Падающие звезды

За время поездки пойманный псих значительно успокоился и, оказавшись в камере, забился в угол, стараясь уйти из круга света, оставляемого лампой. Он сидел смирно, иногда что-то бубнил себе под нос, а когда местные пришли к нему пообщаться, внимательно оглядел их, Иных не обнаружил и расслабился. Расслабился так, что первые вопросы не заметил, а если и заметил, не посчитал нужным ответить. Тобиасу пришлось усадить его на стул — тот ни в какую не желал сидеть под лампой и все время пытался выскользнуть и спрятаться обратно в укрытие. — Класс, приглуши свет, — Тоби кивнул на лампу, силясь в очередной раз вернуть пойманного пленника на стул, но тот испуганно дергался от каждого движения рядом. Класс не стал возражать, молча потянулся и прикрутил болтающуюся на шнуре лампочку, для чего ему пришлось встать на цыпочки. Этого хватило, чтобы утихомирить пленника: тот сел на стул, дернул связанными за спиной руками и вопросительно поглядел на тех, кто запер его здесь. — Кто ты такой? Как тебя зовут? Голос Тоби звучал весомо и тяжело, светло-голубые глаза серьезно смотрели на привязанного к стулу пленника. Рядом с сосредоточенным и внимательным видом молча стоял Класс, держа автомат в руках. Оба они не доверяли человеку, сидевшему перед ними в одном из пустых отсеков нижнего жилого этажа. Вокруг были стальные стены с двухэтажными койками, дверь за спиной и одинокая лампа, тускло светившая над головами. Тоби сидел на втором стуле, принесенном из соседнего отсека. Перед ним находился парень, едва не убивший Маттео. Мертенс уже обыскал его, чтобы убедиться, что у ненормального нет при себе оружия, и теперь с ним следовало поговорить. Выбить правду, если потребуется. — Откуда тебе известны позывные? Ты был среди группы? Это была абсурдная версия — Тоби знал всех бойцов своего отряда, этот человек в него не входил. Но тогда как объяснить, что он в курсе их переговоров по рации? Об этой боевой операции никто не мог знать, кроме начальства и операторов. — Ты слышал нас? Ты из связистов? — Я не знаю. Я не знаю… Я ничего не знаю, они не сказали мне. Они сказали: «слушай», и я слушал, но не слышал. Они сердились. У меня не получалось слышать… Слишком тихо… Флориан вновь дернул руками, но те так и остались связанными у него за спиной. Тогда допрашиваемый заерзал, занервничал, поджал плечи, будто пытался почесать шею, лицо его дернулось. Тоби пришлось стянуть с него капюшон, чтобы осмотреть, но никаких видимых повреждений не было. Видимо нервное. Из-под капюшона выбились длинные темные грязные пряди, на щеке виднелся синяк. Серые глаза бегали, словно под наркотой, но вряд ли он где-то мог ее достать. — А потом голоса стали слишком громкими. Надо приглушить громкость. Слишком громко… Он глянул на Тоби, будто видел его впервые, а Класса и вовсе не замечал. — Все время кто-то говорит, — он дернул плечом, пытаясь дотянуться им до уха. — Они тоже говорят. Небо отвечает им. И тут он сжал губы, замычал, словно от боли, и вдруг заклекотал, защелкал и зашипел. И Тоби, и Классу этот клекот был очень знаком: это был язык Иных — набор свистящих звуков на выдохе, сопровождаемый звуками, которые и на речь-то не походили. Ни гласных, ни согласных, скорее стрекотание сверчков и жужжание мух. Оба солдата замерли, не веря своим ушам. Класс инстинктивно крепче сжал свой автомат, Тобиас застыл на стуле, не сводя с пойманного взгляд. Они уже слышали, как Иной произносит земные слова, но впервые видели человека, способного воспроизводить какофонию звуков, являющуюся речью Иных. — Как ты это