедила Люси. – Она же ребенок, – шепнул ей на ухо Нацу, пытаясь успокоить. – Я так и думала! Вы не вместе! – Вот же мелкая дря… – Нацу закрыл рот Люси поцелуем. Девушка и сама не поняла, как до этого дошло. Нацу просто взял её за подбородок, повернул к себе и поцеловал. Нежно, ненавязчиво и очень быстро. Но для детей это было довольно убедительно. А вот Люси то знала, что он умеет и лучше. – Довольна, мелкая зазнайка? – наклонилась к девочке Люси, довольная её выражением лица. – Увижу еще раз тебя рядом с моим парнем, и я тебе устрою такую порку, что мистер Грей просто нервно курит в сторонке, Анастейша, – хмыкнула Люси. Нацу прикрыл глаза руками, а Анна открыла рот, явно не ожидая, что племянница может так проехаться по ребенку. К счастью детской психики, никто из десятилеток не понял комментарий про «Мистера Грея», а вот слово «порка» зацепила многих. Девочка расплакалась и убежала. Люси победно хмыкнула. – Что вы на меня так уставились? – скрестила руки на груди, подчеркнув и без того аппетитную грудь, которая выглядывала из глубоко выреза черного коктейльного платья. – Я же Воплощение Зла. Имею право. И вообще, таких зазнавшихся су… кхм… девочек, – поправила себе Люси, чувствуя неободрительный взгляд Анны и Нацу, – надо ставить на место. – Да, она та еще зазнайка! – подхватил какой-то мальчик, который теперь с интересом рассматривал Люси. – А вы правда Воплощение Зла? – с энтузиазмом спросил он. – Так, дети, сейчас будет обед, так что всем нужно рассесться по своим местам, – улыбалась Анна, которая явно хотела отвадить детей от этой парочки. – Ты довела десятилетнею девочку до слез? – вскинул бровь Нацу, смотря на довольную Люси. – А что оставалось? Она позарилась на тебя. Вообще-то мог сказать спасибо, а то здесь пришлось бы и твой брак регистрировать. – Неужели ты меня приревновала к Анастейше? – хохотнул Нацу. – К дочери ярых фанатов «Пятьдесят оттенков серого»? – пожала плечами Люси. – Ты издеваешься? Нацу еще громче рассмеялся, а Люси вдруг поняла, что впервые за несколько недель слышит его искренний смех. Она не любила давить на людей и всегда верила в то, что если человек захочет что-то рассказать – он это сделает. Ей было приятно слышать его смех, его протянутую руку и предложение о том, что им пора занять место за столом в соседнем зале, где все готовились поздравлять Анну и Алекса.

***

Все шло своим чередом. Куча поздравлений, детского шума, снующих туда-сюда официантов и фотографа. Когда заиграла музыка и многие гости пошли танцевать стол немного опустел. Люси потягивала сок, не желая рисковать собственным самочувствием. На её удивление, Нацу тоже поддержал её безалкогольный рацион. – Потанцуем? – предложил он, протянув руку, когда заиграла лирическая песня и все стали кружиться парами. – Даже не знаю, – Люси посмотрела на детский стол, где многие девочки все еще бросали заинтересованный взгляд на красивого мужчину. – У тебя так много фанаток… Опасаюсь за свою безопасность… – Не беспокойся, – потянул её Нацу. – От надоедливых десятилетних фанаток я смогу тебя защитить, – усмехнулся он, кружа её в танце. – Ну все, теперь я спокойна, – фыркнула Люси. – Только руки сильно не распускай, – хмыкнула она. Они медленно кружились в танце. В какой-то момент, для Нацу перестало существовать все вокруг. Была только она – наглая, харизматичная, сильная и непробиваемая. Девушка, которая могла любого поставить на место, не зависимо от пола и возраста. Девушка настолько великолепная, что не верилось, что такие красивые вообще бывают. Её длинные светлые волосы прямыми прядями ссыпались на её спину и плечи. От нее все также пахло этими чертовыми сладкими духами, и Нацу в какой-то момент просто захотелось уткнуться ей в шею, притянуть еще ближе и не отпускать. А Люси просто чувствовала сильные и теплые мужские ладони на своей талии, и ощущала давно забытое чувство спокойствия. Она успела забыть, что рядом с парнями можно чувствовать не только раздражение или желание наградить их подзатыльниками, но и нечто более нежное и теплое. Для нее это было несвойственно, но Люси была действительно рада, что Нацу поехал с ней несмотря ни на что. Они в последнее время много времени проводили вместе – гуляли, ходили на разные интерактивные мероприятия и даже выставки, кино или ночные прогулки по городу на машине Грея. Рядом с ним Люси ненадолго забывалась – растворялась в настоящем моменте и совсем не думала, ни о своих проблемах со здоровьем, или как она ненавидит компанию отца или что ей делать в своем будущем и чего она хочет от этой жизни. Он помогал почувствовать себя свободней и даже иногда живее. Нацу помогал иногда ловить краски настоящего. Но их тихий момент идиллии был прерван громкими детскими криками заскучавших детей. Они требовали внимания к себе, и Люси недовольно зыркнула на них, называя их «мелкими исчадьями Ада». – Тебе виднее, – усмехнулся Нацу. – Ты же в Аду главная. Люси ничего не ответила, отмечая, как Анна пытается успокоить «мелких существ», хотя получалось это с трудом. Её тетя действительно не знала, чем можно было бы занять детей, предлагая им то рисование, то еще какую-то интерактивность. А позже Люси узнала, что нанятый аниматор для детей в последний момент слился. И тут Люси пришла идея. – Драгнил, ты же нервничаешь из-за своей презентации? – Я говорил, что нет. – А, я забыла сказать, что ты очень плохо врешь, – пожала она плечами. – Хочешь порепетировать свое выступление? – Чего? Нацу не успел опомниться, как Люси подтащила его к Анне. Она уточнила какую книгу Нацу может «разрекламировать» детям, а тот лишь удивленно хлопал глазами. Люси объяснила, что может сделать Нацу, пока парень даже не успел никак возразить ей. До него дошел смысл её идеи, когда ему всучили книгу и стали рассаживать детей для небольшой презентации от Нацу. – Ты серьёзно, Хартфелия? Хочешь, чтобы я объяснил детям почему нужно читать «Маленькие женщины? Да я сам с трудом осилил этот талмуд, – недовольно шипел он. – Господи, там читать-то всего ничего, – пожала плечами девушка. – К тому же у них в сокращенном варианте. Тетя Анна не хочет их нагружать, и они будут читать лишь определённые отрывки, чтобы проникнуться и обсудить затрагиваемые автором проблемы. – Ты не думаешь, что это слишком? – буркнул Нацу. – Это же дети. – Слушай, Драгнил, храбрись сколько хочешь, но я вижу, что ты нервничаешь из-за этой презентации, а зная, как ты любишь паниковать и накручивать, я предлагаю тебе реальный шанс потренироваться, – развела руками Люси. – Давай соберись! – Я не готовился. – Импровизируй! – Я не чертов продажник, я писатель! А ты буквально заставляешь меня втюхать скучную классику маленьким детям! – Во-первых, классика на то и классика. Во-вторых, здесь поднимаются очень важные моменты, – ткнула в книгу, которую Нацу все еще тискал в руках. – А, в-третьих, я не предлагаю тебе продать им эту книгу. Ты же сам говоришь, что писатель. Просто объясни, почему ты решил начать читать когда-то, почему считаешь, что в этой книге, может быть что-то