Wood & Gun

- Шах, - говорю я, заглядывая в остатки бренди в толстом стеклянном стакане. Пора бы обновить.       Вишня задумчивым взглядом прожигает разлинованную доску с фигурами и круговыми движениями массирует виски. Будто это как-то поможет ему найти выход из безвыходного положения. - О-ох, чёрт, - кудрявый откидывается на спинку кресла и начинает стучать ногой по полу, как зайчик с энерджайзером в заднице.       В своём юношестве, когда я ещё жил в Лос-Анджелесе, мы с наставником практически каждый вечер проводили за шахматами. Тогда, будучи неусидчивым балбесом, я терпеть не мог эту игру. Я и понять не мог, что помимо постоянных физических нагрузок требуется развивать умение обуздать эмоции и, когда необходимо, включать холодный стратегический расчёт. Шахматные поединки тренировали мою главную «мышцу» - мозг и учили преобразовывать первобытные физические конфликты в интеллектуальные. Это было одним из важнейших качеств, отличающих настоящего лидера от остальных.       Вишня обреченно передвигает по клеточному полю белого ферзя, чем добровольно загоняет себя в ловушку. - Мат.       С улицы доносятся приближающиеся шаги, а затем раздаётся стук. Дверь трейлера широко распахивается и на пороге появляется темная макушка Роба. - Аарон, - Дракон мечет по небольшому помещению глазами и, когда замечает меня в компании Вишни, заметно напрягается, - можно тебя на пару слов?       Друг все понимает и, не задавая лишних вопросов, выуживает портсигар из кармана куртки, пока направляется к выходу. Когда дверь за ним закрывается, Роб продолжает: - У нас снова ЧП. - Опять он? - Да, уже второй раз за неделю, Босс. Пришёл к нам около часу тому назад. Дейзи ему сразу сказала, что здесь ему больше не рады, но Бурый завёл свою шарманку о том, что «он ничего дурного не сделал» и «это несправедливо», и когда он стал хватать бутылки с бара, Дейзи подозвала Бутчера, ну тут и понеслось.       Я устало прикрываю веки, двумя пальцами потирая носовую перегородку. Сущее дерьмо. - Что по итогу? - Ущерб на полторы штуки баксов потянет. Бутылки, стулья под замену, стол для покера в щепки. В остальном терпимо. Когда я уходил, Бурый был в отключке. У Бутчера два пальца в гипсе, но сказал, что продолжит работать, - Дракон вздыхает, а затем обреченно добавляет, - Аарон, он по-хорошему не понимает.       Я приподнимаюсь с кресла и обхожу импровизированный для шахматного поединка столик. - Хорошо, Роб, - я похлопываю мужчину по плечу, - возвращайся обратно в казино и закажи пока новую мебель. Бурого ко мне в кабинет, наручники сам знаешь где, а Вишню я пока тут поднапрягу, чтобы не дай Бог не увидел очередной погром. Он ещё от прошлой облавы не отошёл, а тут снова, да ещё и Бурый. Мне ещё их мордобоя не хватало.       Мы обмениваемся рукопожатиями и я провожаю Роба до двери, обещая, что скоро буду.       До последнего я надеялся, верил в то, что где-то там, глубоко-глубоко внутри черепной коробки у Бурого, все-таки, пробивались ростки разума. Но бывший член банды, по всей видимости, растоптал их ещё на зародыше, совершенно забыв о том, что чем больше он создаёт неприятностей Драконам, тем больше наживает их себе сам. Настала пора напомнить ему о «компромате», который, в целях безопасности, имеется на каждого из группировки.       Я до сих пор помню, какое испытание выбрали Бурому, и как он гордился после его завершения. Пацан и рыбку съел и косточкой не подавился, как говорится. Не каждому при выполнении задания приятным бонусом выпадает бурная ночь с дочкой мэра. Возможно, без её участия в этой истории Бурому и не удалось бы выкрасть фамильный кулон, но для вступления в банду не обязательно было её трахать. Думаю, мэр не шибко обрадуется, когда узнает эту душещипательную историю, поэтому для блага Бурого будет лучше, если он возьмётся за ум и забудет о существовании Чёрных Драконов, не вынуждая меня вскрывать все карты.       