Держись, Средиземье! 73

ElissonJordan автор
Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Описание:
Совершенно неожиданно на Средиземье свалилась одна огро-о-о-омная неприятность в виде... меня. Вместо ожидаемой "спасительницы" мир Толкина получил занозу в одном месте, которая не успокоиться пока не вынесет мозг каждому члену Братства вместе и по-отдельности, а так же всем встречающимся на пути персонажам...

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Полная аннотация (ненавижу фикбук за лимит слов):
Совершенно неожиданно на Средиземье свалилась одна огро-о-о-омная неприятность в виде... меня. Вместо ожидаемой "спасительницы" мир Толкина получил занозу в одном месте, которая не успокоиться пока не вынесет мозг каждому члену Братства вместе и по-отдельности, а так же всем встречающимся на пути персонажам... И все бы хорошо, и занималась бы я своими пакостями тихо и мирно, но Кольцо само себя в Мордор не отнесет! А оставаться одной в лесу, полном орков, ой как не хочется!
К тому же, есть тут один... князек, который явно слишком много о себе думает и мечтает по тихому пристрелить меня или испепелить взглядом в крайнем случае. И, естественно, не отвечать ему тем же я просто не могу! Характер обязывает...
В общем, держись, Средиземье, берегись, блондинистый ушастик! Ксения начинает действовать!

"Колдовское орудие"

