Противоположность (TT)
21 апреля 2020 г., 07:40
Моргенштерн единственный нефилим, спокойно живущий среди смертных и не беспокоящийся о том, что расширенная семья её отца придет за её жизнью. И дело не в её навыках боя, или уме, или красоте - всё это любой ангел выиграет у неё без особых усилий, а в маленькой девочке.
Той самой девочке, что была зачата на Земле, а потом пропала.
Она сталкивается с ней на улицах Нью-Йорка, после того как полу успешно избегает преследования.
(Она давно не верит в то, что ангелы - хорошие ребята. Среди них единственные, кого она готова слушать - в других измерениях и можно ли назвать их ангелами)
Так вот. Эта девочка - воплощение ада и всего демонического, что она встречала за неполные пятнадцать лет - просто стоит и смотрит на синее небо так, словно вот-вот заплачет.
(Если бы она не открыла в себе способность ходить между измерениями. Если бы её отец убил её до рождения. Если бы она не нашла то измерение. Там так много "если" )
Она ощущается как демон, она ведет себя как человек. И потому Моргенштерн не нападает, а подходит и берет за руку, уводя с открытого пространства в тот миг, когда замечает чуть засвеченный участок на перифирии.
Девочка тоже видит это и, вместо того чтобы бежать - как любой здравый демон; вместо того чтобы нападать - как любой глупый демон; склоняет голову и открывает все свои уязвимые зоны. Это вторая причина, по которой Моргенштерн дергает её сильнее и помогает им обоим скрыться.
Третья? То, как эта девчонка - Ворон - рассказывает о себе. Она слышала о Жемчужине Ската, о седьмом ребенке Тригона, о той, что может воплощать в себе Гордость. Кто нет? Но она не думала, что эмиссар и предвестник Завоевателя Миров - простая, уставшая и почти потерявшая себя девчонка.
И так просто смотреть на неё и понимать, что она могла бы быть такой же, что любая иллюзия выбора разрушается в дребезги. Она называет себя ангелом-хранителем Ворона и дает ей обещание, не позволить уничтожить мир.
Она его сдерживает.
Впервые расправляя свои белоснежные крылья, позволяя мета-генам своей матери выбелить её волосы и превратить кожу в потрескавшееся гротескное отображение окружающего пейзажа, читая старые молитвы на енохианском языке. Она помогает героям вернуть Ворона в то место, что она зовет домом.
А после этого сидит с ними в просторном холле и чокается бумажным стаканчиком с колой.
Была ли она когда-нибудь более принадлежащей?
