Асексуальность

- В вашем отчете написано, что объект хорошо переносит препараты. Но за полгода вы не делали никаких исследований, не брали даже простые анализы, как можно верить вашим словам? Вы ходите по очень тонкому льду, Мибучи. Объект нам нужен для дальнейших исследований. Делайте что хотите, но если к началу зимы объект не будет в нашем распоряжении, вы можете быть уверены, ни один ученый в мире не возьмет вас даже уборщиком. - Сделаю все, что в моих силах, доктор. Открыв глаза, Ацуши с удивлением обнаружил себя на баскетбольной игре между университетами. Что происходит? Промчавшийся мимо Кагами рявкнул, что сонным мухам тут не место, и омега, машинально двинулся вперед, в три прыжка добрался до кольца противника и забил решающий данк. Ревущая в восторге толпа заглушила даже финальный звон. Команды поклонились друг другу и Мурасакибара, все еще немного сбитый с толку, хотел было отойти присесть, как ликующая команда подхватила его и начала хлопать по плечам, трепать волосы, кто-то радостно рыдал, все обнимались, кричали и Ацуши почувствовал, как у него кружится голова. Кое-как продравшись сквозь толпу, парень упал на скамейку, накрыл голову полотенцем и сидел так, чувствуя головокружение и тошноту, пока все не разошлись. Когда его команда позвала омегу отмечать победу, тот лишь неясно махнул рукой, делая вид, что копается в своей сумке. Убедившись, что все ушли и, выждав еще пять минут, Мурасакибара торопливо добрался до ближайшего туалета и, выкрутив кран на максимум, сунул голову под мощную струю воды, чувствуя, как отступает головокружение и как намокает его баскетбольная форма. Почувствовав себя немного лучше, парень закрутил кран, выжал волосы, поднял голову и в ужасе отшатнулся от зеркала – на него оттуда смотрел кто-то странный. Длинные черные волосы с фиолетовыми концами, впавшие глаза, темные круги под глазами, искусанные губы и – как такое вообще возможно?! – черный цвет глаз. Мурасакибара поднял руку – чужак в зеркале сделал то же самое. Несмело ущипнув себя за щеку, Ацуши убедился, что это не сон и что эта тень в зеркале – он сам. Парень поднял край футболки и в ужасе провел кончиками пальцев по остро выступавшим ребрам, нездорово впавшему животу, потом обратил внимание на истончившиеся запястья и увидел на сгибе локтей маленькие синяки. Десятки синяков с аккуратными точками внутри них. С силой нажав на один из них, Мурасакибара почувствовал подступающую панику, когда все предплечье отозвалось болью. Тяжело дыша, он потряс головой, не понимая, что происходит. Сколько времени выпало из его памяти? Судя по волосам – не менее полугода. А что с синяками на руках? А еще нездоровый вид и худоба... Неужели он принимает наркотики? Руки затряслись и Мурасакибара с силой сжал их, пытаясь подавить дрожь. Парень сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, после чего еще раз посмотрел в зеркало – запредельно худой, темноволосый и, почему-то, темноглазый, это точно был он. Надо взять себя в руки. Надо думать трезво, иначе паника захлестнет его с головой. Для нала необходимо найти свой телефон, потом позвонить Тацуе, он его лучший друг, он точно знает, что происходит. Поставив сумку на раковину, парень перекопал всю ее, прежде чем понял, что телефон не там. Вероятно, он в раздевалке. Главное не наткнуться ни на кого. Бросив еще один косой взгляд в зеркало, Мурасакибара осторожно выглянул из туалета, убедился, что никого нет, и рысью помчался по пустому коридору. Благо, игра проходила в его университете, и омега без труда добрался до раздевалок. Приоткрыв дверь и убедившись, что внутри пусто, парень нетвердыми руками набрал код и с удивлением обнаружил, что его старый пароль не подходит. Он сделал шаг назад, мотнул головой, осмотрелся вокруг, может он перепутал шкафчики? Но нет, на дверце написано его имя и его номер в команде. - Да что происходит? – растеряно произнес Мурасакибара, когда подкосившиеся ноги уронили его на скамейку.

***

- Ты уверен, что стоит в это влезать? – Рёта, кажется, в миллионный раз спросил подбоченившегося Тацую, на что получил уничижительный взгляд, и сделал шаг назад, поднимая примирительно руки. - С ним что-то творится, и мы просто обязаны выяснить, что! Он мой лучший друг, в конце концов! – Тацуя, обычно спокойный и собранный, сейчас выглядел необычайно растрепано. Хоть Кисе и сам вызвался помочь, он в очередной раз неимоверно жалел, что согласился на эту аферу. Ну подумаешь, изменился Мурасакибара, но в лучшую же сторону! Стал более уверенным, более хищным, более… альфой? Отбросив теорию, что это невозможно, Кисе даже был рад, что этот недоумок стал более уверенным в себе. Но Тацуя, втянувший в это его блондинистую задницу, был неумолим. Омега с напором танка шел к цели и, честно говоря, Рёту это даже восхищало. Не то, чтобы он впервые встречал боевых омег, но этот заткнул их всех за пояс, переплюнув даже его невменяемого папашу, что от любого кривого взгляда превращался в фурию. - Расслабься, Тацуя, он просто утомился, - продолжая плестись за омегой, Кисе закинул руки за голову, не забывая при этом оценивать округлую задницу Химуро. Брюнет фыркнул, и дернул плечом, без сомнения подвергая критике каждое его, Кисе, слово. Блондин тут же принялся торопливо оправдываться: - Сам посуди, он недавно выиграл олимпиаду по немецкому, четыре раза в неделю он на изнуряющих тренировках по баскетболу, к тому же он упоминал, что сейчас участвует в каком-то эксперименте у его брата, Лео. Тут и здоровый умом тронется, не то что этот недо… - Кисе запнулся на полуслове, когда ему в грудь пребольно уткнулся палец резко развернувшегося омеги. Черные глаза пылали праведным гневом, брюнет