Асексуальность

- И вы абсолютно точно уверены? Вы провели все тесты дважды? И результат остался прежним? Тогда могу вас поздравить, мы с вами разбогатеем. Нет-нет, продолжайте эксперимент. За результаты заплатят миллионы. - Ацуши, ну Ацуши, ну почему ты такой молчаливый, а? – Тацуя, выпивший всего три стакана местного варева, обнимал друга, тиская того за щеки. Сам фиолетововолосый предпочитал не обращать на это внимания, пусть творит, что захочет, лишь бы напившийся друг не лез к альфам. Хотя те были заняты жадным рассматриванием двух стриптизеров, трущихся друг о друга. Видимо Тайга и Аомине не смогли выбрать кого-то одного, и теперь публику развлекали черноволосая и рыжая омеги. Ну вот если бы не знал, то решил бы, что эти двое пытаются позлить друг друга, фыркнул Ацуши, допивая свой стакан и поднимаясь на ноги. Надо бы уложить Тацую, иначе кто знает, чем для него закончится этот вечер. Оглядевшись вокруг, Ацуши понял, что никого из первого состава нигде не видно, лишь капитан смотрел влюбленными глазами на стриптизеров, и парень сильно сомневался, что сможет оторвать его от этого зрелища. Поняв, что помощи ждать неоткуда, парень сгреб хихикающего Тацую в охапку и пошел на второй этаж, искать свободную комнату с закрывающимися дверьми. Из четырех комнат второго этажа на ручках трех висели предметы гардероба, что ясно указывало на их занятость, а открыв четвертую дверь, Ацуши обнаружил там кладовку. Шикнув, парень захлопнул дверь и замер в нерешительности. Друга надо куда-то уложить, потому что Тацуя уже что-то невнятно бормочет себе под нос с закрытыми глазами, явно собираясь поспать. Решив, что в принципе, можно и кладовку оборудовать под спальню, Ацуши открыл дверь, скинул на пол пару полотенец, уложил на них уже посапывающего Тацую и накрыл его еще одним полотенцем. Решив, что спросонья другу захочется пить, Ацуши отправился на поиски воды. Спустившись на первый этаж и найдя на кухне относительно чистый стакан, парень наполнил его водой и только собрался пойти обратно, как почувствовал кого-то за спиной, что побудило его повернуться и столкнуться взглядом с вице-капитаном Акаши. Тот загадочно улыбался, одной рукой подпирая щеку, а второй держа прозрачный стакан с янтарной жидкостью. Акаши улыбнулся кончиками губ, не отводя непроницаемого взгляда от фиолетововолосого: - Ацуши, как приятно тебя видеть здесь, - от его голоса у парня пошли мурашки по спине, и он неосознанно передернул плечами. - Ака-чин, я и не знал, что ты любишь подобного рода места. - Я и не люблю. - Тогда что ты тут делаешь? – недоуменно спросил Мурасакибара, ставя стакан на стол и присаживаясь на краешек стула напротив Сейджуро. Алые глаза чуть сощурились прежде чем Акаши дал ответ: - Кто-то же должен следить за командой, особенно когда капитан в соседней комнате тратит последние деньги, - Мурасакибара задумчиво посмотрел ему за спину в зал, как раз видя момент опускания денег в трусы рыжеволосого стриптизера раскрасневшимся Касамацу. Омега взглядом пообещал ему полную ночь удовольствия, на что альфы заулюлюкали. - Осторожнее, Ацуши. Никогда не знаешь, что взбредет в голову перевозбужденным альфам. Одним глотком допив жидкость, Акаши встал и пристально посмотрел на Мурасакибару, отчего тот неуютно заерзал на стуле. Не смотря на огромную разницу в росте, омега понимал, что до одури боится вице-капитана. Было что-то опасное в его глазах и неискренней улыбке. Мягко потрепав по руке Мурасакибару, Акаши негромко произнес: - Найди меня потом, - и словно растворился, когда омега моргнул. Неуклюже вскочив, парень подхватил чудом не упавший стакан и только тогда вспомнил, что шел к Тацуе. Поднимаясь по лестнице он едва не был сбит с ног взъерошенным Тайгой, несущимся вниз с абсолютно дикими глазами. Проводив альфу недоуменным взглядом, Ацуши поднялся на второй этаж и увидел не менее потрепанного Аомине, что изо всех сил лупил ни в чем неповинную стену рядом с кладовкой. Обернувшись на движение и увидев Мурасакибару со стаканом в руке, он перестал бить стену, сунул руки в карманы и с нездоровым оскалом пошел прямиком на омегу: - Что, пришел поржать над педиком? – фиолетововолосый молча смотрел прямиком в сапфировые глаза, а когда Аомине с силой зацепил его плечом, обходя омегу, не издал ни звука. Дайки выматерился и вполоборота глухо прорычал: - Если хоть кто-то узнает – убью голыми руками, - и резво скатился по лестнице, как и Тайга до него. Мурасакибара тяжело вздохнул. Черт бы побрал этих дурацких альф с их дурацкими комплексами. Открыв дверь в кладовку, фиолетововолосый обнаружил сладко спящего Тацую, мило пускающего слюни на чужую футболку. Аккуратно поставив стакан воды на пол рядом со спящим омегой, парень потеплее укрыл друга и тихонько вышел из кладовки. Спустившись на первый этаж он хотел было присоединиться к членам команды, но когда увидел, что Шинтаро слизывает соль с голого живота стриптизера, а потом опрокидывает шот текилы, не пользуясь руками, и в диком поцелуе отбирает кусочек лайма у другого стриптизера, то решил, что давно не был на улице. Заглянув в холодильник Тайги и выгребя оттуда добрую половину сладостей в карман комбинезона, довольный Мурасакибара подхватил бутылку газировки и двинулся во двор. Открыв дверь на веранду, он увидел часть второго состава бултыхающегося в бассейне со стайкой хихикающих омег, строящих им глазки, сидящих в дальнем углу Хьюгу и Митобе, тянущих бонг с остекленевшими глазами и огромными улыбками, и вице-капитана, что довольно невинно выглядел на фоне всех остальных, просто сидя в мягком шезлонге и глядя на разведенный костер под раскидистым дубом. Почесав затылок, Мурасакибара решил, что не так уж и сильно он боится алоглазого альфу. Завалившись с награбленным в соседний шезлонг, парень развернул сладкий батончик и едва успел запустить в него зубы, как Акаши заговорил, не отрывая взгляда от языков пламени: - Скажи мне, Ацуши, ты веришь в соулмейтов? – спрашиваемый скосил глаза на Сейджуро, пытаясь понять, тот сошел с ума, много выпил, или его мозг захватили инопланетяне. Но вице-капитан выглядел абсолютно спокойным и собранным, как и всегда, и, сунув в рот весь батончик, Мурасакибара покачал головой, жуя и перебирая сладости: - Глупости все это, Ака-чин, сказки для омег-подростков. Как и сказки о существах, что были без членов, имели висящую грудь и могли рожать, - Акаши усмехнулся, не отрывая взгляда от костра, а Мурасакибара, попробовав подозрительную конфету, скривился и швырнул ее в костер, после чего продолжил монолог, разворачивая карамельку: - На самом деле учеными тщательно скрывается тот факт, что нас вывели искусственным путем более тысячи лет назад, я в интернете вычитал. И хоть официальных данных нет, кое-кто показывал мне рисунки людей, живших до нас, и скажу я тебе, Ака-чин, до чего уродливы были эти бесчленные существа! Понятно, почему все довоенные вымерли. А ты, Ака-чин, веришь в бесчленных существ? - Их научное название женщина, - мягко улыбнулся Акаши, и Мурасакибара почувствовал, как у него что-то ухнуло вниз от этого простого движения губ. Или это от карамельки? – И эту информацию можно найти в учебнике истории за первый класс. - Учебники, кто их вообще читает в школе, - буркнул внезапно покрасневший омега, пряча лицо за бутылкой газировки, выглядывая из-за нее на альфу, но тот не отрывал взгляда от потрескивающих углей. Все-таки он достаточно красив, как для альфы. Лицо более аккуратное, менее угловатое, прямо таки омега, не считая стального стержня, который чувствуется просто при одном взгляде на парня. - Закончил осмотр? – вежливо поинтересовался Сейджуро, все так же не отрывая глаз от огня. Мурасакибара почувствовал, как краснеют даже уши и не ответил ничего, швырнув очередную обертку от конфеты в огонь. - Посмотри на меня, Ацуши, - позвал его мягкий, завораживающий голос, и практически против своей воли, Мурасакибара посмотрел прямиков в адское пламя, танцующее в алых глазах. Эти глаза словно нанизывали на булавку, заставляя что-то внутри дрожать от предвкушения, от неясного ожидания. Словно со стороны Ацуши видел приближающееся алое пламя, ощутил шероховатые пальцы на своей щеке, и на мгновение умер от сжавшегося сердца, когда к его губам мягко прижались