Я накидываю куртку поверх рубашки и складываю шахматные фигуры в коробку, пока встревоженный женский голос не врывается в мое сознание, как гром среди ясного неба. Чёрт возьми, что она тут делает?       Двумя пальцами я незаметно отодвигаю шторку с единственного узкого окошка при входе в трейлер и замечаю стройную фигурку Сары, которая с возбужденной от ужаса мордашкой пытается что-то донести Вишне. Даю голову на отсечение, эта малышка опять ввязалась в неприятности. - Аарон! - её тонкий голос и вседоверяющий взгляд вызывают во мне желание подойти и обнять её крепко, или увести в свой трейлер и зацеловать до смерти, но из всех оставшихся сил я сдерживаюсь. Блокируй свои слабости, Хилл, чёрт тебя дери, блокируй! - Нам нужна Ваша помощь!       Она была вся на взводе. Вся её уверенность и решительность растворились в этом беспокойном взгляде, дрожащих от холода руках и переполняющего все тело страха, заканчивающегося на кончиках пальцев. Эта Сара была не той смелой горячей штучкой из лавки моей бабули, а тем беззащитным котёнком из покрытого тайнами темного леса. С языка упорно не срывалось категоричное «нет», но и просто так отпустить её я не мог. - Сара, мы не благотворительная организация, а я не мать Тереза.       Буквально мгновение назад её глаза отражали сине-голубой небосвод, а сейчас в них пляшут яркие огоньки вспыхнувшей злости. Кажется, дьяволица возвращается. - Аарон, могут умереть люди! Я бы просто так к вам не пришла, это не шутки. - А я и не похож на клоуна, Сара. Ты и сама пару дней назад была на волоске, если не забыла. Так какого черта опять лезешь на рожон? - Мой друг в опасности, брат вашего друга в опасности, - она уверенно делает шаг вперёд, приближаясь ко мне, - мне что, на коленях нужно умолять, чтобы ты и твои бугаи помогли нам?       Да.       Чёрт, нет! Это запретный приём. Хватит щекотать мои яйца, Сара! - В любом случае, если вы отказываетесь и прячете свои драконьи хвосты в норках, то мы с ребятами все-равно пойдём и попробуем справиться без вашей помощи, - она разворачивается на каблуках, в полной решимости уйти отсюда победительницей.       Эта беспроигрышная речь была либо умело подготовлена заранее, либо, зная Сару, способность заставлять всех плясать под свою дудку была у неё в крови, поэтому вынудить меня пойти у неё на поводу не составило ей особого труда. - Стоять, - я хватаю её за руку, разворачивая к себе. И какого было мое удивление, когда в ее глазах не читалась радость от победы, а лишь злость и обида. Она действительно снова собиралась пойти штурмовать лес в компании своих бестолковых приятелей одноклассников. Она действительно думала, что я ей откажу. - Вишня, - парень реагирует молниеносно, откидывая в сторону тлеющий бычок, - бери всех, кого найдёшь по дороге и идите с ней. Я, возможно, подойду чуть позже. - Слово Босса - закон! Вперёд, красавица! Мы же сегодня обойдёмся без оленей-людоедов, правда? - Дракон делает шутливый реверанс и направляется к выходу со свалки.       Глаза Сары снова темные омуты, на этот раз полные благодарности, и я, поглощённый этой прекрасной тьмой, падаю на глубину двух бездонных колодцев. Одними губами она шепчет «спасибо» и уходит вслед за Вишней.       Дьявол, во что я ввязался?       Наступит день, Сара, и я вытрахаю из тебя всю эту дурь, которой ты так мастерски изводишь меня. Я обещаю.       В казино по истине творится хаос. Повсюду разбросаны щепки, в воздухе стоит тот пронзительно-печальный аромат спирта, который бывает после неосторожного столкновения со стендом дорогущего элитного пойла, его перебивают едва уловимые нотки меди, а на полу поблескивают свежие следы запёкшейся крови. Мои люди снуют по полупустому помещению в попытках навести подобие былого порядка, убирая с прохода остатки испорченной мебели и собирая осколки прозрачного стекла.       По сути, ничего нового.       