Ночь перед Рождеством

***

Оскар проснулся раньше всех, бодрый и веселый, готовый хоть сейчас ринуться в бой, а точнее, дарить подарки Солнышку. Аккуратно открыв крышку гроба, вампир вылез наружу и оказался одним из первых пробужденных. Из гроба Драко доносилось громкое храпение, место Готики было идеально убрано, а значит, она уже сидит в библиотеке и читает очередную книгу. Приняв душ и почистив клыки, Оскар отправился в город за подарком, а когда вернулся, его поджидал очередной, неприятный разговор. — Ну и куда мы летали? — из темноты вышел Драко, скрестив руки и сделав подозрительный взгляд, — ты в курсе, что полеты в город во время учебы запрещены? — Опять ты, — прошипел Оскар, — мне ничего не будет, если ты никому не проговоришься, хотя это вряд ли. — Даже если я буду держать язык за клыками, — улыбнулся хулиган, — то какая мне от этого польза? Оскар долго размышлял над его словами, а потом в его маленькую и хитрую голову пришла одна очень хорошая идея. — А что если я скажу, какой подарок хочет Готика на Рождество? Сначала Драко укоризненно взглянул на Оскара, потом появилось сильное желание ему вмазать за такие догадки насчет его чувств, а потом… ему показалось это отличной идеей. — Я тебя внимательно слушаю, — хулиган сделал беззаботный взгляд, даже зевнул для вида, а в душе так и разгоралось любопытство, — ну, мне долго ждать?       Оскар лишь закатил глаза и подошел вплотную к Драко, шепнув свою идею на ушко. — Ты уверен в своих словах? — вампир подозрительно выгнул бровь, — смотри у меня, если ей не понравится, то, — Драко показал Оскару перед носом кулак. — Можешь не беспокоится, — уверенно ответил Оскар, — только подарок нужно дарить уже сегодня, так что не запаздывай. — Считай, что я простил тебя за вчерашнюю драку, — хулиган развернулся и лениво направился в сторону балкона, но остановился перед вылетом на воздух, — спасибо, — буркнул он напоследок, а затем превратился в летучую мышку и улетел в сторону города в поисках подарка. — Не за что, — в пустоту прошептал Оскар, смотря в удаляющийся силуэт.

***

      Готика всю ночь просидела в библиотеке, читая очередной роман про безответную любовь. Почему все так сложно? Почему постоянно, если ей начинает кто-то нравится, то обязательно найдется третье лицо, которое будет все портить. Почему?! Всю свою бессмертную жизнь она получала записки от поклонников, подарки, цветы, признания в любви, но отвергала их. Её любили многие, но она никого не любила. А сейчас, когда её чувства дали ответ, её любовь просто отвергают. Разве она заслужила? Нет. Всю жизнь страдать по одному глупому вампиру? Никогда. Кто угодно, но только не гордая Готика. Да пошел он к черту! Вслух крикнула Готика и с хлопком закрыла книгу. Посмотрев на часы, куранты били уже шестой час, а значит, пора готовиться ко сну. Тихо закрыв дверь библиотеки, вампирша направилась в сторону спальни, а когда зашла внутрь, ей представилась странная картина.       Пустота и тишина. В комнате царили именно они. Гроб Оскара был закрыт, значит, он еще на прогулке с этой… смертной. Спальное место Драко тоже нетронуто, наверное, шляется по школе в поисках приключений на одно место. Приму душ и отправлюсь спать, подумала вампирша и хотела уже отправиться в ванну, как увидела странный предмет на крышке своего гроба. Подойдя поближе, ей удалось разглядеть небольшого размера коробочку, аккуратно обвязанную алой ленточкой с запиской в узелке. Взяв коробочку в руки, Готика раскрыла записку.

Твои волосы, как вишня в зимнем саду — я погибаю

      Вампирша перечитала записку еще раз шесть, пока до неё не дошло, что это адресовано ей. У меня и вправду волосы, как алая вишня, улыбнулась Готика, от чего её бледные щечки порозовели, что было несвойственно вампирам. Не долго мучаясь, ученица одним движением развязала ленточку, а затем медленно открыла коробку. Содержимое внутри заставило её ахнуть от восторга. На самом дне лежала красивая черная ажурная заколка, украшенная сапфирами и рубинами, цветом как и её волосы. От лунного света они переливались, блестели, словно тысячи маленьких звездочек на небе. От такой красоты Готика потеряла дар речи, дрожащими пальчиками она аккуратно зацепила волосы заколкой и убрала локоны наверх. Жаль, что в зеркале она не отражается, с грустью подумала вампирша, наверное, она сейчас очень красива. Перечитав записку еще раз десять, Готика начала размышлять, кто же отправитель? Оскар? Вряд ли, у него забот хватает на другую. Букварь? Тоже нет, он не знает о Рождестве и уже влюблен. Клопик и Пепелок тоже отпадают. Остаётся только… — А тебе идёт, — из темноты вышел Драко с довольной улыбкой, — всё-таки, я угадал с камнями. — Это ты подарил? — вампирша с вытаращенными глазами уставилась на Драко. — Ну, а кто еще? Вряд ли бы это сделал Оскар, но его помощь тоже тут присутствует, — хулиган с надеждой посмотрел на Готику. С этой заколкой она выглядела еще прекраснее чем прежде, волосы были красиво убраны наверх, взгляд стал более открытый и легкий, а заколка идеально подходила к цвету волос вампирши. Он бы часами любовался её чертами, но вот во взгляде Готики казалось что-то не так. Он был…грустный — тебе не нравится? — О нет, что ты, конечно, нравится, — Готика с надеждой посмотрела на Драко, — только, зачем? Ты ведь сам вчера сказал, что мои волосы, как… — Как гнилая вишня? — усмехнулся Драко, — прости, переборщил немного, вот и решил извинится. Я считаю, что у тебя чудесные волосы. Кстати, вчера ты тоже наговорила лишнего; сказала, что… — Что никогда не посмотрю на тебя, как на партнера? — взгляд Готики стал хитрым и до чертиков привлекательным, — чтож, полагаю, мне тоже следует извиниться, — вот она встает с крышки гроба, плавно подходит к Драко и нежно, словно боится спугнуть беднягу, целует в бледную щечку, — спасибо, — шепчет вампирша и медленно идет в сторону ванны, не оглядываясь, оставляя Драко наедине со своими чувствами. — Не за что, — шепчет вампир, а когда Готика скрывается в ванной комнате, он с глупой улыбкой падает к себе в гроб и мечтательно вздыхает, — крутой же всё-таки праздник, это Рождество…