10 января 2020, 17:58
Братство разделилось на три лагеря. Первый возглавили "лагэрфюрер"Леголас и Боромир (они, собственно, и были единственными представителями первого спорящего отряда), яростно крича лозунг: "Она не может идти с нами! Долой женщин в отряде, тем более таких тупых!". Во второй лагерь вошли Арагорн с Гэндальфом и частично Гимли (он, видимо, все еще не определился, быть ему участником спора или молчаливым зрителем), который изредка поддакивал Следопыту и магу. Эти обзавелись более героическим лозунгом: "Мы не можем бросить беззащитную девушку посреди леса, полного орков!". Ну а третий лагерь состоял из хоббитов и меня любимой. Мы дружно уплетали сваренную Сэмом похлебку и с живейшим интересом ставили ставки, кто же победит в споре. Я твердо решила, что Гэндальф с Арагорном в любом случае переспорят Леголаса и Боромира, поэтому за свою судьбу почти не волновалась (а что, выхода у меня все равно нет, помру - авось в свой мир вернусь!). В конце-концов спорщики решили взять тайм-аут и тоже взять похлебки (Гимли вовремя заметил, что хоббиты уже уплетали третью тарелку и еды в котле оставалось все меньше и меньше). Так мы и сидели, молча пережевывая пищу и поглядывая друг на друга исподлобья. Поскольку рот у меня был набит кашей, говорить был, мягко говоря, неудобно, так что Братству пока везло: не придется слушать мои язвительные комментарии. Наконец, когда еда была сметена до последней крошечки, Гэндальф с кряхтением поднялся (Значит старику с ревматизмом в поход можно, а мне - здоровой молодой девушке в полном расцвете сил нет? И плевать, что он маг, а у меня кости трещат как у скелета в кабинете биологии!). - Итак, друзья мои, в путь! - провозгласил волшебник. - Леди Ксения идет с нами, возражения не принимаются! Боромир и Леголас и рот открыть не успели - маг уже повернулся к ним своей широченной спиной и принялся укладывать поклажу. Вот это я понимаю, авторитет! - Ты мне должен серебряную монету, - толкнув Сэма в бок, хихикнула я. Толстяк до последнего был уверен в том, что меня оставят здесь (и всей душой на это надеялся), и теперь недовольно сопел. Денежку он все-таки отдал, и я заботливо положила ее в сумку (ну вот, у меня уже и монетка есть, не пропаду!). - Держи, - от бросания самодовольных взглядов на Сэма меня отвлек Леголас, весьма бесцеремонно сунув в руки заплечный мешок. На мои округлившиеся от удивления глаза он ответил насмешливо-презрительным: - Что, думала мы за тебя все тащить будем? - Гаденыш ушастый, - прошипела я в спину довольно удаляющемуся эльфу. Тот обернулся и небрежно бросил: "Я все слышу!". - Можно подумать, меня это волнует... - пробормотала я. Так, теперь надо справиться с этим... мешочком... Тяжелый, зараза! Я же с таким дальше во-о-он того дерева в трех метрах справа не дойду! Умоляющий взгляд в сторону Гэндальфа не принес результата, поэтому мне пришлось смириться со своей тяжкой долей. Ну, точнее, отложить разборки на потом. Прежде чем тронуться в путь, Гэндальф закутал меня в плащ Арагорна, перед этим весьма красноречиво оглядев рубашку, расстегнутую слишком сильно и обтягивающие джинсы. Я было постаралась протестовать, но один суровый взгляд мага, в котором ясно читалось: "Молчать! Ишь, распутница тут нашлась..." - и решила, что тут разборки тоже на потом отложим. Насколько я поняла, сейчас вся компания собралась двигаться к Роханским Вратам. Значит, я попала как раз в тот момент книги (фильма?), где они увидят шпионов Сарумана и решат идти через Карадрас... Конечно, можно сказать им, что надо сразу через Морию шлепать, но вряд ли мне кто-то поверит, да и интересно посмотреть, как они будут по снегам лазить! Мне, честно, немного по-барабану: мало того что каждый год с папой в проруби купаемся (то, что потом я обычно болею ангиной, мы из виду упустим), так в последний Новый Год вообще в сугробе проснулась в одном платьице (воспаление легких после этого мы тоже упустим)! Когда наконец тронулись в путь, я пристроилась между Мерри с Пиппином и Гимли. Эти ребята мне сразу показались самыми нормальными из всей компании, к тому же единственными, кто понимал юмор хоть в какой-то степени. Гном, например, сразу оценил анекдот про тещу и зятя, который совершенно случайно пришел мне в голову, и следующие несколько часов мы травили друг другу самые смешные анекдоты, которые только знали. Гимли хохотал так, что Гэндальф, Арагорн и Леголас по очереди оборачивались к нам и с каждым разом все менее вежливо просили заткнуться. В принципе, путешествовалось неплохо, учитывая то, что после моей, наверное, сотой за десять минут жалобной тирады по поводу тяжести заплечного мешка, гном милостиво согласился понести эту ношу к великому неудовольствия Леголаса и Боромира, которые до этого ехидно наблюдали за мной. Наконец мы остановились на привал, и я узнала то самое место, где братство должно было прятаться от птиц (так не расслышала их название в фильме!). Боромир учил хоббитов сражаться, Арагорн наблюдал за этим с улыбкой счастливого идиота на лице, Гэндальф как обычно думал (подозреваю он просто дрыхнет пока никто не видит), Сэмом с Фродо я не интересовалась, Гимли сидел рядом и рассказывал очередной анекдот, а Леголас что-то высматривал в небе. - Что, позируешь, ушастый? - не удержалась я. Гимли заржал, а эльф недовольно обернулся и пренебрежительно дернул плечом, мол, отстань, ничтожное создание. Ой не могу, мне б сейчас камеру! И тут я вспомнила про свой телефон, который так и лежал в сумке. Интересно, а он тут работает? Загоревшись мыслью это проверить, я полезла в сумку и под удивленный взгляд гнома вынула на свет божий свой смартфон. В моему удивлению, он включился и работал без сбоев. Даже батарея не разрядилась! - Что это за дивная вещица? - Гимли потянулся было к телефону, но я с криками "Моя прелесть! Не трогать! Руки прочь от советской власти!" отпрыгнула в сторону, опасаясь за целостность смартфона после пальцев неуклюжего гнома. Братство мгновенно переключило свое внимание на меня. Под пристальным взглядом компании я вытерла экран телефона о рубашку и прижала его к груди, пародируя Голлума. Все наблюдали за мной с нескрываемой угрозой, Арагорн даже положил руку на меч, а Гэндальф покрепче ухватил свой посох. - Что, испугались? - я расплылась в злорадной усмешке. Кое-кто тут же закатил глаза и вернулся к прежнему занятию, поняв, что я просто издеваюсь, а вот эльф, Сэм с Фродо и гондорец никак не хотели верить в то, что я угрозы не представляю. Я разблокировала телефон и открыла камеру. Ох и наиграюсь же я тут! - Улыбочку! - воскликнула я, направляя объектив на Леголаса. Щелк - и эльф запечатлен в полной подозрительности позе. Кадр вышел немного смазанным, поэтому лицо у принца вышло... мягко говоря, не королевским. Пока я прикидывала, чего бы прифотошопить эльфу, оный экземпляр с криками накинулся на меня, намереваясь отобрать телефон. - Отстань, припадочный! - вопила я, пытаясь увернуться от цепких рук Леголаса. - Немедленно отдай это колдовское орудие! - в свою очередь вопил тот. - Сначала прокляну тебя на веки вечные! - отозвалась я. Эльфу удалось повалить меня на землю, я в долгу не осталась и подставила ему подножку... Но кто ж знал, что он упадет прямо на меня! И, к тому же, окажется таким... уй... тяжелым... - кушать меньше надо, - проворчала я, пытаясь выползти из-под эльфа и протянуть руку со смартфоном как можно дальше в сторону. М-да, картина маслом: я, пытаюсь растянуть руку как мистер Фантастик из Фантастической четверки, на мне Леголас, страдающий той же фигней, а вокруг Братство с глазами по пять копеек. У них тут, видимо, с темой "пестики-тычинки" немного туговато в условиях полнейшего целомудрия, так что такая картина... мягко говоря, не совсем прилична. Ну а я что, а я ничего! Пусть покраснеют, витязи доблестные! Наконец ушастому удалось-таки вырвать из моих рук "колдовское орудие". Я лишь ехидно уставилась на него и самым милым голосом в своем арсенале попросила: - Может быть, слезешь с меня все-таки? Леголас мгновенно покраснел до кончиков ушей к моему вящему удовольствию, но, увы, продолжения концерта я так и не дождалась: Арагорн окликнул эльфа, указав на какое-то облачко вдалеке. Остроухий заорал что-то (поразборчивее нельзя что ли?) и все мгновенно кинулись в укрытие. Пока я с открытым ртом взирала на этот переполох, все тот же Леголас, будь он неладен, сгреб меня в охапку и кинул под какой-то камень, а сам присел рядом. - А по-осторожнее нельзя было? - проворчала я, когда стая птичек пролетела над нами. - Что-то ты на эльфа не похож... скорее гном... - рассуждала дальше я, потирая поясницу (кроме болезненных жиденьких волос я от мамы еще и хроническую боль в спине унаследовала). Эльф оскорбился и пошел прочь. Ой, у него так смешно ноздри дрожат , когда он злиться! Надо будет почаще эту принцессу из себя выводить...
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.