Сквозь время

За несколько минут до сработавшего будильника Стив присел рядом с диваном. Что же его так повернуло на Броке? Почему именно на нём? Только ли от того, что тот отнёсся по-другому? Не стал править то, что давно сломалось, а незримо поддержал? И на Баки он был не похож. Стив протянул руку, хотел было погладить по голове, но не решился, коснулся плеча, чуть сжал. — Час прошёл, — тихо сказал он. — А на этом диване спать не очень удобно. Давай я отвезу тебя домой. — Давай, — не открывая глаз, сказал Брок. — И останешься у меня. В гостевой комнате. А утром я накормлю тебя завтраком, как подобает хорошему хозяину. Соглашайся, — Брок открыл глаза и заглянул в синие озера, в которых тут же и утонул. — Я хорошо готовлю. — Поехали, — как-то очень легко согласился Стив и поднялся, не давая себе ни мгновения на обдумывание происшедшего. — Только я на мотоцикле. — Отлично, прокатимся с ветерком, — усмехнулся Брок, поднимаясь и неловко складывая плед. Диван был ужасен, а плед хорош. Теплый, мягкий, можно было задуматься о покупке такого же себе домой. — Не боись, я и одной рукой за тебя сумею подержаться. Внутри Брок ликовал. Он окажется так близко к объекту своего интереса, будет обнимать Стива за талию, и плевать, что через жесткую кожу куртки. Он уже предвкушал эту поездку, даже не задумываясь, что можно было предложить сесть за руль его машины. Ничего, он потом заберет свой драндулет, сейчас хотелось быть ближе к Стиву. На стоянке Стив вручил свой шлем Броку, осмотрел его куртку и, только когда удостоверился в том, что ему точно будет тепло, оседлал мотоцикл. — Поехали, — Стив сверкнул из-за плеча улыбкой. Брок обхватил Стива здоровой рукой, прижался к нему, наплевав на все, что мог бравый Капитан подумать о таких объятиях, и ехал довольный и размечтавшийся, не ощущая даже тянущей боли в выбитом плече. Было хорошо, очень хорошо, и хотелось, чтобы этот момент длился и длился. Но еще больше Брока будоражило то, что Стив согласился, что они едут к Броку домой, и утром он накормит Стива завтраком. Рулет из омлета, пышные блинчики с малиновым джемом и шоколадным сиропом, крепкий утренний кофе. Когда они подъехали к дому, и Стив остановился, Брок еще несколько секунд прижимался к нему, пока не понял, что это уже может показаться неприличным. — Пойдем, — Брок снял шлем и отдал его Стиву. Брок жил в небольшой квартире всего на две спальни, но ему хватало, ему даже нравилось такое уютное уединение. Но иногда казалось, что в квартире слишком пусто. Это, правда, было до того, как у него чуть не поселился Финли, но сейчас Брок хотел, чтобы вторая спальня была занята. Занята именно Стивом. Спорить Стив не стал, да и смысла уже не видел. Сам согласился, сам отдал шлем, усадил Брока себе за спину, сам грелся его теплом всю дорогу, нарочно не слишком разгоняясь, чтобы продлить этот момент и, остановившись, даже немного удивился тому, что Брок не поднимается. Задремал, что ли? Оставив шлем на сидении, Стив пошёл следом за Броком, хоть и чувствовал себя абсолютно по-идиотски. Зачем ехал? Зачем остался? Чтобы прислушиваться всю ночь к сонной тишине? Из-за обещанного завтрака или самого Брока, ставшего за месяц с небольшим очень близким? Брок привел Стива в свою квартиру на третьем этаже и распахнул дверь, приглашая войти. — Прошу в мою скромную обитель, — негромко рассмеялся он. — Проходи, чувствуй себя как дома. Если хочешь есть, то могу предложить утку, но она холодная. Хочешь кофе? Или чай? У меня даже какао есть, осталось от Финли. Брок частил, у него сердце забилось быстрее, как только он осознал, что Стив не просто подвез его до дома, что он действительно собирается остаться. Сразу всплыло в памяти, где лежат штаны и футболка Зверя, которые Стиву точно подойдут. Даже какао от Финли пригодилось. Вообще, в его доме пожил каждый из Страйка, даже Эммс, после того как сломала руку своему ухажеру, который попытался ее “воспитывать”, не хотела сломать что-нибудь еще. И от каждого что-то осталось. Что-то на память, что-то Брок просто забывал выкинуть, а что-то имело и практическое применение. И как сейчас был рад Брок, что постирал и оставил у себя домашнюю одежду Зверя. — Если хочешь в душ, полотенце