Бойся меня.

Боль пронзала все тело. Вначале было темно, а потом появились какие-то глухие звуки и белые блики, похожие на силуэты врачей. Мертвая тишина сменилась неприятным пиканьем медицинского аппарат и странными крики людей, среди которых она отдаленно слышала свое имя. Оливия ощущала, как кто-то сжимает ее руку и что-то говорит, но ей катастрофически не хватало сил, чтобы разобрать хотя часть из того хаоса, который происходил вокруг нее. Вначале было страшно, потому что Оливия четко помнила падение, удар, темноту, этого незнакомца и его угрожающий голос. Она понимала, что где-то рядом с ней был человек, которому ничего не стоило убить ее и просто ограбить. Когда голова отключилась, а сознание перестало воспринимать реальность, Оливия резко ощутила непривычную свободу — тело стало таким легким, а все ноющие раны перестали болеть и давать о себе знать. Андерсон ощущала, как силы медленно покидают ее тело, но она боролась, пыталась снова открыть глаза и сделать вздох, но внезапно что-то начало давать обратный эффект, и она вновь потеряла контроль и ощущение своей реальности. Она видела яркие сны — картины из ее детства, наполненные счастьем и улыбками. Все вокруг было таким необычным: люди смеялись, на небе было невероятное яркое солнце, а рядом сидела сестра, которая рассказывала о скорой поездке в Нью-Йорк и всех своих планах на совершеннолетие. Повернувшись, девушка увидела своих родителей, мило улыбающихся друг другу и держащихся за руки, как… раньше. Шепнув что-то Арии, брюнетка встала с травы на заднем дворе дома и медленно пошла к маме, а та резко оторвалась от мужа и посмотрела на дочку, раскидывая руки и ожидая порцию объятий от своей малышки. — Оливия, — делая несколько шаг навстречу любимой старшей девочке, сказала Клэр и угодила в крепкие объятия. — Как ты выросла, Ливи. Ты стала такой… красивой. — Мама, это ты? Это правда ты? — ощущая слезы на глазах, спрашивала Андерсон и пыталась поверить своим глазам. — Я так скучала, — она крепко обняла ее, кладя голову на плечо и закрывая глаза. — Как ты здесь оказалась? — Я всегда здесь была, дочка, и всегда буду рядом с вами, — Оливия отпрянула от своей самой любимой женщины и увидела ее улыбку с привычной помадой на губах. — Я хочу, чтобы ты была сильной и никогда ничего не боялась, потому что я всегда рядом, милая, но сейчас… сейчас тебе надо проснуться. — Что? О чем ты? — она перевела взгляд на отца, который застыл, словно восковая фигура. — Что значит проснуться? — Оливия, — ее голос становился ниже, а лицо перестало показывать какие-либо эмоции, медленно замещаясь другими чертами. — Лив, дочка, ты слышишь меня? Внезапно все вокруг стало темным, и, открыв глаза, Андерсон увидела взволнованное лицо своего отца. Он крепко сжимал ее руку и гладил по забинтованной голове, тихо шепча ее имя и с волнением бегая глазами по лицу дочери. — Что со мной? — вновь ощущая собственное тело и непривычную слабость, спросила Оливия. Белые стены больничной палаты, пронзительный звук медицинского аппарата, капельница с острой иглой в вене и безмятежная Ария, зависшая в телефоне — все это было той реальностью, в которую она попала после такого приятного… сна. — Сильное сотрясение, пара ушибов и небольшая травма правой руки, — ответил Ричард. — Мы приехали домой с Арией и увидели тебя на лестнице в крови с кухонным ножом. Я пытался привести тебя в чувства, но ты не отвечала… Что случилось, Лив? Я так испугался за тебя, ты не представляешь… — У нас дома кто-то был… — мужчину в ту же секунду ощутил, как рука дочери задрожала. — Он был во всем черном, что-то искал в гостиной, а потом в моей комнате. Я помню, открытую дверь и сильный удар… и темноту. Кто это был? Его нашли? — Нет, но завтра придет шериф, чтобы поговорить с тобой, — Рик взял руку дочки и поцеловал тыльную сторону, улыбаясь и убирая ее волосы в сторону. — Лив, все хорошо, мы рядом. Я обещаю, что больше такого не будет, — она опустила взгляд на правую руку и увидела фиксирующую повязку до локтя. — Мама бы сказала, что до свадьбы заживет, — повторив свое любимое выражение, Оливия подняла карие глаза на отца и улыбнулась. — Я так рад, что с тобой все хорошо. Доктор сказал, что ты достаточно легко отделалась. Я всегда знал, что