Папка с компроматом летит Бурому под ноги и он сразу во всем раскаивается. Протрезвел, сожалеет, боится. Стоило догадаться, что долгого разговора у нас не будет. Вид у него помятый, что очень мягко сказано, зато понимающий. Говорят, Бог любит троицу, а это лишь его второе появление, после изгнания. Хоть я и не верующий - папку далеко не убираю.       Из сейфа извлекается пачка денег на расходные нужды, а хмурому Бурому летит напоминание, что ему придётся попотеть не только избивая нашего охранника, но и отрабатывая принесенный казино ущерб. Документирую сумму, после чего убираю книгу с учетом денежных средств в ящик письменного стола, где мой взгляд цепляется за глянцевый чёрный затвор.       Сомневаюсь, но, все-таки, прячу пистолет за пояс, надеясь сегодня его оттуда не доставать. Чисто на крайний случай, для душевного спокойствия. Хотя, если брать в расчёт прошлое «свидание» с Сарой и её «бывшим» оленем, то одной пушки тут явно будет недостаточно.       И так, что я имею? Наличка, огнестрел, пачка сигарет в глубоком кармане куртки.       Блять, Бурый. - Свободен.       Рассчитавшись с Робом, я направляюсь прямиком из одного ада в другой, более изощрённый. Я, кажется, уже говорил, что меня сложно удивить, да? Забудьте. Жизнь - штука непредсказуемая и она не перестаёт удивлять меня все больше и больше. Если завтра мне скажут, что над городом кружит неопознанный летающий объект, жители окраин слышали вой оборотня или что по ночам улицы Сентфора патрулирует парочка изголодавшихся вампиров - я поверю. И дело совершенно не в том, что я, возможно, лишился рассудка в силу своего возраста и образа жизни или в какой-то момент кто-то из заклятых врагов незаметно подмешал мне через чур сильную дозу психоактивных веществ, от чего я стал испытывать устрашающие зрительные и тактильные галлюцинации. Нет. А дело в том, что жизнь снова решила напомнить мне, что из себя представляет место под названием Сентфор.       Этот чертов город готов свести с ума любого, кто не будет вписываться в его стандарты. Он самыми разными изысканными способами будет избавляться от всех слабых звеньев в своей цепочке, оставляя только тех, кто готов выдержать его сумасбродный нрав. Того, кто будет ему под стать.       Моя бабушка с самого детства пыталась вложить в меня эту мысль, однако, все же понимают, что пожилые женщины, рассказывающие о невероятных небылицах не всегда могут показаться вменяемыми, правда? С самого рождения я был втянут в водоворот Сентфорского сумасшествия, но мои родители всеми способами старались защитить меня от этого дерьма. Я и сам старался отгородиться от него, до переломного момента. Сентфор всем своим существом предстал передо мной лицом к лицу и заставил поверить в себя. Этот город постарался на славу и забрал все: мое счастливое детство, мою беззаботную юность, мою, подававшую надежды, зрелость. Он забрал у меня все, включая моего отца. При первой же возможности я сбежал от него, но, будто магнитом, с каждым годом меня все сильнее тянуло обратно. Лишь на миг мне показалось, что он отпустил, что вместе с его исчезновением жизнь может кардинально измениться. Но это всего навсего самообман. Лишь небольшая передышка перед следующей ударной волной, накрывающей тебя с новой силой. - Беги! - руки Вишни отпихивают от себя Сару, и малышка падает на колени прямо перед ямой, напоминающей ни больше ни меньше могильную.       Чёрная когтистая лапа обрушивается на тело молодого Дракона, от чего он отлетает в сторону с такой силой, будто бы не весил и фунта.       Картина, разворачивающаяся на поляне, была сродни иллюстрации из бабушкиной книги сказок. Разница была только в том, что те сказки, обычно, имели счастливый конец. Мы не можем перевернуть страницы и узнать, как кончится наша история, как победить главного антагониста или как спасти принцессу. О том, какой финал ждёт нас в реальной жизни мы можем только догадываться. - Поверь, Сара, я не хочу вас убивать, но если вы продолжите в том же духе, то у меня просто не останется иного выбора. Не ройте себе могилу, нам достаточно имеющихся четырёх, - молодой парень со скучающим видом прогуливается между возникшими буквально из ниоткуда переплетенными стеблями лиан и корней, совершенно не обращая на происходящее вокруг никакого внимания. - Ты обезумел, Джон! Посмотри! Посмотри вокруг!       