Возвращение

      Всё произошло совершенно неожиданно: Одиннадцатый отряд вырезал половину Девятого, а Ичиго сейчас перетаскивала на себе раненного капитана Шибу. Воздух Сейрейтея пропитала кровь, его кровь, как и шихакушо, как и кожу Ичиго, как и рассудок пробравшихся незамеченными в столицу демонов.       — Брось меня и возвращайся к бойцам.       Он тяжело дышал ей в шею, но Ичиго только передёрнула плечами, повыше вскидывая тело капитана, поглубже подставляя плечо ему под ускользавшую руку. Он ослабевал. Дикость какая-то. Всего от одного-единого укуса.       — Ты… Отряд… должен всех разыскать.       Лейтенант фыркнула, сдувая чёлку со лба и игнорируя очередной приказ. Их с капитаном надёжно прикрывали. Ребята разделились на две группы: первая — во главе с Иккаку, вторая — с Юмичикой. Разойдясь в эпицентре, у врат Девятого, обе отправились прочёсывать остальные отряды, насколько это им позволяли полномочия. Второй и Шестой чужих шинигами не пропустил бы даже с печатью Шиб, но на бумаги времени толком и не нашлось. Капитан учуял нукэкуби в толпе, когда они отрядом возвращались из рётэй после пирушки по случаю пятой годовщины победы над квинси, и тут же разрезал себе ладонь, чтобы приманить ублюдка.       У Ичиго до сих пор перед глазами стояла летающая голова демона, перекусавшая посреди улицы оторопелых шинигами. Укусы не были ни смертельными, ни ядовитыми, зато скрывавшаяся за формой офицера Девятого отряда нукэкуби, вежливая миловидная девушка, которая с год собирала отчёты у других отрядов для сортировки, наверняка успела обратить в нежитей половину сослуживцев. Вампирский ген передавался по наследству или через половую связь, но не эта каста чёртовых упырей поставила под риск жизнь капитана.       — Прошу, подождите здесь. — Отказавшегося идти в лазарет командира Ичиго уложила в гостиной поместья прямо на татами. Защитные знаки на окнах и дверях не остановили бы кровь, но и не навлекли бы на вкусную добычу других охочих. — Я пошлю за капитаном Котецу.       Ичиго собралась подняться с колен, но её удержали за руку и помотали ей головой.       — Она не поможет. — Шиба зажимал разодранную клыками бакэнэко шею. — Никто не поможет. Он становится сильнее, когда я слаб.       — Он?       — Я должен был сказать раньше, лейтенант, но ты оказалась до жути медлительной ученицей… Тебе следовало тоже окрепнуть.       — Медлительной? Что вы несёте, капитан?       — Во мне — их Повелитель. И он их зовёт.       Шиба прошил её взглядом насквозь, словно забыв про рану и остановив время. Ичиго зажала рот обеими руками — смысла переспрашивать не было. Его карие глаза сделались чёрными, рот искривился в хищную ухмылку, окровавленная рука соскользнула с шеи и потянулась пальцами к ней.       Ичиго не успела вскинуть брови, как командир мотнул головой, ударил сам себя той же рукой по щеке и, опомнившись окончательно, посмотрел на неё Шибой, а не тем, кто жил в нём.       — Я знала, — пробормотала она. — Всегда знала, что вы вернулись не просто так. Думала, что это всё из-за клана, возраста, чёрт… Это из-за него?!       Капитан кивнул и вновь зажал укус. Кровь уже не хлестала, но сочилась из-под опухших краёв ран, однако делу это помогало мало. Ичиго читала про этих существ. Демонические кошки, ещё не преобразившиеся в человека, не были бы столь опасными, если бы не нападали исподтишка. По скорости они могли запихнуть за пояс даже Богиню Скорости, но именно способность к исчезанию делала их особенно опасными кровососами — такими, которых и опытный пятисотлетний борец с демонами не успеет перехватить. Теперь в жилах мерзкого рыжего кота плескалась рейацу капитана и магия Повелителя демонов, поэтому даже Король душ не сказал, что бы тот провернул дальше, присовокупив такую мощь к своей изначальной. Демон мог теперь превратиться в человека и в разверзшейся суматохе легко ускользнуть, а после… После он мог занять место главного, коль тот сейчас помирал вместе с телом капитана. Чёрт! Ичиго не смела допустить этого!       Она решительно выхватила Зангецу из ножен.       — Мне нравится твой ход мыслей, — слабо усмехнулись ей, — но убить короля не так легко.       — Я и не собиралась, — буркнула Ичиго в ответ и воровато оглянулась на тень за дверью.       В дом кто-то вежливо постучал, но у попривыкшей к пакостям демонов шинигами подобное не снизило уровень тревоги. Миг — и она разнесла дверь в щепки, хватая за грудки незваного гостя.       — Ичиго-сан! — вскрикнул прищученный к стене снаружи Хисаги Шухей. Он вскинул руки и заметался растерянным взглядом по её суровому лицу. — В Девятом чисто. Я могу чем-то вам ещё помочь? В извинение, так сказать?..       Она фыркнула в ответ. Опустив меч, меж тем сорвала с его шеи браслет и выкинула прочь, даже не моргнув от прогремевшего за её спиной взрыва. В глазах Ичиго гнев боролся с паникой, но Шухей действительно был косвенно виноват: именно это смертоносное украшение породило повальную моду в рядах его отряда, что помогло всем нукэкуби прятать примечательный алый след, аккурат там, где голова отделялась от туловища.       У крыльца протрещали сверчки.       — Чёрт, смеркается… — Ичиго утёрла нос рукой и поморщилась от запаха чужой крови. Затем бросила взгляд на Шухея, вновь на свои же руки и без спросу размазала кровь капитана на них по чужим щекам.       — Ичиго-сан? — Лейтенант выпучил на неё глаза.       — Пойдём. Я знаю, где ты сможешь пригодиться…       Прежде, чем её неожиданный союзник озадачился, почему же они не направились обратно в Готей, Ичиго успела нарезать с ним круг по Сейрейтею. Сгущавшиеся сумерки помогали оценивать успехи групп Иккаку и Юмичики с высоты шунпо — то тут, то там вспыхивали костры, и намётанный в Одиннадцатом отряде глаз разбирал, что так горело очистительное пламя. Это был единственный способ победить данный тип упырей; без тел головы самоубивались о стену или оземь и рассыпались в порох. Враг глубоко пробрался в тыл: Ичиго уже насчитала двадцать семь очагов в разных точках города.       — Разве мы не должны заниматься тем же? — хмыкнул Шухей.       — Успеется, — пробормотала она, приземлившись у одной из стен, которые подняли вокруг столицы в свиной голос.       Впрочем, к Джиданбо и другим стражникам не могло быть претензий: никто не готовил шинигами к невидимой угрозе, покуда не появился капитан Шиба. Пятьсот лет он пытался сдерживать нечисть один и… только сейчас сломался. Нукэкуби объявились с год назад, столько же прошло, когда капитан вернулся в Готей. Что произошло с ним? Что делает с ним тот, другой, что сидит в его теле? Какие страдания приносит? Живёт ли в его голове? Отбивает контроль как внутренний пустой? Сколько времени капитан ещё смог бы сдерживать главное зло и что произойдёт потом, когда эта «живая клетка» исчезнет?..       У Ичиго шла уже кругом голова от вопросов без ответов, но она не смела впадать в прострацию, раз командир вышел из строя. Она связалась через кидо с Иккаку и Юмичикой, чтобы те продолжили выполнять задание, и отправила бабочек с разъяснениями в Шестой и Второй, куда их группы пока не впустили. Ичиго рассчитывала на трезвый ум Бьякуи, на лояльность Сойфон, на ловкость ребят в их нелёгком промысле. Она и на себя положилась — чутьё привело её именно сюда, на черту между Сейрейтеем и Руконгаем, где чувствовалась брешь в рейши и где кладка из секки совсем прохудилась. В образовавшийся зазор мог проскользнуть любой дух хоть в город, хоть из города.       — Шухей! Берегись! — Она среагировала на тихий свист и отразила летевшую в него голову катаной, точно битой на бейсболе. Послышался недовольный визг и тарабарщина, которая по мере приближения обратно превратилась в обычные ругательства.       — Ичиго-сан! Ещё одна! — Лейтенант Девятого вызвал в мгновение ока шикай, и каждой из своих кусуригам раскидал зубастые головы в стороны. Цепь звякнула, и оба серпа оказались в его руках порядком в крови, но Ичиго помотала головой:       — Их так не убить. Хоть в капусту покроши, а не сгинут. А если ещё и крови дашь выпить из себя, то регенерируют за секунду. Нам нужно найти их туловища.       