возьми красное, оно на вешалке, — все говорил и говорил Брок, хотя раньше не знал за собой подобной болтливости. — Халат один, мой, если влезешь, — бери. Одежду сейчас дам, чтобы тебе удобно было. Как раз твой размерчик. — Не гомонись, — остановил его Стив. — Ничего не нужно, кроме душа и полотенца. Поспать я могу и в нижнем белье. Ты слишком переживаешь. И пусть Стиву такая забота была очень приятна, но он должен был все это сказать, чтобы Брок хоть немного успокоился, ему и так сегодня досталось. Стив видел, как он бережёт плечо, как вздрагивает от случайных неловких движений, не хотелось своим визитом доставлять ещё больше неудобств хозяину. — С душем я смогу разобраться сам, лучше иди отдохни хорошенько. — На том свете отдохну, — отмахнулся Брок, прикидывая, что еще можно предложить дорогому гостю. — Могу налить, односолодовый, двенадцати лет. Ты иди в душ, а я пока кровать расстелю. И что за нервозный бес в него вселился? Брок и сам не знал. Но превратился из бойца и спокойного мужика в суетливую квочку. Брок прикрыл глаза, вдохнул-выдохнул, успокаиваясь. — Я все равно буду кофе. Давай и тебе сварю? — предложил он уже спокойнее. Брок всегда пил кофе на ночь глядя, его этот напиток успокаивал, а не бодрил, как большую часть человечества. — Тогда не усну, — снова улыбнулся Стив и скрылся в ванной. С Броком улыбка сама собой растягивала губы, с ним вообще было очень легко, хоть Стив не совсем понимал, чего хочет сам. Но ведь чего-то точно хотел. Сердце и тело впервые были полностью солидарны друг с другом. Раздевшись, он настроил воду попрохладнее и вступил под тугие струи, подставив под них лицо. Пять минут на обдумывание дальнейших действий. Пока Стив принимал душ, Брок нашел ему штаны Зверя, потому что был уверен, что не сможет без потерь пережить Стива в одном белье, и, постучавшись, положил их на тумбочку. И успел начать варить себе кофе, прикидывая, сколько виски имеет смысл ливануть в него, потому что просто так он точно не уснет. Теперь идея притащить Стива к себе была… Броку стало страшно, что он сорвется, не выдержит и придет к Стиву в ночи, заберется под бок и попробует сделать минет. Выключив кофеварку, Брок пошел за виски. Нахуй кофе, а то он точно устроит что-нибудь подобное. Стив застал Брока на диване в домашних штанах и с бокалом в руке. Из колонок музыкального центра лилась тихая инструментальная музыка. — А как же кофе? — немного удивился Стив, замер, не дойдя до дивана несколько шагов, поддернул висящие на бёдрах чужие штаны. Майку он надевать не стал, да и кого стесняться? Точно такого же мужика? Стив больше не был щуплым задохликом, для которого прогулка в одних штанах от ванной до небольшой гостиной запросто могла закончиться простудой. — Тебе обезбол кололи, после алкоголя его действие может сойти на нет, — покачал он головой. — Будешь? — Брок кивнул на еще один, пока что пустой бокал, стоящий на столе, и початую, но практически полную бутылку виски. — Давай, суперчеловек, раздели со мной, простым смертным, этот божественный нектар. Брок усмехнулся сам себе и посмотрел на Стива сквозь янтарную жидкость. Стив покачал головой. Алкоголь на него не действовал, да и не было сейчас подходящего настроения. Хотелось уползти в постель, закрыть глаза и понадеяться, что сегодня Баки не придёт навестить старого друга. — Я лучше спать. Доброй ночи, Брок. Он развернулся на пятках, дошёл до гостевой спальни, закрыл за спиной дверь, прижавшись к ней спиной. Брок был чертовски красив, притягателен, несмотря на наливающееся чернотой плечо. Стив понимал, что попросту сбежал из гостиной, чтобы не поддаться, не пойти на поводу своих желаний. — Доброй, — догнал его тихий голос Брока. А чего он, собственно, ожидал? Что Стив кинется в его распростертые, сегодня несколько больные, объятия и признается в неодолимой страсти? Зато можно было сидеть сейчас с бокалом и предаваться мечтам, как он бы окунулся в объятия сильных рук, прижался бы к мощной груди, сначала щекой, а потом губами, провел бы дорожку из поцелуев по сильной, красивой шее, чувствуя вкус кожи, свежий, с едва ощутимым запахом лаванды, и утонул бы в Стиве, окунулся в него полностью, чтобы забыть обо всем на свете, кроме