поучительное и полезное. Заинтересуй их! – Ну как у вас дела? – к ним подошла Анна, с интересом наблюдая за парочкой. – Я собрала детей. – Просто восхитительно, – саркастично ответил Нацу, за что получил удар под ребра от Люси. – Еще пару минут, – попросила она, и Анна, почему-то хитро улыбнувшись, удалилась. Послышался её громкий голос, который попросил детей успокоиться и подготовиться к тому, что сейчас дядя Нацу расскажет им о новой книге, которую они будут читать после каникул. – Если бы ты знала, как я тебя ненавижу, Хартфелия. Из-за тебя я оказался втянут в эти дурацкие аферы вместо того, чтобы спокойно сидеть дома и писать. – Когда твоя первая книга станет бестселлером, я припомню тебе эти слова, – хмыкнула она. Нацу посмотрел на неё, всеми силами скрывая свое удивление. Она так буднично и спокойно сказала про его книгу в топе. Словно это был вопрос времени. Неужели она так сильно верит в него и его возможности? Талант? Поэтому так толкает и настаивает на какой-то активности, к которой парень просто не привык? Эта девушка просто вытеснила его из привычной зоны комфорта. И Нацу пока не разобрался – ему нравится это или он в ужасе. Парень вышел к толпе детей, которые завидев его громко захлопали. А он как дурак все еще сжимал в руках эту чертову книгу, на обложке которой были только название и имя автора. Ни картинок, ни чего-то интерактивного, что так сейчас любят современные дети. Подняв голову, Нацу увидел у многих телефоны, в которых те с увлечением сидели, не обращая на него внимания. И правда, зачем им какой-то нудный дядька? Но, видимо, у семейства Хартфелии была какая-то способность. Потому что Анна попросила всех детей сдать телефоны в специальный контейнер и внимательно слушать того, кто любезно согласился их чем-то занять. Ну класс! Теперь на него официально уставилось больше пятнадцати пар детских глаз. – Всем привет. Меня зовут Нацу Драгнил и сегодня я пришел, чтобы… Это была наизусть заученная фраза, которая вылетела сама собой, которая была такой безжизненной, что ему самому захотелось заткнуть себя. Господи, что же он творит? – Если честно, – Нацу провел рукой по волосам, – я не читал эту книгу. Во-первых, терпеть не могу классику, а во-вторых, история о четырех сестрах как-то первоначально меня не вдохновляла. Но… Когда я был в вашем возрасте, у меня не было такого потрясающего учителя, который хотел бы затронуть подобные темы. Его взгляд вдруг натолкнулся на насмешливые карие глаза, которые он бы узнал из сотни. – Что… что вам больше всего нравится в книгах? – неожиданно даже для самого себя спросил Нацу, обращаясь к детям. Те сразу загалдели и пришлось вмешаться Анне, которая сказала подымать руку и говорить, когда спросят. Она действительно была невероятным учителем. Дети буквально смотрели ей в рот. – Хорошо горят, – ответил один из бойких мальчишек, который явно скучал без своего девайса. – Честно, меня уже радует мысль, что ты берешь в руки книгу хотя бы для костра, – хмыкнул Нацу и его поддержали. Дети стали хихикать, а мальчишка насупился. – В книгах классные главные герои, – мечтательно произнесла девочка с двумя хвостиками – Они такие смелые. Спасают девушек из беды, и ничего-ничего не боятся, справляются с любыми чудовищами или волшебниками. – Так только в твоих дурацких сказках! Завязалась настоящая и яркая дискуссия. Дети спорили друг с другом, рассказывая, что им нравится. Кто-то смотрел поверхностно – обложка, количество страниц, картинки. А кто-то уже в столь нежном возрасте говорил о таких темах, как поиск предназначения, истинной любви и жертвенности. – Ого, вы так много всего знаете, – улыбнулся Нацу, видя, как начали гореть глаза детей. – Это очень круто. Все, что вы перечислили, и даже о чем спорили – важно. Ведь это правильно – читать то, что вам нравится. Сейчас, конечно, много электронных книг, но для меня ничто не сравнится с тем, чтобы держать настоящую книгу в руках. Приятная тяжесть, шелест страниц, даже запах. Магия начинается именно с этого. Он увидел жадный взгляд детей на книге, которую ему дала Анна. – Итак, давайте немного поговорим о «Маленьких женщинах». – Но вы же не читали, – победно говорил тот самый мальчишка. – Зато я читал 451 градус по Фаренгейту, – хмыкнул Нацу, но его комментарий дети не поняли. В отличии от взрослых. – Но у меня есть эксперт, – Нацу снова поймал взгляд карих глаз. – И благодаря ему я знаю, что в этой книге поднимаются такие важные темы как семья и поддержка друг друга, а также ценность собственных стремлений. Знаете, я как Джо. Я безумно хочу написать свою книгу. Уверен, среди вас есть будущие писатели. Ну-ка руки вверх, и делитесь кто и о чем мечтает! Нацу очень много говорил. Но при этом он не давал детям скучать. Много чего у них спрашивал. Слушал каждый ответ с искренней улыбкой. Иногда даже взрослые поднимали руки и хотели ответить на какой-нибудь вопрос. Люси, стоявшая в толпе, под конец этого импровизированного мероприятия, слышала шепот людей о том, что нужно бы перечитать эту книгу. – Он замечательный, – Люси не заметила, как к ней подошла тетя, пока Нацу все еще занимал детей. Девушка лишь пожала плечами. – Слишком мало верит в самого себя, – вздохнула она. – Пришлось силком выталкивать его. Зато сейчас его, наверное, не увести оттуда. И это при том, что он действительно не читал эту книгу. – Он честный и очень яркий. Это подкупает. – Он просто идиот, – хмыкнула Люси. – Пожалуй, это его самая очаровательная черта. – Он тебе нравится, – также хмыкнула Анна, не спрашивая, а скорее констатируя факт. – Тетя не несите чушь, – отмахнулась Люси. – Мы просто друзья. – На друзей так не смотрят. – Я не отвечаю за его непонятные взгляды. Мне не доступно то, что творится в его пустой голове, – скрестила руки на груди Люси, почему-то вспомнив их сегодняшний показной поцелуй. Ей не нравился этот разговор, но ссориться с тетей ей хотелось еще меньше, поэтому она старалась быть максимально вежливой. – А кто сказал, что я говорю про его взгляд, – хитро улыбнулась Анна. Люси вспыхнула, но попыталась взять себя в руки. У неё? Чувства к Драгнилу? Только если раздражение, негодование, отвращение и немного ненависти, потому что этот баран, что в целом соответствует его знаку зодиака, всегда идет напролом. Для него нет никаких границ. Это одновременно вдохновляет и обескураживает. Для Люси, которая потратила много времени для того, чтобы создать кучу масок, кучу стен, окружающих её сердце, действия парня казались просто невероятными. Никогда не видела, чтобы так долго пытались разрушить барьеры. Рядом с ним она могла быть собой – не играть, не притворяться, не носить маски, говорить все, что ей хотелось и даже просто молчать. Ей почему-то вспомнился один из их совместных вечеров. Они как-то ходили в кино на ужастик. Так вышло, что билеты были на задних рядах и рядом с ними сидела парочка. Девушка цеплялась за своего парня и на страшных моментах дергалась и вскрикивала, утыкаясь ему в плечо, а он её успокаивал и предлагал уйти, если ей очень