сделал шаг вперед и Рёта, не осознавая, что делает, шагнул назад. - Не смей. Так. Говорить о нем, - каждую отчеканенную фразу парень подкреплял тычком в грудь блондина, что в миллион первый раз пожалел, что влез в это дерьмо. Глупо улыбаясь и скрестив все пальцы на обеих руках, блондин миролюбиво пообещал больше никогда-преникогда не говорить ничего плохого о Мурасакибаре, вот, в доказательство четыре креста, по два на каждой руке, честно-пречестно! Ну а если омега не верит наичестнейшему альфе всея вселенной, этот самый альфа может скрестить пальцы еще и на ногах! Тацуя фыркнул, припечатал, что блондин придурок и отвернулся прежде, чем губы растянулись в улыбке. Кисе лишь вздохнул и с некой тоской посмотрел на спину уходящего омеги. Вот надо же было так влипнуть. - Кстати, почему ты сегодня не участвовал в игре? – внезапно спросил омега, оглядываясь через плечо, на что альфа приподнял штанину отутюженных брюк, показывая перебинтованную лодыжку. - Порвал связки на предыдущей игре, нужно время, чтобы нога восстановилась. Неужели ты подумал, - вдруг неверяще прищурился блондин, глядя на покрасневшие уши Тацуи, - Что я просто прогуливаю? - Вообще-то, я думал, что тебя выгнали, - буркнул омега и прибавил шагу, оставляя позади посмеивающегося Рёту. Догнав Химуро около раздевалки, альфа в приступе галантности открыл дверь для омеги, на что тот вопросительно выгнул бровь, кривя губы, но все-таки зашел. Ах, эти сладкие маленькие победы, вздохнул Рёта и тут же услышал «Ацуши!» и скрип сдвигаемой скамейки. Войдя следом, он с легким неудовольствием обнаружил Мурасакибару, рассеяно похлопывающего Тацую, что всем телом вжался в друга, крепко обнимая. Переступив с ноги на ногу, Рёта кашлянул и Тацуя, опомнившись, отстранился от друга, пристально всматриваясь в его осунувшееся лицо. Мурасакибара же пораженно разглядывал друга – Тацуя коротко подстриг свои длинные волосы, окрасил концы в бледно-зеленый, и сделал челку на один глаз. Опустив глаза ниже, омега увидел серебряное кольцо с зеленым овальным камнем, впаянным в оправу, которое, как ни старался, не мог вспомнить. Проведя пальцами по глазам, он поднял взгляд на Химуро, тонкие губы беззвучно зашевелились, пытаясь выдавить из себя хоть что-то. Тацуя нахмурился, от радостного возбуждения, еще минутой раньше накрывшего его с головой, не осталось ни следа. Рёта переводил взгляд с одного на другого, не зная, что ему предпринять. - Ацуши, что такое? Говори со мной. - Я, кажется, сошел с ума, - пришедшие переглянулись, после чего Тацуя очень мягко спросил, почему омега так думает. Мурасакибара поднял на него глаза, воспаленные, красные, с огромными, практически затмившими фиалковую радужку, зрачками и ломко улыбнулся, сообщив, что он не понимает, как тут оказался. Тацуя недоверчиво обернулся к Рёте, словно спрашивая, понимает ли альфа, что происходит, но тот едва заметно пожал плечами, и брюнет повернулся обратно. - И почему ты так думаешь? - Я очнулся только что на площадке. Не помню, что было до этого, не понимаю, как попал сюда, а хуже всего вот это, - парень вытянул руки тыльной стороной, показывая исколотые вены. Тацуя отпрянул, в то время как Кисе подошел поближе, дабы лучше рассмотреть. - Клянусь, Муро-чи, впервые это вижу. Ни разу на тренировках или в душе я не видел, чтобы у тебя были какие-либо синяки или… другие… повреждения. Но в любом случае, давай переодевайся и я тебя отвезу домой, хорошо? – Ацуши сжал пальцами край спортивных шорт и признался, что не знает пароля от своего шкафчика. - Мой постоянный код не подошел, а другого я не знаю. Я ничего уже не знаю, - Мурасакибара выглядел так, словно вот-вот заплачет и Рёта, глупо улыбаясь, сообщил, что омега недавно поменял код и яростно оберегал его от других. - Но я не я, если не знаю всё и обо всех, - ослепительно улыбнулся блондин, подойдя к шкафчику и набирая код. – Вуаля! Мурасакибара подошел к альфе, что услужливо отошел в сторону, скрестив руки на груди, и растеряно обернулся на Тацую, что сидел абсолютно неподвижно. Подняв в кривой улыбке один уголок рта, парень открыл свой шкафчик, не зная, что ожидает увидеть внутри. Но внутри были лишь вещи: джинсы, свитер, сменные кеды и рюкзак. Омега осторожно провел рукой по мягкому черному свитеру – он впервые видел этот элемент гардероба. И, если уж быть до конца честным, то и черные джинсы явно не то, что его папа разрешил бы ему надеть. Папа всегда говорил, что черный абсолютно не идет его маленькой фиалочке и натурально падал в обморок каждый раз, когда омега хотя бы тянулся к чему-то черному. - Это не моё, - Ацуши попятился от шкафа, от вещей, затравленно оглянулся, чувствуя, как паника волнам накрывает его, - Папа не разрешает мне носить черный, это не моё, не моё, не моё! – Тацуя подхватил ослабевшего омегу, осторожно усаживая его на скамейку и крепко обнимая. Послышались тихие рыдания и брюнет, яростно выкатив глаза на смущенного альфу, подбородком указал тому на выход. Рёта вздохнул, но подчинился и, выйдя из раздевалки, наткнулся на Мибучи, что явно хотел войти внутрь. Что-то в его лице не понравилось Кисе, и он захлопнул дверь, облокотившись о нее и растягивая губы в самой лучезарной улыбке, что была в его арсенале. - Там занято, парниша, - манерно произнес блондин, скрещивая руки на груди и самодовольно глядя на злобно поджавшего губы Лео. - Мне нужно войти, - он потянулся к ручке, как блондин сделал шаг в сторону, мешая ему. - Я же сказал, так занято, красавчик. Так что разворачивайся и топай отсюда, пока не получил по шее от Дай-чи. Или желаешь устроить тройничок? – блондин заливисто расхохотался, не отрывая взгляда от перекосившегося лица Лео. Тот