ты у меня сильная девочка, — он крепко сжал ее здоровую руку. — Тебе нужно отдохнуть. Я завтра зайду к тебе и помогу добраться до дома, а сегодня отдыхай и выздоравливай, — мужчина поцеловал дочку в лоб и пошел на выход, обнимая за плечи Арию, которая просто бросила холодный взял на свою старшую сестру. Оливия посмотрела через окно своей палаты в коридор и улыбнулась отцу, прикрывая глаза и ощущая, как лекарство с капельницы погружает ее в сон, снимая всю боль и неприятные ощущения. Очередной учебный день. Очередное выживание на скучных лекциях. Солнце еще только поднималось над городом, а студенты уже спешили на занятия, едва открывая глаза после крепкого сна. Сегодняшний день всегда был самым нелюбимым среди учащихся, потому что он начинался максимально рано, настолько рано, что мозг не успевал понять, сон это или реальность. Запасаясь крепким кофе, они лениво расходились по кабинетам, сопротивляясь сну и приступая к задачам, которые необходимы для оценки проектов в конце учебного года. Кейт шла по коридору, выискивая глазами подругу, но след Оливии будто простыл, хотя она всегда приходила в институт первее всех из их троицы. Подойдя к шкафчику Оливии, шатенка внимательно посмотрела на него и увидела оставленный вчера код, а, значит, Оливия еще не приходила. Пожав плечами, Кейт поднялась на второй этаж и зашла в лекционный кабинет, где уже сидела большая часть группы. «Любимая компания» уже успела устроиться на привычных местах, обсуждая вчерашнее задание миссис Лесли и нежелание тратить на него хоть капельку своего времени. Когда Кейт зашла в кабинет, глаза Адама сразу бросились на девушку с непривычным удивлением. Обычно он видел ее вместе с Оливией и их светловолосым дружком, но ее нахмуренное лицо и отсутствие рядом подруги вогнало парня в удивление. — Привет, — внезапно сказал Алекс, садясь на место Андерсон. — А где Оливия? Кейт только хотела ответить, но в дверном проходе появилась их преподавательница. — Всем доброе утро! Знаю, еще рано, но нужно просыпаться! — в кабинет зашла пожилая старушка с ноутбуком и книгами. — Все на месте? Кого нет? — Андерсон, — сказала Кейт, сама не веря своим словам. Круглая отличница, послушная и хорошая девушка, которая все свое время посвящала учебе и была гордостью многих преподавателей, внезапно, молча, не явилась на занятия, к тому же даже не предупредила своих друзей.  — Оливия сегодня не пришла? — женщина резко остановилась и застыла в шоке, переводя взгляд на свою ученицу. — С ней что-то случилось? — Я не знаю, она должна была прийти… — Кажется, кто-то решил перейти на темную сторону и начать прогуливать, — усмехнулась Бритни, вызывая такую же реакцию у половины класса. — Ну, или она поняла, что ей здесь не рады и просто ушла из университета. — Закрой рот, Бритни! — крикнула Кейт, а на лице блондинки появилось ехидная улыбка. — Паркер! Майер! — крикнула пожилая женщина. — Успокоились! — она перевела взгляд на шатенку. — Кейт, ты пыталась связаться с Оливией? — Да, но ей не дозвониться, но она не берет телефон, — растерянно рассказывала Майер. Адам внимательно смотрел за девушкой и пытался прочитать ее мысли, но в них не было ничего полезного. Еще вчера он болтал с Оливией перед входом в университет, обсуждал проект и ту ситуацию с Крисом, а сейчас она куда-то резко пропала, не берет телефон, и ее лучшая подруга понятия не имеет, что случилось. Он ощущал волнение, которое исходило от Кейт и от Алекса, судорожно начавшего строчить смс-ки Оливии, не получая никаких уведомлений в ответ. Такое странное стечение обстоятельств начало напрягать и его. Крис с не меньшим интересом бегал глазами по этой паре, зная, какой любопытной может быть Оливия, и какой интерес представляет для некоторых личностей в этом городе. В голову Джексона медленно закрадывались странные мысли… — Ну что, какие ставки, что случилось с девчонкой? — посмотрев вначале на Адама, потом на Криса, спросила Миранда. — Неужели кто-то заинтересовался ей и решил… — Нет, — резко перебил Дейхарт. — Мы бы почувствовали чужака в нашем районе. Они набирают ее номер, пишут смс, но она не отвечает. Теперь мне особенно интересно, что могло с ней случится. — Я знаю, кто точно в курсе всего, — Крис посмотрел на друга, взглядом