Несмотря на то, какое количество Драконов успел собрать Вишня, все они, как один, были бесполезны. Их держали в силках толстые извилистые стебли растений, и они барахтались в них, как пойманные в капкан дикие животные. Кто-то пытался разрезать их при помощи ножа, но живые изгороди вновь оплетали высвободившиеся части тела, сжимая крепче пущего.       Сын шерифа, не жалея сил, раскапывал одну из ям, усыпанную фиолетовым морозником, но был остановлен ударом массивного копыта. Олень прижал его к земле грудью и Дерек в миг перестал шевелиться. В то же время Вишня, лежавший в нескольких футах от поля боя, пришёл в себя и был готов вновь вступить в битву. Морально, но не физически. Было видно, как ему тяжело даётся справиться с головокружением, но он не сдавался, раз за разом поднимаясь на ноги.       Я замечаю Майкла по правую руку от себя, и я, действительно, надеюсь, что с ним все хорошо. Думать иначе я просто отказываюсь. - Никчёмная девчонка, ты действительно решила, что сумеешь переубедить его? Меня огорчает мысль, что человеческая глупость, до сих пор, не имеет границ, - растягивая слова и пренебрежительно выплевывая их из своей глотки, лесной Бог, демон плодородия, козлоногий лукавый дух, ворующий детей и насылающий ночные кошмары, более известный как Фавн, возвышался над Сарой, с каждой секундой приближаясь своей омерзительной мордой к ней все ближе и ближе, - Жалкое дитя, приготовься. Сейчас я сотру эту надежду с твоего лица.       Пришла пора действовать.       Залп,       оглушительный второй,       третий.       Сначала я стреляю без разбора, просто чтобы отвлечь его выстрелами в спину. И только потом, когда рогатый урод обращает на меня внимание, пускаю прицельную пулю промеж глаз, а следующие - в грудную клетку. По логике, что-то из этого должно было являться его контрольной точкой, но монстр впитал в себя свинец, как губка воду, оставив в тех местах еле заметные рубцы. - Глупец, - раздаётся грудной рык, а затем резкая боль проходит по моему телу, неприятными спазмами распространяясь от левого плеча.       Рукоять ножа, который воткнул в меня прислужник Фавна, торчала прямо из-под ключицы, остриём касаясь лопатки. Я с силой втягиваю воздух сквозь сжатые зубы и навожу парня на мушку. - Не так быстро, - ударом он выбивает у меня из руки пистолет, - Очередной герой, сколько ещё таких? Почему бы вам просто не смириться и принять поражение, как данность? Все же очевидно, - Джон обводит рукой поляну. - Гребаный псих.       Мой кулак встречается с его челюстью и парень падает навзничь, потащив меня за собой. Все звуки сливаются в единый гул. Голоса, крики, грохот грома и треск оружия, кажется, будто небо смешалось с землей. Боль в немом крике раздирает гортань, когда больной ублюдок хватает меня за плечо и проворачивает нож внутри раны, однако это только придаёт мне сил, чтобы ногой отбросить его от себя. Адреналин вновь вскипает в крови, позволяя провести серию жестких ударов. Но парень оказывается нечеловечески силён, и мне приходится принять тот факт, что враг был недооценён. А, как известно, такой расклад, без сомнений, приводит к проигрышу.       Рвущий барабанные перепонки вой разносится над лесом, и мы замираем, на секунду обращая внимание в центр поляны, где мифический Бог держит в своих цепких лапах незнакомого ребёнка, открытой изуродованной глоткой высасывая из него жизнь.       Губы Джона трогает кроваво-алая улыбка, и он подбирает с земли увесистый булыжник, неторопливо занося его над головой. - Ну, что ж, было приятно иметь дело, - успевает произнести парень перед тем, как грянул залп.       Стая сизых воронов с недовольным карканьем снимается с веток, темной тучей взмывая вверх, и с их исчезновением над лесом наступает мертвая звенящая тишина.