страшно. Люси лишь хмыкнула и на каком-то довольно кровавом моменте кинула Драгнилу шутку, что она в начале их знакомства хотела бы сделать с ним что-то подобное. Нацу лишь усмехнулся и подхватил её инициативу. В итоге полфильма они шутили, какие из ужасных моментов из фильма они бы сделали с друг другом. Видимо соседняя парочка их услышала, потому что девушка с таким испугом и негодованием посмотрела на Люси. Но та лишь пожала плечами, думая, что у них с Драгнилом своя неповторимая химия. Ей никогда не была нужна романтика. Ему тоже. Они часто сидели в кофейне, обсуждали его книгу или предстоящую презентацию. Драгнил даже как-то съездил к ней в компанию, где пересекся с Локи и его новой девушкой Арис. Её бывший парень и этот идиот видимо сговорились, потому что Лайан посчитал забавным показать Драгнилу видео, где Люси ставит своего отца на место. Кто же знал, что в кабинете были скрытые камеры – видимо папочка перестраховывался. Однако, использовать записи было уже не в его силах, и Локи удалили их, сохранив себе лишь небольшой отрывок, где Люси говорила, что Драгнил у неё только один. На её удивление Нацу отреагировал спокойно, пошутив только что он, по факту, не единственный Драгнил в жизни Люси. Та лишь прикрыла лицо рукой, понимая, что он идиот, или просто не хотел делать акцент на смысле её слов. Он ведь понимал, что она имела в виду его? Но кто виноват, что ей нравится больше называть его по фамилии? Да и она для него всегда была Хартфелией. Раздражающей, заставляющей его вспыхивать словно пламя. Люси была ему признательна за его время и внимание. Особенно, это было ценно после её поездок в Бостон. – А какой был взгляд у мамы, когда она познакомилась с отцом? – решила перевести тему девушка. – Вы помните? И как… какой итог получила их история? – Но у тебя своя история, и Нацу мог бы стать одним из её главных героев, но ты так боишься впустить его. Знаешь, многие бы бросили эту затею – добиться тебя. Сколько он тебя знает? Почти год? А он все пытается. Упорный парень. – Он просто идиот, – снова повторила Люси. – Не стоит преувеличивать его возможности. – Поэтому ты осекла ту девочку? – веселилась тетя. – Что вы от меня хотите? – Люси понимала, что теряет терпение. – Хочу, чтобы ты была счастлива. И как я могу видеть, рядом с ним, – она кивнула в сторону все еще рассказывающего что-то детям Нацу, – ты близка к этому. – Я не хочу, – твердо заявила девушка, пригубив сок, налитый подобно шампанскому, в высокий бокал. – Мама любила отца. До последнего. Я знаю, что, даже умирая, она верила в их любовь и считала, что я - доказательство этой любви. А я думаю, что он с самого начала использовал её. С самого начала у него был план, и он исполнял его шаг за шагом. Единственное, что он не продумал, что биология сыграет в злую шутку и вместо наследника он получит меня. Думаю, он был разочарован, но потом вкладывал в меня, решив, что однажды использует как инвестиционный фонд – удачно выдаст меня замуж. Как я могу поверить в то, что у меня будет другой конец? Я не могу растворится в другом человеке, не могу снять все замки с дверей своего сердца. За ними я чувствую себя в безопасности. «Рядом с ним тоже», – подсказали её разбушевавшиеся мысли, но Люси быстро заткнула их. Её полностью устраивало то, что есть между ней и Нацу сейчас. – Люси, – Анна накрыла её руки своими, – ты так похожа на Лейлу внешне, но и характер и образ мышления совершенно другой. Твоя мама была воздушной, творческой. Она мечтала о принце, о красивой сказке – это правда. Когда она познакомилась с Джудом, в её глазах был такой блеск, и горели такие искренние чувства, что даже наш отец – твой дед – понял, что она влюбилась. По-настоящему. Как в книжках – раз и навсегда. Но иногда чувства настолько сильны, что мы не видим истинного лица нашей второй половины. Мы принимаем его, где-то идеализируем или закрываем глаза на красные флажки. Лейла делала именно это. Она очень любила Джуда. Но потом… у неё появилась ты. И тебя, – тетя Анна погладила свою племянницу по щеке, – она полюбила намного-намного сильнее. Думаю, именно любовь к своему ребенку помогла ей увидеть истинное лицо человека, которому она когда-то подарила всю себя. Да, возможно, она осталась с разбитыми мечтами и сердцем, но Люси… – Анна сделала глубокий вдох, стараясь не расплакаться, – ты не представляешь как сильно она тебя любила. Она хотела, чтобы у тебя было все. Она хотела, чтобы у тебя было то, чего не было у неё. Заботливый и любящий мужчина. Семья. Счастье. Люси сама еле сдерживала слезы. Какие веселые шутки у Вселенной. Мама хотела, чтобы она была счастлива, влюбилась, завела семью. Но парадокс в том, что она не может иметь детей. Парадокс в том, что она никогда не станет матерью. Парадокс в том, что с таким «дефектом» (как она это мысленно называла) какому мужчине она будет нужна? Парадокс в том, что у её сказки уже точно не будет «долго и счастливо». – Разумом и амбициями ты пошла в отца. Но сердце у тебя как у твоей матери – большое, любящее и очень заботливое. – Знаете, Анна, – вздохнула Люси. – Мне нужен такой конец моей сказки, где люди, которые мне дороги будут счастливы. Как вы сегодня, – улыбнулась девушка. – Другого не надо. – А как же твое счастье? – Вы так и не поняли. Когда дорогие люди счастливы, я тоже чувствую себя умиротворенно. Люси не соврала. Локи, получив работу, смог закрыть свои долги и даже снять квартиру получше. Арис получала опыт в такой большой компании, и не могла поверить в свое счастье. Джувия и Грей были наконец вместе и выглядели крайне влюбленно. Девушка неоднократно слышала от подруги как она счастлива. Эльза была счастливой мамочкой, и Джерар постоянно вился рядом, что также вселяло надежду что и у этой парочки все получится. Николь была рада, что младший сын вернулся в семью. Резюме Зерефа Люси, с согласия Мавис, отправила в разные компании, желая, чтобы у него появилась возможность работать не в семейной клинике, а быть судебным экспертом, как он и мечтал. Даже маленькая девочка Венди была сейчас счастлива вместе со своей бабушкой и кошкой. Люси вдруг улыбнулась. Она старалась помогать всем, кто был в её жизни. Оставался только Драгнил. Она не сомневалась, что он осуществит свою мечту – она в любом случае ему поможет. – Твое счастье и счастье дорогих тебе людей – это разные вещи, милая. Я, правда, рада, что ты заботишься о своих родных и друзьях, но не забывай о себе, хорошо? Ты тоже должна делать то, что делает тебя счастливой. – Девчонки, о чем болтаете? – к ним приблизился новоиспеченный муж Анны. – О своем, о девичьем, – отмахнулась та. – Подумай о том, что я сказала, хорошо? Люси кивнула, и наблюдала, как Алекс куда-то уводит Анну, целуя костяшки её пальцев и уголки губ. – Постыдились бы, тут же дети, – хмыкнула она, закрывая улыбку бокалом из-под шампанского. Люси снова перевела взгляд на Нацу. В какой-то момент, он почувствовал это, и она увидела искрящиеся жизнью и пламенем серые глаза. – Идиот… – тихо прошептала Люси, осушив свой бокал.