явно не горел желанием мешать альфе, известному вспыльчивым характером и тяжелым ударом, но и отступать пока не был готов. - Мне просто надо посмотреть, на месте ли мой братик, он должен был встретить меня на парковке, но так и не появился, - лицо Рёты стало непроницаемым, он подозрительно смотрел на явно нервничающего Мибучи. Внезапно вспомнилось, что именно с участия в неком эксперименте у альфы, Мурасакибара начал меняться. Да и слишком уж настойчив этот «братик». Здесь явно что-то не так, и пока Рёта не разберется, этот маскулинный красавчик даже близко не подойдет к омеге. В голове сформировался неясный план и Кисе, словно внезапно что-то вспомнил, хлопнул себя по лбу, от чего Лео невольно вздрогнул. - Точно, я же видел, как Муро-чина подбирал Кагами! Вы разминулись буквально на пару минут, они всей командой отправились отметить победу в бар на другом конце города. Там сегодня скидки, омежкам каждый второй коктейль бесплатно, так что ты понимаешь, - он развратно улыбнулся и подмигнул Лео, чье лицо представляло собой смесь отвращения и презрения. Нерешительно переступив с ноги на ногу, Лео еще раз посмотрел на дверь, словно взвешивая что-то в голове, после чего вздохнул, махнул блондину на прощанье, развернулся и быстро пошел в сторону выхода. Рёта, чье лицо мгновенно потеряло мерзкую улыбочку, осторожно открыл дверь и, не отрывая взгляда от удаляющейся спины альфы, тихо сказал, что бы омеги поторапливались. Спустя десять минут, они все рассаживались в ауди Рёты, что напряженно высматривал кого-то на парковке, стоя у открытой двери. Тацуя с пассажирского сиденья шикнул, дабы альфа садил свою жопу в эту чертову машину, и альфа, не слушая, рассеяно кивнул, напряженно осматривая полупустую темную парковку. Наконец, сев в машину, Кисе посмотрел в зеркало заднего вида, столкнувшись взглядом с Мурасакибарой, что потерянно сжимал рукава свитера. Ободряюще улыбнувшись, блондин завел мотор и машина мягко покатилась по асфальту. Выехав на трассу, Рёта спросил, где сейчас живет Мурасакибара, на что тот, замявшись, назвал домашний адрес. Тацуя вывернулся в кресле, неверяще глядя на затихшего омегу. - Ацуши, ты же съехал от папы, не сообщив куда. Ты никому не говорил, где ты сейчас живешь. Да ты вообще мало с кем говорил в последнее время, - брюнет горько улыбнулся и тут же Рёта протянул правую руку к омеге, мягко сжал его плечо, ободряюще улыбнулся посмотревшему на него парню и убрал руку обратно на руль. - Я… я помню ничего такого, - еще более сбитый с толку помямлил Ацуши, обхватывая себя одной рукой. – А как… то есть, когда я переехал? Тацуя тревожно посмотрел на Рёту, что тяжело вздохнул и перевел тему: - Сделаем так, сейчас поедем ко мне, там я сделаю всем кофе и мы все сядем и поговорим, что же происходит, окей? – не дожидаясь ответа он белоснежно улыбнулся и включил радио, выкрутив его так, что говорить, не перекрикивая музыку, было невозможно. Остаток пути они провели слушая современную попсу. Уже на подъездной дорожке, Рёта заглушил мотор и, не глядя на омег, извиняющимся тоном сообщил, что сейчас дома его папа, и лучше сделать так, чтобы он их не заметил. Тацуя подозрительно покосился на альфу и спросил, почему это, на что Рёта смущенно улыбнулся, и сказал, что его le papa не особо жалует других омег в доме. - Наверное это как-то связано с тем, что он частенько застукивал меня с разными омежками, - Тацуя отвернулся в отвращении, от чего Рёте захотелось провалиться под землю. Надо было просто промолчать, или сказать, что его папа просто ревнует. Действительно, почему он так не сказал? Кисе покачивал головой своей недогадливости, тихо закрывая дверь за прокравшимися внутрь омегами. Повернувшись и приложив палец к губам, Кисе мягко взбежал вверх по лестнице и заглянул в первую комнату. Закрыв дверь, блондин дважды хлопнул в ладоши, от чего зажегся яркий свет и спустился вниз, радостно сообщая, что его папа где-то в городе. - Вернется, возможно к утру, скорее всего не один, - радостно щебетал Рёта, ведя за собой омег на просторную черно-красную кухню. Широким жестом указав на барные стулья, он пригласил их присесть и ни в чем себе не отказывать, намекая на возвышающиеся на стеллаже за барной стойкой многочисленные бутылки с алкоголем. Мурасакибара сел на стул, роняя голову на руки, а Тацуя едва подавил смешок, глядя на довольно развратную фотографию явно молодящегося длинноволосого омегу-блондина с сапфировыми глазами. Рёта кинул взгляд на заинтересовавшую брюнета фотографию на стене, поджал губы и повернулся обратно к кофе-машине. - Да, это мой папа. В молодости он снимался для порно-журналов и, честно говоря, не удивлюсь, если и в порно тоже, - альфа остановил поток кофе, убрал два маленьких молочника, снял с кофе-машины две высоких стеклянных чашки для кофе, подставил питчер под изогнутую трубку врезанную прямо в тумбу и нажал на кнопку. В питчер полилось молоко, а Рёта беззаботно болтал о своей категорической боязни смотреть порно из-за боязни попасть на папу, пока не начал взбивать молоко. Разлив горячее молоко по чашкам и влив сверху по центру кофе, альфа взял тонкую ложечку, что-то нарисовал на пене, и повернулся к Тацуе, что с любопытством посмотрел на поставленную перед ним стеклянную чашку. Кофе разделился на три идеальных слоя, а сверху на белоснежной пене посередине было маленькое сердечко. - Voi la! Пей, пока горячий. Эй, тебя это тоже касается, Муро-чин! – Мурасакибара потянулся за своей порцией, Рёта в это время делал себе еще одну порцию. Тацуя осторожно отпил и зажмурился от удовольствия – кофе был идеальным. Идеальная температура, идеально сваренный кофе, идеально сладкое молоко и идеальная