и глухими мыслями давая подсказку, куда нужно идти, и где искать информацию. Едва дождавшись окончания пары, парни попросили Миранду и Картера прикрыть их на следующих занятиях, а сами решили съездить и узнать немного информации о своей пропавшей одногруппнице. Ощущая что-то странное внутри, они будто чувствовали, что случилось что-то нехорошее, а ввиду еще большего количества информации, вся ситуация была достаточно серьезной. Запрыгнув в машину, парни быстро добрались до дома девушки и уверенно пошли внутри. Адам постучался, но ответа не последовало, как и каких-то звуков за дверью дома… Пока Дейхарт безуспешно звонил в звонок и звал своего старого знакомого Ричарда, Крис смотрел в окно, выискивая признаки кого-то живого внутри. — Там никого нет, — заключил Джексон, осмотрев все комнаты на первом этаже. — Я не чувствую там человека, — парни переглянулись. — Где он может быть? — Я знаю, — Адам сорвался с места и пошел в привычном для себя направлении. Эта дорога была, наверно, самой неприятной в его жизни. Он с содроганием шел по бетонным плиткам, зная, что вот-вот за поворотом покажется места, где навсегда будет похоронена его будущее. Здесь его «мертвое сердце» начинает зажиматься в тисках боли и страданий, на несколько секунд погружаю в те страшные дни, когда он потерял смысл своей жизни. Именно в этом страшном и тяжелом месте он впервые встретил и узнал Оливию Андерсон. Дойдя до местного кладбища, парень обогнул его по соседней улице и подошел к небольшому дому, где располагалась благотворительная организация, в которой работал Ричард. Парень отчетливо помнил это место, потому что несколько раз переводил достаточно крупные суммы в знак благодарности за помощь Ричарда и его коллег. На подходе к дому, парни увидели небольшую кучу людей, которые обсуждали какое-то мероприятие на следующей неделе, и в самом конце это людской массы стоял Рик с большим белым плакатом и в своей привычной клетчатой рубашке. Адам улыбнулся и медленно подошел к старому другу, увлеченному беседой с каким-то пожилым мужчиной. — Рик, — раздался голос за спиной мужчины, а тот резко обернулся и посмотрел на парня. — Адам, привет, — мужчина улыбнулся, пожимая руку Дейхарта и улыбаясь ему. Он посмотрел на старого знакомого и перевел взгляд на Криса. — Рад тебя снова видеть. Что-то случилось? — Нет, точнее не совсем. Мы одногруппники Оливии, это, кстати, мой друг Крис. — Приятно познакомиться, — Андерсон пожал руку парня. — Мы хотели узнать, почему она не пришла сегодня на занятия? Я знаю, мы не особо с ней знакомы, но, если я не ошибаюсь, она ведь никогда не пропускала занятия, а ее лучшая подруга Кейт не в курсе, что случилось, — начал рассказывать Адам, замечая, как лицо мужчины начинает грустнеть. — Давайте отойдем немного, — он кивнул в сторону скамеек и, перекинувшей парой фраз с мужчиной рядом, отвел парней в сторону. — Дело в том, что вчера в наш дом кто-то проник, и этот кто-то напал на Оливию, поэтому сейчас она в больнице, приходит в себя и отдыхает. Мы не знаем кто это был или кто это мог быть — в доме было темно, а этот парень, по словам Лив, был в черной одежде, поэтому она ничего не запомнила. — А что с ней случилось? — спросил Крис, ощущая внутри непривычное чувство волнения. — Я не знаю, и она слабо помнит, что случилось… Я нашел ее на лестнице с разбитой головой и порезом на правой руке, — ему особенно тяжело давались слова о состоянии своей дочери, которую он мог так легко потерять. Страх переполнял его душу, когда он вспоминал ее — такую беспомощную и неподвижную в лужи крови и с бледным, практически мертвым лицом. — Доктор сказал, что она легко отделалась — сотрясение, ушибы, синяки, ничего серьезного. — А мы можем к ней сходить? — спросил Адам, приковывая удивленный взгляд мужчины к себе. — Конечно, если она не будет занята. К ней должен приехать шериф, а я заберу ее только вечером, так что, конечно, думаю, она даже будет рада кого-то увидеть, — он достал из кармана куртки сложенную пополам бумажку с первичным осмотром Оливии и адресом ее больницы. Рик протянул ее парню, заглядывая в его глаза и ощущая непривычное волнение вместе с теплом, ведь ранее никто не проявлял такой интерес к его малышке. — Спасибо, что побеспокоились о