мечты, которой полнились его сны. В паху потяжелело, но дрочить не хотелось. Брок отставил недопитый бокал и пошел в свою кровать. Утро обещало быть полным приятных забот о человеке, которого Брок хотел сделать своим, потому что любил. Яркий свет солнца, сочная зелень вокруг и улыбка Баки, почти такая же, как и до всего этого кошмара с войной, Гидрой, смертью. — Стиви, не хмурься. Тебе это не идёт. Ну же, улыбнись. Рядом был ещё кто-то, но Стив видел только Баки, неожиданно длинные волосы, обрамляющие лицо, фотоаппарат в руках. То как Баки щурится на солнце, тянется к кому-то, целует в шею, скулу и снова улыбается. — Стив. — Баки! — громко для ночной тишины выдохнул Стив, просыпаясь. — Баки. Брока подкинуло от крика в соседней комнате, и он не сразу сообразил, что происходит. А потом вспомнил, что сам пригласил к себе Стива, которому, похоже, приснился Баки. Полежав с минуту, Брок поднялся, пошел на кухню и налил два стакана: молоко и вода. — Стив? — Брок негромко постучал в дверь. — Ты в порядке? Стив не сразу понял, что кто-то стучит в дверь спальни, не сразу заставил себя подняться и подойти, открыть. Дыхание сбивалось, сердце частило, горло саднило от крика. — Брок? — Стив проморгался, стёр заливающий лицо пот. — Прости, я разбудил тебя. Не лучшей идеей было ехать к тебе. Прости. — Все в порядке, — Брок прошел в комнату и, поставив оба стакана на тумбочку у кровати, сел в кресло. — Говори. Это прозвучало почти приказом, но Брок четко знал, что упрашивать Стива бесполезно, но надо хотя бы попытаться прогнать его демонов. Хоть так, в приказном порядке. Интересно, а Капитану Америке хоть кто-нибудь когда-нибудь что-нибудь приказывал? И куда пошли эти приказывальщики? Стив зажмурился, выдохнул. Его плечи ссутулились. Никому он, кроме Брока, не рассказывал про Баки. А про эти страшные в своей реалистичности сны и подавно. — Мне снился Баки, мой Баки, — тихо начал Стив, сел на постель, закрыл лицо ладонями. — Снилось то, что нам с ним нагадали ещё до его отбытия на фронт: счастье, лето, живой улыбающийся Баки и возможность любить того, кого всегда хотелось. Но его нет. Он умер, но продолжает сниться, улыбаться и просить не хмуриться. — А Баки знал, что ты его любишь? — осторожно спросил Брок, боясь разрушить эту минуту откровения. Похоже, у него не было ни шанса с самого начала, Брок постарался не вздохнуть от сожаления, что его Стив любить не будет никогда, даже если они окажутся в одной кровати. Вот и все. Теперь у него был точный ответ на вопрос, кого любит Стив Роджерс, доблестный Капитан Америка. А любит он своего погибшего друга, а может, и любовника. Стало горько, не от того, что другой застит взор Стива, а от того, что не сможет стать таким же нужным, важным, любимым. Да его даже на второе место не возьмут. — Баки? Знал, — светло и немного горько улыбнулся Стив, поняв вопрос Брока по-своему. — Мы с самого детства вместе. Он был моим всем: другом, братом, почти близнецом. Нам даже люди всегда одинаковые нравились. Даже в любви были оба неправильные. Это сейчас можно открыто быть с мужчиной, а тогда… Брок, я пойму, если ты меня выставишь, правда пойму. Но спасибо, что выслушал. Говорить обо всем этом Броку было просто, словно он был тем, кто поймёт. До этого же понимал, чутко чувствовал Стива. Возможно, и сейчас он все воспримет правильно. Кажется, картина начала проясняться, Баки был другом, братом, но не любовником. Поняв это, Брок чуть не подскочил от радости. Значит, у него был шанс, значит, он еще мог понравиться. А может, сказать? Если Стив только что признался ему, что гей, почему бы Броку тоже не признаться? Не сказать, что Стив нравится ему, и он бы хотел… Очень хотел. О, все боги этого мира, как же он хотел. — Ты мне нравишься, — забыв пропустить мысль через мозг, выдал Брок. С ним такое случалось редко, фильтр работал всегда, но не сейчас. — Как мужчина нравишься. Стив сбился на полуслове, поднял взгляд на Брока. — Я? — спросил, сам не зная зачем, хотя с первого раза все понял, по лицу прочитал то же самое, в глазах увидел, но вопрос сорвался раньше, чем Стив успел осознать сказанное. Как-то сразу на второй план отошли все сомнения, что грызли до этого. Про