воздушная пенка. Открыв глаза он увидел, что Рёта с лукавыми искорка и в глазах смотрит на него, держа у губ длинными пальцами совсем крошечную черную чашечку. Смутившись, Тацуя одним махом допил свой кофе, после чего приподнялся на стуле, заглядывая в чашку Рёты. Но там был просто черный кофе. - Хочешь? – Рёта протянул ему чашку, не отрывая светящихся глаз от покрасневшего омеги. Химуро взял из рук альфы маленькую чашечку и осторожно сделал глоточек. Лучше бы не делал этого – кофе оказался очень горьким, практически приточным, обжигающим и первой реакцией было выплюнуть это назад, но омега героически проглотил кофе и даже выдавил из себя улыбку. Рёта расхохотался, забрал чашечку обратно (от прикосновений его шершавых пальцев Тацую словно ударило током) и одним глотком допил кофе, явно наслаждаясь. - Это арабика смешанная с робустой, зерна приехали ко мне прямиком из Эфиопии, - Рёта явно наслаждался, разглядывая оставшуюся на стенках пенку. Тацуя задумался, а видел ли кто-то эту сторону расхлебанного и легкомысленного альфы. - Где ты этому научился? - Жить захочешь – не так раскорячишься, - Кисе продолжил рассматривать чашечку, явно избегая смотреть омеге в глаза. Химуро ждал. Блондин нахмурил тонкие брови и, вздохнув, отставил чашку в сторону и почесал затылок. - Сразу после школы папа сказал мне, что я еду получать образование на родину, но не тут-то было! Юношеский максимализм и упертость заставила бунтовать, - блондин коротко хохотнул и сплел пальцы, положив их на стойку. - Я знал уже тогда, что не хочу быть в судебной системе, как хотелось моему le papa, мое место не там. Я хочу приносить радость людям, видеть их улыбки, и я выступил против папы. Он спал и видел меня судьей, но мой протест привел его в ярость и папа сказал, что если я так сильно хочу быть никем, то сам и буду зарабатывать на свое обучение. Он на целый год отрезал меня от его счетов, и мне пришлось пойти работать. Мне повезло – первой же работой попал в небольшую кофейню на отшибе городе, где меня всему обучил хозяин. Ели не ошибаюсь, он южных кровей, а те как никто умели варить кофе. Там я научился различать виды кофе, их вкус, обжарку, научился всем доступным видам варки кофе, и получил опыт на всю жизнь. Папа, увидев, что я не сдаюсь и даже скопил определенную сумму на обучение, сдался, разрешив делать то, что хочу. Так я и оказался в нашем небольшом университете, исключительно из-за кафедры Археологии. Хочу попробовать кофе во всех уголках мира и, возможно, открыть для себя новый способ его варки, - Рёта опять хохотнул и Тацуя вздрогнул, словно оторвался от интересной книги, настолько красиво расписывал все альфа. - Тебе осталось только свою кофейню открыть и по вечерам рассказывать истории, уж очень хорошо получается, - блондин несмело улыбнулся, и Химуро легонько сжал его руки, улыбаясь краешками губ в ответ, после чего повернулся к Мурасакибаре, что как раз допивал свой кофе. Отодвинув от себя чашку, омега решительно сжал руки и начал говорить.

***

- То есть, полгода назад я согласился на эксперименты, съехал неизвестно куда, сменил номер телефона, избегал всех, сменил стиль и поведение? – Мурасакибара загибал пальцы за каждый факт, Тацуя важно кивал, подтверждая каждое слово, а Рёта лишь задумчиво барабанил пальцами по столу. Ацуши вздохнул, положил руки на стол и уткнулся в них лбом, закрыв глаза. На кухне воцарилась тишина. - Ничего не понимаю, - признался наконец Тацуя, закладывая челку за ухо и сцепив руки в замок, - Как такое могло произойти? И самое главное, почему мы так долго ничего не замечали? Ладно я – Ацуши меня не просто вычеркнул из жизни, он избегал меня, заменил на спорт, игнорировал. Но ты, Рёта! Как ты мог не заметить изменения? Ты же с ним постоянно на тренировках! Блондин неопределенно дернул плечами, объясняя, что ни с кем Ацуши особо не общался, в баскетбол играл безупречно, не пререкался с командой и капитаном, да и что еще нужно? - Справедливости ради отмечу, что мы заметили изменения, но никто не придал этому значения. Ну, он же омега все-таки, мало ли что у него в голове, гормоны может бьют, - Тацуя недовольно поджал губы и бросил испепеляющий взгляд на альфу, что пркраснел и потупился. - В любом случае, как так получилось, что я не помню последние полгода? – подал голос Мурасакибара, поднимая голову и глядя поочередно, то на альфу, то на омегу. Оба нахмурились, но ничего не ответили. Рёта почесал подбородок и начал тихо говорить: - Сегодня в раздевалку пытался войти Лео Мибучи, но выглядел он как-то странно. Я не пустил его внутрь, но что, если он как-то в этом замешан? Подумай, - в упор посмотрел он на Мурасакибару, - Именно после твоего согласия на этот эксперимент начались изменения. Возможно, это его рук дело. Надо все разузнать. Ацуши, дай свой телефон, возможно в нем есть какие-то зацепки. Мурасакибара послушно вытащил телефон из кармана и отдал его альфе, что немедленно принялся изучать содержимое. Брови его удивленно взметнулись вверх, потом сомкнулись на переносице. -Ну что там, что там? – нетерпеливо ерзал Тацуя, пытаясь заглянуть в телефон. Рёта поднял глаза на Мурасакибару и недоуменно произнес: – В телефоне нет ничего, и я имею это в виду. Телефон пуст, нет никаких контактов, нет звонков, нет фотографий, нет заметок, сообщений, соцсетей, абсолютно ничего. - Как такое возможно? – Тацуя обогнул стойку, влез перед альфой и вырвал из его рук телефон, самостоятельно проверяя правдивость слов альфы. Рёта замер, боясь пошевелиться, чувствуя близость и тепло тела омеги перед ним. Омежья макушка была прямо перед его глазами, стоило только наклониться и уткнуться носом в шелковые черные волосы, а сам