чужие сухие и горячие губы со сладким привкусом алкоголя. Глаза его закрылись. И ничего не произошло. Ацуши не чувствовал ничего, никаких плавящих желаний, как рассказывал Тацуя с горящими глазами, абсолютное и пустое ничего, только скользящий во рту чужой язык доставлял дискомфорт. Акаши же получал удовольствие, неторопливо, словно пробуя изысканное вино, целуя закаменевшего фиолетововолосого. Мурасакибара отстраненно думал, что же люди находят такого интересного в поцелуях и прочих неприятностях. Наконец, губы, терзавшие его добрую минуту, оторвались от его губ, стерли свои следы все теми же шершавыми пальцами что, легко скользнув по скуле, исчезли. Мурасакибара приоткрыл глаза и осмотрелся – кажется, никто и не заметил этого беспорядка. Осторожно переведя взгляд на Акаши, омега обнаружил, что тот все так же смотрит на костер, словно ничего и не произошло, его взгляд все так же бесстрастен и непроницаем, губы даже не покраснели. Глупый Тацуя, это все он забил ему голову своими развратными историями и книжонками. Не может в реальной жизни быть так же, как и в его романах с рейтингом «для тех, кому за тридцать и в качестве партнера лишь фаллоимитатор». А может, это с ним, Мурасакибарой что-то не так? Но ведь это было так примитивно и мокро, как людям вообще может такое нравиться? Нет, это не был его первый поцелуй, но опять ничего, кроме равнодушия или отвращения, и это выбивает из колеи. Надо как-то заставить себя расслабиться, сосредоточиться на чем-то еще, кроме собственной неполноценности. Почему-то в голове всплыл образ Аомине, орущего на Кагами, и Мурасакибара зажмурился, надавливая кончиками пальцев на глаза. Акаши неотрывно смотрел на хмурого омегу, замершего в соседнем шезлонге. Несмотря на устрашающее поведение и внешность он оказался невероятно чутким и нежным созданием, и таким сладким на вкус, что не хотелось отрываться, но Сейджуро знал, как растянуть удовольствие. Да и спешить не имело смысла, алоглазый был на девяносто восемь процентов уверен, что это его омега. Их запахи гармонично сливались воедино, альфа яростно выла, мечтая сделать этого омегу своим. И бонусом, позиция вице-президента баскетбольного клуба дала ему возможность, медленно, но верно отгонять от омеги всех остальных альф, влезать каждому под кожу, сладким ядом отравлять их разум, заставлять если не принимать омегу как равного, то завидовать ему и ненавидеть. Акаши был слишком умен, чтобы отпустить то, что принадлежит только ему. Убрав волосы с лица омеги, альфа любовно провел кончиками пальцев по контуру лица парня, что убрал руку от глаз, глядя на Акаши пустыми глазами. Сейджуро приподнялся на локте, откинул волосы с шеи Ацуши, наклонился вперед и медленно вдохнул сногсшибающий запах фиалок, легкий и освежающий, словно после дождя, на что фиолетововолосый недоуменно спросил, что тот делает. Алые, словно кипящее пламя, глаза на мгновение сузились, но потом Акаши откинулся обратно, словно ничего и не произошло. Мурасакибара же, чувствуя, что уровень его смущения и ошеломления превышает все границы, просто встал и на автомате пошел в дом, не чувствуя земли под ногами. В зале омеги, оба уже раздетые и возбужденные, терлись об одуревших полуголых альф, что порыкивали друг на друга, силой и навыками пробивая себе дорогу к жадным до ласки телам. Не останавливаясь в зале, Мурасакибара быстро поднялся наверх, приоткрыл дверь в кладовку и, удостоверившись, что Тацуя тихо посапывает, никем не потревоженный, закрылся внутри и тяжело осел на пол, упираясь коленками в противоположную стену. На душе было паршиво. Некоторое время омега слушал дыхание Тацуи, после чего достал из кармана телефон и некоторое время тупо смотрел на светящийся экран. После чего зашел в поисковик и замялся, не зная, что ему стоит написать, и стоит ли вообще. Потом остервенело тапнул пальцем по строке поиска, вызывая клавиатуру, заколебался, почувствовал себя глупо, со вздохом заблокировал экран и уронил голову на сложенные руки. - Понятия не имею, что нужно искать, - признался он самому себе в полной темноте в тесной кладовке. Тацуя согласно хрюкнул.