работу, то, что Брок вообще-то его подчинённый. Мысли о том, что это все шутка, даже не возникли в голове Стива. — Можно я тебя поцелую? — спросил он, пока сам же не передумал. Брок сам не понял, как оказался рядом со Стивом, вплел пальцы здоровой руки в короткие волосы на затылке и сам коснулся губами вожделенных губ. Сладких, мягких. Брок закрыл глаза и поплыл, целуя нежно, позволяя Стиву самому решать, каким будет их поцелуй. Смешно сказать, первый, действительно желанный поцелуй тогда, когда уже не ждал ничего от своей жизни, от нового времени, вообще ни на что не надеялся. От человека, на которого мог только смотреть. Стив гладил Брока по скулам, едва-едва касался, боясь спугнуть момент, оттолкнуть от себя, вдумчиво целовал, ласкал жёсткие тонкие губы, наслаждался их вкусом. Аккуратно, чтобы не потревожить плечо, обнял Брока, прижал кожа к коже, вздрогнув от того, каким горячим тот был. — Ты мне нравишься, — прошептал Стив, на миг прервав поцелуй. Только на миг, потому что почему-то разучился дышать, не касаясь губ Брока своими. Брок задыхался от переполнявших его чувств. С ним такого не было очень давно, так давно, что он даже забыл, казалось, Стив стал для него глотком воды в пустыне, свежим ветром в закрытой комнате, Стив стал тем, без кого больше не было жизни. Брок не представлял, что так хотел этого человека, так хотел быть рядом, касаться, только сейчас понял, что Стив — его жизнь. Больше не было ничего, кроме Стива, действительно суперчеловека. Брок прижался к нему, затаив дыхание, забыв, как дышать. Эти губы, руки, весь Стив стали центром мира для Брока, он и сам не ожидал, что это будет так ярко, он готов был жить в мечтаниях, но они сбылись. Вот так просто темной ночью в гостевой спальне Брока. И не нужно было больше что-то доказывать, завоевывать, нужно было просто сохранить этот момент, и все будет. Обязательно будет. Стив кое-как оторвался от губ Брока, прижал его к себе покрепче. — Погоди, — попросил он. — Дай мне немного времени, прошу. Ты… у меня не было никого. Совсем не было. Никогда. Брок и не рассчитывал, что Стив тут же прыгнет на его член, но от такого признания бросило в жар. Неужели Брок будет первым у такого замечательного, невероятного, такого… у Стива. Нужно было что-то сказать, убедить, что все не ради постели, не ради секса, которого, скажем по правде, хотелось, но просто быть рядом со Стивом, так близко, касаться его, целовать, уже было счастьем. Брок погладил Стива по загривку, упершись лбом в его лоб. — Все будет так, как ты захочешь, — пообещал он. — Когда захочешь и как захочешь. Но… можно остаться с тобой? — Останься, — в ответ на его вопрос попросил Стив, вновь почти невесомо поцеловал. — Здесь ведь хватит места двоим? Глупое сердце частило. Стив снова чувствовал себя нескладным болезненным подростком, не хватало ещё тахикардию словить от переживаний. Он аккуратно, словно хрупкую статуэтку, уложил Брока на подушку, сам лёг рядом, прижался губами к здоровому плечу, обнял. — Доброй ночи, Брок. — Доброй, Стив, — тихо ответил Брок, устраиваясь удобнее, прижался к Стиву, чтобы чувствовать его всем собой, и плевать, что в пижамных штанах, по-хозяйски закинул на него ногу и закрыл глаза, засыпая. Надеясь, что все это не окажется просто сном, что он проснется в одной кровати с тем, кого не просто хочет, кто не просто нравится. Брок чувствовал, что влюбился, а этого с ним не случалось очень-очень давно. Утро принесло с собой острое желание отлить, и Брок не сразу сообразил, что он не в своей кровати, а рядом с ним спит офигенный мужик. Он подумал было, что вчерашняя ночь ему приснилась, но, оказалось, нет. Стив лежал рядом и, кажется, все еще спал. Брок коснулся губами его щеки и тихо поднялся, чтобы пойти готовить завтрак, как он обещал. Омлет и оладьи. И кофе. Приняв утренний контрастный душ, Брок окопался на кухне. С только одной здоровой рукой не очень удобно, но было не привыкать, и он, ловко орудуя миксером, принялся за готовку, напевая веселую детскую песенку, привязавшуюся с самого утра. Стив проснулся от стойкого ощущения комфорта. Он впервые за долгое время действительно отдохнул, выспался, да и проснулся легко под тихое жужжание и чуть