омега так приятно пах, чем-то горьковатым, но очень привлекательным. Желание хотя бы прикоснуться к этому парню настолько одурманило голову Кисе, что он невольно потянулся правой рукой к блестящим черным волосам. - Черт подери, ты прав! – громко вскрикнул Тацуя, раздраженно бросив телефон на стол и Рёта, дернувшись от внезапного звука, шагнул назад, опуская руку и тряхнув головой. Да что за наваждение? - Знать бы, где я жил все это время, возможно там есть что-то полезное? - Можно начать с простого – навестить твоего братца, Мибучи. Ты же знаешь, где он живет? – Мурасакибара утвердительно кивнул, и Рёта хлопнул в ладоши, - Значит, решено. Но, это уже завтра, сейчас всем надо выспаться и с утра с новыми силами в бой. Идите за мной, я покажу вам спальни. На втором этаже Кисе показал две просторные светлые спальни, ванную, выдал каждому по полотенцу, после чего указал на свою спальню и приказал будить его, если что. Пожелав всем спокойной ночи, альфа удалился в свою комнату, закрыв дверь на ключ с характерным щелчком. Тацуя фыркнул, закатив глаза, отпустив ехидную шуточку, мол такой большой и сильный альфа, а боится двух беззащитных омег. За дверью послышался вздох и удаляющиеся шаги, а брюнет прыснул и потащил омегу в душ. Ванная комната была воистину великолепной – состоящая из трех комнат и выполненная в мягких персиковых тонах, она поражала своей роскошью и вкусом. Слева от входа стояла мягкая кушетка, над которой висело огромное зеркало в вычурной деревянной раме. В комнатке напротив входа с раздвижной дверью оказался туалет с умывальником, выполненным в виде огромной мраморной ракушки. По правую дверь оказались душевая кабина и огромная ванна, имитирующая бассейн, куда радостно пискнувший Тацуя и подбежал, утыкаясь грудью в край. - Ацуши, смотри, смотри, это же прямо мини-бассейн! Ацуши, давай примем ванну с пеной, а? Ну давай, ну Ацуши, - заканючил брюнет, глядя самыми щенячьими глазами, которые только смог сделать. Мурасакибара улыбнулся и согласился, видя в глазах скачущего брюнета неприкрытый восторг. Омега мигом разделся, залез внутрь по маленькой лестнице, заткнул пробкой слив и открутил воду, радостно фыркая, и выливая полфлакона пены для ванн. Потом вылез и надолго забрался в душ, тщательно вымываясь. - Прямо как курорт с древними горячими источниками! - восторгался Тацуя, сверкающий и распаренных опускаясь в ванну. Ацуши медленно разделся, тщательно вымылся, стараясь касаться себя лишь мочалкой, после обернул бедра полотенцем и подошел к абсолютно счастливому другу, что укладывал на голову слои пышной пены, радостно хихикая. Оставив полотенце на маленькой скамеечке рядом с ванной, Мурасакибара залез по лестнице в ванну, и у Тацуи отвалилась челюсть. Он указал пальцем на пах друга и дрожащим голосом спросил, что это. Мурасакибара опустил глаза вниз и почувствовал, как внутри все оборвалось – у основания члена явно был узел. Фиалковые глаза встретились с черными и Мурасакибара лишь смог выдавить, что не знает. - Так, нам нужен Рёта, сиди здесь, я сейчас вернусь, - Тацуя решительно встал, вылез и ванны, прошлепал ко входу, кое-как накинул полотенце и скрылся за дверью. Еще более ошарашенный омега тупо стоял и смотрел на утолщение у основания члена. Он абсолютно точно знал, что это невозможно, ведь узел бывает только у альф. А ему десятки раз после исследований сообщали, что он омега. Это просто невозможно. Но узел говорил об обратном. - Что же ты сделал, братик? – беззвучно произнес Мурасакибара, опускаясь в воду.

***

- Рёта! Рё-ё-та! Открой дверь, я знаю что ты там! – Тацуя колотил в дверь, за которой находился альфа. Наконец дверь открылась и на него выглянул злой и взлохмаченный блондин, недовольно щурясь на свет. - Чего тебе? – омега на долю секунды забыл, зачем пришел: прекрасный, слегка помятый и взъерошенный, по-домашнему уютный, альфа был невероятно привлекателен. Брюнет скользнул глазами по подтянутому спортом телу и уткнулся взглядом в линию практически спадающих с бедер штанов. Тацуя мог поклясться, что видел золотистые волоски, как альфа подтянул штаны повыше и момент безжалостно прервался. Химуро прикусил кончик языка, схватил блондина за руку, и потащил за собой в ванную. - Что ты делаешь? С ума сошел? Что бы вы, омеги, там не задумали, я не буду трахаться с вами! Тацуя от этих слов аж подавился воздухом, стремясь ответить несносному блондину. И он, Химуро Тацуя, еще считал этого недоумка симпатичным? Ха, и еще раз ха! - Ты ебанутый? Я бы не лег с тобой в постель, будь ты хоть сам Альфа-Отец! – Тацуя втолкнул Рёту в ванную, залез по ступенькам к краю ванны, и поманил Мурасакибару. Парень тут же встал и повернулся к закрывшему руками глаза и отчаянно краснеющему альфе, попятившемуся назад и врезавшемуся в дверь. - Это вы тут ебанулись! Ты нахрена меня сюда притащил? – Тацуя выругался, подволок упирающегося обалдевшего блондина к ванне и насильно пытался оторвать руку от его лица. Рёта, все еще пунцовый, отчаянно жмурился и мотал головой. - Да посмотри же ты! – шипел Тацуя, обвившись лианой вокруг упрямого альфы. Кисе отчаянно брыкался и даже не заметил, как его руки сомкнулись на голой заднице висящего на нем омеги. Брюнет, осознав ситуацию, коротко взвизгнул, спрыгнул с окончательно очумевшего альфы и замотался в полотенце по самый подбородок, растерянно и одновременно яростно глядя на замершего Кисе. Тот примирительно поднял руки вверх, показывая, что он не хотел, но практически разрыдавшегося Тацую это не успокоило. Омега всхлипнул и пулей вылетел из ванной. - Не стоило его лапать, - философски отметил Мурасакибара, облокачиваясь о край ванны, туманно глядя в след сбежавшего друга. Рёта