Спокойствие для истерички

Наконец-то слышу за своей спиной шорох, оборачиваюсь и вижу другого человека. Он высокий, красивый: строгие черты лица, острые скулы. — Где Стив? — напуганно спрашиваю я. — Он сегодня не смог прийти, — рядом со мной садится парень в бомбере школьной сборной, таком же, как у Стива. — Выглядишь не очень. Давно эту дрянь принимаешь? — Лучший комплимент в моей жизни, — я фыркаю и отворачиваю лицо. — Нет. — Ложь, — с нажимом говорит он. — Я видел, что это делает с людьми. Это не выход, — он немного помолчал. — Ты ведь Сара? — И что с того? — Ничего. Слушай, если тебе станет легче, то мне это всё тоже неприятно. И напрягает не меньше, чем-то, что ты не хочешь говорить со мной, — он роется в кармане рюкзака и достаёт пакетик. — Стив попросил передать это. Я тяну руку, чтобы забрать так желанный мной пакетик. Он берет меня за запястье и смотрит в глаза. Какие глаза, невероятно. — Есть и другие способы уйти из реальности и забыться, Сара. Он вообще не понимает, о чем говорит. Для меня давно уже нет других способов. Я усмехаюсь. — Готов поспорить на что угодно. — Мне ничего не нужно. — Он все ещё держит мою руку. Его ладонь очень тёплая, но я выдергиваю руку вместе с пакетиком таблеток. — Разве что немного спокойствия, — мои дрожащие пальцы пробираются в зип-пакет и достают фиолетовую таблетку. Быстро бросаю её под язык. — Ты можешь быть спокойна и без них. — Ты тоже футболист, — наконец-то вспоминаю, где его видела. Действие таблеток заглушает внутренний голос, который разрывает меня. — Напомни, как тебя зовут? — Меня не зовут, сам прихожу. Это из банального, — он расслабляет спину, облокотившись на лавочку. — Я капитан сборной. — Негоже капитану сборной заниматься такими вещами. — А я ими и не занимаюсь. Стива задержали, и он сказал, что тебе это жизненно необходимо. Ты — единичный случай. — Ты куришь, мистер я-сам-прихожу? Он не отвечает. Я пожимаю плечами и достаю из своей сумки пачку сигарет. Кусаю зубами фильтр, чтобы капсула лопнула. Вспышка зажигалки, долгая затяжка, и ментоловый дым заполняет мой рот, приятно обволакивает горло. Так же долго выдыхаю. Вспоминаю, что не дала ему деньги. Исправляюсь и отдаю небольшой свёрток. — Если тебе так все это неприятно — не приходи больше. — И не собирался. Стив умолял помочь тебе. Удачи, Сара, — он встаёт с лавочки, поправляя бомбер. — И тебе… — Майкл, мое имя Майкл. — Майкл, Майкл, Майкл, — я катаю буквы его имени у себя во рту. — Ты парень Адель, вспомнила, ты был на той вечеринке с ней. — Я — бывший парень Адель, — он сжимает лямку рюкзака. — Если передумаешь — найди меня. Он уходит, а я делаю затяжку и прикрываю глаза на выдохе. Красивое имя красивого парня. Открываю глаза, когда тлеющий окурок обжигает пальцы, отбрасываю его. Меня снова вырубило. Взглянув на циферблат, понимаю, что надо спешить. Захожу в дом и резкая вонь от спиртных напитков и перегара подгоняет к моему горлу тошноту. Прикрываю рот рукой, сдерживая порыв внутри. — Явилась?! — язвительный тон матери выбивает почву из-под ног. Она выглядит ужасно: огромные синяки под глазами, отечное лицо, грязные спутанные волосы, которые беспорядочно свисают. На ней засаленный халат, в руке — бутылка дешёвого вина. — Мам, когда это все закончится? — я выдавливаю эти слова, но ком в горле мешает мне и глаза наполняются слезами. — Сара, только не ной опять. Она уходит из кухни в гостиную, садится на диван и смотрит дурацкое телешоу. А я, я просто собираю бесконечное число бутылок по всему дому, открываю настежь все окна, и ноябрьский ветер врывается в протухший дом. Убираю мусор на кухне, выношу все это на улицу, параллельно готовлю ей суп. Когда в доме стало чисто, и суп приготовился, я набираю ванную воды и без слов веду туда маму. От неё разит, как от мусорного бака. Раздеваю её и сажаю в ванную с тёплой водой и пеной. Мочалкой тру её тело, уже совсем не сдерживая бурного потока слез. Я стараюсь не всхлипывать и не издавать лишних звуков, чтобы не нарваться на поток дерьма. — Как отец? — внезапно говорит она. — Не знаю, — вру я. — Закрой глаза. Мои руки втирают шампунь ей в голову. Душем смываю и повторяю ещё несколько раз, чтобы вымыть голову. Помогаю выбраться ей из ванны, закутываю в полотенце. — Поешь суп, — обуваю ботинки, закутываясь в кожаную куртку. — Я оставила тебе деньги, в холодильнике продукты и твоя любимая заморозка. И, мам, я тебе не домработница и не курьер. Если я ещё раз приду и всё будет так, как сегодня, я никогда больше не переступлю этот порог. — Вот так дочь вырастила! — её слова летят мне в спину, но попадают в сердце и оно пропускает удар. На крыльце я достаю сигарету и успокаиваюсь от губящего дыма. У меня есть несколько часов, чтобы поспать. Иду в свою квартиру.