Расскажи мне о своей катастрофе

      Работа под прикрытием всегда была разной. Собственно, на то она и была работой под прикрытием. Работа под прикрытием в околовоенное время, ещё и такое, была занятием опасным и иногда… своеобразным.       Официально правительства их стран декларировали ценность традиционных институтов. Семья, брак, всё, как положено, для того, чтобы рождалось как можно больше детей и нация укреплялась. Все отклонения от правильного «канона» считались диверсией, преступлением и вообще были мерзкими и противоприродными. За них карали жестоко, убивали без суда и следствия… но только простых среднестатистических граждан, желая запугать их ещё больше.       Высшее руководство же лицемерно предавалось пороку. Самым разнообразным извращениям, которых жаждали их низкие душонки. И в одном из таких подпольных заведений Румынии и Болгарии нужно было немного поработать под прикрытием.       Вообще-то они были не в восторге от того, что их боссы стали союзниками нацистов. Но их мало кто о чём спрашивает, поэтому в конце концов воплощениям просто приходится смириться с тем фактом, перед которым их ставят. И поработать на благо самих себя, разумеется.       Пьяные немецкие «сливки» партии, вчерашние головорезы, без особого разбора набранные в СА, на самом деле вовсе не против поразвлечься с красивыми мальчиками. Днём они могут сколько угодно показательно быть идеальными мужьями, но вечер — это время пороков и тайных желаний души.       Жалкие лицемеры!       Румынию от них тошнит. Но если он всё сделает правильно, то его «клиент» расколется и продаст какой-нибудь из стратегических планов «союзника» на его территории. Жалкие крохи, на самом деле, но всё равно лучше, чем ничего.       Это омерзительно. Это низко. Это жалко. Но у Румынии есть долг и обязательства. А потому он снова примеряет на себя платье и наносит макияж, чтобы танцевать с другими красивыми мальчиками канкан, а после ловить на себе похотливые взгляды пьяных боровов. Мерзость.       Болгария работает вместе с ним. Его не заставляют так унижаться, но он всё равно решает составить компанию Румынии. Устраивается в то же самое заведение вышибалой, чтобы следить за не в меру распоясавшимися клиентами. Не то чтобы он недооценивал умения и силу Мирчи, просто…       Хоть так, но он хотел поддержать его. Румыния ценил это.       После очередного сеанса они неизменно оставались вдвоём. Мирча чувствовал себя словно искупавшимся в грязи, тошно было даже просто думать о самом себе. Калоян, впрочем, никогда не говорил с ним на эту тему, лишь молча накрывал голые плечи друга своим пиджаком. Они сидели и курили в тишине на набережной, вглядываясь куда-то в горизонт. Мерзкое время требовало мерзких средств и с этим можно было лишь смириться. Надеяться на то, что скоро оно закончится и уйдёт в историю, теряясь где-то на её страницах.       И благодарить судьбу, что даже в такие непростые дни рядом всё равно есть верная поддержка.