яростно рыкнул, тыча пальцем в сбежавшего омегу, словно обвиняя его в произошедшем. - Не притащи этот припадошный меня в ванну, ничего бы не произошло! Нихрена это не смешно, приволочь альфу в душ к двум молодым омегам! Да и не буду я с ним трахаться, и с тобой тем более! - Так тебя никто и не просит, - спокойно отметил Мурасакибара, на что Рёта яростно задохнулся, так и не открывая глаз. Выдохнув, альфа выпрямился, упер руки в бедра и поинтересовался, с чего, собственно, его вытащили из постели среди ночи. - Мне нужно, что бы ты кое на что посмотрел, - Ацуши потянулся, ухватил блондина за локоть и подтащил поближе вновь вспыхнувшего Рёту, яростно матерящегося, что нынешние омеги совсем страх потеряли. Мурасакибара терпеливо ждал, пока потом слов иссякнет и попросил альфу открыть глаза, на что блондин осторожно приоткрыл глаза, и омега попросил его посмотреть на член. На его, омегин, член. Рёте показалось, что мир сошел с ума, и сам омега сошел с ума, и что вообще, это все сон и… - Твою ж мать! – выдохнул Кисе, во все глаза глядя на узел у основания члена. Он пораженно посмотрел на Мурасакибару и попытался выдавить что-то из себя, но с губ не сорвалось ни звука. - Это же узел альфы, да? - Да, - наконец-то выдохнул блондин, наклоняясь поближе, изучая узел, - Но как? Ты же… я же… это же просто… - Я омега, если ты про это. - Это я и так знаю, в первый же день в душе вся команда тебя отлично рассмотрела, и ничего подобного не было и близко. Ацуши опустился в остывающую воду, а Рёта глубоко задумался. Наконец, он выдвинул предложение, что Мибучи может что-то знать, возможно, это последствия эксперимента или, возможно, это и есть сам эксперимент. - В любом случае мы его навестим, там и зададим пару вопросов. А сейчас тебе стоило бы отдохнуть. Да не вставай ты! Подожди хотя бы пока я выйду! – покачивая головой, альфа покинул помещение. Мурасакибара вылез из воды, тщательно вытерся и, намотав полотенце вокруг бедер, пошел в выделенную ему комнату, где провалился в глубокий сон. Проснулся он от толкающего его в бок Химуро, что был белее мела от ужаса. Еще сонный Мурасакибара хотел было спросить, что происходит, как услышал внизу звук бьющегося стекла и глухой болезненный рык. - Это… - Да, это Рёта, нам надо бежать, сейчас же! – брюнет стащил омегу на пол, где уже лежала его одежда. – Быстрее одевайся, они пока что на первом этаже, но нужно торопиться! - Что происходит? – Мурасакибара кое-как надел свитер и застегнул пуговицы на джинсах, когда в коридоре раздались шаги и послышался холодный голос: - Найти его! Объект нужен живым, всех остальных убить! – по коридору разнесся топот тяжелых ботинок и Тацуя намертво вцепился в руку Ацуши, что внезапно узнал голос говорившего: Мибучи! В голове прояснилось, мысли прочистились, и стало предельно ясно, что делать. Кивнув Тацуе, чтобы тот следовал за ним, Мурасакибара подкрался к двери и встал за ней, прижав к стене за собой трясущегося омегу. Дверь осторожно открылась, из нее появился глушитель на дуле автомата, и за ним крупный плечистый альфа, полностью покрытый черной броней. Для Ацуши время замедлилось: он спружинил вперед, одной рукой выбивая затвором гильзу из ствола, другой сдирая с головы солдата шлем и с размаху врезая головой не ожидавшему такого альфе, чьи глаза закатились и тело обмякло. Мурасакибара взял оружие, вытащил обойму, проверил ее, легким движением загнал обратно, вскинул автомат к плечу, ухватил отрубившегося альфу за жилет, оттащил в угол, быстро обыскал, сунул в передние карманы запасные обоймы, в задние нож и пистолет и встал прямо, глядя черными глазами на дверь. Тацуя даже не знал, кого стоит сейчас бояться больше – непонятных наемников в черном или его друга, что в доли секунд уложил одного из них и даже не пошевелил бровью? - Держись за мной, Муро-чин, - омега вздрогнул, чувствуя, как вокруг Мурасакибары разливается убийственная аура, проникая в самые потаенные уголки души. Он и раньше внезапно становился ужасающим, но это ничто, по сравнению с этой холодной ненавистью, что душила омегу сейчас. Что с Ацуши сделал Лео? Мурасакибара двинулся в коридор крепко держа небольшой автомат у плеча, Тацуя поспешил за ним выскальзывая в коридор и видя, как его друг практически голыми руками убил еще одного наемника, вонзив нож под подбородок. - Не стой на месте, - шикнул на него Мурасакибара, вскидывая автомат и бесшумно убивая еще двоих за спиной Тацуи, что упал на пол и отполз к противоположной стене. Мурасакибара рысью добрался до упавших врагов закинул автомат на плечо и обыскал, сунув что-то в освободившийся задний карман. Подкравшись к лестнице, он поманил к себе брюнета, что едва не рыдая пополз к Ацуши, стараясь не издавать ни звука. Мурасакибара выглянул с лестничного пролета и на удивление быстро и бесшумно спустился по длинной лестнице. Из кухни справа донесся очередной полурык-полустон, но Мурасакибара нырнул в зал слева и Тацуя услышал три странных щелчка и звук падающих тел. Брюнет едва успел спуститься с лестницы, как из тьмы комнаты вынырнул Ацуши, сунул в руку опешившему Тацуе пистолет и прошипел, чтобы тот оставался на месте и в случае чего стрелял на поражение. Сняв пистолет с предохранителя, он хлопнул омегу по плечу и пошел куда-то вглубь дома. Химуро вспотевшими руками крепко вцепился в тяжелый холодный металл, с непривычки оттягивающий его кисти. Успокойся, Тацуя, спокойно, дыши глубоко, вот так, вдох, выдох, вдох, выдох… Из кухни донесся дикий крик, от чего омега едва не выронил пистолет из рук, чувствуя, как к глазам подступают слезы. - Где они? Или тебе мало, ублюдок? – в ответ послышались лишь проклятия и глухой удар. Тацуя, умирая