сделал? Неверяще выдавил Тобиас, когда пленник умолк. Несколько секунд после этого царила тишина, они с Классом недоверчиво смотрели на него, словно опасаясь, что он сейчас скинет маску и окажется пришельцем. — Ты можешь слышать их разговоры? Это было невероятное предположение, безумнее всех теорий, которые им довелось услышать. Но если это действительно так… что если им в руки попало оружие против Иных?! Тобиаса вдруг настолько проняло этой мыслью, что он выпрямился на стуле и посмотрел на Класса: не думал ли он о том же? Класс прищурено смотрел на пленника, а потом взглянул на него, и Тобиас понял, что их мысли схожи. Он невольно вспомнил желание Бо убить психа, напавшего на них во время вылазки, и то, что в какой-то момент был склонен согласиться с его предложением. Если бы не Пи, они лишились бы возможно единственного шанса победить в этой войне! Если у них в руках действительно оказался «приемник», способный слышать переговоры пришельцев… Это казалось невероятным и совсем невозможным, но Тобиас уже понял, что в мире, где небеса вспыхнули над головой, а инопланетное вторжение стало реальностью, невозможных вещей не осталось. Пленник их будто не слышал, снова съежился на стуле, опустил голову и ушел в себя. Череда тихих всхлипов, доносящихся из-под завесы грязных волос, то и дело прерывалась беззвучными рыданиями. — Я не хочу! Не хочу… Слишком много голосов. Мы потеряли божью любовь… покинуты, разорваны и одиноки… Спасения нет… Нет! Божья любовь… божья любовь никогда не воскреснет… Он начал раскачиваться из стороны в сторону с таким рвением, будто у него прихватило живот. — Нам нужно бежать… найти лучшее место… найти новое пристанище в космосе… — Почему ты напал на своего сокамерника? Тоби задал этот вопрос внезапно, потому что ему надоело биться о стену. Он пытался хоть как-то расшевелить их пленника и заставить его говорить. — Он твой друг? Вы бежали вместе? Кто-то еще был с вами? Сколько всего спаслось? Маттео говорил о двоих, но Тоби желал убедиться в его словах и проверял информацию из всех возможных источников. — Что случилось на базе пришельцев? Он пытался пробить скорлупу безумия, окружавшую пленника, чтобы добиться от него хоть какой-то реакции. Может, если заставить его вспомнить случившееся в плену, это поможет развязать язык и добиться хоть временного просветления? Пленник замер, пощелкивания затихли. Он смотрел на Тобиаса не мигая, а после встрепенулся, будто вспомнил что-то очень важное, и стал оглядываться, пытаясь найти невидимую пропажу. — Тео! Где Тео? Я же сказал ему никуда не уходить… — Ты говоришь о Маттео? —Тобиас решил воспользоваться временным просветлением чужака и задавать вопросы медленно и по одному. — Да, — закивал тот, — Маттео. Где он? — Зачем ты запер его в морозильной камере? — Нет… нет… — зашептал пленник, дергаясь и пытаясь освободить руки. — Я спрятал его. Я не хотел, чтобы Они нашли его. Я его спас. Класс переглянулся с Тобиасом, без слов сходясь во мнении, что запирать человека в морозилке, где он может превратиться в сосульку или вовсе задохнуться, не самая рациональная забота. — От кого ты его спасал? За вами кто-то гнался? — Как тебя зовут? — вставил свой вопрос Класс, решив, что надо начать с самого начала. — Флориан! — выпалил пленник и дернулся, то ли чтобы напасть, то ли чтобы пожать руку. — Я хотел защитить его от Иных. Класс и Тоби переглянулись. — Они преследовали вас? Флориан закивал так часто, что выглядело это ненормально. Сморщился, всхлипнул и расплакался. Он не мог стереть слезы руками и выгнул шею, чтобы