***

– Господи, до последнего не верил, что получится! – воодушевленно говорил Нацу. – Но это круто! Ты видела, как они все мне отвечали? А мои шутки были не слишком неуместны? Я нормально рассказал про книгу? Слушай, теперь, мне кажется, придется ей действительно прочитать! Я даже сам себя увлек! Люси слушала монолог парня уже минут семь, тихо посмеиваясь. Все-таки эмоции Драгнила были просто неподражаемы. Любая ситуация, насколько бы незначительной она не была, могла вывести его на бурю. А вот если событие было значительным – приготовьтесь к цунами. – Спасибо, – наконец выдохнул он. – Не за что, – просто ответила Люси. Какое-то время они сидели молча. Солнце медленно клонилось к закату. Людей становилось меньше, и Анна и Алекс провожали тех, кто уже покидал их торжество. Еще час или два и все празднование должно было закончится – завтра у молодожёнов утренний рейс, и они не намеревались его пропускать. А из-за детей не многие родители готовы были идти в вечерний отрыв, особенно из-за учительницы. Наверняка большинство пришло сюда просто из-за банальной вежливости, а может и халявы. – Я хочу кое-что сказать, – вздохнул Нацу. – Выслушай, пожалуйста. – Ну давай. Удиви меня. – Есть девушка… – Надеюсь ты не хочешь спросить какие позы для секса я могу посоветовать, основываясь на нашем опыте? Или это приглашение на тройничок? – Нет, – тепло улыбнулся Нацу. – Эта девушка... – Боже мой. Нашему великому Нацу Драгнилу кто-то отказал?! – стукнула его по плечу Люси, неосознанно снова перебив. – Боже, ты обязан познакомить меня с этой девушкой. Я должна пожать ей руку. – Во-первых, я не говорил, что она мне отказала, – Нацу как-то странно посмотрел на Люси. – А, во-вторых, посмотрись в зеркало. – Что? Зачем? – не поняла Люси, смотря в свое отражение в пудренице, потому что предположила, что размазался макияж или испортилась прическа. – Так что с этой девушкой? Не думаю, что у тебя проблемы с ней в постели. – Она… – вздохнул Нацу, – она стала очень важным для меня человеком. Мне тяжело смотреть как она справляется со всем в одиночку. Нет, я не сомневаюсь в её навыках, мне кажется, если захочет она, в прямом смысле, сможет захватить этот мир. Но я так себя ненавижу, что не могу ей никак помочь. С одной стороны, она сама не позволяет, а с другой есть ситуации, когда я не могу этого сделать физически, хотя я бы очень хотел. Это забавно, но у меня даже было определенное представление наших отношений – словно, между нами, закрытая дверь. Я сначала думал, что проблема во мне, я пытался выбить её всеми силами. Но, кажется, сама она забыла, что эта дверь существует или забыла, как она открывается. – И чего же ты хочешь от этой девушки? – опустив голову и перебирая свои пальцы, спросила Люси. – Ничего, – выдохнул Нацу. – Я просто хотел, чтобы она знала. Знала, что есть люди, которым не все равно. Которые всегда готовы помочь, и которые никогда не поменяют о ней своей мнение, чтобы не произошло. – Ты совсем не знаешь, что такое личные границы? – тихо спросила Люси. – Между границами и непробиваемой стеной есть разница. – На все есть причина. – Я уверен, у неё была даже не одна причина огородить себя. Просто мне хотелось бы, чтобы она поняла, – Нацу посмотрел в карие глаза, которые уже частично застилали слезы, – что не все люди – сволочи, не всем нужны от неё только деньги и не всем плевать на то, что она чувствует и через что она проходит. – Ты ведь знаешь? – Люси отвела взгляд, шмыгнув носом. Не такого окончания вечера она хотела. – Знаю, – усмехнулся Нацу. – Не буду спрашивать откуда, – Люси встала. – Но я… с этой девушкой… – Люси не знала как, но её маска снова начинала ссыпаться. И почему так каждый раз происходило в его присутствии? – Просто иногда молчать намного проще. Я не хочу навязываться, не хочу, чтобы ко мне испытывали чертову жалость. И тем более не хочу, что парень с которым я неоднократно занималась сексом считал меня дефектной или какой-то не такой. – Ты так и не научилась отличать жалость от заботы. Знаешь, Хартфелия, в нашей шестерке нет жалости. У нас только забота друг о друге и поддержка. Если ты чем-то поделишься, никто не скажет тебе что-то обидное, и ты никогда не подумаешь, что зря доверилась. А я… Ты навсегда останешься для меня Воплощением Зла. И ничто в этом мире не сможет изменить моего мнения о тебе. Он говорил это так тепло и спокойно, что Люси не сдержала слез. – И ты ведь знаешь это. Но боишься. Боишься до конца довериться. Люси ничего не ответила. Схватив сумочку, она ринулась к выходу на ходу вытирая слезы. Она бегло попрощалась с тетей, и взяв такси поехала обратно в гостиницу. И закрывшись в номере долго плакала в огромной ванне, пытаясь собраться с мыслями и прийти в себя.

***

Спустя два часа Люси окончательно успокоилась. Навела даже небольшой марафет, переоделась в просторную белую футболку, которую она давно еще позаимствовала у Драгнила и джинсы. Она хотела поговорить с этим «недоразумением природы», хотя совсем не понимала, с чего начать их разговор. А может он вообще не вернулся? Загулял с каким-нибудь девицами? Она и сама не поняла, как оказалась в лифте. Завязав волосы в хвост, без макияжа – только накрасила персиковым блеском губы, и немного брызнулась духами. Вместе с ней ехали две девчонки, молоденькие и до безумия накрашенные. Они странно хихикали и что-то рассматривали в телефоне. Сначала Люси не предала этому значение, даже когда они вышли на этаже, где обосновался Драгнил. Но когда девицы уверенным шагом направились к его номеру, Люси замерла у поворота, наблюдая за ними из-за угла.   «Вот же кобель! Он даже один вечер не может провести не присовывая никому своего дружка?»    Об этом думала Люси, чувствуя, как внутри разжигается пламя, и заставляет кровь течь по телу быстрее, настолько что закололо кончики пальцев.   Она тут переживает из-за того, что он узнал и наговорил ей, и была искренне тронута его поддержкой и попытками подбодрить её, но увидев этих двух напыщенных и вульгарных девиц внутри словно переключился какой-то режим. Кто-то со стороны, сказа бы что это банальная ревность. Но Люси не готова была то так назвать.   – Девчонки, – она окликнула их, когда они уже должны были постучать в дверь номера Нацу. – Вы пришли, а то я уже пошла за вами.   Она поравнялась с ними, и по-хозяйски облокотилась на косяк двери, словно грозный охранник, который не пустит никого в пространство за этой чертовой дверью.   По крайней мере не сегодня.   Люси и сама не понимала, что с ней. Ей было абсолютно наплевать на сексуальную жизнь Драгнила. Плевать с кем он спит. Плевать. Плевать. Плевать.   Но эмоции были намного сильней её разумной и холодной стороны, которая отвергала любую возможность наличия чувств к Нацу.   «Не в этой жизни!» – твердил её разум.   «Это мы еще посмотрим!» – спорило сердце.   – Я просила его подобрать кого-то симпатичного, – Люси окинула девушек оценивающим взглядом, – но надеялась, что он найдет кого-нибудь… пофигуристей что ли, – пожала она плечами.   