Жёлтый свитер

***

       Время близится уже к девяти вечера, и Юнги решительно не понимает, какого чёрта тут маячит этот Пак Чимин, ведь это — определённо точно, его квартира. Ребята переместились праздновать к нему, и заодно уговорили этого фрика пойти с ними. Мину он не понравился, хотя, если только чуточку. Совсем капельку. И вроде бы атмосфера стоит приятная, даже более-менее уютная. От того, что этот рыжий парень шнырял туда-сюда, у хозяина квартиры появилось впечатление, что он тут уже давно проживает, но это не вызывало раздражения. Даже наоборот. У Мина перед глазами ходило личное солнце. И это солнце улыбалось так, что его улыбкой можно было лечить рак, Юнги уверен. Сейчас в квартире было немного людей, но их присутствие скрашивало давно забытое одиночество. Никто не пытался драться или выяснять отношения, хотя Юнги бы пару раз прошёлся кулаком по этому смазливому личику.        Весь вечер Мин сидел грузной тучей на своём большом диване, потягивая пиво через розовую трубочку. Тэхён напялил на него отвратительный колпак, но снимать его слишком лень, да и мелкий болтался всё время поблизости, постоянно его поправляя. Дерьмово. В руки кто-то дал тарелку с тыквенным пирогом, и Мин ожил, принимаясь с удовольствием пережёвывать его, смакуя каждый кусочек. О, этот пирог заслуживал многое: власть, души, и целый рай.        Весь вечер Пак искоса посматривал на обиженного жизнью новогоднего карлика и пускал слюни в красивый фужер. Сначала Чимин испытывал полное отвращение к этому человеку, но сейчас его взгляды немного поменялись. Не кардинально конечно, он всё еще считал его старикашкой, но довольно милым старикашкой. Окей, этот злой карлик заинтересовал его. И в какой-то момент второй бокал шампанского ударил в его молодую голову. Он неуклюже упал рядом с Мином, устраиваясь поудобнее, закидывая ногу на ногу. Юнги чуть ли не зашипел, прищурился, аккуратно поворачивая голову в сторону раздражителя.        — Пошли на свидание? — нарушает тишину Чимин, вальяжно облокачиваясь на спинку дивана. Парень даже не смотрит на реакцию Юнги, не хочет.        — С тобой? — недоверчиво тянет Мин, резко атакованный многотонным обаянием.        Он до сих пор думает, что ослышался, ожидая того, что рыжий парнишка его поправит, но этого не происходит.        — А ты видишь тут кого-то другого? — язвит Пак, всё-таки поворачиваясь в сторону хёна и зачем-то подмигивает. От такой наглости, Мин опешил, он просто открывал и закрывал рот, не в силах выговорить хоть одно слово. — Ну, так что? — не сдаётся Чимин, пододвигаясь немного ближе, от чего у старшего по спине пробежала стая огромных мурашек.        — Нет, я курить, — выплёвывает Мин, и неожиданно, даже для самого себя, резко встаёт, но его ловят за руку.        — Окей, — вздыхает брюнет, скидывая чужие руки со своего запястья. — Если сожрёшь лист бумаги, то ладно.        — Правда? — удивляется Пак, и его лицо в миг преобразилось, только хвостика не хватает.       Мин на секунду по-доброму ухмыляется, решая поиграть с надоедливым щенком.        — Нет, — отвечает брюнет, щёлкая тонсена по лбу и проходя мимо него, в сторону выхода в подъезд.        Мин аккуратно выходит в прохладное помещение, немного отходит от двери, подходя к окну. В нос сразу же ударяет запах бенгальских огней и шампанского. Он закуривает сигарету, небрежно запихивая зажигалку в карман джинсовой куртки, накинутой на жёлтый свитер. Он пару раз глубоко затягивается, выдыхая клубы едкого дыма в воздух. Сразу же становится как-то спокойнее, и он делает ещё несколько медленных затяжек. Юнги посматривает на наручные часы, аккуратно оттягивая свитер, чтобы разглядеть циферблат.        На часах 23:45 и Мин тихо вздыхает, он докуривает сигарету, гася её об мусоропровод, но сразу же закуривает новую, опять впуская в свои лёгкие едкий дым. Брюнет слышит, как железная дверь тихо хлопает, кто-то аккуратно её прикрыл, чтобы не издавать много шума. Его зрение узнаёт Чимина, который молча подходит к нему, облокачиваясь спиной о стену, утыкаясь взглядом в пол.        — Чего не идёшь к остальным? — спрашивает Пак, гипнотизируя свои ноги.        А Юнги молчит, потому что взгляд не может оторвать от красивого профиля. Зрачки мгновенно расширяются, когда он слышит глубокий голос тонсена.        «Это вообще нормально? Мы едва знакомы!» — крутится в голове, но с места не сдвинуться, и так и недокуренная сигарета падает на бетонную плитку.        — Хён? — в голосе слышно беспокойство. — Ты в порядке?        — А? — оттаивает Мин. — Да, всё в порядке, — врёт он, складывая руки в карманы чёрных штанов, тоже прислоняясь к холодной стене.        — Если я съем лист бумаги, то пойдёшь? — выдаёт Чимин после короткого молчания, откровенно пялясь Юнги в глаза, от чего тот пропадает ещё на несколько минут в своих мыслях. Пак видит, как парень напротив тихо хихикает в кулак, видно, что эта ситуация его чертовски забавляет.        — Можешь не есть бумагу… — отсмеявшись, тихо говорит Юнги, обращая на него свой взгляд.       Он пару раз затягивается, отбрасывая сигарету в пепельницу, слегка содрогаясь от неприятного холодка из форточки. Парень выпрямляется, вставая прямо напротив Пака, который застыл на месте как художественное изваяние. Рыжеволосый на тоже рефлекторно выпрямляется, чтобы казаться выше, но увы, ему не достаёт каких-то нескольких сантиметров. Они оба стоят непозволительно близко для недавно знакомых людей, но никто не хотел отдаляться.        «Молодость — штука короткая» — цитирует сам себя Мин в мыслях и аккуратно наклоняется ближе к красивому лицу напротив, на котором застыло неопределённое выражение лица. Там читается что-то между «Что происходит» и «Он меня поцелует или нет?».        Юнги медленно сокращает это расстояние, прижимая губами к чужим, ласково сминая поочерёдно каждую губу. Чимин мило зажмуривается, слегка хмуря брови, от чего Мин пропускает небольшой смешок в поцелуй. Брюнет слегка отстраняется, чтобы разглядеть на чужом лице хоть каплю злости за произошедшее, но не находит. Он испускает удивлённый вздох, когда Пак сам плотно прижимается своими пухлыми губами обратно, сразу же находя тонкие губы хёна. Мин лениво проталкивает язык, встречаясь с чужим, сплетая их. Сразу становится как-то жарко и Мин осторожно кладёт свои ладони на талию Пака, слегка сжимая. От чего Чимин тихо проскулил в поцелуй, и его руки сами медленно поползли вверх, чтобы зацепиться за шею Юнги. Они отрываются друг от друга со смущающим чмоком, и в ту же секунду их уши оглушает звук фейерверков на улице.        — Кажется, мы пропустили новый год… — шепчет Чимин, пряча красное лицо в вороте джинсовой куртки Юнги.        — Ничего страшного, это — не последний праздник.