***

- Ооо, моя голова! – Тацуя полулежал на диване, трясущимися руками пытаясь открыть баночку аспирина. Мурасакибара со вздохом отобрал у него баночку, легко открыл и выдал белую таблетку стонущему другу, что проглотил ее с добрым литром воды, после чего тихо сполз ниже, полностью укрываясь пледом. Повезло, что его папу с утра вызвали на работу, и никто не видит плачевное состояние брюнета, что высунул бледное лицо из укрытия: - Ацуши, скажи, я ведь вчера… ну это… ни с кем не… - фиолетововолосый отрицательно махнул головой, на что лицо расслабилось и забралось обратно под плед. - Отдыхай, Муро-чин. Заварив чашку чая, Мурасакибара забрался к Тацуе на диван, раскрывая ноутбук и готовясь посмотреть пару серий свеженького детектива, как глаз его зацепился за рекламу, обещающую повысить желание у партнера. Омега пожевал губу. Длинные пальцы побарабанили по клавиатуре, потом открыли новую вкладку и вбили в поисковик «нет желания», на что услужливо выскочили возможные варианты продолжения: близости с мужем, жить, работать. Мурасакибара поджал губы и стер написанное, глядя на мигающий курсор, словно издевающийся над ним. К черту, он что, слабак какой-то? Пальцы запорхали над клавиатурой, после чего фиолетововолосый уставился на десятки ссылок, с абсолютно дикими названиями. Пришлось пролистать до третьей страницы поисковика( в глубине души Ацуши был уверен, что все, что дальше первой страницы, антинаучный бред или спам), прежде чем глаз зацепился за название страницы. Асексуальность. Что это? – спросила страница, у перешедшего по ссылке омеги, что начал читать статью, покусывая щеку изнутри, - это отсутствие желания совершать половой контакт. Некоторые исследователи считают, что это болезнь, расстройство психики или дефект. Впервые термин «асексуал» использовал Майкл Дор, первопроходец, который не только начал изучать этот вопрос, но и заявил о себе, не боясь осуждения консервативного общества. Асексуалы, описывает Майкл, не хотят половой близости, но вполне могут нуждаться в любви и близких отношениях. По данным исследования восемнадцати тысяч взрослых альф и омег, около одного процента оказываются асексуалами, из них 70% - омеги. Результаты предполагают, что асексуальность может быть распространена ничуть не меньше, чем гомосексуальность. Однако обе эти ориентации гонимы. Автор другой статьи, опубликованной вскоре после выхода на свет асексуалов, выразил свою точку зрения абсолютно недвусмысленно. Он задался вопросом: «Как назвать человека, заявляющего о своей асексуальности?» и тут же дает ответ: «Это не человек. Асексуальных людей не существует. Половое влечение – это фундаментальна основа человеческого существования.» Мурасакибара лениво скользнул ниже по статье, наполненной изощренными терминами, выдержками из трудов психиатров, ученых, исследователей и, наконец, добрался до комментариев. Самый первый, от некого cherry21 гласил, что когда он признался своим родственникам, те просто не поверили и высмеяли. Ему поддакнул deimon.gone, добавив, что его предки добавили, что «ты же не растение». Некий rosemund печально сообщал, что его друзья уверяли, что он не нашел «своего человека». Слова vienna666 даже сквозь тысячи километров сквозили горечью, что его родители приняли это как «очередной этап твоей жизни». «Я буду одинок всегда?» И их было тысячи. Тысячи одиноких, голодных до понимания душ, что не могли открыться никому, так как их просто не воспринимали всерьез. «Как жить в мире, где все пронизано сексом?» Мурасакибара, с каждой строчкой, все больше мрачнел, и все крепче стискивал зубы. «Я просто стараюсь избегать темы отношений и секса» Как? Как эта жизненно важная информация просто прошла мимо него? Почему он только сейчас задумался, что действительно, его не привлекает ни один пол и не привлекал даже в подростковый период? «Если я перестану говорить о своей асексуальности, она исчезнет?» Омега сам не заметил, как по щекам покатились злые слезы. «Я притворяюсь, что меня все устраивает» «Мне противны прикосновения» «Я не хочу так жить» Мурасакибара захлопнул крышку ноутбука, отрезая себя от полного боли и непонимания мира, вытер слезы и откинул голову на стену, изогнувшись и упершись темечком в прохладный бетон. По крайней мере, вопросов больше нет.