У одной вместо груди был лифчик с эффектом пушап, что не скрылось от глаз Люси. А вторая была вполне во вкусе Драгнила, округлые бедра, длинные темные волосы, грудь, явно не уступающая её. Но Хартфелия была здесь не для того, чтобы отвешивать им комплименты. Эти девчонки были явно моложе, и Люси искренне надеялась, что им больше двадцати. Иначе чем думает Драгнил? Хочет быть привлеченным к уголовной ответственности?   – И по старше…   – Вообще-то мне двадцать два, – гордо сказала та, чья грудь была меньше всех.   – О, ну это резко меняет дело, – фыркнула Люси. – Девочки, слушайте, я попросила своего жениха сделать мне сюрприз, и устроить что-то типа тройничка, но кажется он меня не понял, – театрально вздохнула девушка. – С ним такое часто бывает. Вы слишком маленькие для таких взрослых забав.   Дверь за спиной девушки открылась и карие глаза, в которых летали искры, встретились с насмешливыми серыми глазами.   – Мы… – вторая девушка была явно напугана такой откровенностью Люси. – Мы ни на что такое согласие не давали и …   – Держите ваш телефон, – протянул Нацу, оторвав взгляд от Люси и тихо посмеиваясь. – Вы простите мою невесту. Она у меня ревнивая. И такая затейница. Не представляю иногда, что с ней делать.   Девушкам, кажется, Нацу понравился, они смущенно потупили взгляд, забирая телефон. Но одного взгляда от Люси хватило чтобы они исчезли как ветер, бросив напоследок благодарность.   Нацу облокотился на второй косяк двери, смотря на Люси, которая надув губы, скрестила руки на груди, понимая в какую тупую ситуацию она попала. Хотела оборвать Драгнилу веселье, а в итоге сама стала посмешищем. И что с ней такое? Раньше она себе бы таких вольностей не позволила. Еще и про секс втроем соврала.   – Зайдешь? – все еще довольно улыбаясь, словно кот после кормежки, спросил Драгнил. Он уже переоделся, повесив смокинг на вешалку и готовясь завтра отдать его.   – Нет! – мотнула головой Люси.   – А, мы все-таки кого-то ждем для тройничка? – хмыкнул он.   – Иди ты! – показала ему средний палец, чем заставила Нацу улыбаться еще шире. – Прекрати уже выглядеть таким счастливым.   – Не ревнуй, – подмигнул он, заходя в свой номер. – После того, как я приехал, то немного посидел в баре. Они были за соседним столиком и забыли телефон. Потом позвонили, и я сказал в какой номер зайти, чтобы его забрать, потому что уже оплатил счет и собрался уходить, – пожал он плечами. – Нет причин для сцен.   – Дурак ты, Драгнил, – хмыкнул Люси. – Никогда не понимаешь всю опасность и возможность женской коварности. Наверняка они заприметили тебя, такой красавчик, у бара, и специально оставили телефон и позвонили. Почему не отнес на стойку регистрации, а понес к себе в номер?   – Благодаря тебе, Хартфелия, я никогда не забываю о женском коварстве, – подойдя к ней вплотную сказал Нацу. – Пусть уж лучше они потратили время на меня, на того, кто точно ничего бы им не сделал, чем нарвались бы на реальные неприятности. Не все мужчины, ну, как бы сказать, благородные.   – Тоже мне рыцарь!   – Я не рыцарь, – улыбнулся Нацу. – Я дракон.   – И в чем разница? Наверное, в том, что это все метафоры и что, произнося их ты выглядишь еще глупее, чем ты есть на самом деле?   – Ты заходишь или как? – перевел он тему, с интересом смотря на нее. – Ты же поговорить хочешь.   – С тобой? – попыталась наигранно рассмеяться Люси.   – Со мной, – спокойно ответил Нацу, впервые не поддаваясь на её провокации.   Этот импровизированный спектакль, который был направлен на то, чтобы доказать, что он занят очень его позабавил. Где-то внутри вдруг зародилась надежда, что и она что-то к нему чувствует. Но он не позволил этой мысли разгореться. Не дал ей стать настоящим пожаром, который охватил бы его. В её присутствии он итак терял терпение, нервы и контроль. – Не хочу сидеть в номере, – опустила взгляд. – Пойдем, – схватила его за руку. – Пойдем, – усмехнулся Нацу, не сопротивляясь и даже не спрашивая, куда она его ведет. Он просто знал, что пойдет за ней куда угодно.

***

Взяв на прокат машину, они снова рассекали по ночным улицам Чикаго, засматриваясь на темную линию горизонта, поглощённую водной гладью озера. Люси чувствовала пульс этого города – он был не такой частый и быстрый, как в Нью-Йорке, но нахождение здесь помогало перевести дух и насладиться небольшой безмятежностью, осевшей на ярко освещенные улицы Чикаго. – Куда мы едем? – спросил Нацу, сидя на пассажирском сидении, и нисколько не возражая, что доминирующую позицию в очередной раз заняла Люси. Она отлично водила, и как бы странно это ни звучало, Нацу никогда не волновался, что она за рулем. Он чувствовал себя абсолютно спокойно. – Никуда, – хмыкнула Люси. – Мое любимое направление, – вытянув ноги, усмехнулся Нацу. – Ты как? – Пока не поняла, что хочу сделать сильнее: придушить тебя или утопить на дне этого чертова озера. Выбрал же ты время огорошить меня своими откровениями. – Посчитал, что так будет честно. Меня тронуло, что ты так веришь в мой успех и в то, что однажды я осуществлю свою мечту, – признался Нацу. – К тому же... это было тяжело, делать вид, что все хорошо и что меня все устраивало. Люси не нашлась, что ответить. Внутри все еще был хаос, и не имея желания играть рядом с этим парнем свою очередную роль или надевать маску, Люси чувствовала себя до безумия уязвимой и открытой. Но вместе с этим, рядом с Нацу, было и чувство защищенности. Еще какое-то время они ехали в тишине, но потом, когда они остановились на очередном светофоре, Люси повернулась к нему и спросила: – Почему писатель? – В смысле, почему я захотел стать писателем? Она кивнула, снова обратив свое внимание на дорогу. – Никому не рассказывай, но в подростковом возрасте я писал фанфики по одному пейрингу и как-то потом зацепило. Я стал придумывать миры и истории, прорабатывать сюжет и жить мечтой, что однажды увижу свою книгу на полках книжных магазинов. – Что за пейринг? – поднял бровь Люси. – Драмиона, – выдохнул Нацу, и салон утонул в громком смехе Люси. – Боже мой, – продолжала веселиться она. – Ты был фанатом Драмионы? Серьезно? – А что? По-моему очевидно, что с Роном они слишком разные и им не по пути! – начал оправдываться Нацу, а Люси лишь продолжала посмеиваться. – Никогда не думала, что ты фанат Гарри Поттера, – прикрывая улыбку, говорила Люси. – Хотя не удивительно, ведь пример Роулинг очень вдохновляющий. Да и видимо в семействе Драгнилов нормально быть безбашенным фанатом. – А что насчет тебя? Что повлияло на тебя? – Меня редко что цепляет за душу, – призналась Люси. – Посмотрела, почитала и забыла. Да, было весело и интересно, но до уровня фанатства я никогда не доходила. Хотя, после разговора с Николь, у меня теперь новая любимая принцесса Дисней появилась. – Какая же? – изумился Нацу. – Ты, – Люси показала ему свой телефон, на экране которого был ребенок, с яркими серыми глазами, улыбающийся еще не полным ртом зубов, и одетый в блестящее розовое платьице, из-за чего малыш выглядел невероятно мило. – Вот откуда? Я же сжег все эти фото, – тяжело вздохнул Нацу. – Откуда она у тебя? – Ну знаешь, у Воплощения Зла много связей есть, – подмигнула ему Люси. Нацу лишь хмыкнул, но спорить не стал. Они