от ужаса, тихонько подкрался ко входу и прикрыл рот, чтобы не выпустить рвущийся наружу крик. На барном стуле, накрепко связанный толстыми веревками, сидел Рёта с кровавыми порезами на теле, с всклокоченными красными от крови волосами и уже налившимся синевой глазом. Он улыбался разбитыми губами, сплевывая кровь и еще что-то, до ужаса похожее на осколки зубов. Тацуя почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота, но усилием воли он заставил взбунтовавшийся желудок заткнуться. Сейчас не время для слабости, надо спасти Рёту! Не особо понимая, что он делает, брюнет рванул вперед в кухню, наставляя дрожащий в руках пистолет на стоящего к нему спиной высокого альфу с длинными, собранными в низкий хвост, темными волосам. - Отойди от него или я буду стрелять! – слова, сорвавшиеся с его губ, прозвучали жалко и неубедительно, тем не менее незнакомец поднял руки, а солдат позади Рёты вскинул автомат, готовый выстрелить в любую секунду. Длинноволосый едва заметно качнул головой, после чего обернулся и Тацуя с ужасом узнал в нем Мибучи Лео. Альфа, увидев, кто стоит перед ним, видимо расслабился, жестом показал наемнику опустить оружие, что тот и сделал, после чего опустил руки в перчатках вниз, пряча их под полами черного плаща. Рёта, с трудом разлепив склеившиеся от крови веки почувствовал, как его сердце пропустило удар, и может быть не один – маленький отчаянный омега пришел ему на помощь, хоть и явно не знал, что делать дальше. В груди поднялась ярость, и Рёта с новыми силами принялся разрабатывать влажные от крови веревки, пытаясь освободить руки. Он не имеет право сидеть здесь, пока его защищает омега! Солдат позади него больно ткнул его в спину дулом автомата, предупреждая, что тот не имеет права на ошибку. Пока Рёта незаметно сражался с веревками, Лео растянул губы в фальшивой улыбке и сделал крошечный шаг вперед, на что Тацуя направил оружие на него и нажал на курок, от неожиданной отдачи шлепаясь на пол и жмурясь от громкого выстрела. Лео же, мимо которого пронеслась пуля, вонзаясь в плечо наемника позади Рёты, с перекошенным от ярости лицом, в три шага преодолел расстояние между ними и, ухватив омегу за волосы, резко рванул его вверх, заставляя встать на колени. Тацуя заскулил, цепляясь пальцами за кожаную перчатку, вырывавшую волосы, а Рёта глухо зарычал, пытаясь вырваться из сдерживающих его веревок, чувствуя, как сдирает кожу с запястий. Мибучи вытащил из-под плаща скальпель и резко полоснул по щеке омеги, что заверещал от неожиданной боли и засучил по полу ногами, пытаясь вырваться из цепкой хватки. Рёта заревел, оскорбляя Лео, пытаясь заставить альфу отпустить омегу, раскачивался на стуле, что держал раненный в плечо наемник, плевался, стараясь дотянуться зубами до веревок на груди, но ничего не получалось. Мибучи лишь садистски улыбался, глядя на безуспешные попытки блондина освободиться. Подтащив ревущего омегу поближе к Кисе, Лео запрокинул голову брюнета назад и подставил скальпель прямиком к яростно бьющейся жилке на шее, с наслаждением глядя на побледневшего блондина. - А теперь, сучёныш, ты расскажешь мне, где ты спрятал Мурасакибару Ацуши.

***

Оставив трясущегося брюнета с пистолетом в коридоре, Мурасакибара рысцой прочесал весь первый этаж, пристрелив еще двоих, после чего спустился в подвал, в поисках рубильника, но там не было ничего, кроме хлама. Выйдя на улицу и приблизившись к гаражу, Ацуши увидел стоящих на охране у входа четверых наемников, и еще двоих, что патрулировали территорию. Спрятавшись в тени и дождавшись, пока один из них подойдет, Мурасакибара одним движением сломал ему шею, затащил труп в кусты и, обшарив его, обнаружил в ухе передатчик. Сунув его в ухо, Мурасакибара одновременно и в нем и снаружи услышал одинокий выстрел, после которого в ухе кто-то застонал, а оставшиеся пятеро наемников, вскинув автоматы, направились внутрь. Это был просто идеальный шанс, и Ацуши не собирался его упускать. Подойдя к гаражу, омега обнаружил коробку с предохранителями, взломав которую, он тремя пулями раскрошил аппарат, погружая дом и двор в темноту, одновременно с этим услышав в наушнике «Мурасакибару Ацуши». Внутри раздались крики, и Ацуши, выкинув больше не нужный наушник, оббежал дом сзади, вбегая через дверь, из которой минутами ранее покинул дом и вскинул автомат к плечу, на удивление четко видя в темноте. Клац! Один из наемников осел на пол, его товарищ закрутился вокруг, пытаясь в слабом свете налобного фонаря обнаружить, где противник. Клац! Второй упал прямиком на первого, Мурасакибара, быстро перезарядившись, вильнул в зал, обнаруживая там еще двоих. Клац! Клац! Два трупа осели на пол, даже не успев понять, что их убило. Ацуши приблизился к кухне, где на полу рычал свалившийся вместе со стулом на охранника Рёта, а перед ним кружился Лео, прижимая к себе Тацую, к чьему горлу был прижат скальпель. Глаза альфы лихорадочно блестели, он пытался высмотреть в темноте противника, крепко сжимая скулящего омегу. Ацуши ждал, не сводя автомата с альфы, что начал истерично кричать. - Давай, братик, выходи, где бы ты ни был! Видишь ли, у меня тут твой маленький дружок, да-да, маленький темноволосый омежка, ты же видишь, да? Тогда ты так же четко видишь скальпель, готовый оборвать его жизнь! Сдавайся, братик, сдавайся, и, возможно, эта маленькая пташка доживет до следующей течки. - Отпусти его, ублюдок! – Рёта умудрился вырубить наемника, вытащить у него нож и освободиться. Блондин, покачиваясь, опирался на стойку, держа в подрагивающей руке блестящий в лунном свете нож. Незаплывший глаз горел яростью и ненавистью и Мибучи, повернувшись к неожиданному противнику, открыл прекрасный