Она скользнула в шунпо по траве и пронеслась вдоль стены. Примыкавшие к ней кусты с деревьями скрадывали чёрные униформы ещё сильнее, чем ночь, окончательно вступившая в свои права. Темноволосый Шухей также походил впотьмах на тень, потому как не отставал ни на шаг, но это больше тешило чем раздражало. Ичиго знала, кого взять, и ей было абсолютно не стыдно. В ней будто что-то надломилось. Система ценностей дала сбой, потому что с новым врагом кодекс чести не играл никакой роли. Коварные, голодный, лживые, они презирали всех людей, хоть живых, хоть в телах духов. Поэтому Ичиго просто делала свою работу — прислушивалась, держала открытым внутренний рейши-радар, суетливо прочёсывала территорию ногами и глазами, но мыслями оставалась там, в стенах поместья, где ещё держался её капитан. Он должен был её дождаться. Он не мог умереть… так. А она не могла не попробовать его спасти. Бакэнэко работали часто в связке с другими кровопийцами, не потому, что им сложно загнать жертву, а потому, что так им было веселее. Обладая кошачьим нравом, они не хуже кицунэ наслаждались убийствами, жили промеж людей, втирались в доверие, годами подпитывались энергией, а в самый неожиданный момент впивались в глотку самому сильному существу, которого встречали. Ощутив силу в той крови, они не могли остановиться, пока не выпьют её до последнего. Ичиго поставила всё на эту истину из допотопных книжек.       Шухей окликнул её тут и указал в белеющий на траве воротник ситаги, видневшийся из-под формы на одном из тел. Рядом нашлось быстро и второе. Наивный, он собрался их тотчас изрубить, но лейтенант Одиннадцатого отряда знала средство понадёжнее. Она приложила пальцы к середине занпакто. Обращаться к «Повелителю» через кидо было дико, но клинок послушно вспыхнул огнём и она подожгла находки. С Повелителем демонов Ичиго разберётся позже, как только капитан поправится.       Головы заверещали совсем рядом, но треск пламени заглушил их. По крайней мере, Ичиго быстро переключила себя на другую частоту и вслушалась в духовный фон на полную. Он не мог не заглянуть на огонёк — их всегда привлекало всё яркое и необычное, магическое, сильное.       «Ну же, явись, тварь…» — сжимала она так крепко рукоять Зангецу, что обмотка стала опасно мокрой.       — Ичиго-сан, там…       — Ш-ш, ни с места.       Шухей подобрался, и у его головы из воздуха соткалась кошачья морда, за ней — всё тело, и в отблесках огня сверкнули клыки и когти. Бакэнэко накинулся на лакомый кусок с запахом капитана Шибы, повалив наземь нехилого шинигами, но не успел прокусить вену, как оглушил округу собственным диким криком — клинок Зангецу прошил его насквозь.       Ичиго отодрала огромного рыжего кота от Шухея и без колебаний свернула твари шею.       — Ичиго-сан?! — Лейтенант судорожно ощупывал свою шею. — Что оно такое?!       — Надеюсь, лучшее лекарство для капитана. Прости.       Она сорвалась с места в шунпо, в темноте безошибочно различая сооружения и дороги Сейрейтея, будто расступавшиеся в сторону перед ней и расчищая путь к поместью Шиб. Оно не светилось — единственное, в поднятом на уши всём Готее, — но Ичиго запретила себе даже думать про дурное. Она уподобилась ветру, прижимая к груди кошачью тушку с Зангетцу внутри, чтобы не потерять ни капли драгоценной крови. Легенды гласили, если напоить ею человека, то тот обретёт девять жизней, и Ичиго надеялась хотя бы на одну. Капитан Шиба не мог умереть просто сейчас! Он должен был ей всё дорассказать про чёртовых демонов, кидо, Край и всё такое! Он должен был попрощаться с отрядом! Он должен был извиниться, эгоист проклятый, перед ней, такой же законченной эгоисткой. Он не смел умирать так бесславно! Он должен был сражаться! Они должны! И тогда они обязательно найдут способ как уничтожить в его теле того демонического короля!       «Меня не так-то легко убить» — вспыхнула в груди надежда, и Ичиго влетела в выбитую ей же ранее дверь поместья, отбрасывая прочь меч и разрывая бакэнэко пополам.       — Капитан!       Под зажёгшимся над их головами кидо он даже не пошевелился.       — Капитан!       Она с силой раскрыла Шибе рот и выкрутила из тушки кровь прямо в горло.       Время остановилось. Мир перестал тоже дышать. Ичиго всматривалась в безжизненно-чёрные глаза трупа и видела там мёртвую себя, девчонку по имени Куросаки Ичиго, перепачканную кровью командира с ног до головы и превратившуюся в совершенно хладнокровную демоноборицу.