Госпожа Вэнь!

Настал день отъезда. Младший Лань был немного обеспокоен. Он успел встретиться с Вэнь Ин ещё несколько раз, но она ни разу не сказала ничего серьёзного. Цзян Чен всё также недовольно смотрел ему вслед, а младший Не сжимался при каждом взгляде. Вэнь Ин сказала, что она с ними уже поговорила, но эти двое не особо верили её словам. Они всё ещё ждали того дня, когда Лань Чжань сдаст их. Младший Лань сам долго думал почему же он не сказал правду лекарям. Его учили всегда говорить только правду, но сейчас он не видел другого выхода. Правда Лань Чжань всё ещё не понимал зачем нужно было ломать себе ногу? Неужели Вэнь Ин не могла просто объяснить главе Вэнь всю ситуацию? За всё время пребывание на обучение в клане Вэнь, младший Лань понял, что у главы Вэнь и Вэнь Ин довольно сложные отношения. Со стороны может показаться, что ей дозволено больше чем нужно, но это не так. Единственная дочь Вэнь Жоханя была окружена запретами. Несмотря на явный потенциал к заклинательству, она была вынуждена отказаться от этого и вести образ жизни далёкого от заклинательства человека. Позже младший Лань услышал как слуги обсуждали Вэнь Ин. Многие слуги и обычные заклинатели не боялись Вэнь Ин. Они боялись главу Вэнь, но всё равно распускали грязные сплетни о молодой госпоже Вэнь. Когда он сообщил об этом Вэнь Ин, девушка просто отмахнулась и сказала, что в Гу Су запрещено слушать или распускать сплетни. Но молодой кентавр заметил как её хвост покачивался из стороны в сторону. В следующем году молодые адепты разных кланов должны будут приехать в Юн Мен Цзян на обучение. Второй нефрит клана Лань надеялся на то, что Вэнь Ин будет там присутствовать. Младший Лань сам не понимал почему, но разговоры с Вэнь Ин давались ему очень легко. Правда чаще всего их общение сводилось либо к монологу Вэнь Ин, либо к короткому «убожество». Но почему-то эта очень странная девушка никогда не обижалась на Ван Цзы. Она часто рассказала о том, как проводит свободное время. Его у неё было немного, но всё лучше чем ничего. В рассказах Вэнь Ин часто упоминала неких Вэнь Цин и Вэнь Нина. Если кто такая Вэнь Цин юноша знал, то услышав мужское имя, второй нефрит вопросительно посмотрел на девушку. — У Вэнь Цин есть брат. Он тоже лекарь, но гораздо более стеснительный, чем она. Он увлекается стрельбой из лука, но в основном проводит всё свободное время рядом с Вэнь Цин и наберётся опыта. Я с ним знакома с момента моего здесь появления. Он мне как брат… Им я дорожу гораздо больше чем Вэнь Чжао. Кстати, а вы смогли справиться с тем омутом? Юноша уже привык к резким сменам темы разговора, но в первое время у него иногда болела голова. — Мгм. Вэнь Ин улыбнулась. Она вообще часто улыбалась, но почему-то раньше Лань Чжань этого не замечал. Вэнь Ин была расстроена. Настал день отъезда, а это значило, что теперь к ней не будет приходить ни Цзян Чен с младшим Не, ни Лань Чжань со своим холодным, но беззлобным «убожество». Вэнь Цин каждый день приходила осматривать поврежденную ногу, и каждый день говорила Вэнь Ин насколько она глупая. Зато вместе с ней приходил Вэнь Нин и у девушки появлялся собеседник. Правда из Вэнь Нина собеседник так себе. Он со всем соглашается и крайне редко высказывает своё, личное мнение. У Вэнь Ин были подозрение, что это потому что Вэнь Цин просит брата не общаться с ней. Это вполне логично, ведь именно Вэнь Ин всегда втягивает Вэнь Нина в непонятные ситуации. Вэнь Ин всегда была уверена в том, что если что-нибудь случится, то Вэнь Цин её прикроет. Сколько бы она не ворчала, она всё равно оставалась любящей сестрой и хорошей подругой. Она была одной из немногих, кому Вэнь Ин доверяла. А Вэнь Нин был просто безумно стеснительным, не слишком талантливым лекарем, но с очень добрым сердцем. Многие считали его слабаком, но так мог сказать только тот, кто ни разу не видел как Вэнь Нин стреляет. К сожалению он так и не смог найти друзей кроме Вэнь Ин, но ему этого было вполне достаточно. Вэнь Нин не раз попадал в проблемные ситуации из-за дружбы с Вэнь Ин. Чаще всего он отделывался ушибами и синяками от неудачных падений, но Вэнь Цин отчитывала их так, будто бы он сломал себе все конечности.