остановились у небольшого бизнес-центра и зашли в кофейню. Надменный бариста уже все убирал, потому что оставалось минут семь до закрытия – меньше всего ему хотелось делать сейчас кофе и снова все мыть и убирать. Но тон Люси не терпел никаких пререканий. Смирившись со своей нелегкой судьбой, бариста выполнил заказ и получил щедрые чаевые от Люси, которая поблагодарила, что он не плюнул им в кофе. Дальше они припарковали машину и долго гуляли по набережной, все еще наслаждаясь близостью воды. Поднялся небольшой ветер, и в легкой футболке девушке стало прохладно, поэтому Нацу, скинув с себя кофту, накинул её на плечи Люси. – Ты прости, что так вышло… Я должен был уважать твои границы, но иногда… с тобой… мне тяжело это сделать. – Кажется, я уже привыкла, – стягивая на своих плечах кофту Нацу ответила Люси. – Ты меня не удивил, поэтому даже не вижу смысла злится. И в целом, я должна поблагодарить тебя. За этот месяц ты помогал мне ни раз отвлечься и… и не поменял свое отношения ко мне. – А должен был? – Ну я… я дефектная, – твердым голосом сказала Люси. – И, раз ты все знаешь, когда будет твоя презентация, я буду у врача в Бостоне. Мы будем смотреть мои результаты анализов в динамике. И знаешь, я когда-то приняла решение бороться и попробовать, но, если ничего не изменится, я просто приму, что я такая. – Ты нормальная, – грубо оборвал её Нацу. – И не смей думать никак иначе! Откуда вообще такие мысли? Многие женщины, да и даже мужчины, сталкиваются с такой проблемой. И это не делает их какими-то… – Дефектными? Нацу поморщился. Ему не нравилось это слово, особенно из уст Хартфелии. Особенно, когда она так говорила о себе. – Знаешь, каждый раз, когда ты так будешь про себя говорить, я буду кусать тебя, – предупредил Нацу. – И я не шучу. – Давай проверим, – развернулась Люси. – Я дефектная. Нацу взял девушку за руку, и прикусил кожу около запястья. Не больно, но довольно ощутимо. Ни один мускул не дернулся на лице Люси. – Ты и правда прекратишь пить лекарства, если не будет положительного эффекта? – Правда, – спокойно ответила Люси. – Я так решила. Конечно, это грустно и неприятно, когда выбор о том, быть тебе матерью или нет приняли за тебя, но иногда нужно смириться. К тому же, отчасти это все вызвано теми авариями, через которые я прошла и моими восстановлениями. Так что, правильней будет сказать, что я себя лишила возможности быть матерью. Но зато я буду классной тетей, – как-то мечтательно улыбнулась Люси. – Даже когда у тебя будут дети, они меня будут любить больше, – рассмеялась она. – С тем учетом, что ты довела десятилетнюю девочку до слез… даже не знаю. – Она была заносчивой дрянью! – Ей всего-то десять. – И что? Возраст смягчает уровень заносчивости? И погоди? Ты считаешь, что я буду плохой тетей для твоих детей?! – ткнула его по ребрам. – Ну Драгнил! – Нет-нет, ты будешь лучшей, – странно хмыкнул он. – Хотя, почему ты решила, что у меня будут дети? Может я останусь вольным драконом до конца своих дней? – Однажды твои шустрики все равно попадут в цель, – улыбнулась Люси. – Для человека, который любит секс, так же как трехразовое питание, у тебя просто нет ни одного шанса остаться без потомства. Ну, если ты тоже не дефектный как я, – Люси сказала это специально, повторно наблюдая как Драгнил кусает её за руку. – К тому же, – невозмутимо продолжала Хартфелия, – каждая шестая девушка хочет забеременеть от знаменитого писателя. – Откуда такая статистика? – тепло усмехнулся Нацу, в очередной раз получив подтверждение, что Люси верит в него. Они гуляли, уже допив свой кофе, болтая обо всем и ни о чем сразу. Нацу снова чувствовал знакомое тепло в груди, понимая, что Люси постепенно открывалась. Она рассказала, что когда была маленькой, то мечтала работать бухгалтером, потому что верила, что именно работник такой профессии пересчитывает деньги. Потом рассказала о теме своего диплома и о том, какие трудности или успехи преследовали её на учебе. Много говорила о компании, и о своих самых изощренных фантазиях по её уничтожению. Они много шутили и про свое прошлое, и про свое возможное будущее. В этот вечер Нацу Драгнил искренне верил, что они с Люси стали немного ближе. Он плохо помнил, как они оказались в каком-то караоке баре, и снова заказав кофе, они слушали чье-то плохое пение. Нацу удивился, когда Люси стала выбирать песню, а та лишь повела плечом, сказав, что никогда не говорила, что поет плохо. Они пели до часа ночи, и даже спели пару песен дуэтом. Когда они ехали обратно, Люси позвонил Локи. Она поставила разговор на громкую связь, удивившись тому, что Локи в час ночи все еще работает. – Люси, я клянусь, я поставлю тебе лимит на корпоративную карту! – послышался его недовольный голос, а Нацу по-доброму рассмеялся. – Я тебе зарплату срежу, – парировала Люси. – Почему ты не в постели со своей девушкой? Что я говорила по-поводу ночных переработок? – Ну знаешь, тут много всего накопилось, и так как мне не помогает владелец данного бизнеса, то… – Снова завел свою пластинку, – фыркнула Люси, а Нацу вдруг забрал у нее телефон. – Хай, Локи, – поздоровался он. – Нацу? Я что, не вовремя? – Если бы невовремя, поверь мне, Хартфелия бы не подняла трубку. У нее бы просто руки были заняты, – девушка шлепнула его по плечу. – Короче, друг, ты можешь ей помочь? Она хочет продать эту чертову компанию и инвестировать во что или даже открыть какой-то свой бизнес, например, издательство или редакцию журнала. Поможешь с организацией продажи и посоветуешь ей как лучше раскрутить эти огромные деньжищи? А то она спустит все на красивые тачки и снова пойдет работать бариста, – парни рассмеялись, а Люси недовольно смерив Нацу взглядом, еще раз ударила его. – Да вообще без вопросов. Я думал, она никогда не попросит. Люси снова ударила Нацу и забрала телефон, переключив на динамик, и поговорила с Локи еще минуты три. – Видишь, иногда можно просить друзей о помощи, – улыбнулся Нацу. – Локи хорош в финансах. Он тебе поможет и точно не обведет вокруг пальца. – Я не хотела его нагружать. На нем, итак, огромная часть моих обязанностей. – Так разгрузи его. Продажа компании и попытка начать что-то новое наверняка освободит его от бесконечной монотонной работы. А если ты возьмешь его в свой бизнес, как партнера или свое доверенное лицо… – Отстань. Про редакцию я ляпнула не подумав, – пожала плечами Люси, уже ругая себя за чрезмерную откровенность. – Я пока еще думаю. – А что тут думать? Командовать ты любишь. Делегировать полномочия тоже. С литературой и журналистикой как-никак связана. Из тебя бы получился отличный владелец модного женского журнала, – мечтательно произнес Нацу. – Ну или открой издательство. Будешь мои книги печатать. – Ага, – фыркнула Люси. – Только если в следующей жизни. Отдав машину, после двух ночи они вернулись в отель. Нацу, как истинный джентльмен, проводил её до номера, но уходить не спешил. – Ты знаешь Драгнил, у меня мини-бар бесплатный и джакузи с подсветкой. Не хочешь посмотреть? – открыла она дверь, приглашая войти. – Только из-за джакузи, – улыбнулся парень, заходя внутрь. – Всегда мечтал попробовать.

