С кинжалом за пазухой

День сменялся днём, время для всех живущих в замке превратилось в нечто тяжёлое, невероятно медлительное. Королева, как ей и было положено по статусу, занималась очень важными на тот момент политическими вопросами. За работой она буквально теряла счёт времени: она просиживала за бумагами до самой ночи, а вставала чрезвычайно рано, мучаясь от бессонницы. Её, как и многих остальных, волновала угроза в виде возможной войны. Новое правительство соседнего государства никак не отвечало на массу посылаемых писем с вопросами и предложениями мирного разрешения конфликта. Причиной тому могло послужить что угодно: в стране явно происходили множество волнений, также было организовано формирование нового правительства, поиск достойной замены королю. На фоне всех этих важных и неотложных дел королевские письма могли быть просто незамечены. Но многие верили в совершенно иной вариант развития событий, думая, что государство намеренно игнорирует все их послания, остаётся непримиримым и жаждет войны. В связи с этими домыслами, главный советник и остальные приближенные властительницы, в том числе и плебей, активно советовали той начать подготовку войск, чтобы, в случае нападения, нанести достойный ответный удар. Однако королева не спешила с этим. Если начать военную подготовку, ничего не подозревающий народ придёт в волнение, а Кире этого совсем не хотелось. По крайней мере, не сейчас, когда на носу праздник — день её восшествия на престол. По приказу королевы, все в столице и близлежащих поселениях активно готовились к предстоящему празднику. У свиты так же не было выбора, поэтому все в замке также были заняты приготовлениями.

***

До празднества оставались сутки. В целом, все уже было готово: город украшен, королевский транспорт чист. Дамам и господам оставалось лишь выбрать торжественное, дорогое платье. Кира с этим уже разобралась. Она снова принялась за написание очередного письма, желая вновь отправить гонца в чужие земли. Девушка была на взводе после недавних спор с королевской швеей по поводу того, в чем ей завтра выйти в свет. Королеве сейчас было абсолютно все равно, покажется она завтра в дорогом платье с каменьями или в старом, рваном тряпье. Если она перестанет заботиться о судьбе своего королевства, то, возможно, ей предстоит показаться перед людьми на эшафоте с веревкой на шее. В двери кабинета постучались. Не ожидая позволения, в комнату зашёл плебей. — Моя Госпожа, — начал он, глядя на королеву. Та была целиком и полностью сосредоточена на письме, поэтому в ответ она даже не подняла головы. — Мы закончили с приготовлениями. Кира в ответ лишь кивнула. Плебей тихо вздохнул. Он как-то неуверенно присел на стул, что стоял напротив рабочего стола Киры. — Мне… Хотелось бы сообщить Вам кое-что очень важное… — Мы получили ответное письмо? — Только теперь королева подняла свой уставший, одновременно с этим недовольный взгляд на раба. — Нет. Девушка разочарованно цыкнула, вновь принявшись за написание письма. — Тогда прошу меня не беспокоить. Подобная реакция удивила плебея. Несмотря на просьбу своей Госпожи, он продолжил: — И тем не менее, это важно. Я хочу сообщить Вам кое-что, что не знает никто более. Королева резко подняла хмурый, недовольный взор, устранив тот на непонимающего раба. Неужели её не могут оставить в покое? — Я не собираюсь секретничать с тобой, — серьёзно ответила девушка, — у меня есть дела поважнее… — Если Вы напишете очередное письмо, это никак не изменит наше положение, — нахмурившись, заявил плебей. — Какое оно уже по счёту? Пятое? Или, может, шестое? — Ты делаешь это намеренно? Пытаешься вывести меня из себя? — Нет. Я просто хочу открыть Вам глаза на правду. — И какова же она, правда? — девушка уже была на грани. — А правда такова: посылать сотни писем, зная, что ответа на них не будет — это бессмысленное занятие. И я… — Многое ли ты знаешь о том, как управлять страной? — повышая голос, перебила парня Кира. — Я не первый день на престоле, я стараюсь обеспечить своему народу безопасность и благополучие, пусть даже большая часть его не признаёт меня! — И при этом, вы никак не начнете готовить войска. Тем самым, медлите с обеспечением безопасности, — заметил парень. Девушка крепко сжала руки от злости, пронзая раба взглядом, что был полон гнева и в то же время некой обиды. — Не тебе указывать на мои ошибки! — уже крича, ответила девушка, — вы все, абсолютно все говорите мне об этом! А что удивительного? Действуете, как настоящие заговорщики! Пляшете под дудку Михаэля, стараясь контролировать меня! — Девушка в упор смотрела на плебея, — от тебя я такого предательства, честно, не ожидала… Я не буду жалеть, если тебя казнят за это. Королева врала, в сердцах сказав это. За все это время девушка привязалась к рабу, видя в нем своего единственного союзника. Сейчас плебей превратился для неё в предателя, отчего Кире было действительно очень больно. Но если бы его лишили головы за это, она погрузилась бы в большее отчаяние и злобу. Уж чего, а этого она не хотела. Парень в растерянности, в шоке смотрел в озлобленные глаза своей госпожи. Между ними не было привычного поединка двух стихий, была лишь растерянность с одной стороны и ощутимая злоба с другой. Где-то на уровне подсознания плебей понимал, что королева безумно сильно устаёт, поэтому сейчас никого не хочет слушать. Однако раб так же понимал, что в подобной ситуации правительнице было бы разумнее держать себя в руках. Слова Киры были для него неприятны. Парень молча поднялся со своего места, не сводя взгляда с королевы. Она не хотела услышать кое-что по истине важное, то, что могло бы многое поменять в её сознании. То, что могло её успокоить и подарить ей надежду. — «Раз ей это не нужно, то и не стоит настаивать», — решил плебей. В ту же секунду он молча покинул кабинет, оставив девушку наедине со своими эмоциями, со злосчастным, недописанным посланием.