Годы спустя

      Розали не помнила, сколько просидела в беспамятстве, но очнулась она сидя на полу, облокотившись на диван. Голова ужасно болела, так что первым делом девушка направилась на кухню за Бодрящим зельем. Только успела она открыть шкафчик, как послышались громкие голоса со стороны входной двери:       — Ого, вот это домище.       — Ничего себе!       — Чего еще вы ожидали от Блэков!       Голоса были знакомы Розали. Она подошла ближе. У входа толпилось семейство Уизли, Гермиона, Ремус, Тонкс, Кингсли и Грюм. Увидев Уайт, Грейнджер бросилась к подруге:       — Вот это да! Я так рада видеть тебя здесь!       — Да, я тебя тоже, Герм, — попыталась улыбнуться Розали, хоть на время позабыв о событиях прошлого вечера.       — Так ты тоже в Ордене? — спросил Рон.       — Нынче берут кого не попадя, — проворчал Грюм и, растолкав всех, прошел в холл, — Сириус! Где носит этого мародера недоделанного? — продолжил мракоборец.       Блэк вышел навстречу к гостям в наилучшем виде и с сияющим лицом.       «Выпил все Бодрящее?» — подумала про себя Уайт.       Миссис Уизли, Гермиона, Джинни, Тонкс и Розали отправились на кухню колдовать над обедом, пока мужчины занялись обсуждением последних новостей магического мира.       От женской половины дома Розали узнала, что Гарри Поттер был обвинен в использовании заклинания Патронуса, при том, что не достиг совершеннолетия, да еще и в присутствии маггла. Весь Орден был взволнован этим фактом, но в то же время рад тому, что их друг вскоре прибудет на Площадь Гриммо.       Так прошло несколько дней. При любых других обстоятельствах Розали была бы просто вне себя от счастья из-за того, что проводит так много времени с дорогими ей людьми. Однако то, что произошло между нею и Сириусом омрачало все веселье. Двое избегали друг друга и практически не перекидывались словами. Никто кроме Люпина ничего не подозревал, да и тот сбрасывал ворчливость друга на заточение в четырех стенах. Настроение Сириуса подняло появление Гарри в доме, а затем и его дальнейшая реабилитация в Хогвартсе.       Самой громкой насущной темой было сумасшествие министерства, в частности Корнелиуса Фаджа. Орден считал, что жребий брошен, и ничто уже не будет таким, как прежде.       Даже Хогвартс не устоял перед влиянием министерства. Появление Амбридж свидетельствовало об узурпации власти. И это при живом-то Дамблдоре. Страх овладел министерством. Страх правды.       Дуэльный клуб был закрыт еще до начала года, а защита от темных искусств развращена до книжки с картинками.       — Что случилось с криворукой Розали? — спросил как-то Снейп после урока зельеварения у девушки, — ты впервые за все время обучения сварила зелье правильно. Мне начинать волноваться? — мужчина иронично вскинул бровь.       — Очень смешно, Северус, — закатила глаза Уайт, — ты же знаешь, ЗОТИ теперь что есть, что нет. Вот и приходится делать упор на другие предметы. Глядишь, скоро стану Феликс Фелицис закрытыми глазами варить, — усмехнулась девушка.       — Скорее уж Фадж лично амнистирует Блэка.       При упоминании этого имени девушка поникла, что не скрылось от проницательного Снейпа:       — Что-то не так? Раньше при упоминании о нем ты загоралась как Губрайтов огонь*.       Уайт вздохнула:       — Скажи, Северус, могли ли быть такое, что Блэк прислал мне приглашение на бал тогда? Знаю, звучит как бред… но…       Мужчина прищурился:       — С чего бы это?       — Вот и я о том же…       Повисло молчание, затем профессор зелий решил сменить тему:       — В этом году будь особенно осторожна. Розовый клубок шерсти не один год сидела в Визенгамоте, и легко может раскрыть твою маленькую тайну.       — Да знаю я, — отмахнулась девушка.       Розали было явно не до какой-то старой извращенной карги. Разговор был окончен.       Девушка старалась избегать Малфоя в школе, часто ходила в компании своих Гриффиндорских друзей и как огня избегала подземелья Слизерина. Она отправила ему кулон вместе с письмом со словами «Мне это больше не нужно». Удивительно, но на украшении не было и следа повреждения, несмотря на то, что Блэк бросил его в огонь.       Как-то утром во время завтрака на глаза Розали попался заголовок лежащего на столе последнего номера «Ежедневного Пророка»: «Долорес Джейн Амбридж назначается на пост генерального инспектора Хогвартса».       «Вот теперь все точно пойдет к чертям», — пронеслось у девушки в голове. Так и случилось: Амбридж начала допрашивать преподавателей, создала Инспекционную дружину, обвесила все коридоры замка высосанными из пальца постановлениями.       Гарри Поттер решил взять инициативу в свои руки. Ребята создали «Отряд Дамблдора» для практики боевых заклинаний. Это позволило Розали выдохнуть спокойно на какое-то время, ведь она, наконец, снова почувствовала себя в своей среде. Однако счастье длилось недолго: Амбридж начала подозревать каждого второго ученика в замке в заговоре против Министерства. Под подозрение попадали даже некоторые первокурсники.       — Мисс Морган, — обратилась к Розали Амбридж как-то после урока по защите от темных искусств.       Все это время девушка старательно избегала дементоршу в розовом. «Видимо, на этот раз не прокатит», — подумала Уайт. Инспектор приторно улыбнулась:       — Не выпьете ли вы со мной чаю?       — Почту за честь, профессор, — натянула свою самую что ни на есть широкую улыбку девушка.       Женщина провела Розали в свой кабинет. Как и ожидалось, большим разнообразием цветов интерьер не блистал.       «Наверное, я теперь до конца жизни буду ненавидеть розовый», — пронеслось в голове у Розали.       — Присаживайтесь, — пригласила Амбридж жестом к своему столу и налила девушке чай с молоком в донельзя безвкусную фарфоровую чашку, — угощайтесь.       За годы общения со Снейпом девушка четко уяснила для себя одно: когда кто-либо угощает тебя едой или напитком, не спеши принимать.       — Спасибо, профессор, — поблагодарила девушка, но к чашке не притронулась.       — Итак, дорогая моя, я давно хотела с вами поближе познакомиться. Все-таки единственная наследница Морганов. Это честь для меня, — начала женщина.       — Вы мне льстите, профессор.       — Ничуть, моя дорогая. Ваш род — один из древнейших в волшебном мире. Уверена, вы знаете его историю. Помню в юности я увлекалась личностью Морганы Ле Фэй, сводной сестрой короля Артура. Она была ровней самому Мерлину. Я думаю уже только это — повод для гордости.       — Спасибо, профессор.       Розали не понимала, к чему идет этот разговор. Она не была Морган и не знала всякие там семейные секреты. Женщина продолжила:       — Моргана Ле Фэй была не только умна от природы, но и обладала выдающимися способностями с зельеварении и целительстве. Да, ей не было равных и в темных искусствах, — Амбридж издала противный смешок, — ах да, говорят, она была талантливым анимагом, — женщина внимательно посмотрела на девушку, — перевоплощалась в птицу.       «И теперь ты, старая кошелка, хочешь узнать, не являюсь ли я незарегистрированным анимагом», — догадалась Розали.       — Пейте чай, мисс Морган, а то остынет, — напомнила женщина.       — Ах, прошу простите, у меня аллергия на молоко, — соврала девушка.       Амбридж скривилась в поддельной улыбке:       — Не беспокойтесь, я налью вам новый.       Женщина поставила перед девушкой новую чашку чая и продолжила:       — Я слышала, что вы, дорогая моя, были слабы с рождения, однако внезапно чудесным образом выздоровели. Поделитесь секретом?       «Вот теперь мне точно не жить, — обреченно подумала Розали, — должно быть в чашке Сыворотка правды», догадалась девушка. Она обреченно потянулась к чашке и поднесла ее к губам.       Мгновение спустя в кабинет постучали. В розовое пространство ворвалась контрастная черная фигура — Северус Снейп.       — Профессор Амбридж, — обратился он, — вас вызывает к себе профессор Дамблдор.       Лицо женщины надо было видеть:       — Спасибо, Северус, я поднимусь как только освобожусь.       — Боюсь, дело чрезвычайное, — возразил Снейп.       Амбридж медленно поднялась со своего места и сказала:       — Мисс Морган, как жаль, что мы не окончили нашу беседу. Прошу вас, приходите ко мне на чай завтра в то же время.       — Буду рада, профессор, — ответила Розали. После чего женщина покинула кабинет.       Выждав несколько секунд, Снейп обратился к девушке:       — Надеюсь, ты сообразила, что…       — Что в чае Сыворотка правды? За кого ты меня принимаешь, Северус? — улыбнулась девушка.       Мужчина облегченно вздохнул и протянул ей пузырек с какой-то жидкостью.       — Что это? — спросила Розали.       — Антидот. Завтра перед походом на «чаепитие» выпей его, и никакая Сыворотка тебя не возьмет.       — Спасибо. *мощные чары, создающие вечный огонь.