Колесо сансары

      Несколько раз Сабрина подходила к моей клетке и внимательно разглядывала меня. Что-то не давало ей покоя, наверное раздражало то, что я все еще не «сломался» и не прошу у неё прощение, умоляя остановить все эти пытки. — Комплекс введен ему в полном объеме? — брюзгливо интересовалась она. — В полной, — отозвался лаборант. — Хотите посмотреть отчеты? — Нет, — скривилась Сабрина. — Повторите процедуру!       И снова меня вырубают, и снова что-то происходило, скручивая тело, заставляя разум испуганно метаться по каким-то страшным, темным пещерам. ***       В очередной раз я проснулся, все в том же помещении, той же камере, но, что-то в этот раз было не так. Моя спина, шея, голова, невероятно сильно болели, а так же, в этот раз, забинтованы. Видимо Сабрина решила не ждать, когда сломается мой разум и приступить к следующей фазе. И эта новость мне не нравиться.       С этого момента я решил, что перестану быть пассивным наблюдателем. Стану ловцом. Ловцом удачного момента для побега. Словно рыбак, затихший над неподвижной водной гладью, я ждал того удачного момента, когда можно совершить одну — единственную, безошибочную подсечку.       Сотрудники приходят в одно и то же время, прилежно, методично и все так же монотонно выполняя свою работу. И снова брызги кровавых ошметков, показания безразличных приборов, и все тот же уборщик, сгоняющий шваброй кровь и гниющую плоть к решетчатым отверстиям в полу. Шипение дезинфицирующих аэрозолей — и лаборатория снова готова к новому рабочему дню. Сначала, мне даже казалось, что слабых мест в содержании подопытных попросту нет. Решетка была из высокопрочной стали и намертво вмонтирована в пол и потолок, замки выглядели еще надежнее. Что скажешь — Адемордна не экономила на оборудовании.       А потому стоит взглянуть на проблему под другим углом. И я обратил свое внимание на соседей. Честно говоря, смотреть на них не хочется. Отвратительные существа, помесь гориллы с крысой или гиеной и еще черт знает чем. Они тихо страдали в своих клетках, ожидая неизбежной участи, отделенные друг от друга крупноячеистой сеткой.       Тут то и таилась ахиллесова пята конструкции. По замыслу, за этой решеткой должны находиться тупые безвольные существа, уже не представляющие опасности для исследователей. И в данном случае опасность представлял лишь один человеческий фактор. Например — мелочная мстительность и самонадеянность этой змеи Сабрины. А так же игры в богов, несущих смерть или дарующий жизнь, в лице Адемордны. Я подергал сетку. Мощная, крепкая сеть, однако, не столь непреодолимая, как решетка. Нужно только решиться.       Не всегда «образцы» или «испытуемые» погибали во время экспериментов. Иногда они погибали, так и не дождавшись своей очереди, — жгучая смесь комплекса делала свое дело. И тогда за трупом приходили молчаливые уборщики. Тело засовывали в черный пластиковый мешок, бросали на носилки-каталку, и тот исчезал за дверью.       Это был шанс. У меня было два варианта: поменяться местами с соседом, справившись с сетью что между нами и притвориться мертвым, или же самому сделать вид, что моя жизнь оборвалась. Конечно, оба варианта мне не очень нравились, ведь, в первом случае, если «труп», якобы моего соседа, заметит Сабрина, а не кто-то другой, то она сразу же раскроет мой план, да и камер видеонаблюдения вокруг хватает; во втором случае она так просто не отправит мой труп на утилизацию и скорее всего поиздевается напоследок. Хм, может это и будет шансом на побег?       Я выбрал второй вариант, и остался последний момент, кроме как притвориться мертвым, — самый, пожалуй, отвратительный. Надо выглядеть убедительно, что я так же, как и мои соседи по камере, потерял разум, сошёл с ума, а затем и отдал концы. А это значит, что придется разыграть спектакль на камеру. На полу моего загона без труда можно было найти остатки пищи и экскрементов, которые к сожалению, или в данный момент к счастью, девать мне было некуда. Что ж — следовало довести замысел до конца. Ради этого шанса на побег, мне пришлось вымазать себя в собственных экскрементах, делая вид, что я действительно сошел с ума, чтобы при просмотре видеозаписи с камер это выглядело убедительно, как и моя смерть. И вскоре меня было не узнать — видок стал еще тот, даже через чур мерзким.       В изнеможении я упал на пол. Теперь мне не приходилось играть обезумевшего, который скоропостижно скончался. Осталось только дождаться, когда персонал придет за мной. Утром лаборанты пришли, как всегда, первыми. — о, смотри-ка, — донесся равнодушный голос одного из них. — ЗГ-21 сдох все — таки. — странно, его формулы и разработки так хвалили -отвечал второй. — так в его крови чего только не намешано было, и наши разработки и его. — слушай — хмуро произнес третий — проверь показатели жизнедеятельности.       Под потолком медленно завращалось объемное изображение человеческой фигуры, вокруг которой заскакали цифры и графики. Фигура быстро меняла цвет, становясь серо-синей: наглядное свидетельство отсутствия температуры тела. Тонко и протяжно запищало, возвещая о том, что пульса нет и не предвидится. — труп — глядя на мерцающие у потолка показатели, заявил первый лаборант. Что-то стало с моим телом в ходе всех этих экспериментов, которое под завязку было наполнено агрессивными компонентами, что мне вливали тут и тем что мне тогда подкинула Сабрина. И это стало моим козырем. Не знаю откуда взялась способность замедлять метаболизм — практически до полной остановки сердца и снижения температуры тела. Но благодаря этому я мало чем отличаюсь от мертвого — даже начал потихоньку коченеть.       Конечно, мне повезло, что здесь нет Сабрины или кого-то еще из старшего персонала, иначе не отделался бы от более грубой проверки. Но кого волнует судьба, теперь уже, обычного гнилого мяса? — Ладно, зовите похоронную команду, — решил третий лаборант. Уборщики поспели как раз к тому времени, когда начал появляться старший персонал. Когда окоченевшее тело уже запихивали в черный мешок, кто-то подошел: — Постойте, — судя по голосу, это была Сабрина, — не увозите его сразу на утилизацию, отправте в морг, я хочу лично провести вскрытие и узнать в чем же все-таки была причина смерти ЗГ-21. — Хорошо, мэм. — безразлично ответил уборщик, застегнув молнию мешка.       Мой «труп» едва подняли с пола и бросили на носилки. Так началось путешествие в неведомое.