тысяча вероятностей

Гарри трёт покрасневшие от слез глаза, с ненавистью, кипящей в крови, выдыхая крики. Голос похож на наждачную бумагу, твёрдый и такой же сухой, слишком много пытался сказать, жаль, что бестолку. — Отвратительное поведение, — слышит он от яркой женщины, которая солнцем должна успокаивать, а вместо этого оставляет глубокие раны, слишком похожие на ожоги. — Я не ожидал такого от тебя, — вторит ей мужчина, так похожий на него самого, с тёплыми карими глазами. Если когда-нибудь у него будут дети и вести себя он будет также, лучше сразу броситься в котёл. Он просто хочет другого отношения, равного. — Ты наказан, — заканчивают они речь, хмуря брови. Недовольство, разочарование и агрессия почти что ощутимы для него. Но он не хочет касаться этого мусора даже одним пальцем. Он хочет сбежать, если честно, но знает, что ему некуда идти. Запертый в своей комнате, кажется, до скончания веков, его взгляд, такой же кроваво-красный, с полопавшимися капиллярами и тёмными кругами, скользит, пытаясь зацепиться за что-нибудь, за что угодно, чтобы отвлечься-забыться-успокоиться. В руках, обдавая могильным холодом, лежит тонкая тетрадь с позолоченными буквами на обложке. Он слишком устал от жары, да и разве будут ли какие-нибудь последствия? Хотя какая разница, он уже наказан. «Привет, Гарри Поттер, меня зовут Том Марволо Риддл. Как к тебе попал мой дневник?» И он не спит. Одну ли ночь, две, три. Все это сливается в один миг, обволакивая, успокаивая. Он наконец-то чувствует, что его слышат, что кому-то правда интересные его мысли и чувства. Ведь Рон и Гермиона тоже под запретом. Том Риддл — это чужое и непонятное, холодное и ужасающее. Том Риддл заставляет его пальцы сжиматься на кожаном переплете, вновь и вновь продумывая и отписывая ответ на вопрос. Том Риддл застревает где-то глубоко, корочкой покрывает легкие. Ему кажется, что без него он задохнётся. Том Риддл — это болезнь? Родители его любят, очень сильно. Они хотят, чтобы их сын вырос светлым, добрым и честным и прикладывают все-все усилия для этого. Наверное слишком много даже, потому что в какой-то момент грань между простыми наставлениями, советами и помощью стирается в сторону толкания, лекций и упреков. Они не хотели ссориться с ним, ведь любят же своего мальчика, очень сильно, до дрожи. И уже не представляют свою жизнь без него. Гарри тоже любит своих родителей, которые всегда хотели и хотят для него лучшего. И Тома Риддла Гарри тоже любит, но по-другому. Потому что вместо обжигающего тепла, Том дарит такой желанный холод и ничего, если он немного могильный. Гарри стерпит, чтобы Том был рядом. Родители слушать не хотят, что Гарри им пытается сказать, потому что верят, что тот ещё совсем маленький и много не понимает. А Том всегда выслушает, а если он не прав, то поможет понять. И Гарри не прав во многом. Особенно это касается Темных Искусств. Но Том Риддл добрый и ему нравится этот забавный мальчик, что так красиво спит, он поможет ему понять. Родители хотят от него хороших оценок, но не понимают, что сейчас интереснее с мальчиками на метле летать, дёргая девочек за косички. Потому что больше шанса не будет, дальше он должен будет стать, как они, ведь взрослая жизнь заставляет. Том Риддл знает это очень хорошо, поэтому вместо упреков и замечаний разбирает с ним непонятные темы, позволяя успеть все и сразу. Родители вкладывают так много в него, а он по доброте душевной отдаёт все это мальчику из дневника, который кажется роднее и понимающее, чем кто-либо другой на белом свете. И если Тому нужно немного его магии, он даст, потому что знает Тома Риддла — доброго мальчика из дневника, который так вовремя был рядом. Гарри Поттер — светлый и добрый маг, отважный парень, который ринется спасать сестру своего лучшего друга, даже если не получил ни одной весточки от этого самого друга все лето. Потому что он Гриффиндорец, а значит, наверное, должен так поступить. Гарри Поттер давно не спит, почти не ест, отдавая все своё внимание небольшой кожаной тетрадке с золотыми буквами, не замечая, как теряет самое важное, что у него есть — он сам. Гарри Поттер мог вырасти просто чудесным, у него было для этого все, что только можно. Вот только Том Риддл вовремя оказался рядом. И Гарри Поттер не вырос совсем. Навеки застывая с горящим взглядом, где теплится могильный холод, он слишком много обжегся уже.