***

Джувия недовольным и грозным синим облаком ворвалась в огромное и пафосно украшенное фойе. Несмотря на выходной, здесь было довольно много людей. Сегодня летний день в Нью-Йорке был омрачён небольшим теплым дождем, однако для Локсар этот день стал не самым радостным по другой причине. На работе её руководителю – доброму старичку Макарову – стало плохо. Сейчас он был в больнице, а его единственный живой родственник не брал трубки, сбрасывая любые звонки. Все, что сумела выяснить про единственного внука Макарова Джувия, пока рылась в его кабинете в поисках любых дополнительных средств связи или информации – внука звали Лаксус Дриер. Ему было тридцать четыре, и он был владельцем одной из самых успешных и влиятельных IT компаний на рынке. Это был именно тот Лаксус, в компанию к которому так стремился устроиться Грей. Джувия, которая только отошла от потери бабушки и той правды, что накрыла её с головой больше месяца назад в родном городе, не готова была терять Макарова – человека, к которому прикипела душой, который поверил в ней, несмотря на отсутствие практики и должного образования, и который дал ей второй шанс. В кабинете она нашла сложенную в четверо фотографию, где дедушку обнимал золотоволосый мальчишка, довольно хрупкий и тощий для своего возраста. Но улыбался он очень искренне. – Могу я вам помочь? – спросила на входе девушка в строгом костюме, одарив Джувию оценивающим взглядом. – Мне нужно поговорить с Лаксусом Дриером. Его дедушка сейчас в больнице и … – Боюсь мистер Дриер не принимает, – она снова окинула Джувию брезгливым взглядом, словно на ней была не тонкая блуза и чёрные джинсы, а лохмотья, – без записи. – Вы меня вообще слышите? Его дедушка… – Девушка, это вы меня не слышите. К мистеру Дриеру необходимо записываться. К нему не могут пройти все подряд. Прошу вас уйти, иначе я буду вынуждена вызвать охрану. Джувия сжала кулаки. Понятно, что здесь ей не помогут. Можно было бы позорно уйти, сказав себе, что она сделала все возможное. Но почему-то вспомнив свою отважную и местами безбашенную подругу, Джувия кинулась к пропускной системе. Умело подтянув себя на руках, она ловко перепрыгнула через перегородивший ей проход оборудование. Она увидела небольшой коридорчик, где было четыре лифта и кинулась к ним, но крик девушки с ресепшна и её прыжок, привлекли внимание четверых охранников, которые кинулись к Локсар. Умело увернувшись от одной парочки, и наградив парой ударов в челюсть двух других, Джувия оказалась у лифта, который закрывал свои двери, собираясь поехать наверх. И тут в небольшой прогал втиснулся острый носок белоснежных туфель, а двери моментально разъехались в сторону. – Подбросить? – улыбнулась миловидная и невероятно привлекательная блондинка с длинными волосами, водопадом падающими на её спину. Джувия шмыгнула в лифт, и теперь он закрылся перед лицами остолбеневших охранников, которые явно не ожидали, что им даст отпор миловидная девушка. – Вы хорошо деретесь, – улыбнулась её спасительница, отражаясь в каждой стороне кабины лифта. Она была в легком светло-голубом платьице на тонких бретелях, которое смотрелось на ней как на модели с показа. – Спасибо, – спохватилась Джувия. – Я просто… Не знаю. Как-то само нашло. Обычно я таким не занимаюсь. – Мы хотите поговорить с Лаксом? – склонив голову на бок, незнакомка продолжала изучать её своими небесно-голубого цвета глазами. Локсар никогда не видела таких прекрасных глаз. – Да. Хочу сообщить ему, что член его семьи сейчас в тяжелом состоянии и… в идеале хотелось бы зашкирку притащить его в больницу, но я не могу этого сделать. Поэтому, просто выскажу все, что я думаю. И буду надеяться, что смогу выйти отсюда без боя. – А вы мне нравитесь, – подмигнула ей девушка и вышла из лифта, который остановился на семьдесят седьмом этаже. – Пойдемте. На этом этаже была только одна большая дверь и небольшой стол, стоящий рядом. – Фрид, привет. Лакс у себя? – лучезарно улыбнулась девушка молодому парню, с длинными волосами заплетенными в косу. Его взгляд был холодным и строгим, особенно это подчеркивали очки. – У себя, – коротко ответил он, и перевел взгляд на Джувию, которая стояла позади, и оглядывалась. – А это… – Она со мной, – улыбалась девушка. – И да, там внизу произошло небольшое недоразумение. Я попросила выписать моей подруге пропуск, но видимо что-то напутали и посчитали, что она проникла сюда. Поможешь уладить? От этой истории брови Джувии поползли вверх. Она даже не знала имя это девушки, а она ловко врала парню, который это понимал. Чем-то эта блондинка напомнила Джувии Люси. – Это она устроила переполох? Охрана не смогла остановить её? – Фрид все еще изучал Джувию, но теперь его взгляд был скорее любопытным, чем брезгливым. – Надо уволить охрану и нанять новую, – отметил он у себя в планшете. – Я решу это, – кивнул он девушке и та, продолжая улыбаться, указала на огромные двери и велела Дужвии идти за ней. Они оказались в большом кабинете с панорамными окнами. Отсюда открывался прекрасный вид на город, который был окутан пасмурными облаками, и Джувия даже немного залюбовалась, забыв цель своего визита. – Дорогой, – девушка подошла к черному кожаному креслу, в котором сидел солидный, широкоплечий мужчина, в дорогом костюме, но с расстёгнутыми пуговицами на пиджаке. Джувия частично видела белую сорочку, которая довольно наглядно обтягивала рельефную грудь. Грозный взгляд серых глаз сразу обратился на незнакомку в его кабинете. В кабинете присутствовал стиль минимализма – было только то, что могло понадобиться хозяину владений. без перегрузки разными деталями или даже мелочами для интерьера. Девушка, которая привела сюда Джувию, запустила пальцы на вид в жесткие золотого оттенка волосы мужчины, но тот даже не дернулся. – Кто это? – спросил он у девушки, которая обнимала его за плечи. Его голос был бархатным и очень глубоким, Локсар даже вздрогнула, но вида не подала. По мужчине было понятно, что он словно хищник, готов вцепиться в глотку любому, и Джувия понимала, что если она даст слабину, то полет с семьдесят седьмого этажа ей обеспечен. – Меня зовут Джувия Локсар. Мы с вами незнакомы, однако я работаю в ветеринарной клинике вашего деда. Я хотела сообщить вам, что сегодня ему стало плохо с сердцем, и сейчас он в больнице. – Понятно. Спасибо что сообщили, – кинул Лаксус так, словно она только что сказала ему прогноз погоды на сегодня или уровень пробок в городе. – И это все? – Джувия на миг забылась. – Это все, что вы можете сказать по отношению к своему родному дедушке? Лаксус, который уже успел потерять интерес к гостье, и изучал какой-то договор, вновь поднял взгляд. – Вы же говорите, что работаете на него, так? Тогда вы наверняка знаете, что мы давно не общаемся. Не понимаю почему вы так удивлены. – Да, о ваших семейных проблемах мне немного известно, – призналась Джувия, поймав на себе заинтригованный взгляд блондинки, все еще находившийся рядом с Лаксусом. Судя по её действиям, она была его девушкой или даже кем-то ближе. Джувия почувствовала себя неуютно, ведь при ней она обещалась за шкирку тащить его в больницу. Хотя Лаксус выглядел настолько внушительным, что Джу уже сомневалась в своих физических возможностях. – Но это все не мое дело. Как вы не понимаете, не имеет значение, что было когда-то. Думаю, вам было непросто – между отцом и дедом, которые никогда не ладили. Но то, что вы сейчас просто игнорируете ситуацию, ничего не решает. Ваш дедушка ни разу не говорил о вас плохо. Лишь вспоминал, что вы очень хорошо разбирались в технике и компьютерах и как вы учили его пользоваться разными девайсами того времени. – Как вы верно отметили, это не ваше дело, – подперев подбородок рукой, зло блеснул глазами Дриер. – Мне просто жаль, что из-за каких-то личных обид, вы лишили самого себя возможности общения с единственным родственником, которому было на вас не наплевать, и который искренне гордится всеми вашими успехами. – Откуда вам это известно? – Отсюда, – Джувия положила на стол старую фотографию, трудно было поверить, что хлипкий мальчишка с фото мог вымахать с такого мужчину. – Только по фото? – удивленно поднял бровь Лаксус, даже не притронувшись к ней. Джувия молча выудила из своего рюкзака альбом и положила перед ним. Его Джу также нашла во время своего обыска, но не была уверена, нужно ли отдавать его такому внуку. Несколько страниц хранили фото внука в разном возрасте, где-то был даже отец Лаксуса, судьба которого была неизвестна Джувии. Но потом фото заменили разные газетные статьи об успехе нового «гения в области IT». Макаров скрупулёзно продолжал собирать любую информацию о своем единственном внуке. Лаксус продолжал молчать, внимательно изучая одну из открывшихся страниц, но не долго. – Если это все, прошу вас удалиться, – сказал он, кивнув на дверь. – Дорогая, проводишь? Девушка отстранилась от него, а Джу прикусила губу от досады. – Вы черствый и ужасный человек! Никогда не позволю своему парню работать в компании такого человека как вы! Кинула Джувия, удалившись из кабинета вместе с шикарной блондинкой. Альбом она не забрала. На эмоциях забыла, и вспомнила только когда подъезжала к дому, где её жал обеспокоенный случившимся Грей. Девушка не стала ему рассказывать, что имела опыт личного общения не только с владельцем компании, в которой он мечтал работать, но и с его прекрасной женой. Мира Дриер оказалась невероятной женщиной, которая попыталась объяснить поведение своего мужа и успокоить расстроенную Джувию. Она также подчеркнула, что в восторге от самой девушки и её храбрости. За то короткое общение в лифте, жена Лаксуса сумела полностью расположить к себе Джувию, чем повторно напомнила ей Люси. Джувия надеялась на другой исход, пусть внутри и был страх такого поворота события. Ей было искренне жаль Макарова, и она пообещала себе, что завтра поедет к нему в больницу. Грей выразил желание пойти с ней. Ветклиника была закрыта все выходные.

