Дело Храбрости

Спустя несколько часов       Как только дверь за спинами Дэна и Эммы закрылась, то между Гарри и Гермионой повисла тишина и возникло напряжение. - Идем, Гарри, - сказала Гермиона. – Я думаю, нам есть, что обсудить.       Гарри вздрогнул, слыша в её голосе скрытую ярость. Ну, он знал, что его действия приведут к таким последствиям. Ему оставалось лишь молиться тому, что его объяснения будут приняты, а Гермиона не будет рубить с плеча.       Войдя в гостиную, Гермиона подошла к окну и вздохнула. Она не знала с чего начать. Гарри же стоял позади неё в ожидании своей участи. - Ты мне солгал, - начал Гермиона. - Ну, - протянул Гарри, - технически нет, ведь я не говорил с ними о том, чтобы они простили тебя, не сообщал им о нашей женитьбе, а просто пригласил их познакомиться с их внуками. - Ты солгал мне, - она повернулась к нему лицом и дала ему пощечину. – Ты нарушил данное мне обещание. Я доверяла тебе! - Дай мне объяснить, Миона, - попросил Гарри. - Хорошо, - прошипела она. - Я изначально говорил тебе, что должен был встретиться с ними и всё объяснить, - начал Гарри. – Еще прошлым летом, когда ты мне сказала о вашей ссоре. Да, - он кивнул, - я обещал не встревать в это. Потом между нами произошло это… и мы сами стали родителями. Я предлагал тебе встретиться с ними вновь, потому что они имели права знать о том, что у них появятся внуки. Но ты вновь не позволила мне этого сделать, хотя понимала, что я не согласен с твоим единоличным решением. – Он глубоко вдохнул, - Я устал от этого, Гермиона. - От чего? – спросила она, мысленно боясь получить ответ – «устал от тебя». - Устал от того, что ты терзаешь себя последствиями ссоры с ними, - сказал Гарри. – Устал видеть, как ты, когда смотришь свои фотографии, украдкой плачешь, вспоминая то, как ты и они были счастливы. Я хочу для тебя лишь счастья. Хочу, чтобы у наших детей были дедушка и бабушка, которые будут заботиться о них, баловать их. - Почему? – она хотела знать причины. - Потому что мы семья, Миона, - сказал Гарри. – Потому что я люблю тебя, и хочу видеть тебя счастливой. – Он вздохнул, - Пусть ты и будешь злиться на меня или ненавидеть за то, что я нарушил данное тебе слово... сделал всё это за твоей спиной. Но я люблю тебя.       Из глаз Гермионы начали бежать слезы. - Мерзавец, - сказала она.       Гарри вздрогнул и поник головой. Он знал, что она так отреагирует. Сейчас он лишь надеялся, что это не станет разрушением их отношений.       В следующие мгновение, Гарри почувствовал, как Гермиона сжала его в своих объятиях, уткнувшись ему в грудь лицом. - Мерзавец, - говорила она. – Я должна злиться на тебя, за то, что ты нарушил слово. Разрушил моё доверие к тебе. – Она всхлипнула, - Но почему же я люблю тебя еще сильнее из-за этого?! - Что?! - Да, Гарри Поттер, - она посмотрела ему в глаза. – Я люблю тебя. - … - Гарри не мог найти слов на это заявление. Он пытался обдумать её слова и понять их. – Как? - Люблю тебя, как мужчину, - сказал Гермиона, - который делает меня счастливой. А ты? Что ты вкладываешь в эти слова? - Я люблю тебя, как моего друга, мою жену, мать моих детей, - улыбался Гарри. – Как женщину, которая делает меня счастливым. - Скажи, чего ты хочешь? - Позволь мне любить тебя, желать тебя, быть с тобой, - сказал Гарри. Он видел её улыбку, но он тоже мог играть в эту игру, – А чего хочешь ты? - Чтобы ты позволил мне любить тебя, желать тебя, быть с тобой, - улыбка Гермионы стала еще шире, отражая его. – Поцелуй меня, Гарри.       Гарри кивнул и, сжимая её в своих объятиях, прижал свои губы к её. Этот поцелуй начался целомудренно, почти по-детски, но распалял их всё сильнее с каждым мгновением. Гарри потянул Гермиону в сторону дивана, и рухнул на него, усаживая её себе на колени. Гермиона почувствовала, как оседлала его и улыбнулась. Её пальцы запутались в его волосах, пока она вздрагивала от ощущения его рук на своей спине. - Гарри, - произнесла Гермиона, через некоторое время. – Нам надо остановиться. -Что? Почему? – не понимал Гарри. - Мы ведь не планируем вновь забеременеть, - усмехнулась Гермиона. - Эм, - он в шоке посмотрел ей глаза. – Ты это к чему? - Верни мне палочку, Гарри Поттер, - приказала она. – Чтобы я могла наложить те чары, что забыла в прошлый раз. - Оу, - кивнул Гарри, когда его мозг всё же заработал должным образом.       Он вытащил её палочку из своего кармана и вернул ей. Гермиона улыбнулась, а потом быстро, плавно и четко применила на себя и него чары. - А теперь, мистер Поттер, - сказала Гермиона, - я ожидаю, что мы отправимся в спальню. Мы не будем делать это вновь на этом диване. - Но, миссис Поттер, - усмехнулся Гарри, - вы же сказали, что не ждете, что окажитесь там... в моей постели. Что же нам делать? - Хм, - Гермиона задумалась, - тогда вы отнесете меня в мою спальню, чтобы мы могли разделить мою постель. - Оу! - Да, - кивнула она. – В каждом условии есть определенные границы, если что-то в них не входит, то это не запрещено.       Гарри засмеялся и поднялся с дивана, прижимая Гермиону к своему телу. Гермиона, широко улыбаясь, обвила его своими ногами за талию и руками за шею, и кивнула в сторону лестницы.       Пока Гарри нес Гермиону в её кровать, каждый из них думал об одном и том же. О том, что они смогли найти мужество признаться не только самим себе в том, что они влюблены, но признаться в этом друг другу.