хрипловатый, что-то напевающий голос. Пахло кофе и ванильным сахаром. Улыбнувшись собственным мыслям, Стив зарылся лицом в подушку и вдохнул запах Брока. Баки одобрил бы его выбор. Душ и чистка зубов заняли минут пять, и Стив вышел из комнаты, остановился, не доходя до кухни пару шагов. — Доброе утро, — поздоровался Стив и только после этого обнял Брока со спины, коснулся губами шеи у самой линии роста волос. — Доброе, — счастливо выдохнул Брок, откинувшись на грудь Стива. Он ждал этого момента и боялся не дождаться. Боялся, что Стив передумает что-нибудь, и все вернется на круги своя. Но нет, тому тоже хотелось быть рядом. — Кофемашиной сам воспользуешься? А то мне надо оладьи перевернуть, а у меня только одна рука. Там только кнопку нажать. Под дозатором, из которого скоро польется божественный напиток утра, стояла маленькая чашечка для эспрессо. Брок уже напек гору оладий, но ему казалось, что для Стива все равно будет маловато, и он развел еще теста из оставшейся полпинты молока, и сейчас заканчивал вторую партию. — Ты, кстати, очень вовремя, — усмехнулся он. Хотелось развернуться и поцеловать, но чертовы оладьи точно сгорят. — Садись ешь, а то все остынет. Стив снова коснулся губами шеи Брока, вжался в него и тут же отстранился, боясь, что не сдержится и начнёт его гладить по шикарной раскачанной груди, нажал на кнопку кофемашины, дождался, пока она наполнит чашечку кофе, и поставил на её место вторую. Утро началось просто шикарно. Особенно если учитывать, что сегодня только суббота и можно провести весь день вдвоём, узнавая друг друга уже не как сослуживцы или хорошие друзья. Вот только Стив не знал планов Брока. Он и так занял его вечер и гостевую спальню. — Какие у тебя планы на сегодня? — обернулся Брок от плиты, выкладывая на тарелку еще порцию оладий. — Я обычно после миссии просто отдыхаю, даю себе возможность ничего не делать хоть раз в сколько-то дней. А ты? Оставайся, если нет никаких дел. Я тебя накормлю и обедом, и ужином. Финли не придет, хотя он любитель у меня околачиваться, сегодня Эммс с ним мучается. Вот не поверишь, вроде двадцать пять, бывший морской котик, а в жизни словно ребенок. Даже квартиру себе снять не мог самостоятельно. Налив на сковороду еще теста, Брок подошел к Стиву, обнял его здоровой рукой и прижался к плечу. — Извини, я немного волнуюсь, могу трепаться о чем угодно, — признался Брок. Это на миссии он всегда был сосредоточен и говорил только когда надо и что надо, а в обычной жизни он тоже был живым человеком, которому свойственны все оттенки переживаний (или почти все, Брок специально не проверял). — Мне тоже немного… странно, — тепло улыбнулся Стив, коснулся губами его виска. — Суперсолдат, а теряюсь, когда дело касается личного, тебя. Словно снова семнадцать, и я не могу встать из-за мольберта, потому что натурщик улыбнулся в ответ. — Стив смутился, заморгал, потёр лицо ладонью. Снова из него лезло личное, то, что обычно удавалось успешно прятать за панцирем идеальности. А рядом с Броком словно переставал срабатывать какой-то предохранитель. И с языка слетало все подряд. Брок чувствовал, что так не волновался даже в свой первый раз с парнем, а там было полно поводов, от того, что чувак был такой же неопытный, как сам Брок, до того, что в любой момент могли прийти родители. Но тогда им обоим повезло, и все получилось даже не очень плохо. Брок отогнал от себя ненужные мысли, взял себя в руки. Он опытный, он старше, он прожил жизнь, много повидал. Но вот Капитан Америка в его кухне вгонял его… в нервную трясучку, потому что Брок боялся облажаться, чувствуя, что второго шанса у него не будет. Никогда. И этот поцелуй в висок. Брок был среднего роста, но никогда по этому поводу не комплексовал, а сейчас, получив этот нежный поцелуй в висок, не знал, что чувствовать. Стив был выше его, больше, сильнее, но это не угнетало, а только вызывало восторг, что этот замечательный мужчина — его. Наплевав на боль в руке, Брок обнял Стива обеими руками, вжался в него весь, ощущая, как становится тепло-тепло, даже жарко, а потом вспомнил про оладьи. — Черт, — выругался он, отлипая от Стива и хватая лопатку, чтобы перевернуть еще не успевшие насмерть сгореть оладьи.