Очаровательный свет

Отложил стамеску на стол, Йозеф выпрямился и протер лоб рукой. Его работа подходила к концу, что не могло не радовать. Цепкий взгляд светлых глаз прошелся по деревянной статуэтке молодой женщины в широких одеяниях, что закрывали практически все ее тело, кроме маленьких ладоней и лица. Глаза девы смиренно смотрели вниз и казалось, что она их вот-вот закроет. Мягкая улыбка едва касалась ее губ. Эту статуэтку, ростом с трехлетнего ребенка, у мастера заказал деревенский священник. Только с десяток лет назад здесь воцарилась вера в ангелов и Бога, хотя до этого многие столетия люди поклонялись другим высшим силам. Церквушка была одна, и то, держалась только на стараниях монахинь, особо верующих жителей и священника. В светлых глазах промелькнул образ невысокого пухлого мужчины с густой кудрявой бородой. Микал нахмурил светлые брови и отвел взгляд от статуэтки святой девы. Поначалу ангел даже был рад заказу священника, так как это вселяло надежду на еще большее процветание этой деревни. К тому же, вера могла дать некоторым несчастным надежду и силы на будущее. По крайней мере Йозефу хотелось так думать. Но то, что он увидел вчера утром, поставило под сомнение его положительное отношение к пухлому мужичку в рясе.

***

Так уж сложилось, что ангел привык обходить деревню рано утром. Его мало кто мог видеть, ведь в этот момент он использовал свои силы. Это помогало ему сосредоточиться, более осторожно и внимательно расследовать обстановку. Когда он только подходил к церкви, он увидел совсем еще юного мальчишку. На вид пареньку было лет двенадцать. Он был одет в грязную одежду, спутанные волосы закрывали лицо. Он только ступил на крыльцо, как из-за двери показался поначалу живот, а после и сам священник. Йозеф подумал было, что мужчина пустит мальчика помолиться, либо попросту поможет ему, как это свойственно всем священнослужителям. Но вместо этого мальчик был вытолкнут за пределы церкви рассерженным священником. - Чтоб я тебя здесь больше не видел!!! – завопил тот и резко развернувшись, ушел, хлопнув дверью. Мальчик захныкал и спрятал лицо в худых ладонях. Микал встал столбом на пару мгновений. Увиденное так поразило его, что он не сразу додумался подойти к мальчику. Но как только он это сделал, его осенило понимание того, в какой форме он находится. Появляться при человеке в своем истинном облике было запрещено законами ангелов, без особой причины его могли наказать за это. Йозеф сверху вниз посмотрел на ребенка и подумав секунду, присел на корточки рядом с ним. Белые крылья закрыли мальчика от утренней прохлады и накатывающего ветра. Ангел пригладил рукой спутанные грязные волосы мальчика и тот внезапно затих. Тут лицо ребенка озарила улыбка и он резко поднял голову с непонятным возгласом. От неожиданного подскока мальчика, Микал резко встал на ноги и отшатнулся, убирая крылья и только тогда он смог разглядеть еще одного человека рядом с ними. Радостный мальчик бросился в объятия молодой девушки, одетой в белые одеяния. Она со спокойной улыбкой обняла ребенка в ответ и точно также пригладила растрепанные волосы. Йозеф несколько минут наблюдал как незнакомка безмолвно успокаивает мальчика, всего лишь нежно прижимая его к себе. Ангел на мгновение вспомнил свою последнюю работу. И прикрытые глаза девы, и спокойную улыбку на ее губах, и то умиротворение, которое она распространяла. Он не видел ни цвета ее волос, ни всего остального тела, кроме ладоней, но отчетливо запомнил ее лицо, темные но добрые глаза и ласковую улыбку. В ту минуту, когда девушка взяла мальчика за руку и куда-то повела, ангел смог уловить мимолетный взгляд, направленный в его сторону.

***

Йозеф глубоко вздохнул и поднялся с места. За окном только наступало обедне время, так что пора бы уже немного размяться и поесть. Мужчина направился в свой дом, попутно накрыв свою работу белой простыней. И все же… когда он последовал за девушкой, она просто исчезла. Будто испарилась, вместе с мальчиком. Он тогда искал их, но нигде в деревне не смог найти хотя бы кого-то похожего. В планах Йозефа был еще один обход деревни, но только вечером, а пока его ждали еще дела, которые он должен был непременно выполнить до конца дня. «И все же, куда они подевались?..»