утереть их воротом толстовки. — Вы оба были на базе пришельцев? — Да. Я, Тео и Кенни. Тобиас вновь переглянулся с Классом. Им Маттео ничего не рассказывал о Кенни. — Кто такой Кенни? — Наш друг. — Он бежал с вами? Флориан замер, лицо его покраснело от напряжения. Дрожащие губы сильно натянулись, по подбородку потекла слюна. Он сильно зажмурился и вновь разрыдался. — Флориан, — Тоби призвал все свое терпение и убеждал себя, что разговаривает с психически нездоровым человеком. Неизвестно, что Иные могли сотворить с этим бедолагой в застенках своей лаборатории. — Когда ты запер Маттео в… чтобы его спасти, Кенни был с вами? Его ты тоже спрятал? Флориан отрицательно покачал головой и наклонился вперед, так что грязные спутанные пряди волос упали на лицо. — Нет, он не смог быть с нами. — Он остался у Иных? Флориан закивал и всхлипнул, снова начиная раскачиваться из стороны в сторону, так что Класс серьезно обеспокоился, не впадет ли он в истерику, если они продолжат расспрашивать его о Кенни. Поймав взгляд Тобиаса, он выразительно приподнял брови, давая понять, что лучше бы сменить тему. — Флориан, ты служил в армии? — Тобиас решил зайти с другой стороны, а заодно отвлечь парня. Тот помотал головой, не поднимая глаз. — Может быть ты работал в правительственной службе? Имел дело со связью? — Нет, — совершенно определенно ответил Флориан, даже не пытаясь понять, к чему эти вопросы. — Я занимался музыкой. Тобиас нахмурился. Либо этот тип врал, либо его деятельность действительно никак не касалась военных. Но в таком случае, как он мог знать позывные его отряда? — Хочешь воды? — спросил Класс и раскрыл перед пленником пластиковую бутылку. Тот поднял глаза, увидел воду и потянулся, снова забыв, что руки связаны. Тогда Флориан кивнул, и Класс подошел к нему, чтобы напоить. — Когда мы нашли тебя, ты повторял позывные: код красный, 13, 23, альфа-танго. Ты помнишь? Как ты узнал о них? Флориан присосался к бутылке и напоминал испуганного оленя, измученного жаждой. Напившись, он отстранился, и несколько капель упали на грязную футболку. — Я их слышал. — Где? — В своей голове. Класс закрутил крышку и отошел к кровати, присев на ее край. — Ты слышал их раньше? — Нет. Они просто начали говорить, когда появились вы. Тоби ничего не понимал. Как человек мог слышать переговоры его команды спустя год после их неудачной вылазки? Его товарищи мертвы. Как? — Флориан, когда ты был в лаборатории, что с тобой делали Иные? Этот вопрос мог спровоцировать у парня новый психический приступ, но Тобиас должен был докопаться до правды. Флориан дернулся, застонал и принялся оглядываться. — Маттео! Где Маттео? Они забрали его? Они его убили? Кенни! Мы должны спасти Кенни. Дальнейшие слова пленника разобрать не удалось, он вновь защелкал языком, безупречно копируя речь Иных. — Может привести второго? — спросил Класс поднимаясь. — Флориан, — Тоби отрицательно качнул головой, остановив Класса жестом, не сводя пристального взгляда с допрашиваемого. — Флориан, Маттео жив! Он повысил голос, чтобы докричаться до охваченного бредовым помешательством парня. Вновь качнувшись вперед, тот замер, резко поднял голову, глядя Тоби в глаза, и просиял. — Жив? Маттео жив! Он жив! Жив! — наверное он повторил это еще раз двадцать, и каждый новый раз успокаивал его, прогоняя тревогу и невроз. Тоби и Класс терпеливо наблюдали за ним, понимая, что спешка, агрессия и нетерпение не помогут им вызнать нужную информацию. Скорее всего, их пленник просто замкнется в себе и перестанет реагировать на внешние раздражители, например, на