ней и приехали. Ей это нужно. — Безусловно, — кивнул Дейхарт и с ухмылкой покачал головой. — Спасибо, Рик. Крис улыбнулся мужчине, а Адам пожал руку. Оливия лежала в палате, чуть живее и румянее, чем вчера. Пока медсестра меняла капельницу, Оливия молча лежала на кровати и бегала сонными глазами по пейзажу за окном. В голове до сих пор застыла та встреча с незнакомцев квартире и болезненные ощущения, сковавшие ее тело после того, как он попытался ее задушить. Она терялась в догадках — зачем он пробрался в их дом, и что пытался там найти. Они ведь не самая богатая семья, у которой есть, что воровать… Зачем все это? Затылок неприятно ныл, а рука потягивала после обработки специальным раствором и нескольких капельниц. Оказалось, что он успел провести ножом и оставить достаточно глубокий порез на правой руке, когда она пыталась ответно напасть на него на втором этаже. Ее тело слегка дрожало, каждый раз, когда она закрывала глаза и видела обрывки своего сна с мамой, резко сменяющиеся кошмаром и нападением того незнакомца. — Как себя чувствуешь? — девушка достала планшет с медицинским заключениями Оливии и улыбнулась своей пациентке. — Что-нибудь болит? — Нет, все хорошо, — она слегка поежилась и улыбнулась в ответ. — Отлично, тогда сегодня вечером мы точно сможем вас выписать. Единственное, хочу попросить вас соблюдать постельный режим и особо не напрягаться, потому что вам потребуется время, чтобы вернуться в привычное состояние, но я уверена, что это будет быстро, — девушка сделала пару пометок и кивнула Оливии. — Пока отдыхай, я попозже зайду. Проверив капельницу, медсестра улыбнулась и пошла на выход, слегка заглушая свет в палате, чтобы обеспечить девушке. Оливия укрылась одеялом и прикрыла глаза, как в дверь палаты кто-то постучался. Судорожно дернувшись, она резко повернулась голову обратно к двери и огромными испуганными глазами посмотрела на Адама и Криса. Она выдохнула, будто снова ощутив тот же страх, что был в ночь нападения. — Прости, мы не хотели тебя напугать, — ухмыльнулся Дейхарт, проходя в палату и замечая синяки на теле девушки, торчащие из под ее футболки. — Что вы здесь делаете? — ложась обратно на подушку и поправляя повязку, спросила Андерсон. — Ты не пришла на занятия, и никто не в курсе, что с тобой, поэтому мы решили встретиться с твоим отцом и узнать, в чем причина твоего резкого исчезновения, — Адам развел руками, отвечая на вопрос девушки, пока Крис молча прожигал взглядом ее взглядом. — Что случилось? — На меня кто-то напал дома, — тихо ответила Оливия, опуская глаза и сглатывая комок в горле. — Я пришла домой, увидела открытую дверь на задний двор, потом появился он… Этот человек толкнул меня в стену, пытался что-то найти в моей комнате, а потом удар, и я потеряла сознание... — А шериф что-нибудь сказал? Они начали расследование? — Нет, он просто собрал показания и сказал, что приедет завтра в дом, чтобы осмотреть место и попробовать снять записи с камер на улице, но, если честно, я не уверена, что они даже возьмутся за расследование, — фыркнула Андерсон и подняла глаза на парней. — Ты ходила в тот район? — резко спросил Крис. — Нет, — она ответила достаточно спокойно, но по его глазам было видно, что он не поверил. — Уверена? Это мог быть кто-то из них. Ты могла привести преступника за собой, — продолжал давить Джексон, игнорируя просьбы Адама, утихомирить свой пыл. — Просто, если это так, то нам не смысла чему-то удивляться. — Я не ходила туда, — чуть агрессивнее ответила Оливия. — Я вообще не понимаю, чем этот район такой особенный, что ты не рассказал мне правду тогда. — Это не меняет того, что он опасен, — съязвил Крис. — Моя безопасность — не твое дело, — ответила Оливия, сама от себя не ожидая таких слов. Она знала свою эмоциональность и возможность наговорить много лишнего и обидного, искренне сожалея спустя пару секунд. — Прости, я не хотела. — Оливия, скажи мне, — Адам встал с места и подошел к кровати девушки. — Ты запомнила какие-то отличительные черты? Может, он странно говорил, пах, ходил. — Нет, вроде бы ничего необычного, — отводя на секунду взгляд в сторону и погружаясь в свои мысли, она пожала плечами. — Я помню только, что он был какой-то быстрый… с нечеловеческой хваткой и ужасным