***

Следующие две недели Ацуши не позволял себе даже думать о прочитанном, сверх меры загружая себя учебой, подработкой переводчиком и баскетбольными тренировками. Каждый раз вколачивая данк перед его глазами вставали комментарии с сайта, которые он пытался отогнать. «Я не хочу так жить» Задыхающийся Мурасакибара пробегал уже пятидесятый круг вокруг поля. «Если я буду игнорировать асексуальность, она пройдет?» Даже сложная медицинская литература, что ему надо было перевести с немецкого на японский недостаточно сильно затмевала его мысли. «Я буду одинок всегда?» - Ацуши! – фиолетововолосый вздрогнул, беспомощно посмотрев на Тацую, что с тревогой заглядывал ему в глаза. - Что? - Так больше продолжаться не может. Прямо сейчас рассказывай, что с тобой произошло. Ты сам не свой в последнее время. Ацуши, я переживаю за тебя. Ты же знаешь, что я твой друг и всегда тебя поддержу и выслушаю? Мурасакибара плотно сжал губы, отворачиваясь от друга. Таким невозможно поделиться с кем бы то ни было. - Все в порядке, Муро-чин. Пойдем, у нас скоро занятие. Резко поднявшись, парень скрыл лицо под стеной волос и быстро пошел в корпус, не желая слышать какие-либо вопросы или предложения. Он должен разобраться со всем этим сам. Ну, или с небольшой помощью. Тихонько постучав в дверь больничного крыла, Мурасакибара просунул голову внутрь и увидел медбрата, которого и искал. Лео Мибучи, высокий и изящный темноволосый и темноглазый альфа, работающий дважды в неделю в университете на добровольной основе, имеющий собственную практику и это не смотря на то, что он только начал аспирантуру. Так же, по странному стечению обстоятельств, этот манерный красавец был его двоюродным братом. - Ацу! Братец! – холеные руки сомкнулись на талии Мурасакибары, с силой сжали, подняли в воздух и покружили вокруг себя. – А ты немного вытянулся, даже выше меня! – с восторгом осматривал брата альфа, ничуть не стесняясь остальных в кабинете. Наконец медбрат отвел его под руку в дальний угол, усадил на кровать, задернул ширму и спросил, почему Ацуши пришел к нему. Мурасакибара открыл рот, да так и застыл, не зная, как это произнести вслух. - Я… - попытался он начать, как Лео успокаивающе похлопал его по руке. - Ты не обязан мне рассказывать, если ты не хочешь. Или не можешь. Но знай, что как твой брат, я всегда тебя поддержу, всегда и во всем. Хорошо? – Лео крепко обнял брата и Мурасакибара почувствовал, как его глаза наполняются слезами. Он обеими руками обхватил альфу и тихо плакал, пока Лео успокаивающе гладил его по спине. Успокоившись, он начал тихо рассказывать о своих исследованиях, как он обнаружил, что он отличается, как не знает, что делать дальше, как запутался, как испуган и одинок. Лео выслушал его, потом принес ему воды и таблетки, потом поцеловал в макушку и предложил обследоваться в его центре. - Если ты хочешь, конечно же. Насильно из тебя брать анализы никто не будет, - на лице Мурасакибары появилась слабая улыбка. - Спасибо, Лео, но я не думаю, что это мне поможет. Просто… просто пообещай поспрашивать, может кто-то что-то знает о моем… положении? – Мибучи кивнул, пообещав исследовать этот вопрос всесторонне, они еще раз обнялись и Ацуши направился домой, понимая, что не может даже думать об учебе. Дома он еще раз просмотрел все форумы, попытался найти новую информацию, но все тщетно. Омега проверил почту и обнаружил там анкету от брата, тот написал, что прислал ее «на всякий случай, вдруг ты передумаешь? А там смотришь – и я нобелевскую премию в биологии получу (шутка!)». Со вздохом ответив, что покаместь не собирается становиться подопытной крысой, Ацуши закрыл ноутбук и зарылся под одеяло, намереваясь вздремнуть. Снилось ему бескрайнее синее море.