вопросы. Оставалось только ждать, пока он отойдет и вновь сможет поговорить с ними. — Я хочу видеть его, — твердо заявил Флориан с нетерпением переводя взгляд с одного мужчины на другого. — Где он? Вы обманываете меня? — Нет, не обманываем. Он здесь, на базе, ты спас его. Иные до него не добрались. Но ты должен успокоиться и ответить еще на несколько наших вопросов, прежде чем мы приведем его сюда. Последние слова Тоби произнес весомо и серьезно, пытаясь поймать мечущийся взгляд Флориана. Изо рта связанного вновь стали доносится знакомые щелкающие звуки, и Тобиас нахмурил брови. — Флориан, ты знаешь, что это значит? — спросил он, надеясь добиться ответа. — Ты понимаешь, что они говорят? Это было очень важно: только подслушать переговоры Иных было мало, ведь никто из них не сумел бы их расшифровать. Тобиас подумал о пленном пришельце, но как заставить его переводить им речь своих соплеменников? И как понять, что Иной не врет? Нет, это был рискованный план, слишком сложный, гораздо надежнее и проще было бы, если бы Флориан понимал, что несет, мог перевести им то, что невольно услышал. — Это сложно, — Флориан поморщился, словно от резкой зубной боли, и вымучено застонал. — Ша’ахлэ готова к новому циклу. Нужно забрать груз на третий корабль. Если Шэр’Хай-Ра прибудет вовремя, вызов брошен не будет. Он не понимал, что все это значит, но переводил довольно точно, выговаривая инопланетные слова неотличимо от произношения мералунцев. По крайней мере, так считали Тоби и Класс. Для них произнести все эти незнакомые слова с первого раза казалось непостижимой задачей. — Три грузовика движутся в направлении пустыни. Засада готова… выпустить карды со снотворным… лидера взять живым… Тобиас и Класс переглянулись. Из того, что говорил Флориан, им было мало что понятно, но это была уже какая-то информация, только как ее можно использовать? Однако последние слова заставили Мертенса нахмуриться: речь уже шла точно не о кораблях Иных. Три грузовика, движущихся в пустыне, могли принадлежать только людям, это могли быть повстанцы, свои. Что если кто-то из них сейчас нуждается в помощи? Сведений не хватало, но после этих слов пленник снова затих, опустив голову, и что-то тихо шептал себе под нос. Тобиас понял, что больше они из него сейчас не вытянут. — Ладно, мы здесь, похоже, закончили, — с сожалением признал Мертенс, поднимаясь, и чувствуя, как внутри поселилась тревога. Он бы еще расспросил Флориана, но тот, похоже, окончательно потерял связь с реальностью и просто ушел в себя, покачиваясь на стуле. Длинные висящие волосы закрывали его лицо, Тоби не мог даже сказать, слышит ли он их. — Оставим его пока. Посадим в камеру, пусть придет в себя. Может быть Ник его осмотрит. Пора заняться нашим вторым пленником. Они с Классом вышли из камеры и захлопнули решетку, запирая Флориана внутри. И в этот же момент пленник вдруг осознал, что они уходят, вскочил со стула и ринулся к решетке, врезаясь в нее грудью. Его тонкий нос выглянул между прутьев, шумно втягивая воздух. — Вы обещали! — крикнул он. — Где Маттео? Я хочу его видеть! Вы обещали! Вы меня обманули?! В голосе его слышалось негодование и отчаяние. Отойдя на пару шагов, он вновь бросился на решетку, пытаясь выбить ее своим телом. Руки, по-прежнему связанные за спиной, были для него лишь неприятной помехой. Он не оставлял попыток добраться до Маттео и собирался биться о стальные прутья столько, сколько потребуется, пока не выйдет отсюда, либо не потеряет сознание, разбив голову. — Эй, прекрати! — воскликнул Тобиас, опасаясь, что он так и