голосом. — Оливии нужно отдыхать. У нее сегодня много процедур перед выпиской, поэтому, будьте добры, покиньте палату, — раздался голос медсестры. — Пару часов, и она будет в вашем распоряжении. — Хорошо. Мы поговорим чуть позже, — кивнул Адам, а Крис встал с кровати, направляясь на выход. — Поправляйся! — он махнул рукой, а брюнетка мило улыбнулась. Время до выписки тянулось невероятно медленно. Пока врачи писали заключения и назначали лекарства, девушка отдыхала в палате и ждала своего любимого папу. К вечеру ноющая боль в затылке ушла, а ориентироваться в пространстве стало легче. Когда за окном окончательно стемнело, в палату зашел ее отце со всеми нужными бумагами, лекарствами и улыбкой, означающей возвращение домой. Они ехали по ночной дороге домой. Из-за огромного количества лекарств Оливию клонило в сон, но она уверенно держалась, спокойно отдыхая на соседнем от отца сиденье и наблюдая за фарами встречных машин. Успокаивающая музыка заставляла ее тело расслабляться и откидывать тревожащие мысли, которые сейчас могли плохо сказаться на общем самочувствии и на настроении. — Я не знал, что ты знакома с Адамом, — резко сказал отец, буквально вытягивая дочку из дремоты и продолжая следить за дорогой. — Он хороший парень. — Да, — она опустила взгляд. — До сих пор удивлена, что они приехали. Оливия переглянулась с папой, и мужчина плавно подъехал к гаражу. Быстро закинув свою сумку на плечо, он обошел авто и помог дочке выйти, аккуратно придерживая перевязанную руку. — Спасибо, — поднимая взгляд на отца, улыбнулась Оливия и случайно заметила что-то странное у входа. — Что это? Ричард резко повернулся и увидел на пороге небольшой букет цвет. Оливия подошла ко входу и подняла его с коврика, вдыхая такой сладкий аромат полевых цветов. — Это твой сюрприз? — поворачиваясь к папе и широко улыбаясь, спросила брюнетка, но мужчина отрицательно покачал головой. Оливия внимательно начал осматривать букет, пытаясь найти записку или какую-нибудь открытку, но ее нигде не было, а отец обнял ее за плечи и повел домой. — О, Оливия, — они зашли в дом ровно в тот момент, когда со второго этажа спускалась Ария. Сестра даже не решила поинтересоваться самочувствием или проявить интерес, только лишь привычный холод и безразличие. — Милые цветочки, — она небрежно фыркнула и пошла на кухню. — Ах, да, тебе звонила Кейт… Я сказала, что ты в больнице. Она просила передать, что зайдет завтра проведать тебя. — Спасибо, — кинув взгляд на сестру, сказала Оливия. — Я пойду в свою комнату. Ужасно клонит в сон, — кивнула брюнетка, а отец поцеловал ее в висок. — Спокойной ночи, пап. — Я люблю тебя, Лив, — сказал мужчина. — И я тебя, — она улыбнулась и медленно пошла по лестнице. Зайдя в комнату, она присела на край кровати и почувствовала, как в кармане спортивной кофты зазвонил мобильник. Это был уже 11 звонок от подруги, но к вечеру звонки начали чередоваться с нескончаемыми смс от Алекса. — Кейт, — протянула брюнетка, прикладывая телефон к уху. — Лив, боже, я уже хотела объявлять тебя в розыск, — выдохнула Майер на том конце телефона. — Ария рассказала мне, что с тобой случилось. Какого черта ты не написала мне? Ты представляешь, как мы с Алексом сходили с ума здесь? — Со мной все хорошо, — Оливия натянула едва заметную улыбку, слыша привычный голос подруги и ощущая ее волнение. — Прости, давай поговорим об этом при встрече? У меня немного болит голова, и я жутко хочу спать. — Нам много о чем нужно поговорить, поэтому я жду! — скомандовала та, и девушки рассмеялись. Готовясь ко сну, она переодевалась напротив зеркала, когда ее взгляд резко упал на тот невероятно красивый букет, который она нашла на пороге дома. Натянув футболку, Оливия подошла к столу и вновь глубоко вдохнула приятный сладковатый запах цветов, который раньше часто стояли на их обеденном столе. На губах брюнетки сразу же появилась милая улыбка, как символ того, что настроение не такое уж и плохое, как ей казалось. Она легла на кровать и, укрывшись одеялом, выключила свет. Буквально за пару минут ее глаза закрылись, а тело погрузилось в сон, не замечая, как такая же израненная душа стояла в углу ее комнаты, наблюдая за ней и вдыхая ее манящий запах с примесью подаренного букета цветов.