Годы спустя

      Как-то ночью перед самым Рождеством Розали была разбужена взволнованной Гермионой:       — Вставай, Изи, ну же!       — Что случилось? — сонно протянула девушка.       — Отец Рона, он в опасности!       Оказалось, что Гарри увидел во сне, как на мистера Уизли напали в министерстве. Сон оказался вещим. К счастью, мужчину удалось спасти, так что теперь он в полнейшем здравии находился за праздничным столом в окружении рыжеволосого семейства и других членов Ордена в доме на Площади Гриммо.       Розали была не особенно голодна, поэтому, поблагодарив миссис Уизли за угощение, встала из-за стола и направилась в гостиную. Она села на диван напротив камина и уставилась на пламя. Рядом мирно спал Живоглот. Пахло рождественской елкой.       — В Сочельник не принято быть одной, Роуз, — раздался голос Блэка за спиной у девушки.       Она резко обернулась на запрещенное при посторонних имя и опасливо посмотрела на мужчину.       — Не волнуйся, — сказал он, — здесь никого. Твой секрет умрет вместе со мной.       — О чем ты говоришь? — насторожилась девушка.       — Да так, мысли вслух. Вообще-то я хотел попросить прощения за свое поведение. Будучи взрослым мужчиной, этим летом я поддался эмоциям и накричал на тебя. Это не есть поведение достойного человека.       — Не бери в голову, я не в обиде, — спокойно ответила девушка, — простое недопонимание.       — Хорошо.       Блэк присел на свое излюбленное кресло возле камина и сказал:       — Совсем я стал стариком. Сижу у огня целыми днями, налегаю на мясные пироги миссис Уизли и вздыхаю по каждому поводу.       Мужчина хрипло рассмеялся.       — Сириус, — позвала девушка.       — Мм?       — Не выходи из дома, ладно?       — О чем ты?       — Ни под Оборотным, ни под Зельем омоложения, ни даже в своей анимагической форме. Просто будь здесь, хорошо?       — С чего это ты вдруг? — недоуменно спросил Блэк.       — Не хочу, чтобы с тобой случилось то же, что и с мистером Уизли, — тихо объяснила девушка.       — К чему эти мысли? Сейчас праздники, у нас все прекрасно…       — Просто пообещай мне, — перебила девушка.       Блэк вздохнул:       — Этот дом скоро сведет меня с ума. Я не знаю, как долго смогу продержаться. Ты же знаешь, я всегда лез на рожон и не следовал правилам, — улыбнулся мужчина.       — Знаю, это меня и беспокоит. Но я также знаю, что у тебя железная сила воли. Ты сделал то, что еще не удавалось никому. У тебя есть прочный внутренний стержень, и даже дементоры не смогли его сломить.       — Ты слишком высокого обо мне мнения, Роуз.       — Неправда, я могу назвать вдвое больше твоих минусов. А это лишь простая истина.       — Так и знал, что все не так просто, — засмеялся Блэк, — хорошо, я обещаю не выходить отсюда, — сказал он, а затем шепотом добавил, — пока что.       Розали удовлетворенно кивнула, но мужчина продолжил:       — … при условии, что ты пообещаешь мне никогда не выходить замуж за Малфоя.       Девушка удивилась, но затем уверила мужчину, что и так не собиралась этого делать.       — Тогда договорились, — заключил он и прикрыл глаза, наслаждаясь теплом пламени камина.       Розали тоже расслабилась, сидя на диване. Она вдруг почувствовала несказанную легкость после примирения с Сириусом. По-настоящему расслабившись впервые за полгода, Уайт задремала прямо сидя на диване.       Девушке приснился сон.       Она стояла в Главном зале Хогвартса в бальном платье кроваво-красного цвета. Помещение находилось в полумраке и было освещено лишь горящими свечами по периметру зала. Из темноты возник Сириус. Он был одет в черный фрак, кожа мужчины была бледна как снег. Происходящее напоминало картины из сюжетов Брэма Стокера. Мужчина пригласил Розали на танец. Музыки не было. Сириус вел, опираясь на какой-то свой бесшумный внутренний ритм. Танец становился все быстрее и быстрее, и вот перед глазами девушки все уже буквально сливалось в один большой поток света. Она начала просить мужчину остановиться, но тот не слушал:       — Сириус, хватит! Хватит, прошу. Сириус!       Внезапно Блэк остановился. Возникла звенящая тишина. Розали часто-часто заморгала, пытаясь восстановить зрительную стабильность и избавиться от мельтешащих перед глазами огней свеч. Придя в себя, она увидела, что к Сириусу из-за спины тянутся белоснежные руки с длинными пальцами и отвратительно длинными черными ногтями.       — Осторожно! — попыталась предупредить девушка, — но ее голос не прозвучал вслух.       Руки начали душить мужчину. Розали бросилась к Блэку в попытках помочь, но наткнулась на прозрачный барьер. Она начала стучать по стеклянной стене, но та не поддавалась. Прозвучал отвратительный зловещий смех.       — Сириус! Сириус! — кричала Розали, пока мужчина на глазах девушки начал тонуть в темноте, — Сириус!       — Проснись! Розали, проснись! — кто-то тряс Уайт за плечи.       Она распахнула глаза. На ее лбу проступили капли холодного пота, по щекам струились слезы. Перед девушкой стоял живой и здоровый Блэк.       — Это сон, это был всего лишь сон, — сказал он, обняв девушку.       Розали не могла проговорить ни слова и лишь бессмысленно пялилась куда-то в пустоту.