не успокоится и придется звать Ника с успокаивающим уколом. — Черт. Он выругался вслух, потому что Флориан не успокоился: он раз за разом продолжал кидаться на прутья, словно поставил за цель вырваться из камеры или убиться. — Мы сказали правду, Маттео здесь! Ты сможешь увидеть его, если успокоишься. Тоби пытался утихомирить его, пока обеспокоенный Класс поглядывал то на пленника, то на самого Тобиаса. Понимая, что у них ничего не выйдет, он взглянул на Класса и приказал ему: — Я останусь здесь, а ты найди Маттео и приведи сюда. А заодно найди Ника, пусть принесет снотворное или что-то еще, пока он не ранил себя и нас заодно. Класс кивнул, еще раз посмотрел на Флориана и закинул автомат на плечо, быстро удаляясь по коридору. Тобиас остался у решетки, положив на нее ладонь и глядя на беснующегося пленника. Ему не нравилось, что им приходится держать его здесь при таких условиях, где-то глубоко внутри Мертенс даже испытывал сожаление и сочувствие к человеку, прошедшему пытки Иных, но Флориан был опасен, для себя самого в первую очередь, и он не мог рисковать. Лучше пусть посидит за решеткой, пока не выяснится, можно ли ему доверять, хотя Тоби опасался, что этого никогда не произойдет. Что-то сломалось в голове Флориана, и не было никакой возможности узнать, обратимы ли эти изменения или они уже ничем не могут ему помочь.

***

Класс отыскал Маттео, вид у солдата был обеспокоенный и серьезный. — Ты должен пойти со мной, — произнес он, оглядываясь, чтобы никто другой их не подслушал. Класс пошел впереди по коридору, оглядываясь, чтобы Маттео от него не отстал. Только когда они оказались в относительном уединении, он понизил голос и рассказал: — Флориан, он хочет тебя увидеть. Тео мог отказаться видеться с тем, кто чуть не убил его, заперев в холодильной камере. Конечно Класс постарался бы убедить его, но вести спасенного силой не смог бы. Ситуация не та, Класс не имел таких полномочий, и самое главное — это привлекло бы нежелательное внимание остальных жителей базы. Поэтому он только надеялся на то, что Маттео осознает всю серьезность ситуации. — Ему стало плохо, он бросился на прутья. Мы с Тобиасом будем с тобой при встрече, ты не останешься с ним наедине. Класс пытался успокоить Маттео. По пути им пришлось завернуть за Ником, возившимся в технической мастерской. — Хей, ты нужен нам внизу, — Класс кивнул в направлении камеры. — Захвати шприц с успокоительным, наш пленник взбесился. Ник поднял взгляд за стеклами очков и кивнул, оставляя недоделанную работу по починке сломанных раций. — Хорошо, схожу в медотсек. — Побыстрее. Класс кивнул и позвал с собой Тео. Вместе они вернулись к Тобиасу, дежурившему возле пленника. — Как дела? — тут же спросил Класс, подходя и настороженно кидая взгляд за решетку. Тоби взглянул на Маттео и кивнул ему: — Рад, что ты здесь. Ты нам тут пригодишься. Флориану нужно тебя увидеть. Они с Классом отступили на шаг, чтобы дать Маттео возможность приблизиться. — Не подходи слишком близко, — негромко предупредил Тоби. У пленника были скованы руки, но кто знает, на что он способен в таком состоянии. Не повредить Маттео — так самому себе. Сам Тоби и Класс не собирались уходить и оставлять их вдвоем. Флориан был непредсказуем, у него в любой момент могла снова начаться истерика, к тому же Тобиас еще не совсем доверял Маттео, несмотря на то, что они спасли его. Каждый новый человек на базе проходил период проверки, когда за ним приглядывали и не доверяли всех тайн. Испытательный срок Маттео еще не закончился, и Тоби предпочитал держать его на виду.