шанс для выстрела, чем не преминул воспользоваться Мурасакибара, первым выстрелом в плечо выбив альфу из равновесия, от неожиданности разжавшего руки и отпуская омегу, и еще двумя простреливая колени. Тацуя рванул вперед, подхватывая начинающего заваливаться блондина, из чьих разжавшихся рук выскользнул нож. Лео же, вопящий от боли, повернулся в сторону темного проема, видя высокую выходящую из темноты фигуру. Тацуя не знал, он больше был рад или напуган. Мурасакибара вошел в разгромленную кухню мягкой походкой самой смерти и присел на корточки рядом с Лео, внимательно вглядываясь в перекошенное болью лицо. Мибучи же ревел проклятия, плюясь кровью, пытаясь достать этого чертового мутанта, отказываясь вот так умирать, истерически хохоча, обещая, что еще больше людей придут за ним, что он самолично порежет его на лоскуточки и еще много чего. Муросакибара спокойно выслушал все проклятья в свой адрес, после чего наотмашь ударил альфу по лицу, притягивая его за воротник плаща поближе. - Что ты со мной сделал? Лео плюнул омеге в лицо, на что получил две еще две мощные пощечины, от чего его голова безвольно повисла. Мурасакибара встряхнул его еще раз и повторил свой вопрос. Лео порекомендовал пойти нахрен, на что получил три пощечины и вежливую просьбу ответить. Тацуя, не имея больше никаких моральных сил, осторожно подхватил полуобморочного блондина, взвалил его на себя и осторожно потащил на улицу. Проходя мимо трупов в коридоре, Тацуя почувствовал, как тошнота поднимается по горлу и едва успел выскочить на улицу, как его вырвало. Рёта опасно покосился на его плече, и омеге пришлось отпрянуть назад, дабы блондин не свалился лицом на камни. Кое-как дотащив альфу до его машины, Тацуя внезапно вспомнил, что ключи от нее где-то в доме. Возвращаться совершенно не хотелось, но парень понимал, что без машины они далеко не свалят. Осторожно спустив блондина на землю и убедившись, что он не собирается падать, надежно опертый о дверь машины, брюнет выпрямился и тут же почувствовал, как ноет спина. Все-таки адреналин штука хорошая, но не когда тащишь на себе добрых два мешка с картошкой. Чуток размяв плечи и глубоко вдохнув, омега закрыл глаза и попытался восстановить цепочку вчерашних событий. Университет. Машина. Дом. Кухня. Рёта, крутящий ключи на пальце, а во время приготовления кофе сунувший их в карман. Вот оно! Брюнет открыл глаза, глубоко вздохнул и метнулся внутрь, на втором этаже споткнувшись о труп наемника, чувствуя вторую волну тошноту, которую так же не удалось подавить, и омегу вырвало еще раз. Вытерев рот, брюнет с ужасом понял, что его вывернуло прямиком на труп и он, чувствуя еще одну волну тошноты, ринулся вперед к комнате блондина. Захлопнув дверь, омега оперся спиной о нее, успокаивая разум и выравнивая дыхание. Итак, в чем вчера был Рёта? Тацуя понял, что не абсолютно не помнит. - Ничего страшного, можно просто обыскать все его штаны... Вот черт, - Химуро открыл шкаф и увидел там бесконечные пары джинс, штанов, брюк и шорт. Так, спокойно, Химуро, ты же не кисейный омежка, чай не развалишься. Сосредоточься и вспомни, во что был вчера одет Рёта. Крепко зажмурившись, парень вызвал в памяти улыбающегося блондина, в белой рубашке заправленной в джинсы? Нет, точно не джинсы. Значит в брюки, но какого цвета? Что-то вертелось прямо на краю сознания, щекоча язык и раздражая омегу. Цвет, цвет, цвет… Да во что же ты был одет, Кисе Рёта?! В голове словно щелкнуло, и Химуро принялся лихорадочно перебирать костюмы, подсвечивая себе телефоном. Вот и он! Темно-бордовый костюм, и вот они, ключи, спокойно лежат в правом кармане. Едва не разревевшись от облегчения, омега, стараясь не смотреть на трупы, ланью доскакал до машины, открыл ее, втащил на заднее сиденье Рёту, что метался в полубреду, аккуратно уложил его и накрыл найденным в багажнике пледом. Кисе срочно надо к доктору, но где же Мурасакибара? Тацуя снова вошел в дом, держа в руках телефон и стараясь не подсвечивать трупы. Зайдя на кухню, парень захлопнул рот рукой, подавляя рвущийся наружу крик – лицо Лео превратилось в кровавую маску. Ацуши низко наклонился над своим братом, внимательно слушая, что слетает с опухших губ поверженного альфы, а Тацуя, борясь с животным ужасом, осторожно окликнул Мурасакибару, что поднял руку вверх, явно показывая замолчать. Омега послушно закрыл рот и потупился, слыша неясный шепот. Наконец, Мурасакибара встал, посмотрел на лежащего брата и несколько секунд тупо смотрел ему в глаза, пока выпущенная из автомата пуля не оборвала жизнь Лео Мибучи. Мурасакибара двинулся на улицу, по пути подбирая брошенные автоматы и взваливая их себе на плечи. Закинув все, что у него было в багажник, Мурасакибара сделал два шага в сторону водительского места и внезапно просто рухнул на землю, раня лицо и шею мелкими камушками. Тацуя, бросившийся к нему, понял, что тот в глубоком обмороке. Осторожно раздвинув веки, омега увидел, что зрачок уменьшился обратно до своего нормального размера и больше не заполнял всю радужку. Кое-как упаковав громадного омегу на переднее сиденье и намертво прицепив его ремнем безопасности, брюнет сел на водительское место и выдохнул, судорожно соображая. На заднем сидении находился израненный Рёта, которому срочно нужна была медицинская помощь, на переднем развалился омега, который только что за полчаса уничтожил небольшой отряд, при этом даже не моргнув глазом. К тому же он убил собственного брата. За ними явно придут, если не полиция, то эти наемники, забрать его, Рёту и Ацуши. Нужно спрятаться, переждать, залечь на дно. Но где? Тацуя вцепился руками в руль, чувствуя, как пот стекает по лбу. Что же ему теперь делать?