***

Как только дверь за его женой и девушкой, ворвавшейся в его кабинет, закрылась, Лаксус с жадностью стал листать альбом. Он много лет жил мыслью, что его деду на него давно плевать, как и отцу, который свалил со своей пассией в Европу. – Фрид, – по коммутатору позвал он своего помощника, который через три секунды с улыбкой оказался перед ним. – Мой дед в больнице. Узнай в какой. Если ему что нужно – пусть врачи это обеспечат. Ценник за лечение меня не беспокоит. – Понял Вас, мистер Дриер. Что-то еще? – Эту девушку моя жена провела? – Эмм… не совсем. Она сумела обойти охрану, а ваша супруга уже была в лифте, когда она зашла. Охрана уже уволена, не переживайте. – Что, неужели она им вмазала? – рассмеялся Лаксус. – Еще как, – в кабинет вернулась Мира. – У неё есть опыт боев, так что неудивительно что она справилась с парочкой парней, – подмигнув Фриду, Мира оказалась на черном кожаном диванчике, который стоял у противоположной стены от окна. – И пусть мне пришлют резюме всех кандидатов, которые отправляли нам свои данные за прошедшие три недели, – сказал Лаксус. – Зачем тебе? – удивилась Мира. – Интересно, что там у неё за парень, – хмыкнул мужчина. – Ты многое разузнала? – посмотрел на свою очаровательную жену. – Возможно, – перекинув ногу на ногу улыбнулась Мира, отбросив с плеча пряди своих волос. – А что ты решил по-поводу своего дедушки? – Лечение оплачу. На этом пока все. – Ты знаешь, – Мира посмотрела на Фрида, который моментально испарился, поняв, что супруги хотят остаться наедине. – Я бы не хотела чтобы сын или дочь нашего ребенка не были рядом с нами, когда мы будем по настоящему в этом нуждаться, – она положила свою ладонь на еще не округлившийся живот. – Это твой новый способ манипуляции на ближайшие девять месяцев? – Возможно. Но ведь… ты любишь своего деда. Просто вы поссорились из-за ерунды и оба были слишком гордыми, чтобы помириться, – она села на стол и открыла альбом там, где было сказано об их свадьбе. – Смотри, он даже знал, что мы с тобой поженились. Я не прошу тебя что-то резко менять, но хотя бы навестить. Поцеловала его. – Мертвого уговоришь, – хмыкнул Лакс. – Ты же знаешь, переговоры – моя сильная сторона, – улыбнулась девушка, садясь к нему на колени. – К тому же, я никогда не заставлю тебя делать то, что может причинить тебе боль. я знаю, что в глубине души ты очень скучаешь по своему деду. и даже не спорь! – Как прикажете, миссис Дриер, – Лаксус вовлек её в очередной поцелуй. Он не знал за что, но был безумно рад, что в его жизни появилась эта невероятная женщина, умело совмещающая в себе внешность ангела и характер самого дьявола.

***

Зереф нервно покусывал кожу у большого пальца, ожидая когда Мавис вернется от врача. Он уже миллион раз назвал себя идиотом за то, что отпустил её одну. Из-за очередной переменки на работе, ему пришлось задержаться. Вот что сейчас будет? Она зайдет и скажет, что у них проблемы? У неё? У него? У обоих? Весь этот процесс довольно сильно потрепал Зерефа, который совершенно не привык к чему-то столь распланированному и подготовленному, как секс с целью зачать ребенка. Последняя спонтанная близость у него была с Мавис после празднования дня рождения Эльзы. Так как девушка стала мамочкой, то и Зереф и Мавис часто навещали её, набираясь опыта и укрепляя свое желание быть родителями. Эльза не стала в этом году устраивать какие-то вечеринки. Просто собрала всех близких друзей и они классно провели вечер вместе. Были также Ирен и Джерар, который понес Эльзу в кровать, так как уставшая девушка отключилась еще до конца своей "вечеринки". В замке повернулся ключ, и в их квартирку зашла Мавис. – Милая, ну что там? – с порога начал Зереф, не в силах справляться с беспокойством. – Все плохо, да? Это из-за меня? Ты знаешь Мавис, я так люблю тебя, что для меня главное – это твое счастье и если я не могу его дать, то... Мавис взяла его за руку и серьезно посмотрела ему в глаза. Она была ниже, но Зерефа никогда это не волновало, скорее умиляло. – Мы и правда зря сдавали последние анализы... – странным голосом произнесла она, и Зереф с ужасом отметил слезы в её глазах. – Боже мой! – запаниковал он, не зная какая из панических мыслей, накатывающих на него с каждой секундой незнания хуже. – Мне так жаль... – он обнял свою жену. – И мне, – всхлипнула Мавис, – лучше бы отложили эти деньги в фон будущего ребенка, – улыбнулась она. – Что? – отстранился от нее Зереф. – Мы будем родителями, – лучезарно улыбнулась она. – Я беременна. Парень потерял дар речи, просто заключив свою жену в объятия, кружив её по комнате, но потом забеспокоившись о её состоянии. Этот день Зереф заполнил как один из самых счастливых. Они пили с Мавис чай и смотрели какую-то комедию, держась за руки. Потом она положила голову ему на грудь и уснула, а он какое-то время играл с её прядями, наслаждаясь этим моментом, которого они так долго ждали. Было решено пока никому ничего не говорить. Им нужно было еще немного времени, чтобы насладиться своими минутами счастья.